Ну здравствуй, брат.
Я почувствовала себя неловко, поскольку сразу же оказалась в центре внимания недоумевающих взглядов. Старший брат Марата, то-есть Адидас старший, пользовался в их группировке значительным авторитетом, но о степени его влияния я могла только догадываться.
- Эта дерзкая девица, которая грубит старшим, разгуливает по улице одна и танцует с авторитетом из Хади-Такташ, твоя сестра? И об этом ты решил сказать только сейчас, когда она наговорила глупостей своим языком, как помелом? - недовольно начал Турбо, отвешивая Марату оплеуху, отчего тот непроизвольно дернулся в сторону.
- А ты со мной разговаривай, уважаемый, - дернув его за руку, возвращая в исходное положение, проговорила я, - может, мы продолжим выяснять, что ты хотел мне предъявить?
- Понятий, что ли, не знаешь? - смахивая с себя мою руку, ответил он мне в тон.
- Знаю, - парировала я, - и, в отличие от некоторых, не только уличные. Мои основаны на человеческом уважении, такте и... - я запнулась, подбирая нужное слово, - справедливости.
- Справедливости? - усмехнулся Турбо. - Это ты сейчас серьезно? В нашем мире справедливость - понятие относительное.
- Может быть, в вашем, - отвечала я. - Но в моем мире справедливость - это когда каждый получает по заслугам. И если ты считаешь, что я нарушила какие-то ваши понятия, будь добр объяснить, в чем именно.
- Ты танцевала с авторитетом из Хади-Такташ, - повторил Турбо. - Этого достаточно.
- И что с того? - пожала я плечами. - Разве это запрещено?
- Не запрещено, - вмешался Марат, - но не приветствуется, если ты ходишь с нашей группировкой.
- Маратик, я пошла домой, - закипая от возмущения и сожаления, ведь впервые видела увечья на лице у брата, проговорила я, - не смей вступаться за меня, понял? Надо будет, я сама авторитет твоему суперу подправлю, если он в очередной раз не уследит за руками или свистом.
- Уверена, что это я свистел? - вдогонку мне крикнул Турбо.
- Свистел не ты, да, но как старший, ты, безусловно, - останавливаясь, объяснила я, - несёшь за них ответственность, ведь это твои воспитанники.
________________________________________________________________________________
Мы не виделись с Маратом до утра следующего дня. Не желая сталкиваться с ним, я заперлась в своей комнате - той самой, что так любезно выделили мне мама и отчим. Весь оставшийся вечер я посвятила подготовке к школе: складывала учебники в портфель, отглаживала форму, и даже завила волосы на бигуди, мечтая о том, как утром они будут ниспадать изящными волнами.
- Что это за клоунада, которую ты устроила вчера, - сердился Марат, - в роли клоуна Циркуля - Турбо, а в роли клоуна Бублика - Дамира батьковна собственной персоной??
- Я же говорила тебе, что сама по себе, - стараясь оставаться спокойной ответила я, усаживаясь за стул, что стоял ближе ко мне, - я не хочу, чтобы ты или Вова попекали меня.
- Если отвязаться от моей заботы ты и сможешь, то, от Вовы вряд-ли, - ответил Марат, останавливаясь около меня, - если на улице узнают, что адидасовская сестра гоняет одна, будь беде.
- Мы со всем разберемся, - чмокая в макушку брата, уверяла я.
Мама, как обычно,пожелала нам удачного дня, перед этим дав поучения, как не следует себя вести в школе, и сама отправилась на работу. Марат всю дорогу наводил мне факты и причины, почему я должна согласиться на крышу от Универсама, но, на его уловки я не поддавалась. Я всегда была сама за себя, хоть и в Москве я пользовалась авторитетностью отцовской фамилии, он же редко за меня вступался, вместо этого учил стоять за себя самостоятельно.
Мы как раз проходили около хоккейной будки, где все так же наблюдалась увесистая гурьба парней, когда послышался голос со стороны, от мужчины в военной форме . - Маратка!
- Вовка, - воодушевленно воскликнул мой брат и, раскинув руки для объятий, бросился к мужчине, - Как я рад тебя видеть!
- Что за очаровательная дама рядом с тобой, Маратка? - донеслось до меня.
- Это Дамирка, Вов, - невозмутимо ответил Марат. Я отвела взгляд, чтобы не чувствовать себя еще более неловко.
- Сестренка, давай знакомиться, - с искренней улыбкой сказал Вова.
В моей душе сразу же разлилось тепло. Вот, передо мной стоят два моих самых дорогих брата, две мои крепости. Я медленно направилась к ним.
После нескольких прогулянных уроков - ведь до школы так и не дошли - мы уже непринужденно болтали дома, после того, как я хорошенько откормила вернувшегося из Афганистана сводного брата.
- Маратка, насчет Дамиры с нашими уже все решено? - спросил Вова, пока я, стоя в другом конце комнаты, гладила вещи мальчиков, совсем не утруждаясь этим занятием.
- Да вот... проблемка тут. Только с Турбо, и-то, Дамира сама его урегулировала, - сконфуженно ответил Марат. Я, краем уха слушая их, закусила губу, в ожидании реакции Вовы. Адидас старший внушал доверие, видимо, именно поэтому он был авторитетом.
- Поясни-ка, - нахмурившись, потребовал Вова, и я поежилась.
- Мирка сцепилась с ним утром, накануне того, как мне пришлось ее представить. В общем, наговорили они всякого друг другу, - начал рассказывать Марат. - Намолола она ему, и я получил все возраста. Не хочет с нами, - ответил Марат, тяжело вздыхая.
-- Не понимаю, в чем дело тогда. Ты достаточно взрослая, неужели, нужно объяснять очевидное? - неодобрительно смотря на меня, говорил Вова.
-Я не раз говорила, что сама могу о себе позаботиться. И я не привыкла, - добавила я искренне, - чтобы меня опекали только из-за того, что я девушка.
- Ты наша сестра, - устало произнёс Вова, и по моему телу побежало множество мурашек. - Я старший, Дамира, и я обязан предупредить каждую собаку на районе, что ты - моя сестра и, что, если с тобой, не дай Бог, что-то случится, они будут отвечать своей головой. В случае их причастности к любым неприятностям, которые могут тебя коснуться. В остальном же, их обязанностью будет остерегать тебя от проблем издалека, это ясно?
-Вова, - было начала я, но мой старший брат перебил меня.
- Значит так, делаем от каким образом. Ты , - указывая в сторону Марата, - собираешь пацанов в качалке, а ты, - кивая в мою сторону, - наводишь марафет и мы идём знакомиться с остальными. Я представляю тебя всему Универсаму официально, и каждый раз, когда будут донимать чья будешь, ты уверенно отвечаешь, что универсамовская, сестра Адидаса. Я сделаю всё возможное, чтобы моя сестра ни в чём не нуждалась и чувствовала себя любимой. Но при парнях ты будешь вести себя безупречно. Никаких выходок, интрижек и прочих глупостей, на которые ты способна. Не подрывай мой авторитет.
Уверенный взгляд, которым прошёлся по мне Вова, унял последнюю каплю желания отстоять свою точку зрения. А ещё то, как по теплому он называет меня своей сестрой, тронуло моё сердце, и я не смогла сдержать улыбки.
- Хорошо, Вова, - сладывая гладельную доску, ответила я, - но у меня есть условие. Я не буду терпеть неподобающего отношения к себе. Мой отец научил меня ценить себя и не позволять никому относиться ко мне неуважительно.
- Согласен, - кивая, ответил мне Адидас, - Можешь не сомневаться, ты под моей защитой. И слова дурного никто не посмеет тебе сказать.
Эти слова вызвали у меня лишь ироничную улыбку, потому что в памяти возник образ того зеленоглазого красавца, который, как и я, не всегда выбирает выражения.
Мои братья привели меня в подвальное помещение, которое очень похоже на качалку. Увиденное меня, мягко говоря, удивило. Я и представить себе не могла, что у здешней шпаны найдётся настолько обустроенное место для тренировок, тут тебе : и тренажеры, и ринг, и приличное место, где можно посидеть, и небольшой столик, где стоят несколько чашек, бутылка воды и перемячи в пакете. Над столом висела полочка с огромным магнитофоном. Но больше всего меня поразило то, что ребята действительно занимались на тренажёрах. Пока я оценивающее проходилась по качалке, разглядывая новые детали, Вовка разговаривал с парнями, что так рады были видеть его.
Я же стою с гордо поднятой головой, чуть позади Маратика. Я всегда смотрела людям прямо в глаза, не опуская взгляда, даже если чувствовала себя виноватой. Это был мой способ показать, что я уверена в себе и не собираюсь оправдываться.
- И эта здесь, - шепнул тот лысый парень, которого я прежде называла африканским солнышком. Отчего я, на его реплику, лишь вопросительно глянула в ответ.
- Общий сбор, пацаны, - крикнул Вова, - Значит так, эта девушка, что стоит среди нас - моя младшая сестра, Дамира Тимуровна. Хочу сообщить, что она теперь с нами.
Турбо, было, открыл рот, чтобы возразить, но испепеляющий взгляд Вовы заставил его замолчать. Я же, напротив, довольно улыбнулась про себя, предвкушая, что теперь у меня будет больше поводов видеться с ним, а может, даже обмениваться колкими фразочками.
- Узнаю о том, что кто-то нелицеприятно обращается с Дамирой, я живо ему устрою головомойку, да такую, что родная мать не признает. Теперь у каждого из вас есть обязанность. И эта обязанность заключается в том, чтобы следить за Дамирой и помогать, при надобности. Это ясно?? - некоторые пацаны загалдели, соглашаясь со словами старшего.
- И последнее, я разрешил ей общаться с вами на равных, так что следите за своими языками..
- Поняли, Вов, - из первых ответил Турбо, все еще смотря на меня, - хотя, на разговор, как на равных, я бы добро не давал. Уж больно у неё язык острый.
- А ты за своим следи, - не пропустив возможности поддначить парня, шикнула я, и отправилась на диван, на котором удобно расположился Маратик, - отсохнет, так болтать вообще не сможешь.
Гулкий рокот смеха, среди молодых, прошелся по помещению, но Вова не обратил на это никакого внимания. Он спокойно направился к двери в конце зала, что-то тихонько обсуждая с Зимой.
-Ну что ты, красотка, - парировал Турбо, приближаясь ко мне и наклоняясь совсем близко, - язвить - это некрасиво. Я осознавала, что таким отношением к старшему суперу, подрываю его авторитет среди скорлупы, но как же мне нравится смотреть за меняющимися эмоциями на его лице.
- У меня вообще-то есть имя, - прошептала я так тихо, чтобы он один мог услышать. - Или ты и его уже забыл?
- Красотка, - повторил он, растягивая гласные буквы слова с какой-то сладостью, словно смакуя его.
- Ладно, - я отстранилась от него, чувствуя, как его близость обжигает меня, и снова обратила взгляд на Маратика.
- Всё хорошо? Ты выглядишь немного расстроенным, - поинтересовалась я, устраиваясь с комфортом на диване рядом с ним.
- Что делать, если девушка, которая мне нравится, совсем не обращает на меня внимание? - отрывая взгляд от стены, произнес брат.
Ого... Неужели у этого сорванца с вечно разбитыми костяшками на руках, уже расцвела первая любовь? Сердце его, прежде принадлежавшее лишь дворовым друзьям и хоккейной шайбе, теперь трепещет от нежных грёз о девичьей улыбке? Удивительно... И даже немного трогательно.
- И кто же она, эта юная покорительница твоего сердца? - с лукавой улыбкой поинтересовалась я, придвигаясь поближе к брату, - Неужели та самая златовласая красавица из соседнего двора, что ходит в музыкалку?
Маратик порозовел, словно пойманный с поличным воришка. Но взгляд его, прежде печальный, теперь искрился озорством.
- Да так... Одна девчонка, - пробормотал он, отводя глаза. - Неважно.
- Как это неважно? - воскликнула я, слегка возмутившись. - Первая любовь - это же целое событие! Это как первый полёт, первое открытие, первое... Всё! Неужели ты хочешь скрыть от меня такую важную новость?
Брат вздохнул, понимая, что от меня так просто не отделаться. И, немного поколебавшись, всё же решился открыть тайну своего сердца.
- Ну... В общем, она... Она особенная, - начал он, подбирая слова. - Она не такая, как все остальные девчонки. Она будто светится изнутри. И когда она улыбается... У меня всё внутри переворачивается.
- Ты такой романтик, Марат- растроганно улыбнулась я, слушая его восторженные речи. - Неужели и вправду влюбился по уши?
- Кажется, да, - признался брат, смущённо улыбаясь.
- Ну ты гулять ее звал? Жвачки и цветы дарил? - начала интересоваться я , на что получала отрицательные кивки головой, - До дома хоть провожал, горе романтик? - Кивает.
- Маратик, все нужно выполнить, чтобы покорить девичье сердце, - с улыбкой на лице говорила я, - -Запомни, мой юный Ромео, завоевание сердца прекрасной дамы - это целое искусство, требующее не только чувств, но и действий.
- и что подскажешь мне делать , - с явно слышной надеждой в голосе, спросим брат.
- Во-первых, - начала я, загибая палец, - не забывай о комплиментах! Девушки любят, когда ими восхищаются. Но комплименты должны быть искренними, это самое главное.
- А во-вторых, - не унимался брат.
- А во-вторых, - улыбнулась я, - будь внимателен к ней. Слушай её, интересуйся её мнением, поддерживай её в трудную минуту. И, конечно же, не забывай о романтических жестах, проводи её там до дома,или предложи помочь с тяжёлой сумкой, пригласи на прогулку или в кино.
Наш разговор прервали вышедшие из коморки Вова и Зима, - Дамиру домой проводить, - смотря на Марата, наказал Адидас, его голос звучал до невозможности серьезно, - молодняк,качалка на вашей совести, супера за мной.
- Здрасте приехали, чуть что, так девушки на выход.. - разачарованно выдохнула я, и смирившись, что другого исхода не будет, подвелась на ноги и пошла к выходу, - и что это было? - спросила я у брата, что слишком быстрой ходьбой направлялся в сторону дома.
- На районе щас не спокойно, - буркнул Марат, - Вовка приехал, так мне сразу домой,начинается, сестру провожать да и все.
Н-да, видимо , Маратка тоже не рад такому развитию событий. Я тяжело завздыхала на всю эту ситуацию, ведь подходящих слов в ответ я не нашла, да и не думаю, что нужно как-то отвечать.
- Иди, Маратик, иди, - заходя в подьезд, проговорила я, - Осторожней только!
- Я вечером зайду за тобой , жди! - радостно воскликнул брат, и закрыв за мной дверь, быстро поспешил обратно.
Весь день прошёл в тёплой и душевной компании отчима и матери. Меня удивило лишь одно, они и не подозревали, что два их чада прогуляли школу без уважительной причины. Я рассказала им о долгожданном возвращении Вовки из Афгана, ведь родители, занятые работой, не застали его дома. Отчим с живым интересом расспрашивал меня о моих отношениях со старшим братом, и я, с искренней улыбкой, делилась с ними своими впечатлениями.
- Вова, на самом деле, замечательный парень, - произнесла мама,доставая из духовки ароматный яблочный пирог. - Когда мы с его отцом поженились и стали жить вместе, я думала, что маленький мальчик болезненно воспримет моё появление в их семье. Но, знаешь... как же я ошибалась! Мы сразу же нашли с ним общий язык.
Я внимательно внимала словам матери. - Сегодня он назвал меня своей сестрёнкой, - с нежностью в голосе вспомнила я тот трогательный момент и поделилась им с мамой.
- Это же просто чудесно! - мама одарила меня тёплым, любящим взглядом. - Уверена, тебе здесь понравится, в окружении братьев.
Мама отлучилась к соседке - у них было запланировано совместное вечернее вязание, - а я, переполненная эмоциями, задремала на кровати, едва моя голова коснулась подушки.
Проснулась от оглушительного, неистового стука в дверь. Я насторожилась, ведь и у братьев, и у родителей имелись ключи.
- Кто там? - крикнула я, подойдя к двери.
- Зима, - услышала я в ответ. Моему удивлению не было предела, и я тут же распахнула дверь. Зима, ещё относительно в нормальном состоянии, поддерживал под бок Турбо, чьё лицо было залито кровью. Моё желание съязвить тут же испарилось.
- Твою же мать! - впервые за долгое время я выругалась в таком формате. - В ванную его, живо!