Нежный снег

— Доброе утро, моя нежнейшая. — сладко пролепетал Серафим, убирая с лица своей супруги рядом, пряди чёрных волос. Он лежал на животе, подложив под голову подушку и нежно улыбаясь Дарине, которая постепенно просыпалась.

— Уже семь? Боже, я так не выспалась... — Дарина медленно открыла глаза и повернулась на бок, лицом к Серафиму. На её лице тоже появилась улыбка, от вида своего любимого растрепанного мужчины рядом.

— Не мудрено. — усмехнулся Серафим. — Кое-кто смотрел сумерки до часу ночи. Поэтому сейчас, кое-кто, и глаз продрать не может. А нам кстати наших птенчиков будить надо. — Серафим поцеловал жену в лоб, поглаживая её по щеке.

— Давай дадим им ещё немного времени, чтобы поспать. Они же нам спасибо скажут. — Дарина только засыпала от поцелуев в лоб, но по всей видимости, она была не против.

— Солнце, они и так обалдели совсем. Особенно эти, приспешники Сатаны. — так Серафим называл Марию, Айлин и мальчиков. Другое погоняло он им придумать не смог.

— Давай тогда их одних разбудим? А остальные пусть спят. — девушка ухмыльнулась и тихо хихикнула. Её всегда смешили глупые прозвища для детей от её мужа, а это прям отлично описывало всю их натуру.

— Отличная идея. Они как раз сегодня первые выступают, им надо подготовиться. — Серафим на последок чмокнул Дарину в губы и встал с кровати, разминаясь. — Пойду их потормошу. Если они конечно уже сами не проснулись.

Серафим медленно шагал в самый конец коридора к комнатам ребят, сунув руки в карманы пижамных штанов. Подойдя к двери в комнату Эдгарса и Кирилла, вожатый без стука зашёл к ним. На его удивление оба сладко спали: Кирилл, укутавшись в своё одеяло с головой, словно в кокон и Эдгарс, валяющийся на полу, между их кроватями. Серафим усмехнулся и подойдя поближе, присел рядом с Эдом на корточки. Он внимательно заглянул ему прямо в глаза, пристально всматриваясь в зрачки, скрытые плотно зажмуренными веками. Тут бедолага на полу не выдержал и легонько ухмыльнулся одной стороной губ, сразу же переворачиваясь на другой бок.

— Ах ты зараза... Вставай давай. — Серафим слегка ударил Эдгарса в плечо раза три и поднялся с корочек, наблюдая, как тот встаёт с пола и тихо посмеивается. — Что это за конспирация? Дружок твой, я смотрю, не сдаётся. — вожатый обратил внимание на Кирилла.

— Не-а, он правда спит. И его не трогайте лучше. Он впервые просыпается не от моего будильника. — Эдгарс поправил свою пижаму и скрестил руки на груди.

— Ну ладно, пожалеем сегодня кучерявого. А ты чего на полу-то забыл? — Серафим на самом деле еле сдерживал смех, вспоминая, в какой элегантной позе Чаксте развалился на холодном ламинате. — Твоя маскировка под пол прошла безуспешно, хамелеон.

— Да блин, это должен был быть розыгрыш... — Эдгарс расстроенно опустил голову. — Видите там нища под кроватью Кирилла? Она ещё простыню прям до пола прикрыта же, я вот думал залезть туда и напугать его, когда он будет вставать.

— Ну, видимо я спас бедолажку от ещё одной седой кучеряшки на его голове. — сказал Серафим, поправляя волосы. — Ладно, пойду я девочек разбужу. — после этих слов, вожатый удалился из комнаты, закрывая двери.

— Эх, вот чего он постоянно так не вовремя появляется?.. — расстроенно вздохнул Эдгарс, садясь на свою кровать и смотря на Кирилла, которого было даже не видно под одеялом. Замёрз, наверное, бедолага. Но тут, как только Чаксте удобно устроился на кровати, его резко схватила за ногу чья-то небольшая, холодная и тонкая рука. — Ааа! О боже! О боже! О боже! — с криком, Эдгарс моментально запрыгнул на кровать с ногами и вжался в стену смотря вниз. Послышался тихий знакомый смех его друга, который, довольный своей работой, вылезал из-под кровати.

— Я уже успел подумать, что ты меня раскусил. — усмехнулся Кирилл, стряхивая пыль со своих пижамных шорт и футболки.

— Ты тупой что ли?! У меня чуть сердце не остановилось! — Эдгарс взял подушку и кинул её в Кирилла. — Боже, ты такой придурок!

— Это тебе месть за мои тапки и твой будильник. — Кирилл, гордый проделанной работой, упёр руки в боки и ехидно ухмыльнулся. Но не тут-то было. Эдгарс, разъярённый таким поведением, набросился на Кирилла, повалил его на кровать и начал очень сильно щекотать. Бедный Самойленко щекотки боялся до ужаса, поэтому скрючившись и согнувшись, он начал смеяться и молить о том, чтобы тот остановился. Но извинений, которых так требовал Эдгарс, в обмен на здоровые нервные окончания, Чаксте так и не получил. Кира всё-таки никогда не сдаётся.

— Идиота кусок. Сегодня голову первый мою я. — обидевшись фыркнул Эдгарс, подходя к шкафу, чтобы взять полотенце и одежду.

— А я ночью помыл, пока ты храпел. — после этого, в Кирилла полетел ещё и тапочек, который Эдгарс специально снял с ноги, чтобы хоть как-то выместить на друге свою агрессию. — Да хватит кидаться.

— Да тебя прям не сломаешь. Ну ничего, я тебе ещё это припомню. Сегодня королевская ночь... Спи в полглаза, Кирюша, спи в полглаза... — после этих слов, Эдгарс удалился из комнаты в ванную с ехидной улыбочкой чеширского кота.

Кирилл показал тому средний палец в спину и сел на кровать. Он задумался. Ведь правда... Королевская ночь — это последняя ночь в лагере. Неужели смена уже почти закончилась? Неужели так быстро? Стало на душе как-то грустно и тяжело. Кире эти кровати, этот шкаф, да всё это ему стало таким родным, таким нежным, что вот так покинуть это место, распрощаться с ним навсегда, будет очень трудно. Он оставит здесь все эти воспоминания, а с собой заберёт только грамоты и скорее всего какой-то приз хотя бы за второе место по числу перьев. Но это хотя бы что-то...

Из раздумий его выдернула Мария, которая зашла к мальчикам в комнату с клубничной шоколадкой и протянула её Кириллу. — Доброе утро. Это тебе. Мы вчера с Айлин купили в буфете, пока вы там волосы красили.

— О, доброе утро, спасибо большое, я на завтрашний самолёт оставлю. — Кирилл положил шоколадку на подоконник поближе к окну, чтобы она не так сильно растаяла.

— А, это поэтому ты такой грустный? — Мария печально улыбнулась и села рядом с Кирой на кровать. — Ну чего вы с Айлин сегодня с утра раскисли? Всё хорошо. Мы уезжаем же завтра, а не сегодня. — она приобняла друга одной рукой, погладив его по плечу. — Сегодня дискотека, Кирилл, оторвись по полной в последний день.

— Эх... В последний... Я ведь больше не смогу в лагерь ездить. Маме на работе бесплатные путёвки второму ребёнку только до шестнадцати лет дают. А я вот пролетаю уже. Платно-то мне никто не сделает... — Кирилл упал подруге на плечо, совсем сильно расстраиваясь. — Я так не хочу уезжать... Мне тут очень понравилось...

— Эх ты, Кирюша. Вот о чём я тебе говорила? В последний день надо отрываться по полной. Так что давай слёзы вытираем и пошли на завтрак. Ты же теперь вообще красавчик, волосы красные, серьги в ушах, ну жених прям. — Мария попыталась развеселить своего друга и у неё это получилось.

Кирилл, шмыгнув носом, легко улыбнулся и даже посмеялся, прикрывая глаза. — Да, ты права. Сегодня будет самым крутым днём. — он вытер слезу и встал вместе с Мари с кровати. — Ну, после моего дня рождения конечно, само собой.

— Твой день рождения был нереальным, я даже завидую. Его уже ничего не переплюнет. — девушка потрепала Самойленко по кудряшкам и улыбнувшись, взяла его под руку и повела из комнаты к ним с Айлин, ждать, пока Эдгарс выйдет из ванны, чтобы умыться и пойти на завтрак.

— Фу, какая противная каша... — Айлин сморщила нос и с отвращением отодвинула от себя тарелку переваренной рисовой каши, вытирая рот салфеткой. — Кто её вообще готовил...

— Нормальная каша. Мне мама такую же в детстве готовила. — Эдгарс с абсолютным безразличием на лице, ел кашу, под очень непонимающим взглядом на него остальных друзей.

— Эдгарс, ты же с папой жил всю жизнь, нет? — спросил Кирилл, отламывая маленькие кусочки от хлеба и съедая их.

— Ну... Поэтому я с ним и жил. Мамину еду было невозможно есть. — усмехнулся Эдгарс, наклоняя тарелку и собирая остатки каши в ложку.

— Кстати, Эд, а какое у тебя отчество? — поинтересовалась Мари, выпивая медленными глотками какао. — Ты же ведь в русском паспорте как-то заполнил эту графу, наверное.

— По отчеству меня никто не называет и смысла в нём никакого. Но вообще, если папу у меня зовут Алехандро, то я, наверное, Алехандрович. — Эдгарс отодвинул от себя пустую тарелку и взял какао с печеньем.

— У тебя папу зовут Алехандро? Нихрена, он француз? — удивлённо спросила Айлин, тоже взяв печенье.

— Не-а, он латвиец. Но моя бабушка, тоесть его мама, просто очень любила французские имена. — тихо посмеялся Эд, забирая печенье Кирилла, которые он ему любезно отдал.

— Прикольно вообще, я бы тоже хотела родиться в Европе, там, наверное, круто так. — Мария допила какао и поставила пустой стакан на стол.

— Да не особо. Всё точно так же, как и тут, только язык другой и немного разные законы. — Эдгарс встал из-за стола и собрал все тарелки, поставив их друг на друга. — Так, у нас сегодня защита и с нашего отряда мы первые. Я предлагаю нам всем сходить на самое начало и посмотреть на малышей. Они вроде как сценки какие-то сделали.

— Ой, милота какая! Я бы посмотрел, наверно Рита тоже там будет. — Кирилл улыбнулся и подал Эдгарсу грязную посуду.

— Супер, тогда пойдём сейчас в спортзал, там, наверно, уже всё скоро начнётся. — поддержала идею Айлин, вставая из-за стола вместе с Мари.

Убрав со стола грязную посуду, ребята перебежали в спортзал, где собрались все младшие отряды. Они поняли, что здесь походу, самые старшие. Но это даже круто, надо поддержать подрастающее поколение. Эдгарс нашёл друзьям и себе места на верхней скамейке. Удобно расположившись на местах, Кирилл стал высматривать Риточку. Посреди зала стояла, по всей видимости, недавно собранная переносная сцена, а на ней экран, на котором горела надпись: "Первый отряд — птички-сестрички". Кирилл мило улыбнулся, поглядывая на друзей.

— Это отряд Риты. Интересно, что там будет? — Кира мотал ногами и всё никак не мог дождаться выступление своей сестрёнки.

— Мне кажется у неё будет хорошая роль, она довольно активная. — поддержала Айлин, закидывая ногу на ногу.

— Я в этом уверен. Не главная конечно, она такое не любит, но какая-то основная точно будет.

Свет в зале потух, заиграла приятная мелодичная музыка. На сцену, держась за ручки вышли три девочки, одна из которых была Риточка. Они были в милых костюмах маленьких птичек: на головах ободки с разноцветными пёрышками, на руках рукава-крылья, тоже сделанные из искусственных перьев. Одеты они были в платья с пышными юбками, в цвет перьев на крыльях, а на ногах у них были разные носки. Они улыбались и буквально сияли от счастья, выданных им ролей.

Рита громко представилась Птичкой-Синичкой, вторая девочка, справа от неё, тёмненькая, по всей видимости Нина, была Сеструля-Трясогуля, а третья девочка слева Ласточка-Дамочка. Представившись, маленькие актрисы разбежались по разным сторонам к краю сцены, подняв ручки. Покружившись, девочки замахали руками. Музыка стала громче. На сцену выбежали ещё дети из отряда, но уже в одинаковых костюмах. Они все начали синхронно и явно очень упорно отрепетировано, танцевать. Кружиться, браться за руки, делать какие-то плавные движения. А после небольшого танца, каждая девочка начала петь свои строчки из песни, придуманной их вожатыми. Из текста песни, которая по звучанию была будто бы из смешариков, был понятен сюжет мюзикла. А был он о трёх сёстрах птичках, которые до безумия хотели улететь на зимовку в тёплые края, но другие птицы мешали им это сделать, доказывая, что зимовать можно и дома, ведь тут не так уж и холодно.

Закончился мюзикл тем, что птички-сестрички всё же полетели на зимовку в тёплые края, а другие птицы, поменяли своё мнение и решили отправиться с ними.

Весь спектакль, Кирилл чуть ли не плакал, он, когда это было нужно хлопал и поддерживал свою сестрёнку, которая в начале концерта его заметила и с счастливой улыбкой, помахала. Девочки улыбались и хлопали вместе с Кириллом, а Эдгарс снимал всё происходящее на телефон, потому, что знал, что Кирилл явно захотел бы пересмотреть выступление ещё раз. А может быть даже показать его их маме.

На конец, когда музыка стихла, все маленькие актёры взялись за ручки и поклонились залу. А зрители начали очень громко хлопать, вставая и крича комплименты. Когда загорелся свет и был объявлен небольшой перерыв, друзья, после команды Кирилла, быстро побежали на выход из зала, чтобы встретить Риту и похвалить её отдельно.

Так и получилось. Ребята пересеклись с ней в коридоре. Она стояла в углу, держа в руке ободок и жадно глотала воду из бутылки. Кирилл подошёл к ней и обнял, на что девочка ответила взаимностью. — Привет, Кира! Как тебе моё выступление?

— Это было очень круто! Ты такая умничка! — Кирилл прижимал сестрёнку к себе, нежно поглаживая её по голове. — Не знал, что тебе нравится играть в мюзиклах.

— Я сама не знала! Оказывается, это так круто! — радостно и слегка задыхаясь от усталости сказала Рита.

— Ритуля, это было очень круто, ты умничка. — похвалила девочку Айлин, тоже поглаживая её по голове.

— Согласна! Ты была лучше всех вообще, самая яркая птичка. — Мария тоже подключилась к подруге, говоря комплименты девочке.

— Спасибо огромное! — Рита расплылась в довольной улыбке обнимая девочек тоже.

— Слушай, Ритуль, в Питере есть центр классный, там можно записаться на актёрское мастерство и играть в малом театре. В основном играют мюзиклы всякие, кстати. Я могу за тебя словечко замолвить, у меня там мама работает. — предложил девочке Эдгарс, улыбаясь и убирая телефон в карман.

— О, здорово! Я бы хотела ходить, мне это очень-очень понравилось. — приняла предложение Эдгарса Рита, поглядывая на Кирилла.

— Тогда домой приедем, обговорим это с мамой и запишем тебя. Дядя Эдгарс со всем разберётся, да? — пообещал сестрёнке Кирилл, переводя взгляд на Эдгарса.

— Конечно разберусь, мне не сложно. Я даже с радостью. — Эд дал другу щелбан и вздохнул, погладив девочку по голове. — Ладно, мы пойдём. Надо нам всем переодеться.

— Ладненько, пока-пока! — Рита отпустила Киру и девочек и помахала им на прощание.

— До завтра, солнышко. — Кирилл тоже помахал ей и ушёл с друзьями за куртками.

В корпусе ребята увидели какой-то кипеш. Все куда-то бегали, где-то переодевались и что-то делали. К друзьям подошёл Серафим и вручил им четыре пакета с чёрными футболками. — Вы где ходите? Переодевайтесь давайте и на фотографию общую. Давайте живее только, нам надо до обеда всё успеть. — вожатый подпихнул их сзади и ушёл к Дарине, которая возилась с какими-то картонками.

Ребята взяли футболки и разошлись по комнатам. Переодевшись они пришли в холл, где уже сидел почти весь отряд. Эдгарс посмотрел на Кирилла и на рисунок совы, которая была на каждой футболке. Эта сова была очень похожа на Самойленко, поэтому Эд посмеялся и тыкнул в неё пальцем. — Прям вылитый ты, даже глаза такие же испуганные.

— Да иди ты. Нормальные у меня глаза. — отмахнулся от друга Кирилл, подходя к остальным ребятам и вставая рядом с девочками для общей фотки.

Всё ребята из отряда приобнялись и улыбнулись, после очень жалобной просьбы Дарины и резкой команды Серафима, которая кстати, подействовала намного быстрее. После фотки, ребята разошлись по комнатам, чтобы переодеться, а друзья подбежали к вожатым и напросились на отдельную фотку для них четверых.

После крутой фотосессии, Эдгарс подошёл к Серафиму с телефоном, чтобы тот перекинул ему фотки. Девочки ушли к себе в комнату собираться и краситься. Кирилл тоже решил не ждать Эда и пойти пока поискать галстуки. Перерыв весь свой шкаф, маленькие сумочки и даже косметички, Кирилл всё же нашёл два красных галстука разной длины. Он удивился, потому, что точно помнил, что брал именно бабочку и галстук. Но так даже лучше. Он достал из шкафа чёрный костюм и белую рубашку с маленьким красным китайским драконом, вышитым вручную на кармашке. Причесавшись и уложив волосы, Кирилл уселся в одних боксерах перед маленьким зеркалом и начал нежно растирать по лицу крем. В комнату зашёл Эдгарс. Он закрыл дверь и будто куда-то спеша, быстро стянул с себя свитер, подходя к Кириллу.

— Эдгарс, я мог бы и на одетого тебя внимание обратить. — усмехнулся Кирилл, поглядывая на Эдгарса и его торс. — Подожди, а чего это у тебя тут? — Кирилл прищурился и осторожно тыкнул пальцем на шрам на боку у Чаксте.

— Это мне аппендицит вырезали в тринадцать лет. О, а вот этот, это на меня собака напала. — Эдгарс повернулся к Кире другим боком и указал на ещё один шрам.

— Аа, так ты ещё и бешеный, оказывается. — Кирилл закрыл зеркальце и убрал его вместе с кремом в косметичку, вставая с кровати.

— Не смешно. Я эти сорок уколов еле пережил. Эх, мне было всего девять... — наигранно печально вздохнул Эдгарс, подходя к своему шкафу за костюмом.

— Эх ты, бедняжка... Ну давай поцелую бобо. — решил успокоить друга Кирилл, уже нагибаясь к шраму.

— Ой отстань, а, дебил. — Эдгарс отодвинул от себя друга, тихо посмеиваясь вместе с ним. — Что там кстати с бабочкой? Я уже представил, как элегантно буду выглядеть.

— У меня галстук нашёлся. — обломал друга Кирилл, протягивая ему галстук, который оказывается, был на тон темнее чем его.

— О, класс, значит буду президентом. — улыбнулся Эдгарс, забирая галстук и надевая свою рубашку.

Мальчики оделись, собрались и надухарились одеколонами. Выйдя из комнаты, их встретили Мария, одетая в безумно красивый бордовый костюм и Айлин, одетая в прямое длинное облегающее платье, открывающие её бледные плечи, в тон костюма Марии. На шее у Айлин были бусы из чёрного жемчуга, который идеально сочетался с галстуком Марии и костюмами друзей. Они обе были красиво подкрашены, а волосы уложены мягкими волнами.

— Вау, девочки, вы такие красотки. — сделал комплимент Кирилл, нежно улыбаясь.

— Мари, ты в этом алом костюме прям как сутенёр. — усмехнулся Эдгарс. — Шикарные просто.

— Да, Эд. А ты прям как президент молочного завода. — улыбнулась Мария.

— Спасибо, мальчики, вы тоже шикарные. — Айлин мягко улыбнулась и взяла подругу под руку. — Пойдёмте в столовую, Серафим уже ждёт нас на обед.

Ребята собрались и ушли в корпус столовой. За обедом, на который у них была уха и гречка с котлетой, Серафим дал им каждому планшетку с текстом проекта и сел на место Норы с ними за столом.

— Так, я вашу презентацию немножко подкорректировал. Убрал текст и переместил его вам сюда, оставил там только пару дежурных фраз и фотографии. У вас будет только три микрофона, поэтому, Эдгарс и Кирилл, не сожрите пожалуйста друг друга на сцене. Делитесь. Фразы себе разбейте сами, время у вас есть. Вы выступаете первые от нашего отряда, а не от всех старших, так что не переживайте. В коридоре можете посидеть по повторять, ну, или где вам там нравится. — провёл быстрый инструктаж Серафим.

— Кстати, а где Нора? Я её уже дня два не видел. — вдруг спросил Кирилл.

— Нора в изоляторе. — коротко ответил Серафим, выпивая компот Эдгарса, под его немые возмущения.

— Да ну неужели, эту дуру изолировали от общества. — неожиданно для всех, кроме Айлин, обрадовалась Мария.

— Почему ты так говоришь? — обеспокоенно и озадаченно поинтересовался Кирилл.

— После квеста она подошла ко мне и начала ныть, почему мы не берём её с собой гулять и вообще с ней не общаемся. А ещё назвала меня выскочкой. — раздражённо ответила Мария.

— Оу... Тогда ясно... — мнение о Норе у Кирилла конечно слегка пошатнулось в не очень положительную сторону. Всё-таки его подруге обидно, а Нора ему пока только по внешности нравилась.

— Ой Мария, какая ты злодейка. — усмехнулся Серафим. — Ладно, она сегодня на дискотеку придёт. Кстати, вы знали, что её вообще не Нора зовут? — вдруг решил вкинуть внезапный факт вожатый.

— Что?! А как её зовут? — очень удивился Кирилл.

— Лиза. Она просто попросила обращаться к ней по псевдониму. Ну, а мне комфорт детей очень важен, так что называть её так, было не сложно, мало ли, что там. — Серафим улыбался, смотря на изумлённые лица ребят.

— Фу, какое противное имя... Кир, без обид. — поморщился Эдгарс. — У меня маму Лиза зовут. Не самая хорошая женщина.

— Да ладно, имя человека не определяет. Хотя, была у меня знакомая Ира... — задумалась Айлин. — Ужасная девочка.

— Нет плохих имён, есть плохие люди. А имя — это уже просто ассоциация. — пояснил Серафим. — Это типо триггеров.

— Это да... — согласился Кирилл. — Ладно, пойдём, наверное, выступление прогоним пару раз. Надо хорошо выступить, если на победу метим. — он улыбнулся, глянув на Мари.

— Ладно, я в вас верю. Удачи. Я пойду остальным тексты раздам. — Серафим как всегда на последок потрепал Кирилла по волосам и встав из-за стола, ушёл, оставив пустой стакан из под компота.

— Я надеюсь он перестанет так делать. — возмутился Кирилл, поправляя волосы.

— Не перестанет, это же Серафим. Он каждый раз мой компот выпивает. — расстроился Эдгарс. — И ведь не скажешь же ему ничего.

Ребята убрали за собой на столе и ушли в корпус спортивного зала. Они не захотели сидеть в коридоре, поэтому ушли в свой любимый планетарий. Никаких пуфиков там не было, но у друзей был Эдгарс, который был готов послужить подушкой. Сев к стене, ему на левое плечо лёг Кирилл, на правое - Мария, а Мари на колени, легла Айлин. Комфортная обстановка. Особенно для Эдгарса, который лыбился как довольный пёс, обнимая разом всех друзей. Кирилл конечно пытался сделать вид, что ему не комфортно и вообще он недотрога, но понял, что здесь и сейчас можно расслабиться и никто ничего плохого о нём не подумает.

Ребята разделили абзацы каждому поровну и начали несколько раз прогонять текст и следить за временем у Эда на телефоне. Вскоре, до их выступления осталось десять минут и нехотя встав с пола, они поправили свою одежду, волосы, и отправились вниз в спортивный зал, где сейчас выступала последняя команда второго отряда.

Подбежав к Серафиму, он проводил их за самодельные кулисы, которые представляли из себя большие плакаты метра два. Когда та команда выступила, Серафим дал ребятам микрофоны, предупредив, что через пять минут, после награждения во втором отряде, их выход. А потом, после награждения первого, будет дискотека для старших отрядов. И пообещал, что там будут песни с матами. После короткого подмигивания и хитрой улыбки, вожатый покинул своих ребят, уходя на трибуны к остальным зрителям.

— Класс, песни с матюками. — обрадовался Эдгарс, крутя в руке микрофон.

— Ага... Кстати, а сколько у нас в отряде команд? — поинтересовался Кирилл.

— Хм... Ну всего нас в отряде пятнадцать. Две команды по шесть человек и мы, нас пятеро. Но Нору не считаем, так что по сути у нас недобор в два человека. — рассчитала всё Айлин.

— Капец, тянем считайте не полным составом, а уже одно призовое место есть. — усмехнулась Мария. — И кстати, у нас очень много перьев собралось. Если сейчас наш проект понравится жюри, то есть огромный шанс выиграть.

— Ооо, это было бы здорово. Интересно даже, что нам дадут. — задумался Кирилл, параллельно слушая, у кого какие места во втором отряде.

— Так ну... У второшей грамоты... Медальки... И... — Эдгарс прищурился, чтобы лучше видеть, что там выдают второму отряду. — И акриловые статуэтки какие-то.

— О, прикольно. Надеюсь мы победим, я у себя на тумбочке поставлю. — улыбнулась Мари. — Эта штучка ещё и баллов возможно накинет при поступлении.

— Было бы здорово. Я бы тогда точно смог поступить на психолога. — задумался Эдгарс.

— А мы с Мари на ветеринаров. — улыбнулась Айлин.

Пять минут прошли незаметно. Ребята вышли на сцену, держа в руках микрофоны. Они смело и бегло рассказали свой проект, с выражением и даже не подглядывая в листок. Конечно, такое исполнение вызвало у жюри улыбки. Интерес к своему проекту — это уже автоматическая победа в конкурсе. Мария это знает, как никто другой.

Весь первый отряд выступал примерно полчаса. Сидя в зрителях, друзья считали детей и команды. И правда, в их отряде всего лишь три команды. Вроде кажется, что пятнадцать человек для отряда — это так мало. А потом вспоминаешь, что таких целых одиннадцать, а детей всего-то двести с чем-то. Это правда мало, девочки это знают очень хорошо. Но на зимних сменах обычно всегда так.

И вот, момент награждения. Ребята все на нервах сжимали в руках планшетки с текстом. Точнее, на нервах только Мария и Кирилл. Айлин старалась быть спокойнее, чтобы успокоить Марию, а Эдгарс подглядел в листок с баллами и точно знал, что у них первое место. Так и случилось. Ребята под громкие аплодисменты и свисты выбежали на сцену, с счастливыми улыбками. Им вручили акриловые статуэтки в форме крыльев совы, с подписанными именами и дипломы, за заинтересованность во всех заданиях смены. Серафим и фотограф сделали пару фото и всех отпустили, закончив на этой чудесной ноте, защиту проектов и зимнюю смену.

Яркий разноцветный свет то мигал, то медленно смеялся под темп быстрой энергичной музыки на иностранном языке. Вроде как поёт Мадонна, Эдгарс обожал эту песню. Он танцевал с Кириллом, без договорённости, но очень синхронно, будто этот танец они учили несколько лет. Махая руками, хлопая в ладоши, двигая бёдрами и зажмуривая глаза, Мария и Айлин отплясывали свой танец под руки в паре, рядом с мальчиками. На припеве, они все вчетвером будто синхронизировались, начав танцевать вместе.

В середине зала, словно бальные танцоры кружились Серафим и Дарина. Этот танец они танцевали на своей свадьбе, с которой сегодня прошло ровно четыре года. В их танце горела такая любовь и нежность друг к другу, пусть он и был очень энергичный. Они брались за руки и даже целовались. В момент их внезапных, но уместных поцелуев, ребята, что смотрели на них и не танцевали, громко хлопали и свистели, будто первый раз в своей жизни, видят влюблённых.

Быстрая и весёлая музыка сменилась медленной и спокойной, Мария и Айлин обнялись, переступая с ноги на ногу, пританцовывая. Кирилл ушёл к Норе, а Эдгарс встал у стены, поглядывая на своих друзей и Женю, которая стояла у стены напротив и нежно целовалась с Колей. Он был рад, что у всех всё хорошо. Улыбнувшись и прикрыв глаза, Эдгарс задумался, вспоминая школьную дискотеку по случаю выпускного из музыкальной школы. Их медленный танец с Мартой и первый поцелуй после, на крыше их школы, сидя на холодном подоконнике, у окна, с видом на ночную Ригу. Он помнил и то, что было после поцелуя. Он помнил всё. Держа пластиковый стаканчик с газировкой, он тихо прошептал: "За тебя, моя звёздочка", и, с немного печально улыбкой, выпил кока колу до дна одним глотком.

Кирилл медленно и немного странно двигался рядом с Норой, которая танцевала ещё страннее него. Он легко улыбался, смотря ей в глаза, которые казались совсем безразличными. Но он пытался увидеть в них какой-то огонёк.

— Слушай, Нор, я хотел тебе кое о чём сказать. — Кирилл вздохнул, перестал танцевать и взял Нору за руку. — Ты мне очень нравишься. Я бы хотел продолжить с тобой общение после лагеря и возможно даже начать встречаться. Знаешь, тогда перед квестом, я подумал, что ты говорила про меня и...

— Кирилл, ну во-первых — Перебила Киру Нора. — Я живу не в Питере, а в Подмосковье и до тебя мне ехать слишком дорого и долго. А во-вторых, тогда перед квестом, я говорила про Серафима.

— Что?.. Но Серафим же вожатый... — изумился Кирилл, отпустив руки Норы. — Так ещё и женатый...

— И что? Я видела в сериалах, как вожатые начинают встречаться с девочками из своих отрядов после смены. А Дарина не проблема. — Нора подняла брови. — Я просто не знаю на что ты надеялся. Я ведь изначально никакого внимания к тебе не проявляла.

— И правда, на что я надеялся... — Кириллу почему-то стало так смешно. Любовь сменилась резким отвращением. Ему сразу стало интересно, что вообще вырастет из Норы в будущем. Он посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. — Ладно, удачи тебе с Серафимом, а я пойду. Пока. — он, тихо посмеиваясь, направился к небольшой лестнице, которая вела на сцену в конце зала. Там, одиноко сидел Эдгарс с пластиковым стаканчиком.

— Ну что, Ромео, как там твоя Джульетта? — подняв голову, спросил Эдгарс.

— Она влюблена в Серафима, а мне даже не на что надеяться. — с усмешкой ответил Кирилл, присаживаясь рядом. — А у тебя как?

— Вон. — Эдгарс махнул головой в сторону Жени, которая всё так же целовалась с Колей. — Прошла любовь, завяли помидоры. — Чаксте вздохнул и с лёгкой улыбкой, протянул Кириллу второй пластиковый стаканчик, но уже с соком.

— М-да, что-то нам обоим в любви не везёт. — посмеялся Кирилл, принимая стаканчик.

— Да ладно, кому она нужна. — Эдгарс поднёс свой стаканчик к Кириллу. — За друзей.

— За друзей. — повторил Кирилл и чокнулся с Эдгарсом, выпивая сок залпом так, будто это что-то покрепче.

— Тебе так идут такие платья как то, кошечка моя. — сделала комплимент подруге Мария, сидя на кровати, в пижаме, с распущенными волосами и наблюдая, как Айлин смывает макияж за столом.

— А тебе очень шёл тот костюм. — ответила комплиментом на комплимент Айлин, убирая жидкость для снятия макияжа в косметичку, а грязные ватки в мусорку. Она выключила свет и легла на кровать, укрываясь одеялом.

— Да, сегодня был очень классный день. — Мария бухнулась рядом.

— Согласна. Давно такого веселья не было. — подтвердила Айлин. — Особенно молодец ты, Мари. Это благодаря тебе мы выиграли.

— Да ладно... Мы выиграли благодаря всем. — смутилась девушка. — Не верится даже, что мы уезжаем завтра...

— Да... Это была очень крутая смена... Но самое главное, что мы продолжим общаться все вчетвером. — подбодрила подругу Айлин.

— Ага. И ещё хорошо, что Кирилл Нору бросил. — усмехнулась Мари.

— Ха-ха, ага. — Айлин улыбнулась и закрыла глаза. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи. — ответила Мария, и тоже закрыла глаза, укрываясь одеялом.