Одна душа. Два сердца. Один дом.
Прошло четыре месяца с того самого дня, как ты узнала, что внутри тебя растёт новая жизнь. Четыре месяца боли, счастья, страха и любви. Юна родила чуть раньше — девочку, тихую, с огромными глазами, будто всё уже понимает. А ты... ты держалась. Схватки были адом. Гриша стоял у операционной, сжав кулаки, молча молился, хоть и не верил в Бога. Он не находил себе места, пока врач не вышел:
— Мальчик. Крепкий, орёт как безумный.
— «Как ты...», — усмехнулась Юна, стоявшая рядом.
Гриша влетел к тебе, глаза полные слёз. Ты лежала, уставшая, но счастливая. Он упал на колени возле кровати, взял твою руку.
— Ты сделала это... Бля, ты реально сделала это...
— «Сама в шоке...», — слабо ответила ты, улыбаясь.
Он поцеловал твой лоб, затем живот, а потом посмотрел на сына.
— Здорово, брат. Добро пожаловать в бардак.
⸻
Выписка
На выписке собрался почти весь интернет. Стримеры, тиктокеры, рэперы, мафиози и даже старые друзья семьи. Всё это походило не на больницу, а на красную дорожку MTV. Все с подарками, цветами, огромными игрушками, машинами, оркестром. Даже Влад привёл живого барашка — в шутку, конечно.
— Если пацан — боец, должен приручить овцу. Как Гриша приручил тебя! — ржал он, передавая тебе странный символический подарок.
Ты стояла с малышом на руках. А он... он спал. Твой мальчик. А у Юны — девочка, с бантом и взъерошенными волосами.
Гриша держал твою сумку, одновременно орал на охрану, чтобы те держали СМИ на расстоянии, и шептал тебе:
— Давай, любимая, я просто хочу уехать домой. Просто... Быть с тобой. Без камер.
⸻
Дом. Впервые.
Когда дверь дома захлопнулась, и ты осталась с ним, с малышом, с его глазами, ты впервые выдохнула. Ни камер. Ни врачей. Ни страхов. Только он. Только ты.
— Он реально наш. Ты это понимаешь? — спросил он, глядя на малыша.
— «Он — твой клон, только без оружия и понтов.»
— Пока без оружия... но понты уже проскакивают. — усмехнулся он, глядя, как младенец морщится.
Первые дни были похожи на вялую катастрофу — бессонные ночи, крики, подгузники, ты, полусонная, с бутылочкой, он — с пеленкой на голове, как пират.
Но в этом хаосе было столько любви, что ты не хотела другого.
Однажды ночью, когда малыш наконец-то уснул, ты упала рядом на кровать, закрыла глаза. Он прилёг рядом, подвинулся ближе, поцеловал в плечо.
— Ты не хочешь? — спросил он тихо, почти не надеясь.
— «Хочу. Просто... очень медленно.»
— Я умею медленно. С тобой — особенно.
Вы впервые за долгое время были не родителями, а просто вы. Он скользил губами по твоему телу, как будто молился. Не было ни жадности, ни грубости. Было что-то древнее, тёплое, родное.
Ты заплакала после.
Он молча обнял.
— Ты же знаешь, что это только начало?
— «Да. Но с тобой я ничего не боюсь.»
⸻
Первые месяцы
Жизнь превратилась в реальность, не похожую на фильмы.
• Ты в халате. Он в трениках.
• На фоне мультик. Малыш орёт.
• Гриша варит кашу, которая потом прилипает к потолку.
• Ты учишься засыпать за 3 минуты между кормлениями.
Однажды он достаёт гитару, садится рядом, поёт тебе что-то старое, дворовое, а малыш — впервые улыбается.
— Он уже меломан. Или я просто заебал его своими песнями.
⸻
Чат не забыт
Вы пытались не забрасывать стримы. Показывали, как всё реально. Малыш в шапке-мише. Ты — с заплетённой косой и бутылкой кофе. Гриша танцует с ребёнком в рюкзаке, и чат взрывается:
"Они лучшие."
"Я плачу."
"Убери ребёнка с поля зрения — он крадёт моё сердце!"
⸻
Конец (и начало)
Однажды утром вы сидели на кухне. Он читает тебе вслух мемы, малыш в люльке, а ты просто молчишь.
— «Слушай, Гриша... мы ведь сделали невозможное?»
Он отложил телефон, посмотрел прямо:
— Нет. Мы просто сделали то, что нужно.
Ты кивнула.
Он подошёл, обнял. Малыш захныкал.
— Папа тут. Папа всегда тут. — шепчет он малышу.
— «И мама тоже.»
Вы — не идеальные. Но вы — вместе.
⸻
100 тел остались в прошлом.
Теперь — одно сердце. И два новых.
Навсегда.
⸻