Сломленная

Сидя на полу среди разбросанной одежды, я снова и снова прокручиваю в памяти все гадости, которые сказала Даша. В голове не укладывается, как она могла так со мной поступить. Не знаю, что меня больше злит: то, что Даша начала встречаться с Захаром, или то, что он скрыла от меня это. Но почему именно он? Почему не кто-то другой? Она же любила Юру! Тогда почему сдалась и решила построить отношения с этим нарциссом? Сколько себя помню, Даша всегда терпеть не могла Захара и всячески убеждала меня выбросить его из головы, переключиться на кого-то ещё. Но как только меня не стало рядом, она сама начала с ним встречаться. Может, её ненависть была всего лишь иллюзией? На самом деле, он всегда ей нравился, а я была помехой? Но зачем нужно было врать?

– Видимо, встреча с друзьями прошла не так, как ты рассчитывала? – Вздрагиваю от голоса сестры.

Увлёкшись своими мыслями, я даже не услышала, как она вошла в комнату. Рассматривает учинённый мною бардак и опускается рядом, садясь в позе лотоса.

– Поругалась с Дашей, – тяжело вздыхаю и начинаю пересказывать сестре все подробности случившегося.

– Может, она никогда и не была тебе настоящей подругой? – спрашивает Лада, когда я заканчиваю рассказ. – Мне кажется, ей просто было выгодно с тобой «дружить», – показывает пальцами кавычки. – Наверняка она пыталась самоутвердиться за счёт тебя. Без обид. Ты скромная, милая и воспитанная девочка, поэтому на твоём фоне легко выделиться.

Лада права. Каждое её слово – истина. Обидно признавать, но, похоже, у меня никогда не было подруги. Только сейчас пришло осознание, что все эти годы я и вправду была тенью Даши. В то время, когда я надевала простые футболки и джинсы, она выбирала что-то яркое, модное и вызывающее. Ей нравился Юра и, по-видимому, Захар, поэтому всегда была со мной, чтобы находиться ближе к ним. Даша таскала меня за собой на занятия в хоре, чтобы показать: она лучше. Она талантливее и красивее. Но не умнее.

– Ты права. Поэтому мне нужна твоя помощь. Я больше не хочу быть серой мышью и позволять кому угодно вытирать об себя ноги, – слегка приподнимаю подбородок, показывая свою решимость.

Лада с широкой улыбкой смотрит на меня, а затем переводит взгляд на одежду, которую я сбросила на пол.

– Тогда... – задумывается, берёт одну из моих футболок и, рассмотрев, бросает её обратно, – здесь нет того, что тебе нужно. Пойдём.

Встаёт и тянет меня за руку в свою комнату. Сажусь на кровать, пока сестра роется в своём шкафу. Одно за другим вытаскивает платья разных фасонов и кидает в мою сторону.

– Вот это, думаю, отлично подойдёт для сегодняшнего вечера. – Показывает короткое обтягивающее чёрное платье.

– Я конечно готова к переменам, но не таким кардинальным, – издаю нервный смешок. – По-моему, оно слишком... откровенное.

– Ты примерь сначала. – Кидает в меня.

Перебираю пальцами плотную трикотажную ткань и начинаю неосознанно представлять себя в этом платье. Я никогда не носила такие вещи и не мечтала, что смогу надеть подобное. Это даже платьем сложно назвать – настолько короткое. Надеюсь, хотя бы до середины бедра достанет, потому что, честно говоря, мне оно нравится, но сложно решиться на такое смелое изменение имиджа.

– Ладно, – соглашаюсь и поднимаюсь с кровати, – примерю в своей комнате.

Прикрыв за собой дверь, сбрасываю одежду и аккуратно натягиваю на себя это маленькое откровенное платье. Повернувшись к шкафу, смотрю на своё отражение в зеркале. Провожу ладонью по гладкой ткани на бедре. Материал идеально обтягивает фигуру и выгодно подчёркивает грудь. Платье мне понравилось, но в нём я не я. Нельзя в один момент изменить себя. Несмотря на слова Даши, всё ещё звучащие в моих ушах, я пока не готова к таким переменам. Поэтому снимаю этот кусок ткани и поднимаю с пола свои лосины и чёрную футболку с логотипом группы Metallica. Это просто бар, в который приходят все, кому не лень, и совершенно не выбирают одежду. Так что и мне нет смысла наряжаться.

Переодевшись в повседневную одежду, возвращаюсь в комнату сестры и протягиваю ей платье.

– Оно не для меня.

Вижу лёгкую усмешку на лице Лады.

– Я знала, что ты не решишься. Но дело твоё, – пожимает плечами и начинает убирать наряды обратно в шкаф. Затем подходит к письменному столу и, достав с верхней полки большую шкатулку, извлекает из неё какие-то украшения.

– Держи, – протягивает мне широкий кожаный браслет и ошейник с шипами, – для завершения образа. И забудь, наконец, про хвостики! – Стягивает с моих волос резинку. – Ты что, маленькая девочка?

Следующие полчаса Лада занимается моей причёской и макияжем. Когда я гляжу на себя в зеркало – не узнаю. На меня смотрит совершенно другая девушка: глаза ярко обведены чёрным карандашом и такими же тенями; ресницы густо накрашены тушью; губы намазаны помадой телесного цвета; волосы заплетены в небрежные косички, как будто я не привела волосы в порядок после сна. Я никогда не была такой, даже на выпускном балу. Хочется потрогать своё лицо, чтобы убедиться в том, что это реальность. Образ плохой девочки одновременно восхищает и завораживает меня.

– Ну всё, ты готова покорять заблудшие в баре сердца, – с гордостью произносит Лада.

Только сейчас приходит осознание, насколько сильно я волнуюсь. Не хочу быть посмешищем, поэтому боюсь того, как меня воспримет публика.

– Мне страшно, – признаюсь сестре, – вдруг я не понравлюсь народу?

– Ты шутишь?! Да у тебя голос лучше, чем у всех поющих в баре вместе взятых!

– Ты мне льстишь. Кстати, ты не слышала, как я пою.

– Разве это не ты вчера пела «Uptown Funk», когда вышла от Фрэда? – удивляется.

– Нет, – не могу сдержать смех.

– Ну... тогда можешь сейчас спеть. Тем более тебе нужно порепетировать.

Когда мы вчера вернулись из бара, я первым же делом села за компьютер сестры и начала подбирать песни, какие буду сегодня исполнять. В основном известные композиции легендарных рок-групп. Думаю, это будет неплохой старт, так как вряд ли найдётся человек, который любит рок и не знает песни таких групп, как Nirvana, Scorpions или Metallica. Конечно, помимо них, у меня в запасе есть и женские композиции, которые мне очень нравятся, но для их исполнения, надеюсь, ещё будет время.

Когда часы указывают на половину седьмого, мы с Ладой выходим из квартиры. С Юрой я договорилась встретиться перед входом в бар – там же и познакомлю его с ребятами. Не хочу, чтобы друг провёл весь вечер в одиночестве.

Лёня так и не позвонил, поэтому вряд ли придёт поддержать меня вместе с остальными. Хотя он и не знает о моей работе. Возможно, это к лучшему: меньше шансов, что новость дойдёт до родителей.

– Волнуешься? – спрашивает сестра, когда мы подходим к зданию бара.

– Немного.

Юра уже ждёт у входа и, как только замечает нас, широко улыбается. Обнимаю его за шею и знакомлю с сестрой.

– Я представляла тебя совсем другим, – Лада не может перестать улыбаться, глядя на Юру. – Пойдёмте внутрь. Ребята, наверное, уже ждут за нашим столиком.

Пропускаем её вперед и идём следом. Юра слегка наклоняется к моему уху и еле слышно спрашивает:

– Как ты? Успокоилась после встречи с Дашкой?

– Всё нормально, – пытаюсь улыбнуться.

Я не простила Дашу и всё ещё злюсь на неё, но в данный момент нужно сосредоточиться на своём первом выступлении. От этого зависит моя судьба. Я должна поразить всех и завоевать сердце каждого присутствующего в баре, в частности – Фрэда.

Подойдя к столику, Лада знакомит меня с ещё одной своей подругой, кареглазой брюнеткой Лилей. Я в свою очередь представляю всем Юру и подмечаю в этот момент выражение лица Вовы. Абсолютное спокойствие. Маска безразличия. Наверное, это глупо, но мне хотелось бы увидеть в его глазах искры ревности и злости. Но ведь мы только вчера познакомились, да и вряд ли я его чем-то впечатлила. «А ты можешь дальше строить из себя недотрогу, шарахаться от парней и продолжать одеваться как монашка! Да на тебя никто даже не посмотрит!» – слова Даши вихрем проносятся в голове, снова напоминая мне, что я никто и звать меня никак.

– У нас с Ильёй кое-какие планы, – сообщает мне Лада. – Надеюсь, ты не расстроишься, если мы уйдём через часик?

– Конечно нет, ты же не обязана всё время со мной нянчиться, – убеждаю сестру и замечаю возле сцены Фрэда. – Я побежала. Пожелайте мне удачи.

Улыбаюсь ребятам в ответ на пожелания и спешу к боссу. После приветствий отдаю ему флешку с минусовками и список песен, которые я собираюсь исполнить. Пробегается глазами по названиям и одобрительно кивает.

– Подборка мне нравится, теперь главное не подведи и исполни на отлично, – ободряюще хлопает меня по плечу и подзывает к нам какого-то парня. – Это Дикс, ему будешь отдавать минусовки.

– Эмма. Приятно познакомиться. У вас тут у всех есть прозвища? – издаю лёгкий смешок.

– А как же! Скоро и тебе придумаем, – подмигивает Дикс.

– Я думаю, дальше вы сами разберётесь. Я буду в своём кабинете, – говорит Фрэд.

Провожаем его взглядом, и, потерев ладони, Дикс тащит меня за сцену. Пока он что-то смотрит на мониторе, пользуюсь возможностью рассмотреть парня. Худощавый, высокий шатен с полнейшим беспорядком на голове. Волосы явно давно не стригли, поэтому они сильно отрасли и торчат в разные стороны. В ушах у парня небольшие чёрные тоннели, а руки покрыты замысловатыми разноцветными татуировками.

– Ты явно не фанатка рока, – с ухмылкой замечает Дикс и окидывает меня взглядом.

– С чего ты взял?

– Тебе действительно нужно это объяснять? – вскидывает бровь. – Ты слишком милая.

– Мне сегодня уже говорили, что я серая мышка и монашка.

Смеётся и качает головой, переводя взгляд обратно на монитор.

– Твоему внутреннему зверю нужно дать волю, иначе долго ты здесь не протянешь.

Неужели настолько заметно, что я не из их круга? Его слова заставляют меня задуматься. Да, у меня нет татуировок и пирсинга, но у Лады этого тоже нет, а она здесь как член семьи.

– И как это сделать? – слегка приподнимаю подбородок.

Отрывается от монитора и переводит на меня задумчивый взгляд, но в глазах я вижу веселье.

– Я могу помочь.

У меня вырывается смешок. Скрещиваю руки на груди и с усмешкой смотрю на парня.

– Я к тебе не подкатываю, – оправдывается, – это просто дружеское предложение, у которого есть срок годности.

– Тогда у меня есть время подумать? – не могу сдержать улыбку.

– Конечно. А сейчас давай на сцену. Надеюсь, тебя не нужно объявлять? Сама справишься?

– Думаю, да... – произношу неуверенно. – А это обязательно?

– Всё ясно, – он уже откровенно смеётся надо мной, – смотри и учись.

Берёт микрофон, лежащий у него на столе, включает и бодро произносит:

– Всем хорошего вечера! Просим любить и жаловать нашу новую вокалистку – Нун!

Передаёт мне микрофон, предварительно выключив его.

– Нун? – смотрю на него непонимающе. – Что это значит?

– Посмотришь дома в англо-русском словаре, – подмигивает и кивает в сторону ступенек, ведущих на сцену.

Надеюсь, он не обозвал меня плохим словом. Делаю себе мысленную пометку посмотреть, что означает моё новое прозвище, и выхожу на сцену. Я даже подумать не могла, что в барах собирается так много народа. Или всё дело в приятной атмосфере, витающей в этих стенах? Как бы то ни было, на меня устремлены взоры десятков людей. Я снова чувствую себя как во время школьного концерта, только сейчас мои зрители не школьники, а взрослые подвыпившие люди.

Начинает звучать мелодия песни «Smells Like Teen Spirit» группы Nirvana, какую я решила исполнить первой. Чувствую, как по моим рукам проходит дрожь, и ужасно боюсь, что из-за волнения плохо спою. Перевожу взгляд на столик, за которым сидит моя группа поддержки, и встречаюсь с улыбками Эли, Лады, Лили, Ильи и Юры. Только Вова смотрит на меня всё тем же непроницаемым взглядом, и очень сложно понять, о чём парень думает.

Наконец, наступает момент первого куплета, и я начинаю петь низким горловым голосом. Это производит ошеломляющий эффект на присутствующих, и многие начинают аплодировать и что-то восторженно выкрикивать. Я пытаюсь сосредоточиться на музыке и словах песни, потому что от такой реакции публики меня с новой силой накрывает волнение и в то же время адреналин.

Снова встречаюсь взглядом с Вовой, и, кажется, я вижу блеск в его глазах. Лёгкая улыбка едва касается губ парня, и он неотрывно наблюдает за мной. Мне нравится, что всё его внимание сейчас направленно на меня. Но в этот момент в голове всплывает воспоминание, как смотрел Захар во время школьного выступления. В эти моменты, глядя на его выражение лица, могло показаться, что я нравлюсь ему, что мои чувства взаимны. Только это оказалось не так. Взглянув сейчас на Вову, я вижу совершенно другое. Ему нравится моё исполнение, мой голос, но не я.

Всю песню мои новые друзья активно подпевают, а девочки ещё и пританцовывают. Это придаёт мне уверенности и помогает немного расслабиться.

Когда композиция заканчивается, я замечаю движение у входных дверей и фокусирую взгляд на вошедшей девушке. Дреды с зелёными кончиками. Обтягивающая белая футболка, синяя юбка в пол и куча тонких браслетов на руке. Яна направляется сразу же к нашему столику и садится рядом с Вовой. Вижу, как он поворачивает к ней голову и с улыбкой целует в губы. Чувствую горечь, и все внутренние органы стягивает в тугой узел. Значит, они вчера всё-таки помирились и снова счастливы друг с другом.

Исполнив ещё несколько песен, я ухожу со сцены на небольшой перерыв. Мне совсем не хочется идти к столику, за которым сидят друзья, поэтому остаюсь рядом с Диксом.

– Чего к друзьям не идёшь? – интересуется он.

– Там сидит одна особа, с которой знакомство прошло... мягко сказать, не очень.

– Дай угадаю, – задумывается. – Рокси?

– Кто? – хмурю брови и одновременно улыбаюсь.

– Яна.

Киваю.

– Я давно на неё глаз положил. Та ещё штучка.

– Она встречается с Вовой, – смотрю на него с усмешкой.

– Думаешь, я не знаю? Нун, мы с ним давние соперники за женские сердца.

– Я смотрю, тут сплошные ловеласы, – смеюсь.

– Иди-ка лучше на сцену, – слегка толкает меня в предплечье.

Оставляю Дикса в одиночестве и снова выхожу к народу. На этот раз я исполняю композицию «Still Loving You» группы Scorpions.

То и дело встречаюсь взглядом с Вовой, но сразу же отвожу глаза в сторону, увидев, как к нему жмётся Яна. Мне не хочется смотреть на эту картину. Гораздо приятнее, когда он один, его ничего не отвлекает и всё внимание уделено мне. Откуда взялись эти собственнические качества? Это глупо.

В следующий раз, когда я делаю перерыв и снова остаюсь с Диксом, ко мне подходят Лада с Ильёй.

– Ты такая умница! – нахваливает меня сестра. – Шикарные выступления! Народ в восторге!

– Ещё бы над образом поработать, и можно выпускать на большую сцену, – вклинивается в разговор Дикс.

– По-моему, и так всё нормально, – защищает меня Илья.

– Кто бы говорил про образ, Дикс, – идёт в наступление Лада. – Ты в этой футболке уже вторую неделю.

– Это мой образ, – пожимает плечами и снова утыкается в монитор.

Ещё раз выслушав от сестры и её парня, какая я талантливая, прощаюсь с ними и возвращаюсь на сцену. За столиком заметно опустело. Во время очередной песни замечаю, как Лиля что-то оживлённо рассказывает Юре. Похоже, он ей понравился. Хотя это и неудивительно.

Три часа пролетели совершенно незаметно. Когда я заканчиваю петь и спускаюсь со сцены, рядом с Диксом меня уже ждёт Фрэд. Сначала, глядя на его угрюмое выражение лица, я подумала, что ему совершенно не понравилось моё выступление. Но потом он протянул мне конверт с деньгами и расплылся в улыбке.

– Жду тебя завтра в то же время, – хлопает меня по плечу и переключает внимание на пьяную парочку возле бара.

Поблагодарив его и попрощавшись с Диксом, выхожу из бара. Друзья ждут меня у выхода, что-то возбуждённо обсуждают и при этом громко смеются. Приятно видеть, что Юра нашел общий язык с Вовой, и в основном они о чём-то говорят, а Лиля с Яной хохочут.

– А вот и наша звезда! – обращает на меня внимание Лиля. – Отличное выступление!

– Спасибо, – слегка смущаюсь и перевожу взгляд на Вову.

На его лице играет лёгкая улыбка, от чего он кажется ещё красивее.

– Эмма, поздравляю с успешным дебютом, – неожиданно произносит Яна. – Я хотела извиниться за вчерашнюю грубость. Была вся на нервах, с Вовкой поссорились, а тут ещё и тебя рядом с ним увидела, вообще крыша поехала, – хихикает, но почему-то её извинения не кажутся мне искренними. – Вова мне всё объяснил, – виснет на его руке, – так что извини.

– Всё в порядке, я не в обиде, – выдавливаю улыбку и перевожу взгляд на Юру. – Пора домой.

– Я на машине, – отвечает друг и кивает в сторону белой Audi А7.

Я даже не знала, что у Юры есть машина. Как же много я пропустила за этот год! Друг предлагает развезти всех по домам, но Яна с Вовой отказываются. Поэтому, попрощавшись с ними, мы уезжаем. Сначала подвозим Лилю, и я остаюсь в машине, дожидаясь, пока друг проводит девушку до квартиры. Похоже, их симпатия взаимна. Надеюсь, Лиля хорошая девушка и не сделает Юре больно. Он заслуживает счастья и искренней любви.

Спустя десять минут мы подъезжаем к моему подъезду.

– Всем понравилось, как ты пела, – с улыбкой произносит Юра, – зря переживала.

– Ничего не бывает зря. Спасибо, что пришёл. Для меня многое значит твоя поддержка.

– Я не мог это пропустить, – делает паузу, – ко мне Даша приходила сразу после того, как ты ушла. Я сказал, что она тебя сильно обидела и тебе нужно время.

– Я пока не готова с ней разговаривать.

– Понимаю, – кивает.

Несколько минут мы сидим в полной тишине. Всё-таки Юра всегда был и остаётся прекрасным другом. Он никогда меня не подводил, и даже год разлуки не повлиял на наши отношения.

– Я пойду, а то скоро дядя вернётся с работы. Спасибо, что подвёз, – улыбаюсь другу. – И, кстати, классная машина.

– Спасибо, – смеётся и выходит одновременно со мной.

Провожает меня до квартиры и крепко обнимает на прощание. Попрощавшись с Юрой, захожу в квартиру и сразу же направляюсь в душ. Встав под холодные струи воды, прокручиваю события этого долгого дня. Как много всего произошло: побывала в гостях у Юры; поругалась с Дашей; провела время с сестрой, готовясь к первому выступлению в баре; и, наконец, удачный дебют и извинения Яны. Слишком много для одного дня. Хочется поскорее оказаться в постели. Только перед этим у меня есть ещё одно небольшое дело.

Выйдя из ванной, иду в свою комнату и среди книг на полке нахожу англо–русский словарь. Мне не даёт покоя прозвище, которым меня одарил Дикс. Открываю книгу на букве N и ищу нужное слово. Когда останавливаюсь на Nun, готова убить Дикса этим самым словарём. Монахиня. Я ему покажу монахиню!

'f2\'escE