Глава VI
"Люди любят друг друга, и в этом - все! Это и самое простое и невероятное на свете."
Э.М.Ремарк
"Триумфальная арка"
Я выходила из ресторана. Во мне все кипело. Я села на тротуар и взялась за голову.
- Мелиса, - это был Алекс.
Он подошел ко мне и сел рядом, обнимая за плечи.
- Меня это все уже бесит. Когда это все прекратиться, а? - я с надеждой смотрела на него и ждала ответа, но он лишь печально покачал головой.
- Надеюсь, что скоро. Я тоже устал от всего. Хочу просто расслабиться и не бежать куда-то или от кого-то. Я бы все отдал, чтобы мы с тобой вот так могли сидеть часами и просто разговаривать. Не спеша никуда, - в его глазах я видела все. Я читала все его мысли и самые сокровенные желания. Он любил меня, а я его.
- Я не хочу туда возвращаться, - я положила голову ему на плечо и он поцеловал меня в макушку.
- Я всегда буду рядом, - шептал он.
Я подняла на него глаза и улыбнулась.
- Я знаю...
Я чувствовала под собой мокрое покрывало. Все мое тело обдавало жаром, но сил сопротивляться больше не было. Я чувствовала, как по моим венам течет холодная жидкость, и пыталась сконцентрироваться именно на этом.
Открыть глаза я смогла только утром. Солнце нещадно слепило в глаза. Я находилась в больничной палате, связанная ремнями. В горле все пересохло и я не могла проглотить слюну.
- Эй, - крикнула я, в надежде, что меня кто-нибудь услышит.
И меня услышали. Через секунду в палату вошел Алекс и плотно закрыл за собой дверь.
- Идиотка, - шипел он.
- Что? - воскликнула я, - Развяжи меня.
Он послушался и ослабил ремни, которые ужасно давили.
- Переодевайся, - он кинул мне вещи и отвернулся.
- Может выйдешь?
- Кого ты стесняешься? Чего я там не видел? - усмехнулся он.
- Выйди, Алекс, - грубо сказала я и он послушно вышел.
Я натянула на себя джинсы и белую рубашку, на ноги я надела балетки и связала волосы в конский хвост. Косметики на мне не было и выглядела я бледновато.
- Ты меня похищаешь? - спросила я, когда услышала, как в палату вошли.
- Нет. Ты сама уходишь. Тебе нельзя здесь больше оставаться, - он передал мне мою сумку и бутылку с водой.
- Как ты понял, что я все вспомнила?
- В машине поговорим. Надо торопиться, - он схватил меня за руку и повел к выходу из больницы.
В одном из коридоров мы заметили мою маму, которая направлялась в сторону моей палаты.
- Черт, - воскликнул Алекс, и дернул меня другую сторону, но по другому коридору шла Фреда.
Он открыл первую попавшуюся дверь и затолкал туда меня, а затем залез сам. Мы оказались в очень тесном помещении. Скорей всего это была кладовая.
- Тшшш, - он приложил палец к моим губам и мы замолчали.
Я слышала его дыхание. Он был так близко. Сколько я мечтала об этом? Я и не помнила этих чувств. Как можно забыть подобное? Голова кружилась от его запаха и я была готова упасть в его объятия, но требовался здравый рассудок и я держала себя в руках настолько сильно насколько могла.
- Ты бы могла так не прижиматься ко мне? - прошептал Алекс.
- Я не прижимаюсь, - я постаралась отойти куда-нибудь, но спиной наткнулась на полку, - Если ты не заметил, тут не так уж много места.
- Если ты не заметила, то я здоровый мужчина, который находиться в очень тесном помещении с девушкой. И лучше бы тебе меня не провоцировать, - сквозь зубы прошептал он.
- Это не мои проблемы, - с гордостью произнесла я и очень медленно отвернулась от него, - Так лучше?
Я почувствовала, как он весь напрягся.
- Нет, - почти простонал он, - Лучше повернись обратно.
Я улыбнулась и послушно повернулась обратно.
- И нечего улыбаться, - отрезал он.
Откуда он знает, что я улыбалась?
Алекс приложил ухо к двери.
- Вроде чисто, - сказал он и открыл дверь. Свет из коридора тут же ослепил меня и я поморщилась, - Пошли, - он взял меня за руку и повел к выходу, как маленькую девочку.
У главного входа стояла знакомый красный кабриолет. Машина Оливера.
- Залезай, - приказал Алекс и я послушно села на заднее сидение. На этот раз крыша машины была поднята, не смотря на теплую погоду.
- Привет, Оли, - поздоровалась я по-привычке. Старой привычке. Но тут же исправилась, - Тоесть, Оливер.
Оливер усмехнулся.
- Привет, Мелиса. Рад тебя видеть, - улыбнулся брюнет и блеснул своими голубыми глазами.
- Поехали, - приказал Алекс и машина тронулась с места, оставляя за собой столб пыли.
- Итак, мне нужно к Эйвери, - начала я, но Алекс перебил меня:
- Никакой Эйвери, - отрезал он, - Мы не знаем, что изменилось за год. Вдруг она встала на сторону врагов.
- Эйвери за нас! - крикнула я, - Я виделась с ней вчера. Она с нами.
Алекс с Оливером обернулись и уставились на меня.
- Это она посоветовала тебе выпить лекарство? - спросил Алекс.
- Да, - ответила я, - Тоесть, нет. Я сама слышала ваш вчерашний разговор и видела капсулу. Эйвери лишь помогла мне избавиться от сомнений. И я очень зла на вас!
- За что? - удивился Оливер.
- За что? Ты еще спрашиваешь? У вас было лекарство, но вы не дали его мне. Кто дал вам право решать за меня?
- Это было опасно, Мелиса! - перебил меня Алекс, - Люди Роджера тебя везде искали и когда они узнали, что ты потеряла память - их поиски прекратились, но они всегда начеку. Стоит им узнать, что ты все вспомнила - нам конец, - он замолчал, а затем продолжил, - Где активатор?
Все во мне напряглось.
- Я вам не скажу.
Алекс резко развернулся и посмотрел на меня.
- Что ты несешь? Что, значит, ты нам не скажешь? - грубо говорил он.
- Прошел год и я не знаю, кто на чьей стороне, - гордо ответила я.
- Значит, нам ты не доверяешь, а Эйвери веришь?
- Именно. Эйвери меня ни разу не предала и ни разу мне солгала, в отличие от тебя, Алекс!
- Ты сейчас собралась мне нотации читать? - он удивленно поднял бровь.
- Я ничего не собираюсь тебе читать. Пусть это делает Анна! - кричала я.
- Не смей ничего говорить про Анну, - сквозь зубы прошипел он.
Его слова больно укололи меня прямо в сердце и я замолчала, внимательно смотря на него. В его глазах блестела злость, а челюсть была напряжена. Зеленые глаза стали изумрудными, а кожа побелела.
- Я же говорю, что за год многое изменилось, - тихо сказала я.
Алекс закрыл глаза и прикусил губу, качая головой.
- Ты не поняла, Мелиса, - начал он.
- Я все поняла. Можешь ничего не говорить, - перебила я его, - Я тебя ни к чему не обязывала. Это твоя жизнь и ты сам распоряжаешься ею. Ты вправе сам выбирать с кем быть и кого любить, - я отвернула лицо, чтобы он не видел мои глаза, которые наполнялись слезами.
- Я тебе говорил про Анну пару дней назад. Ты знаешь, что она любит меня, - продолжил он.
- Но ты не ответил на мой вопрос. Любишь ли ты ее? - я резко повернулась к нему, забыв о слезах, которые текли по моим щекам.
- Мелиса, - прошептал он, прикасаясь пальцами к моей щеке, вытирая слезы.
- Может остановиться? Вам походу надо о многом поговорить, - перебил нас Оливер.
- Нет, - ответила я, - Нам нельзя останавливаться. А говорить нам уже не о чем.
- Да что ж такое! - воскликнул Алекс, - Тормози, Оли!
- Что? - возмутилась я, - Нет. Не тормози, Оливер!
- Детка, прости, но вам реально надо поговорить, - улыбнулся Оливер и свернул в какой-то переулок.
Как только машина остановилась, Алекс вышел из нее и подал мне руку.
- Я никуда не пойду, - я сложила руки на груди и надула губы.
- Я тебя сейчас за силой оттуда вытащу, если сама не выйдешь, - шипел Алекс.
Я закатила глаза и послушно вылезла из машины, проигнорировав руку Алекса.
Он пошел вглубь переулка, а я плелась за ним. Когда он, наконец, остановился, я поймала себя на мысли, что хочу убежать оттуда.
- Тебе больно? - спросил он, подходя ко мне.
Я вытянула руку вперед, отстраняя его.
- Нет, - врала я.
- Не лги мне, Мелиса, - в его глазах была боль, - Сколько можно себя мучить? Ты ни себе ни людям. Как только я пытаюсь сблизиться с тобой - ты меня отталкиваешь. А, если я отстраняюсь - тут же манишь обратно. Я не собачка, Мелиса. И не хочу потыкать твоим капризам. Неужели, за этот год ничего не изменилось? Ты до сих пор отказываешь себе в удовольствие?
- Как только мы сблизимся - все измениться. В моей жизни, в твоей и в жизнях окружающих нас людей. Ты разве не видишь, как наша любовь разрушает все вокруг? Мы не можем быть вместе, Алекс. Нельзя же думать только о себе. Близкие нам люди будут страдать и мы тоже.
- Глупышка, - он взял мое лицо в свои ладони и стал целовать мокрые щеки, - Мы никому не причиняем страдания. Просто у нас вот такая непростая жизнь. В этом нет нашей вины.
Я стояла и молчала, не в силах посмотреть ему в глаза. Все тело дрожало от его прикосновений и в животе зарождалось что-то живое и знакомое. Я не могла больше сдерживаться и обняла его. Он подхватил меня и прижал к своей широкой груди, зарываясь в мои волосы. Я гладила его по волосам и не хотела отпускать. Его тепло было моим. Он был моим.
- Что смеешься? - прошептал он.
Я отстранилась и посмотрела ему в глаза.
- Знаешь, я вроде бы все вспомнила, но не помню кое-чего.
- Чего же?
- Я не помню, говорила ли я тебе, что люблю тебя?
На его лице растянулась улыбка и он покачал головой.
- Нет. Не говорила, - он гладил мое лицо и волосы.
- Я люблю тебя, - шептала я, - Безумно люблю.
- Ты не представляешь, сколько раз я мечтал об этих словах. Представлял, с какой интонацией ты это скажешь, какое у тебя будет лицо. Но это все ничтожно по сравнению с тем, что на самом деле. Я тоже люблю тебя. Сильнее жизни.
Я прижалась к его груди, обнимая так крепко, как будто боялась что он сейчас исчезнет. Хотела раствориться в нем. Окунуться с головой.