33. Полужидкая сфера глазного яблока
От лица Питера Паркера.
•••••
Мои карие глаза закрылись, ослабли руки, тело онемело. И потряслись грозою небеса, и воды рек вдруг резко потемнели.
А губы Тони дрогнули в улыбке напоследок. И глухо стукнуло большое сердце, перед тем, как навсегда замолкнуть. Блеск влажных листьев не поблёкнет, не
притворится в сказки дверца.
Как прежде, сменит ливень иней. По-старому тлеть будет время, и все должно ведь встать на места своя. Но только не услышу гогот журавлиный и его бархатный голос.
За ночью грянет следующая ночь, но без Тони, хотя, уже пора давно смириться. Прервется рев бессонного мотора. Я отошлю сочувствующих прочь – они
никогда не смогут понять то, что ощущаю и чувствую я.
Когда я провожу закат последний. Когда в кулаке не будет больше сил, вдруг в легкие ворвется воздух, будто жуткий яд, перекрывая мое дыхание. Я разучусь дышать, когда
наконец восприму это не как ужасную сказку.
//
Я смотрю на темное звёздное небо, в моих глазах блестит свет. Он отрывается от полужидкой сферы глазного яблока, покидает моё тело, сжавшись в кучку фотонов, и стремится вверх с сумасшедшей скоростью – скоростью света – прочь от суеты и страданий.
За целые сутки я прохожу от силы всего пару километров, свет же проходит несколько их тысяч за всего лишь одну секунду. Пока моё тело болтается с другими телами в общественном транспорте, мучается от давящих сроков и умирающих мечт, мой свет бороздит пространство шагами, далеко превышающими семимильные, натыкается на космические объекты, парадоксы, аномалии.
Надеюсь, этот свет когда-нибудь достигнет Тони Старка, и тот поймёт, как без него тут плохо, и, может, даже попытается вернуться.
За год моё тело стало ещё большим ничтожеством, с нерешёнными психологическими проблемами, нестабильной финансовой ситуацией, невзрачным бытием и взглядом на него. За год мой свет преодолел немыслимое расстояние, миллиарды миллиардов километров и ещё больше галактик, туманностей, квазаров и прочих удивительных объектов. Но для него это всего лишь один световой год.
Из миллиардов световых лет.
Быть может, что мой свет достигнет Тони через огромное количество времени, когда уже будет слишком поздно для нас обоих.
Моя тушка постепенно стачивается о пену дней, о другие такие же унылые тушки и их копошение, а мой свет всё продолжает лететь по черноте вселенной и покорять контрасты и пространство. Моя история закончится через какой-то смешной десяток лет, а может, даже меньше, я умру и буду забыт другими тушками, которые умрут и будут забытыми, я буду лишь сгустком фарша в этой однородной мясной кашице обывательства, которая ест саму себя, но мой свет всё так же будет нестись сквозь вселенную.
Долго и увлекательно.
И, видимо, он и вправду не успеет к Тони за то время, пока я еще жив.
А может, спустя несколько миллиардов лет, он достигнет меня, вожделенно смотрящего на звёздное небо по другую сторону.
И впитается обратно в полужидкую сферу глазного яблока.
Быть может, что уже тогда людей совсем не будет существовать, зато, быть может, я буду существовать рядом с Тони.
//
– Добро пожаловать, Питер.
Твой свет мчался слишком медленно, я не успел тебя с п а с т и.