Фанфик: Т/И приезжает к Коюки и Хакуджи, решая их откормить
Коюки сидит на кровати, нежно перебирая кимоно с узором из снежинок. Внезапно дверь распахивается, и в комнату врывается Т/И, вихрем из ярких красок и неудержимой энергии.
Т/И: Коюки! Моя дорогая, потеряшка! Где ты шлялась три целых минуты?! Я уже думала, демоны тебя увели, чтобы варить из тебя суп мисо! А ну-ка, быстро, вставай, голодная я, как волк! И где мой любимый Хакуджи, пусть тоже подкрепится! (Кажется, демоны теперь готовят суп мисо из Коюки. У Т/И, видимо, богатая фантазия.)
Коюки, слегка смущаясь, приподнимается на локтях.
Коюки: Ох… Т/И, ты это… Прости… Я… немного приболела… (Бедняжка, даже болезнь не спасает от этой ураганной энергии.)
Т/И: Болезнь – это ерунда! Главное – хороший аппетит! (Достает из-за спины огромную корзину, доверху набитую едой) Смотри, что я тебе принесла! Домашние долмы, свежайший лаваш, суп харчо, который варила три часа, и, конечно же, сладкий пирог с грецкими орехами! Кушай, милая, растолстей, как моя любимая курочка! (Кажется, Т/И решила, что Коюки нуждается в срочном откармливании.)
Хакуджи входит в комнату, потирая затылок.
Хакуджи: Т/И, черт тебя побери! Ты хоть предупреждай, когда устраиваешь такие набеги! Я думал, домашние призраки нас атакуют! (Иногда кажется, что он уже привык к этому хаосу.)
Т/И: И тебе не хворать, мой дорогой! А ты поел? (С подозрением смотрит на него) Не притворяйся, я вижу, ты голоден, как волчара! Сейчас я тебя накормлю! (Невозможно спорить с этой женщиной.)
Коюки: (Тихо хихикает) Т/И… ты… как всегда… (Ей остается только тихо радоваться этому безумию.)
Т/И: (Садится рядом с Коюки и подпихивает ей долму) А что? Жизнь – это праздник! И нужно наслаждаться каждым его моментом, даже если ты немного приболела! (Кажется, это ее жизненный девиз.)
Хакуджи улыбается, вздыхая: Жизнь с Т/И никогда не бывает скучной. (Действительно, скучать им точно не приходится.)
Т/И: А где твой отец, Коюки? (Уже накладывает Коюки еще одну порцию долмы) Надеюсь, он не забыл купить мне тот редкий сорт персиков, о котором я ему говорила! А то знаешь, без них мой пирог с грецкими орехами – просто пытка для гурмана! (Персики – это, видимо, вопрос жизни и смерти.)
Коюки (Еле проглотила очередную дозу еды): Он... на... (пытается дожевать еду, которую Т/И снова впихнула ей) ...улице... сказал, что пойдет за... э-э... лекарственными травами... для... чаю... (Кажется, ее желудок вот-вот не выдержит.)
Хакуджи: Да. И оставь уже Коюки! Она и так выглядит, будто вот-вот лопнет! (Он пытается хоть как-то защитить Коюки от этой гастрономической атаки.)
Т/И: (Надувает губы) Ара! Заткнись, Хакуджи! Ты что, ревнуешь? Или боишься, что Коюки заберет у тебя все мои вкусняшки? (Подмигивает) Не бойся, хватит на всех! (Уже наполняет миску Хакуджи супом харчо) Вот, кушай, мой дорогой, это особенно для тебя! (Т/И, кажется, решила всех откормить до состояния довольных колобков.)
***
