Нежный снег

К высокому каменному забору, с возвышающимися на нём смотровыми башнями, подошла огненно-рыжая девушка в серебряных доспехах и мечом в руках. Ухмыльнувшись, она засунула меч в ножны и, ухватившись руками за выступающие трубы и оборванные лианы, рыцарша, словно обезьянка, залезла наверх стены, отряхнув руки. Взяв разбег, она прыгнула к одной из отдельно стоявших от замка башенок, ухватившись за козырёк крыши и уперевшись ногами в выступающие камни. Пройдя чуть-чуть вперёд и подтянувшись на крышу, девушка перевела дух и вновь прыгнула, но уже к крайней башне замка. Забравшись тем же способом на вершину, она по мелким башенкам допрыгала до основной, где вошла внутрь через окно.

В круглой, тёмной, мрачной комнате стояла лишь большая двуспальная кровать и зеркало. На кровати сидела девушка с чёрным каре и такого же цвета платьем в пол. Повернув голову в сторону недавно вошедшей рыцарши, она открыла тёмно-красные узкие глаза и легко улыбнулась.

— Хах, неужели все мужчины в нашем королевстве закончились? — она встала с кровати и, подойдя к рыжей, положила руки ей на плечи. У них была не сильно большая разница в росте, но она смотрела на свою спасительницу так, будто та на две головы выше.

— Они пугались лишь одного сопения дракона в лесу по дороге, которое, кстати, позже оказалось лишь шелестом листьев. — рыжая самодовольно ухмыльнулась. — Как только я услышала о тебе, мисс Айлин, то сразу поняла, что никто другой не сможет освободить тебя.

— Мужчины нынче совсем хиплые пошли. — Айлин достала из рыжих кучеряшек пару веточек, тихо посмеявшись. — Доспехи на два размера больше тебя, они не твои?

— Да, я украла их. На самом деле я никакая не рыцарша, а всего лишь ведьма. Но без доспехов к твоему замку не пускают дальше поляны, так что пришлось воспользоваться своим обаянием. — рыжая убрала прядь волос Айлин за ухо.

— Позволь узнать твоё имя, первая моя спасительница, не испугавшаяся мою мать. — Айлин тихо хихикнула.

— Я Мария. — гордо ответила девушка. — Тоесть тот дракон твоя мать? Легенды не врали?

— Легенды никогда не врут, милая Мари... — Айлин закрыла глаза и поддалась руке Марии, а та, улыбнувшись, почувствовала что-то странное. Словно просыпается...

Луч яркого солнца пробился через плотно закрытые шторы и упал на ярко-рыжие, пушистые волосы. Мария, недовольная от окончания такого сладкого сна, потёрла глаза и зевнула, прикрывая рот ладонью. Садясь на кровать, она потянулась вверх, похрустев спиной. От этого хруста проснулась и её подруга, которая терпеть не могла вставать с ранними лучами солнца, поэтому ещё в начале смены отодвинула свою кровать в самый тёмный угол их комнаты.

Серафим ещё не пришёл, значит было время одеться и собраться, чем в принципе и начала заниматься Мария, только соскочив с кровати.

Расчёсывая и укладывая свой одуванчик, девушка тихо намурлыкивала какую-то мелодию и пританцовывала бёдрами. В ванну медленно зашла Айлин и зевнув, кинула своё полотенце на небольшую тумбочку возле душа.

— Какая же эта кровать неудобная. Надо попросить Серафима что-то с этим сделать... Мне кажется я переломала себе спину во время сна. — Айлин потёрла глаза, а после выпрямилась, хрустнув позвоночником. — О Господи, мой позвоночник мне спасибо не скажет...

— Может поменяемся матрасами? Я готова отдать тебе свой мягенький. — Мария выплюнула зубную пасту в раковину и промыла рот водой.

— Нет, спасибо, я не хочу, чтобы ты вся переломалась. А ещё он скрипит от каждого движения, а ты как юла по кровати ворочаешься всю ночь. — усмехнулась девушка. — Что же тебе такое интересное и активное снится?

— Хах, ну вот сегодня сон у меня был просто афигенный. Я была крутой ведьмой с мечом, а ты была принцессой-вампиром, которую я освободила от злого дракона. — Мария вытерла лицо полотенцем. — А ещё там был король, который меня к тебе и послал, и мальчик эльф, у которого я забрала доспехи. Кстати, король и эльф подозрительно были похожи на Эдгарса с Кириллом...

— Не мудрено. Дай угадаю, эльф не захотел меня спасать потому, что был влюблён в какую-то феечку Нору? — усмехнулась Айлин.

— Ты почти угадала, только никакой феечки Норы там не было, но у него была какая-то другая влюблённость... Я так и не поняла, правда, в кого, но во сне это было логичнее. — девушка пожала плечами, переодеваясь из пижамы в привычные джинсы с водолазкой.

— Ты только ему не рассказывай, а то такие психи начнутся тут. — Айлин погладила Марию по волосам с лёгкой улыбкой на губах. — Самое главное, что ты меня спасла. Я тобой горжусь даже во сне.

— Спасибочки, принцесса. — усмехнулась Мария.

Пока Айлин мыла голову, Мария решила пройтись по корпусу, чтобы слегка размять затёкшие во время сна ноги. В некоторых комнатах она слышала тихую суету и шёпот. На часах время было шесть утра, Серафим с Дариной скорее всего, ещё спали, а те, кто встали, просто ранние пташки с грязной головой, прям как Айлин с Марией.

Постояв у окна пару минут, девушке пришло в голову сходить к Эдгарсу с Кириллом, которые уже точно не спали. Подойдя к их комнате, она прислонилась ухом к двери и услышала что-то похожее на тихие возмущения и "крики" шёпотом. Постучавшись несколько раз, ей открыл Эдгарс. Какого же было её удивление, когда она застала обоих мальчиков на полу в "гнёздышке" из одеял и подушек, нагло поедающих самую строгую запрещёнку. Кирилл, с довольной лыбой, сидел по-турецки в обнимку с пачкой луковых чипсов, поглядывая на печенье Эдгарса, которое уже явно запреметил.

— Доброе утро. — прошептал Марии Кира и жестом пригласил присоединиться к их сомнительной компании.

Мария же с огромным желанием присела рядом с парнем и уже присвоила себе пачку сырных чипсов, тихо открывая её. Эдгарс же достал из своей половины шкафа, спрятанную в одежде бутылку газировки и поставив её посередине "гнезда", сел напротив Марии с Кириллом.

— А вы чего так рано не спите? — тихо поинтересовалась Мари.

— У Эдгарса сработал будильник, мы проснулись и поэтому, что бы загладить свою вину перед мной за такое раннее пробуждение, он достал из своих закромов запрещёнку. — Кирилл самодовольно улыбнулся и, открутив крышку у газировки, сделал пару глотков, протерев после себя горлышко.

— И грустно и вкусно. — хихикнула Мария. — Кирилл, ты же не ешь вроде чипсы? И от газировки отказался даже вчера.

— Да у него и так самая чистая кожа на планете. Ни одной чёрной точки, ни одного прыщика, ни одной морщинки... Что за человек вообще?! У тебя пубертат в каком месте проходил?! — шёпотом возмущался Эдгарс. — меня в пятнадцать лет так обсыпало, никакая тоналка не помогала. А мне же ещё на сцене выступать надо было. Всё более-менее только сейчас устаканилось.

— Это всё благодаря моему уходу за кожей и правильному питанию. А ты, по рассказам, в пятнадцать лет ничего кроме чая, пиццы, пива и лапши не ел. Не мудрено, что у тебя акне пошло по лицу. — Кирилл самодовольно скрестил руки на груди, ехидно поглядывая на Эдгарса, который сейчас, казалось, взорвётся от злости.

— Да я в пятнадцать лет хотя бы на мальчика был похож. — единственное более-менее доброе, что мог сейчас выдавить из себя Эд.

— Я не виноват, что твой хрупкий тестостерон, который падает от любого упоминания "женской" процедуры, не позволяет тебе быть в первую очередь человеком. — Кирилл буквально оставил Эдгарса без аргументов.

— Знаешь, не был бы ты похож на девочку, я бы тебе по лицу дал пару раз. Но я тебя слишком люблю и уважаю, чтобы злиться. — Эдгарс вздохнул и натянул улыбку, положив руку на колено Кирилла. — А ещё я не гомофоб и уважаю твой выбор, дружище.

— Я не понял, ты меня сейчас геем назвал? Я тебе сейчас такую дискриминацию устрою... — Кирилл уже начал замахиваться, но их двоих вдруг остановила Мария, которая устала наблюдать за их петушиными боями.

— Так всё, успокойтесь. Кирилл, ты реально похож на гея. Эдгарс, не улыбайся, ты похож на него не меньше Киры. — вздохнув, помирила друзей Мари. — Как малые дети, честное слово.

— Ладно, да, пора бы заканчивать, а то уже все границы переходит. — Эдгарс вздохнул и оперевшись спиной о кровать, взял из пачки чипсинку. — Прости меня, Кир, я не хотел тебя, если что, обижать.

— Ничего страшного, я уже привык к подобному. — Кирилл улыбнулся уже по-доброму, подавая Эдгарсу пачку с чипсами. — Я и до этого воспринимал твои высказывания как шутку. Я же знаю, что ты не со зла.

Ребята быстро забыли эту ситуацию, сменив тему. Через минуты пятнадцать, Эдгарс резко замолчал и жестом попросил помолчать друзей, прислушиваясь. Он, услышав шаги, стремительно приближающиеся к его с Кириллом комнате, очень быстро начал запихивать всю запрещёнку и телефон под кровать, стараясь делать вид, что они просто спокойно болтали. Уже готовясь увидеть Серафима, вся троица вздохнула с облегчением, поняв, что это всего лишь Айлин, которая уже помыла и высушила голову и пошла на поиски резко пропавшей Марии.

— Айлин, я тебя ненавижу! У меня чуть сердце не остановилось! — шёпотом возмутился Эдгарс, кидая в подругу подушку.

— Тише, тише, ты уже старый, тебе такие выкрутасы делать опасно. — нашла повод лишний раз пошутить над возрастом Эдгарса Айлин, садясь рядом с ребятами в "гнёздышко", подмечая, что сделано оно очень уютненько.

Кирилл решил, что прогулять завтрак в ванной, намывая свои кудряшки — это отличная идея, ведь смысла в нём ноль, они же уже поели, а значит живот болеть не будет. А ещё, он, в момент своего счастливого поедания чипсов, решил совсем забыть о своей бурной реакции на специи, содержащиеся в них, скинув на "всё будет хорошо, в тот раз просто не повезло". Как же он был не прав. Жаль, что понял он это уже после зарядки, сидя в медпункте, согнувшись в тридцать три погибели от аллергии, в окружении его компании и крайне сердитого Серафима.

— Как ты мог, Кирилл? Вот от тебя я вообще такого не ожидал, горе ты луковое. — Серафим, скрестив руки на груди, с призрением и каплей сожаления смотрел на Киру.

— Кирилл, ты идиот, это из-за тебя у меня больше нет чипсов под кроватью. — Эдгарс сидел рядом с ним на кровати и очень агрессивно гладил его по спине.

— Да, кстати, Эдгарс. Если я узнаю, что у тебя ещё хоть что-то осталось, я заставлю выкинуть всё это добро до последней крошки. — Серафим никогда не был настолько серьёзен с компанией, поэтому стало даже страшно. — Кир, снова к тебе. Почему ты мне не рассказал на что у тебя аллергии? А если бы ты умер? Как бы я потом твоей маме в глаза смотрел?

— К вашему счастью, у меня больше ничего не осталось, вы всё выкинули. — Эдгарс печально посмотрел в пол и переложил руку со спины Кирилла на его волосы.

Кирилл молча кивал и крутил головой на все вопросы, и иногда тихо постанывал от сильной боли.

— Кирюш, ты может ещё раз пойдёшь вырвешь? — Мария заботливо держала Киру за руки, взволнованно сжав брови.

— Да я скоро органами блевать буду. — Кирилл еле моргал, ему было так плохо, как не было никогда.

— Не будешь, я тебе их обратно запихну. — Серафим всё ещё сильно переживал, пусть по Кириллу и было видно, что он потихоньку перестаёт быть зелёным от тошноты и возвращается в привычный цвет кожи. — Короче, я вижу, как тебе плохо, так что оставайся-ка ты на дня два-три в изоляторе.

— Нет! — резко возник в разговор Эдгарс.

— Так, молчать, а то останешься с Кириллом тут думать о своём поведении. — Серафим вдруг увидел в глазах Эда надежду на три совместных дня с Кириллом без всяких таймквестов по птицам и животным. — В разных палатах. — сразу погасил огонь в глазах парня вожатый и вновь вернулся взглядом на Киру, который, подняв голову, смотрел так жалобно, что ему самому плакать захотелось.

— Только не изолятор, пожалуйста, я уже нормально себя чувствую... — Кирилл спрыгнул с кушетки и, шатаясь, поковылял к выходу из палаты. —Я вот, видите, как огурчик.

— Да-да, как огурчик зелёный. — Сравнил Серафим, подняв брови. — Солёный огурец.

— Ну пожалуйста, Серафим Андреевич, не оставляйте меня в этом страшном помещении, смены всего лишь восемнадцать дней осталось, я даже отдохнуть не успею. — взмолился Кирилл. — Серафим Андреевич, а я, вообще-то, больниц боюсь. Да-да, сильно боюсь... Вот если я паническую атаку схвачу и умру, как вы потом будете моей маме в глаза смотреть?

— Кирилл, успокойся. Во-первых, я не Андреевич, а Александрович. Во-вторых, смена у нас не летняя, и идёт не двадцать дней, а десять...

— Что?! Но это же так мало! — Снова перебил Серафима Эдгарс, на что получил устрашающий замах рукой и шипящее "я тебе щас как дам мало".

— Я знаю, что смена маленькая, да, сам не был в восторге. Но вы должны были это знать ещё до приезда сюда, а не за семь дней до окончания. — Серафим вздохнул и почесал переносицу. — Боже, дай мне сил на вас всех... Кирилл, короче, ты меня бесишь, так что будешь с больным желудком скакать сегодня на квесте. Эдгарс, а ты, будешь грехи искуплять.

Эдгарс тут же спустился на одно колено перед Серафимом, сложив руки в замочек, и закрыв глаза, опустил голову. — О Господи, прости душу грешную, окаянную...

— Эдгарс, твою за ногу, поднимись быстро! — Серафим схватил Эда за плечо и поднял его на ноги под громкий смех всей компании. — Я имел в виду, будешь пристально наблюдать за Кириллом и отчитываться мне. Я знаю, что у тебя есть телефон, так что будь добр, используй его по назначению. Фотоотчёт, что делает Кирилл жду каждый час. И только попробуй, Кирюша, не прийти на полдник, я тебе уши оторву и из них чипсы сделаю. — Серафим пригрозил парню кулаком и удалился из мед.пункта к остальной части отряда, которая, в отличии от этой четвёрки, не мотала ему нервы каждый божий день.

Кирилл чувствовал себя, мягко говоря, плохо. Ходил он весь день под ручку с девочками и его личным оператором-фотографом Эдгарсом, который и возможности сделать тупые кадры не упускал, считая своим долгом наделать такие памятные фотографии. Погода на улице была в этот день прекрасная. Солнце спряталось за облаками, от чего не слепило глаза. Не было ветра, температура чуть ниже минус десяти, так ещё и снег огромными хлопьями шёл, не переставая. В общем самое то для прогулок. В меню интеллектуальных развлечений у старших отрядов сегодня был квест. И не простой, а достаточно активный. Подсказки и загадки были раскиданы по всей территории лагеря, так что командам стоило объединиться и потрудиться общими усилиями.

Лёжа в сугробе снега, Кирилл, открыв рот, ловил языком снежинки, медленно моргая. Он был полностью истощён последствиями "завтрака". Эдгарс чувствовал себя не лучше. Вина преследовала его весь день, казалось, будто он и правда виноват во всех смертных грехах. Сидя в сугробе рядом с девочками и Кириллом, он топтал ногой большой ком снега.

— Слушайте, я вот думаю, может буддизм принять. — Внезапно нарушил тишину Эдгарс.

Мария с Айлин удивлённо повернулись в его сторону и даже полудохлый Кирилл нашёл в себе силы приподняться.

— А до этого ты кем был? — поинтересовалась Айлин, быстро моргая.

— Понятия не имею. Я не крещёный же. Вроде как католиком всё детство был, потом сатанизм резко исповедовать начал...

— Что?! — Мария чуть воздухом не подавилась от такой шоковой информации. Она конечно предполагала, что у Эдгарса были свои скелеты в шкафу, но чтоб на столько...

— М-да... Было дело как-то. Но я, если что, никакие обряды жертвоприношения не проводил, не бойтесь. — усмехнулся Эд, перебирая пальцы. Вспомнилась вдруг Марта, которая и затянула его в эту секту. С воспоминаниями пришло и осознание, до чего его это всё могло бы довести, благо голова на плечах тогда была. — А сейчас я даже не знаю кто я. Хотелось бы верить хотя бы во что-то. Вот что насчёт вас? — он поднял голову, смотря на друзей. — Какую религию вы исповедуете?

— Интересные ты вопросы задаёшь конечно, Эдгарс. — Айлин улыбнулась, поглядывая на Марию. — Я мусульманка, но религию свою не исповедую и не верю в неё толком, так что, скорее всего, атеистка.

— Я христианка. Бабушка любовь и веру в бога привила с детства раннего, и я ей благодарна. Тот, в кого я верю, ещё ни разу меня не подводил. — Мария подняла взгляд в небо, а потом вновь перевела его на ребят. — Но ты, Эдгарс, мало на христианина похож, так что вряд ли тебе я помощник.

— Пфф, Мари, не подводил тебя не тот, в кого ты веришь, а ты сама. — Наконец заговорил Кирилл не голосом умирающего лебедя. — Мы сами себе вера. Я вообще считаю, что это всё такая глупость. Верить надо только в себя и свои возможности, а не в какого-то дядьку сверху.

— Да ну, Кирилл, почему ты такой злой? Разве ты никогда не обращался за помощью к высшим силам? — Мария добро улыбнулась, столько разных мнений, но ей было искренне интересно послушать именно мнение Киры на этот счёт.

— Обращался и не раз. — Кира печально вздохнул, нахмурившись. — И ни одна моя молитва не была услышана. Ни единая моя просьба не выполнилась, сколько бы я не творил добра. Так что я понял, что смыла в этом всём нет. — Самойленко посмотрел на Мари с пониманием. В её словах он услышал Риту, которая всё ещё на что-то надеется.

— А о чём ты просил бога? — резко поинтересовался Эдгарс.

— Я просил лишь одного, чтобы меня приняли и полюбили в новом месте после переезда. В итоге у меня не появилось тогда ни одного друга. Наоборот, даже издеваться начали. — Кирилл поджал ноги и обнял колени одной рукой, проводя другой по снегу. — Я просил друзей.

— Но ведь у тебя появились мы, Кирилл. И, в целом, не так уж бог запозднился с твоей просьбой. — Мария сейчас звучала как добрая матушка из церкви, но это как будто успокаивало. — Просто в тот момент тебя окружали только плохие люди, которые уж точно не должны были становиться тебе друзьями. У меня была похожая ситуация и бабушка мне сказала ровно то же, что и я тебе сейчас.

— Хм... И правда... Я на самом деле никогда не задумывался над этим. — Кирилл слегка улыбнулся одной стороной губ и мельком посмотрел на небо.

— Слушай, Мари, а почему ты постоянно упоминаешь в своих историях из детства только бабушку? А как же мама с папой? Извини если тема больная, можешь не отвечать, если не хочешь. — спросил у девушки Эдгарс, делая себе из сугроба что-то типо скамейки.

— Кстати, да, мне тоже это всегда было интересно. — поддержал интерес друга Кира.

Мария печально улыбнулась. Её глаза забегали и намокли. Она закусила губу. Айлин положила руку ей на плечо дабы поддержать, но заметила, что та и не дрогнула. — Нет нет, всё в порядке. Тема конечно личная, но я вам доверяю. — она вздохнула и начала рассказывать, поглаживая руку Айлин у себя на плече. — Когда я только родилась, мама с папой начали очень часто ругаться. И, в основном, из-за меня. В конце концов, они приняли решение развестись. Мама отдала меня "на время" к бабушке с дедушкой на воспитание. В итоге, после развода папа уехал в другой город и начал просто присылать алименты, а мамы след простыл. В тот же день после развода она уехала, сменила номер и больше никогда в моей жизни не появлялась. А через четыре года после этой ситуации и папа перестал деньги присылать, так что я осталась совсем одна с бабушкой и дедушкой. Но я не жалуюсь, потому что я и не знала никогда своих родителей. Я не видела их лица в живую, я не помню их голоса, я ничего о них не знаю. Я не люблю их. — Мария перевела дух, поморгав несколько раз, чтобы остановить подступившие слёзы. — Я сменила отчество на дедушкино, фамилию взяла бабушкину, девичью, а имя мне и так дала бабушка, так что я полностью стёрла родителей их своей жизни.

Кирилл печально сжал брови и переглянувшись с Эдгарсом, наклонился и обнял девушку. — А если вдруг твоя мама объявится, что ты будешь делать?

— Я просто выгоню её и всё. Она мне не мать, а чужая женщина. — Мария обняла Кирилла в ответ, улыбнувшись. Она больше не плакала, даже слегка. — Мать — это не та, что родила. Это та — что воспитала.

— И правильно. Ты очень сильная, я это чувствую. А твои родители просто критины и идиоты, раз бросили такую чудесную дочку, не захотев воспитывать и брать ответственность. — Эдгарс улыбнулся, поглаживая подругу по волосам.

— Спасибо вам огромное. Я не нуждаюсь в жалости потому, что я счастлива своей жизнью. Меня всё устраивает. — Мари улыбнулась и разом обняла всех друзей.

— Кира! Привет! — вдруг откуда-то вдали послышался звонкий, детский голос. Через всю территорию лагеря к Кириллу бежала Рита, весело махая руками.

— О, Риточка, моя же ты радость, привет. — Кирилл, улыбнувшись, осторожно слез с сугроба и присел на корточки, дабы обнять свою сестрёнку. — Ну что, как дела? — поинтересовался Самойленко, поднимая Риту на руки.

— Прекрасно! Я нашла новых друзей из второго отряда. Они очень весёлые и с ними не скучно. — девочка обняла двумя руками брата за шею и положила голову ему на грудь.

— Рит, так второй отряд же, это уже старший. Они не слишком ли взрослые для тебя? — обеспокоенно спросил Кирилл.

— Кир, во второй отряд всех, кого не лень понапихали. Там, чтобы ты имел представление, Женя, которой четырнадцать недавно стукнуло и друган её, толи на два толи на три года старше. Так что я бы так не волновался. — подметил Эдгарс, скрестив руки на груди.

— Они всё равно очень взрослые. Рит, а как же твоя подружка Нина? Разве вы больше не дружите? — вступила в диалог Айлин, иногда поглядывая на Марию, которая что-то старательно искала в своей сумочке.

— Дружим конечно, мы самые лучшие подружки! Но просто вдвоём бывает скучно, а компанией уже веселее. — ответила Рита, дёргая Кирилла за серёжку. — Кир, тебя мама точно убьёт после смены. — отреагировала на новые гвоздики девочка, тихо хихикнув.

— Не убьёт. — отмахнулся Кирилл, с улыбкой на лице. — Слушай, будь осторожна, прошу, я не хочу, чтобы ты попала куда-нибудь не туда. Если что-то случится, обращайся ко мне, я разберусь. — Кира погладил сестру по голове и отпустил её на землю, попрощавшись.

— Без обид, Кирилл, но ты не особо то и страх вселяешь. — подметил Эдгарс, с лёгкой ухмылкой, смотря Рите в след.

— Я — нет, соглашусь. Но у меня есть ты. — Кира забрал у Эда все аргументы, поэтому тому ничего больше не оставалось, кроме того, чтобы закрыть рот и принять поражение.

На обеде Кирилл на отрез отказывался есть. В столовую его чуть ли не на руках занесли. Сидя в позе капризной пятилетки он отворачивался от грибного супа, показывая отвращение.

— Кирилл, что произошло? Давай ешь. — Эдгарс уже доел все свои порции и принялся за второе Кирилла, ведь тот даже суп не хотел есть.

— Да ты достал... Я не голодный, а ещё меня тошнит, я тебе объяснял это сто раз. — Кирилл раздражённо чуть ли не прокричал это другу, схватив кружку компота, агрессивно его выпивая.

— Ну ты даёшь Кир... — Айлин покачала головой, доедая свой суп.

— Да чего вы ко мне прицепились все? У Марии тоже тут проблемы с едой, ей же вы ничего не говорите. А я тут не захотел обедать, так вы налетели... — Кирилл положил голову на руку и отвернулся.

— Кстати да, Мари, ты опять не ешь, что случилось? — Эдгарс отлип от еды поворачиваясь в сторону Марии, которая ковыряла ложкой свой суп и вылавливала из него грибы.

— Не хочется что-то. — подняв голову, Мария заметила обеспокоенные взгляды Айлин, Эдгарса и даже Киры, который повернулся в её сторону, приподняв брови. — Не переживайте, у меня не рпп и ничего в этом роде. Я просто почему-то не голодная. У меня нет комплексов, да и если бы я хотела похудеть, я бы делала это по-другому... Да и...

— Может, у тебя глисты? — резко перебил Марию Кирилл, наконец беря ложку супа в рот.

— Судя по внешнему виду, глисты скорее у тебя. — еле сдерживая смех ответила Мария, под тихую истерику Эдгарса, у которого от смеха полился компот из ноздрей, что заставило бедную Айлин подавиться супом.

Серафим подошёл к столу этих бедолаг, уже готовясь успокаивать каждого. Выгнав Эдгарса из столовой в туалет высмаркивать остатки вишнёвого компота, он похлопал Айлин по спине и погладил Марию по волосам, которая при виде вожатого, тут же начала пихать в себя еду с удивительной скоростью.

— Вот у вас хотя бы час может спокойно пройти? От вас реально очень много проблем. — Серафим дал Кириллу подзатыльник, потому что тот показывал из-под стола средний палец и делал максимально невинное лицо. Тут вернулся Эдгарс и, сев на место, тут же начал получать выговор от вожатого.

— Так, Чаксте, ты вообще знаешь, что такое фотоотчёт? Мне не нужны фотки дверей, чьих-то ног и снега, мне нужны нормальные фотки Кирилла и того, чем он сейчас занимается. У меня вся переписка с тобой в фотках каких-то птиц и непонятно чего.

— Серафим, так вы бы выражались понятней. — обиделся Эдгарс.

— Да тут уже только тупой не поймёт. — Серафим вздохнул и опёрся на стол двумя руками.

— Вы за мной зачем слежку пустили, Серафим Андреевич? — поинтересовался Кирилл, отодвигая почти полную тарелку супа.

— Не называй меня так, Кирилл. — ответил вожатый, пододвигая тарелку обратно. — Это чтобы ты не расслаблялся, дорогой мой. Доедай.

— А как вы поняли, что у меня есть телефон? — спросил Эдгарс, облокачиваясь на руку.

— Вы всегда приходили вовремя. А по обычным часам время определяют лишь единицы из всех отрядов, а вы не настолько интеллектуально развиты. — Сарафим вздохнул, наконец-то вспомнив, что хотел сказать. — Так, сегодня квест, вы там Нору потормошите, что бы она с вами участвовала. Тема вопросов, если что, та же, правила объяснят. Кстати, после квеста можете на каток сходить. — и на этой хорошей ноте Серафим с довольной улыбкой ушёл к себе за стол под ярый восторг компании.

Правила квеста были довольно просты. По всей территории лагеря стояли вожатые и другие работники. У каждого из них в руках был листок с вопросом для каждой команды и несколько "перьев". У каждой команды в отряде на одежде были значки с номером их команды, а в руках специальный мешочек для награды. Цель была собрать как можно больше перьев за сорок минут. Победившей команде будет положена награда в виде грамоты, как на квизе.

— Кирилл, где Нора? У нас очень мало времени осталось. — Мария, скрестив руки на груди, агрессивно била ногой о балку, сидя на перилах на лестнице.

— Я не знаю. Я подходил к ней после обеда, она сказала, что придёт. — Кирилл взволнованно ходил по коридору.

— Сходи поищи её, она нам нужна. — Мария спрыгнула с перил и, положив руку на плечо Кириллу, развернула его к выходу из корпуса общежития, потрепав на-последок, кучеряшки.

Кирилл одел куртку и после смачного подзатыльника, шапку, которую ему дал Эдгарс. Замотавшись как капуста, он вышел на улицу и отправился на поиски Норы. Это был тот ещё квест. В столовой она быть точно не могла, в других общежитиях тоже, корпус спортивного зала он полностью прочесал, так что и там её не было. От безысходности, Кирилл дошёл до забора и, взявшись за перила, словно заключённый смотрел в даль на замёрзшую реку. Летом, наверное, здесь очень круто, об этом говорили каное и лодки в беседке. Услышав хруст снега поблизости, он настороженно обернулся, проверяя кто стоит сзади. Но там была лишь пугающая пустота.

— Кир, это я, не пугайся. — послышался нежный голос Норы за оградой. Она стояла прям напротив Кирилла и выглядела довольно грустно.

— О боже... Ты напугала меня. — усмехнулся Кира, вновь улыбнувшись. — Что ты здесь делаешь? У нас же квест, ты опять пропускаешь мероприятие?

— Я думаю. — многообещающе ответила Нора, сунув руки в карманы.

— В лесу? За оградой? Мне кажется сюда немного нельзя заходить. — Кирилл сжал брови, почему-то за переживав.

— Нельзя. Но Серафим не видит, значит можно. Пойдём со мной, мне нужно с кем-то поговорить. — Нора опустила взгляд. — Пролезай между перилами, ты худой, так что сможешь запросто.

Покорно кивнув, Кирилл вышел из территории лагеря и, встав бок о бок с Норой, медленно поплёлся вперёд. — О чём ты хотела поговорить?

— Знаешь мне так нравится один парень. Но... Но он не обращает на меня внимания... Будто я и не существую вовсе. — Нора, закусив губу, сжала брови, сдерживая слёзы.

— Оу... Мне грустно это слышать. — Кирилл приобнял Нору за плечо, нежно поглаживая. Его сердце трепетало, она не знал, как ему реагировать. Хотелось как можно больше узнать, что это за парень. Вдруг это вообще он? Это было бы очень хорошо. — Что это за парень?

— Я не могу тебе сказать. Но он с нашего отряда, если тебе так будет легче меня понять. — вздохнула Нора. — Он говорит со мной только когда ему что-то надо, словно других тем нет... Но когда он смотрит на меня, у меня словно бабочки просыпаются и летают внизу живота... Я, кажется, совсем, совсем влюблена.

Кирилл задумался. Это описание уж очень сильно походило на него самого, от чего начинало спирать дыхание. — Нор... У меня не было никогда отношений, и я не могу давать тебе дельные советы...

— Не переживай Кир, я понимаю. Я знала, что ты не с кем ещё не встречался. Но ты помог мне даже тем, что просто выслушал. — Нора легко улыбнулась и посмотрела на Кирилла. — Ладно, пойдём, нас уже заждались небось. — она взяла парня за руку и повела к месту сбора команд на квест.

Всю дорогу, Кирилл прокручивал у себя в мыслях эту фразу. Что вообще это значило? Неужели она намекнула на то, что такой как Кирилл вообще не может ни с кем встречаться? Тогда становится очень обидно и грустно. Сердце его сжималось от непонятных чувств. Он даже проигнорировал возмущения Марии на то, где они были и почему так долго. Весь квест Кирилл был буквально никакой. На вопросы отвечал он сухо и то не часто. Даже Нора была активнее него. Из-за этого их команда заняла лишь второе место, что ударило по самооценке Марии, которая больше всех рвалась к победе. Грамоты они, конечно, все получили заслуженно и даже для общей фотки улыбнулись, но разойдясь по своим комнатам, обсуждали весь квест уже не так весело.

Эдгарс и Кирилл сидели в своей комнате, дожидаясь времени, когда Серафим разрешит всей компании пойти на каток. Эд искал в шкафу, чтобы ему одеть такого тёплого, дабы не замёрзнуть на вечернем морозе на катке. Закрыв дверцу шкафа, он повернул голову на кровать Кирилла, тут же перестав улыбаться. Увидел он своего друга в довольно подавленном состоянии, обнимающего свою подушку. Подойдя ближе и присев на кровать рядом, он положил руку ему на плечо, погладив.

— Ты чего? Тебе опять плохо? — обеспокоенно спросил Эдгарс.

— Скажи, Эд, меня правда никто не сможет полюбить? — Кирилл повернулся на спину, смотря на друга. — Со мной правда никто не захочет встречаться?

— С чего такие мысли?

— Нора мне сегодня сказала, что знала, что я ни с кем никогда не встречался и даже за ручку не держался. Неужели я правда выгляжу как человек, у которого никогда не было отношений?

— Кирилл, ты прям как девочка, к одной фразе зацепился и накрутил себя до безумия сильно. — Эд мягко улыбнулся, скрестив руки в замочек, упираясь локтями в колени. — Ты не выглядишь как человек, у которого никогда не было отношений. Возможно она и вовсе не имела этого в виду. А если ты переживаешь на эту тему, то я скажу тебе так. В своей жизни я по-настоящему любил только один раз и то закончился он не очень хорошо.

— Но ты не выглядишь как человек, у которого были всего одни отношения...

— В том то и дело, дружище. Судить книгу по обложке глупо и абсолютно без мысленно, ты ведь и сам это чудесно понимаешь. Я это к тому, что отношения это такая штука, которая требует нужного подхода и нужного человека. Она требует времени и внимательности, так что сколько у тебя было отношений это совершенно не важно, самое главное, какими они были. — в завершение своей фразы, Эдгарс мило улыбнулся, ущипнув уже более весёлого Кирилла за нос. — Надеюсь я хоть как-то смог тебе помочь.

— Да, ты правда мне очень помог, спасибо. — Кирилл почесал нос, тихо посмеявшись. — А сейчас? Сейчас ты кого-нибудь любишь?

Эдгарс задумался, опуская взгляд. Помолчав минуту, он всё же начал. — Наверное, ближайшие лет пять, я вообще буду не способен на что-то кроме дружбы. Я уже пытался построить отношения кое с кем из старых знакомых, но всё закончилось так и не начавшись, так что это вообще очень сложно всё... — Чаксте облизнул губы, грустно улыбаясь. Ему снова вспомнилась Марта. Её нежные руки и тёплые губы. Он сильно тосковал по ней. Словно верный пёс, которого, к сожалению, навсегда покинула любимая хозяйка, но он всё ещё надеется на то, что она придёт и продолжит играть с ним, как раньше. Глаза начали намокать.

Эдгарс почувствовал чью-то руку у себя на плече. Это был всё ещё Кирилл, но посмотрев в его глаза, он увидел то сочувствие, что не видел уже давно. Словно его Марта сейчас смотрела на него и гладила плечо. Ужасно он, наверное, поступает. Видеть в своих живых друзьях мёртвую, бывшую девушку. Но по-другому он бы никогда не вылез из своего отчаяния. Ему даже психолог советовал подобные трюки.

Из глубоких раздумий Эдгарса про Хатико и мертвецов его вырвал Серафим, который оперевшись на дверной косяк, крутил на пальце ключи.

— Извините, что прерываю вас, товарищи друзья, но у меня важная новость. Ключики от снарядной теперь у вас. — усмехнулся Серафим и кинул ключи Эдгарсу. — Берите с девочками коньки и можете покататься часик. Потом обязательно всё уберите, закройте и ключи оставьте на столике рядом.

Каток это было лучшее решение для всей компании. День был трудный. Напряжённая Мария наконец расслабилась и смогла здорово провести время с друзьями ни о чём не думая. Айлин весь день думала о родителях, в прочем, как и весь месяц после своего внезапного ухода из дома к Мари, но сейчас, наконец забыла об этом. Кирилл откинул ужасные мысли в сторону, показывая Эдгарсу невообразимые трюки на льду. Всё таки, полтора года в фигурном катании что-то о себе говорили. А Эдгарс в это время, как корова на льду, вцепился в бортик и стоял с открытым ртом, в полном шоке от пируэтов Кирилла.

— Нихрена ты даёшь... — выдавил Эдгарс, после того как Кирилл, разогнавшись, прыгнул и, покрутившись разочек, мягко приземлился на одну ногу, расправляя руки.

— Прям как Саша Трусова! — воскликнула удивленная Мария, стоя на льду под руку вместе с Айлин.

— Хе-хе, спасибо огромное, я старался. — смущённый Кирилл подъехал к друзьям и посмотрел с лёгкой усмешкой на Эдгарса, который явно чувствовал себя очень ущербно на катке рядом с этим олимпийским чемпионом.

— Хороший был сегодня день. — Айлин лежала вместе с Марией в одной кровати в обнимку. Она не хотела спать на этом ужасном матрасе, поэтому её рыжая подруга придумала альтернативу.

— Ага, не смотря на наше второе место, день был интересный. — слегка печально подтвердила Мари.

— Ты всё равно умничка, лучше всех в этом лагере, я уверенна. — сказала Айлин, под тихий смех Марии.

— Ха-ха, ладно, всё, давай спать, мы и так припозднились. — нежно протянула Мария, зевая и кидая в выключатель света теннисный мячик, лежавший на полу. — Спокойной ночи, Айлин.

— Сладких снов, Мария.