На берегах великой реки(окончание)
Я вышел из городских ворот и уверенно направился в сторону просеки. Начать я решил с визита к травнице — в конце концов, это основной для меня квест на текущий момент. У меня не было уверенности в том, что я вообще буду сплавляться по реке, но жизнь исключительно разнообразна, и кто его знает, как оно повернется. По этой причине надо отрабатывать те квесты, которые ведут к минимальной потере ресурсов и несут в себе максимальную прибыль. А сэкономить на речном путешествии можно немало: и средств, и времени. Вот если брести от города к городу, то времени пройдет о-го-го. Да и вообще...
Пока шел, раздумывал, а верные ли я взял у старого мастера умения. И по всему выходило — верные. "Последний шанс" — изначально пассивное, а значит, и безотказное, включающееся в нужный момент умение. В самый тяжелый миг оно могло дать мне шанс выжить. Что до "Вскользь" — тут логика была проста. Сорок процентов критического удара, плюс те проценты вероятности, что мне давали предметы, значительно увеличивали мои шансы выбить из противника побольше жизни. А это дорогого стоит.
Оставшиеся два умения были не столь эффективны. "Сила ветра" не наносила урона вовсе. "Взбодрись" же было крайне заманчиво для дня сегодняшнего, но могло стать ничем (да и стало бы) уже уровней через пятнадцать. Ну, и наконец, что такое четыреста очков жизни, скажем, на шестидесятом уровне, где только штатные очки жизни, без предметов, перевалят за три тысячи. Так что правильный выбор, хороший.
С такими мыслями я пересек уже знакомый перелесок, прошел по просеке и оказался на действительно здоровой поляне с действительно здоровым деревом на ней. Под деревом стоял маленький аккуратненький домик, из трубы которого валил черный дым.
— Должно быть, зелье варит, — сказал я вслух и пошел к дому.
По небольшому двору бродили куры и утки. А еще там была варочная стойка на трех ногах — это свидетельствовало о том, что я пришел туда, куда и стремился.
Я взошел по небольшому крылечку и постучал в дверь.
— Кто пришел? — раздался грудной и очень красивый девичий голос. А может, и не девичий, а вовсе даже женский. У них, женщин, как известно, меняется все, кроме двух вещей — голоса и мочки уха. Так что поди пойми, сколько ей там, за дверью, лет. Но, учитывая тембр голоса и профессию, я вообразил себе высокую, стройную, рыжеволосую красотку с зелеными глазами, жемчужными зубами и ямочками на щеках. В этакой облегающей одежде, обрисовывающей каждый изгиб тела.
— Странник, — ответил я.
— Бегу, я сейчас. — Голос стал еще насыщенней, в нем появились эмоции. Похоже, нашего брата-путешественника в этом доме любили и уважали. Наговаривал на девицу мэр — нормальная она и вовсе не стервозина.
Скрипнул засов, и дверь открылась. На пороге стояла барышня, совершенно не совпадающая с нарисованным образом. Передо мной была девушка, даже скорее девчушка, очень маленького роста, с довольно резкими, грубоватыми чертами лица, в мужской рубахе и тканых штанах, с глазами какого-то неопределенного цвета и жиденькими волосами, затянутыми цветной ниткой в мышиный хвостик.
— Ты не Странник, — довольно нервно сказала она, глядя мне в глаза. — Я тебя не знаю, кто ты? Где Странник?
— Странник я, — сказал я. — Брожу по городам и весям, ищу, чем помочь людям.
Девушка улыбнулась. Похоже, записка от мэра мне не понадобится.
— А, понятно. А то я думаю: какой-такой странник? Так что тебе надо?
— Да несложный, в общем, вопрос. Мэр Глопкинс уверяет, что вроде как ты последняя видела славного капитана Гуля и его матросов. Мэрион, тебе нечего о них сказать?
— Ты знаешь мое имя, мы знакомы?
— Мэр про тебя мне рассказал. Оттуда и знаю. Так что насчет капитана?
— А, отважный капитан и его люди. Были, были они у меня.
— И куда делись?
— А в лес ушли. Не ищи их — не найдешь.
— Чего это?
— Да после того как я кого в лес посылаю, мало кто находится.
— За что ж ты их так, этих славных морских волков?
Девица ухмыльнулась, показав мелкие и острые зубки.
— Да вот, эти славные ребята с чего-то взяли, что я тут скучаю без мужского общества, и решили скрасить мое одиночество своим присутствием, причем все одновременно.
— Узнаю мореманов, — сказал ей я. — Святая непосредственность. Полундра, как обычно.
— Ну не знаю, кто такая полундра, но если бы я не дунула на них порошком "Левицитис цулендариуо", то мне было бы не позавидовать, это уж точно!
— Что за порошок?
— Обычный, магический. Тот, кто его понюхал, начинает слышать зов.
— И куда зовут?
— Вообще зовут. "Иди ко мне", "Иди скорей". Голос обычно представителя противоположного пола, преисполненный страсти.
— Понятно. И они пошли?
— Ну а как же. Куда ж они денутся?
— Все четверо?
— Конечно. И причем каждый сам по себе. Капитан, например, туда, — и палец маленькой травницы указал в сторону ельника, растущего на краю поляны за домом. — Пойдешь за ними? — Глаза травницы встретились с моими.
— А куда деваться, обещал начальнику порта, — кивнул я. — Есть какие-то пожелания?
— Ну какие пожелания у травницы. — Она улыбнулась. — Травок бы мне. А там, глядишь, я тебе и подскажу, где они могут быть. Коли еще живы, конечно.
"Вам предложено принять задание "Разнотравье для Мэрион". Условие — собрать травы для травницы Мэрион. Королевский боярышник — 5 веток; целея ломтевидная — 5 соцветий; кребон черноплодный — 1 завязь. Награды: 500 опыта; зелье силы (вариативно); репутация с травницей Мэрион — 10 %. Принять?"
Репутация в условии задания. Фиг бы я так стал эти травы собирать, но репутация с этой страшилкой нужна как воздух. Это шанс на наиболее точную наводку на горе-моряков.
— Конечно, я все соберу, — сообщил я травнице.
— Будь осторожней, — почти дружелюбно посоветовала она. — Целею и боярышник найти несложно, поскольку растут они почти везде. А вот кребон — это редкое растение. И еще около него очень любит отираться нежить — есть поверье, что однажды зацветший кребон вдохнул жизнь в одного лича. Мозгов у них, ходячих, нет, а инстинкты есть. И часть воспоминаний осталась. Так что будь осторожней. И помни — не растет кребон где попало. В основном на развалинах. А тут в округе только одни такие развалины есть — у старого пруда.
— А что там, у старого пруда?
— Там был замок одного из первых лендлордов нашего края. Лендлорда убили, замок разрушился. Умер хозяин очень плохо, в мучениях, и говорят, что из-за этого он иногда приходит в свой замок, ну точнее, на развалины. И если застает там живых, то делает то, что делал, когда был лендлордом.
— Что именно?
— Вершит суд и расправу.
Я вызвал карту. И впрямь — первые две травки были повсюду. А вот кребон рос лиги за три отсюда, в месте под названием "Айнвилль". До логова разбойников оттуда было рукой подать.
— Это ты про Айнвилль говоришь?
— Об нем. Смотри, будь осторожен.
— Ну я пошел, — сказал я травнице. — Вернусь скоро, должно быть.
— Не факт, — спокойно ответила мне она. — Лес только кажется мирным, на самом деле он не такой. Впрочем... попробуй. Если твоя удача будет сильна, мы еще увидимся.
Я нырнул в ельник и двинулся по направлению к старому затону.
Через пару минут я увидел, что куст, растущий прямо по моему курсу, начал переливаться всеми цветами радуги. Я уже было хотел удивиться и потихоньку выходить на сегодня из игры, поскольку явно дает о себе знать усталость и усиленная умственная деятельность, как сообразил, что кусты, которые переливаются, и есть те самые, ветки которых мне надо собрать.
Я подошел к переливающемуся кусту, присел около него и присмотрелся внимательней. Одна ветка светилась явно сильнее других. Я протянул руку и сломал ее.
"Вы добыли предмет задания "Разнотравье для Мэрион". Королевский боярышник — 1 ветка. Осталось найти еще 4".
Ага, понятно. Вот такая вот защита дикой природы — сломай еще четыре ветки.
Я брел по лесу, вертя головой и выглядывая, не бликанет ли еще где разноцветная гамма. И в результате по дороге к Айнвиллю сломал еще три ветки и нашел три соцветия — крепкие кустики ягод, похожие на... Как описать-то? Черноплодку видели? Ну вот, как она.
Ельник кончился, и прямо за ним я увидел руины на берегу небольшого пруда, покрытого ряской и заросшего по берегам кустами. При "жизни" это явно была небольшая крепостица, теперь являвшая собой набор живописных валунов. Один из валунов как-то отличался от своих собратьев. Я пригляделся. Ну да, на его верхушке что-то мигало. Это явно был кребон. Я окончательно выбрался из ельника и побрел к развалинам.
Подойдя к развалинам и пройдя в самый центр, на небольшую площадку, я окинул их взглядом и понял, что, похоже, придется карабкаться вверх — из ельника эти валуны виделись не такими здоровыми. Но, на мою радость, время и дожди подточили каменюки, и по этой причине было и за что ухватиться, и на что поставить ногу.
Я поплевал на руки и полез по валуну. Искомый цветок рос где-то на уровне второго-третьего этажа современного здания.
— Староват я для такой физкультуры, — шипел я, карабкаясь по нагретой солнцем шершавой поверхности камня. Ближе к верхушке цепляться стало почти не за что, и я начал даже слегка побаиваться — не кувыркнуться бы вниз, костей не соберешь.
Но все когда-то заканчивается, и я наконец добрался до верха. Подтянувшись на руках в последний раз, я вполз на довольно большую округлость, являющуюся, собственно, вершиной, и уселся на ней, отфыркиваясь.
— И как эти альпинисты вот так, целыми днями, а? — спросил я неизвестно у кого.
Повертев головой, я нашел искомое растение. Это был кустик, покрытый ягодами и какими-то стручками. Один из стручков светился явно сильнее остальных. Недолго думая я его сорвал.
"Вы добыли предмет задания "Разнотравье для Мэрион". Кребон черноплодный — 1 завязь. Внимание — данное растение является сильным колдовским средством, и ваше решение его сорвать может иметь непредсказуемые последствия".
— Ух ты. Прям цветочек аленький в моей ладошке маленькой. Сейчас еще чудище-страшилище выскочит, — повеселился я и собрался лезть вниз. Перед этим я глянул на довольно далекую от меня в данный момент землю и оторопел.
По площадке в круге валунов, которая еще пять минут назад была совершенно пустынна, вышагивал здоровенный скелет с мечом в одной руке и кинжалом в другой. И еще он был приодет, в отличие от своих костяных собратьев, встречавшихся мне ранее и сверкавших девственной чистотой своих высушенных веками костяков. На башке у него была надета корона, на левой мосалыге — наколенник, и еще он был перепоясан ярко-синим, с золотой вышивкой, ремнем.
— Куда собрался, такой красивый? — спросил я у него удивленно. — Сегодня в клубе будут танцы?
Наверное, это не самый умный вопрос, но я действительно здорово удивился — откуда он вылез-то? Дальше было еще более странно. Скелет добил меня окончательно. Он остановился, задрал череп вверх и уставился на меня глазницами, в которых ярились две темно-синие шаровые молнии.
— Цветок. Ты сорвал мой цветок, — проскрежетал он каким-то механическим голосом.
— И чего? — спросил у него я, окончательно впав в прострацию. А вы как думали? Вылез неизвестно откуда скелет и говорит.
— Отдай цветок, спустись сюда, ко мне, встань на колени и готовься принять мой суд, — проскрежетал костлявый.
— И чего ты мне присудишь? Если, к примеру, отдать младшую дочь — так это я не могу. Нет у меня младшей дочери. И старшей нет, одинокий я, — сообщил я скелету.
— Суд будет справедливый и скорый. У меня, лендлорда этих земель, нет времени долго судить каждого вора, — сказал скелет.
Слава богу. Все встало на свои места. Я сорвал завязь кребона и запустил механизм квеста. Мне ж травница говорила, что неупокоенные за этим цветком гоняются. Это чучело в короне — покойный лендлорд, который тут обитает и, как и было сказано, творит суд и расправу на своих законных землях. Тьфу, я чуть и вправду не перепугался.
— Мне не нужны твои дочери. Иди сюда и прими наказание за воровство в моем замке, — продолжал нудить лендлорд.
— А чего сразу я? Еще виновен дождь, размывающий основание твоего замка, птицы, на него гадящие, жуки, по нему ползающие...
— Ты спустишься или нет? — В голосе скелета звучало раздражение.
— Нет.
— По какому праву ты не повинуешься? — Покойный лендлорд явно начал выходить из себя. — Я властелин окрестных земель, и все живые и неживые существа обязаны мне подчиняться!
— А я — нет. Я человек доброй воли. Я никому, кроме себя, не подчиняюсь.
Скелет внизу пробежался по площадке и снова уставился на меня.
— Ну и чего ты будешь делать? — Я дружелюбно посмотрел на покойного лендлорда. — Ну если я не иду к тебе, лезь ты ко мне. Тут чудо как хорошо! Солнышко, ветерок...
— Спускайся добром, — проскрипел скелет. — Хуже будет.
— Хуже, чем кому? Или даже — хуже, чем когда?
— Спускайся. — И скелет топнул ногой, отчего наколенник сполз на голень. Он его поправил движением, которым женщины подтягивают чулки, чем окончательно меня добил. Я расхохотался.
Лендлорд решил не останавливаться на достигнутом результате и доконал меня окончательно, выдав:
— Не вижу ничего смешного!
Я завывал от смеха, держась двумя руками за камень, чтобы не свалиться. Скелет глазел на меня, не понимая, почему над ним смеются, а не боятся. Он почесал затылок, отчего корона сползла на лоб. Я стал опасаться за свое здоровье — начиналась истерика.
— Все, хорош, не делай ничего, — натужно сказал ему я. — Или я прям тут на камне от смеха умру!
— Ты спустишься? — доверчиво и с надеждой спросил скелет.
— Спущусь, спущусь, — ответил я. — Только постой пару минут спокойно, не делай ничего, очень тебя прошу. По-братски прошу!
— Не приказывай мне, простолюдин! — тряхнул головой костлявый, отчего корона у него снова сползла на лоб, а я зашелся в очередном приступе смеха.
— Да что за люди пошли! — возмутился скелет. — Им лендлорд приказывает, а они только смеются. Вот только спустись!
— Да спускаюсь уже, — сообщил я скелету, вытер слезы, выступившие на глазах от смеха, и полез вниз.
Спускаться было куда проще, чем подниматься, и я достиг земли довольно быстро. Я отряхнулся, посмотрел на скелета, стоящего шагах в десяти от меня, и сказал:
— Ну чего хотел-то? Вот он я.
— Приблизься ко мне и встань на колени, — торжественным тоном велел скелет и показал кончиком своего немного ржавого меча точку на земле, где я, по-видимому, должен был пасть ниц. И скорее всего потерять голову.
— Не-не, — замахал я руками. — Не буду. И лень, да и испачкаюсь. Не стану, в общем.
— Как это? — Скелет опустил руки. — По какому праву?
— Да ни по какому, — сообщил ему я. — Не хочу просто.
Лендлорд затоптался на месте. Данная ситуация явно не была заложена в него создателями. Я, конечно, сильно сомневаюсь, что хоть кто-то из нашего брата-игрока преклонял колени, но вот в том, что все бросались на него, размахивая оружием, — не сомневаюсь. Под такое развитие событий этот бедолага и был заточен. А вот под разговоры — вряд ли.
— Как ты сам-то? — решил я добить костлявого. — Как дела? Суставы как, не скрипят, к дождю не ноют?
Скелет перестал топтаться и снова взглянул на меня.
— Может, преклонишь колени, а? — неуверенно сказал он. — Порядок же должен быть...
— Ну какой это порядок? — сообщил ему я. — Я вообще гражданин другого государства. Твоему лендлордству неподсуден. Так что твои претензии необоснованны абсолютно.
— Но цветок-то сорвал? — занудно проскрипел скелет. — А он на моей территории растет!
— И где про это написано?
— А не надо писать, и так все про это знают! — Скелет подбоченился.
— Ну да, все в Файролле знают, что повелитель кучки камней и одного цветка — это скелет!
— Лендлорд Драух! — сварливо уточнил скелет.
"Вами открыто деяние "Имена зла" 1-го уровня. Для его получения вам необходимо узнать имена еще 9 представителей зла, сообщенные ими самими добровольно. Награды: пассивная характеристика "Искатель" 1-го уровня — 0,5 % к возможности открыть тайные знания, увидев суть предметов; титул "Срывающий маски". Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе "Деяния"".
— Ну хорошо, лендлорд Драух! — сказал я, крайне довольный. На ровном месте деяние срубить — это всегда приятно. Как сто рублей найти — вроде немного, а до конца дня праздник на душе!
"Прикольная картина вырисовывается, — подумалось мне. — Стоят среди развалин человек со скелетом, ругаются о чем-то. Со стороны посмотришь, и поневоле засомневаешься — а не пора ли с водочкой завязывать? И вообще..."
— Ну все! — Скелет принял боевую стойку. — В последний раз спрашиваю — не хочешь добром принять мой строгий, но справедливый суд?
— Не хочу, — сказал я, надевая на руку щит и доставая меч. — Сомневаюсь в его компетентности и беспристрастности. Зато в приговоре не сомневаюсь.
— И правильно, — скрежетнул костлявый и обрушил на меня сверху меч, который я принял на свой клинок. Одновременно он попытался ударить кинжалом под щит, но и тут не преуспел.
Я отбил меч и отступил на несколько шагов назад. Скелет выставил меч и кинжал перед собой и семенящими шажками стал приближаться.
— Экий вы, товарищ лендлорд, мелочный да мстительный, — сообщил я, не сводя с противника глаз.
— Так за вами, живыми, постоянный пригляд нужен. Только отвернешься — все растащите: цветы, камни... все, что гвоздями не приколочено.
— Ой, да ладно. Зачем тебе это все? Ты ж мертвый!
— И что теперь? Все равно мое! Иэ-э-эх!
И скелет снова меня атаковал. Но в этот раз не так удачно. Отбив удар, я дотянулся кончиком меча до его правого бока. В общем, пробил я ему справа да еще и выкрикнул: "Вскользь". Умение если и усилило мой выпад, то я этого не понял — на глазок жизнь скелета упала незначительно.
Мы обменялись еще несколькими ударами, я лендлорда не задел, он зацепил меня слегка кинжалом. Потом, после еще одной серии атак, я пробил его защиту с "Кровотоком". Хотя, какой у костлявого кровоток. У него и крови-то нет... Одно слово — нежить. Бой затягивался.
— Все, ты мне надоел! Время твоей смерти! — И скелет снова сделал попытку пробить мою защиту все тем же финтом. Я снова принял меч на меч, а кинжал на щит, но на этот раз рванул щит вниз. Трюк прошел, кинжал вылетел из руки скелета. Я тут же снизу вверх толкнул покойного лендлорда щитом и стал наносить удар за ударом, уводя от места падения кинжала. Скелет пытался парировать удары, но несколько все равно прошло. В какой-то момент он раскрылся, и я тут же с криком:
— Меч возмездия! — пробил ему в грудную клетку.
Уровень жизни скелета упал ниже низкого — красного даже не было видно. Я решил ковать железо, пока горячо, и поднял меч, чтобы добить противника.
— Погоди, смертный, — прошамкал скелет. — Может, договоримся?
— О чем?
— Ну я мог бы рассказать тебе, где спрятал свои сокровища. Или поделиться тайной!
— Какой тайной? — заинтересовался я, не опуская меч.
— Я ведь не сам стал таким. Таким, неупокоенным, меня сделала могучая ведьма по имени...
Челюсть скелета отскочила от черепа, кости рассыпались. Вот ведь зараза! "Кровоток" сработал! Похоже, у костистого был квест, и, надо думать, непростой. Тьфу!
Я обшарил бренные останки лендлорда. Пара золотых, какие-то косточки, ржавый меч, даже не синий. А это что?
"Корона умершего лендлорда. Квестовый предмет. Украсть, потерять, сломать — невозможно. Продать, передать, подарить — возможно. При смерти владельца не пропадает из сумки".
О как. Какой интересный был дважды покойничек. Жаль, ничего приличного не выпало. Где наколенник? Где ремень? Ладно, хоть корону приберегу — вдруг кто на нее квест даст, может, просто еще это задание мне не попадалось.
Я вызвал карту и посмотрел, далеко ли до логова разбойников. Оказалось, совсем недалеко — меньше десяти минут неторопливого хода, по моим прикидкам. Я бодрым шагом двинулся в том направлении.
Шел я спокойно, ничего не боялся и поэтому, даже услышав голоса впереди, особо не стал напрягаться и тем более прятаться — я ж крут.
— Опачки, братва, а это хто тута такой? — Я увидел мордатого разбойника, выбравшегося из-за кустов справа от меня.
— А это, поди, работничек королевской стражи, — сказал второй разбойник, появившись слева от меня.
— Да брось, Громио! — рассмеялся полуэльф с луком на плече, слезая с дерева прямо передо мной. — Какая королевская стража? Он пер по лесу, как хрякорыл, с грохотом и треском. Просто дурачок, попавший не туда, куда следует. На свою голову. И смерть.
Вот тебе и наука! Надо меньше было думать о том, как ты крут. А теперь только один вариант есть. Надеюсь, выгорит.
Разбойники с ножами в руках начали обходить меня с двух сторон. Полуэльф стал снимать с плеча лук.
"У тебя полминуты край", — сказал я сам себе и побежал обратно, туда, откуда пришел.
До того как восьмая стрела прикончила меня, пробежать я успел не так уж и много, метров пятьсот максимум. Чертов полуэльф лупил быстро и точно.
Мир закрутился, и я оказался на площади Меттана. Как водится, в подштанниках.
Около надгробия сидел какой-то игрок, курил трубку и, судя по морщинам на лбу, размышлял о вечном.
— Агры? — философски спросил он меня, окинув взглядом.
— Мобы, — лаконично ответил ему я.
— Бывает, — сообщил мне бездушный курильщик.
Я очень быстро помчался в гостиницу. Времени у меня даже не то что не было. Это как-то по-другому называется.
Девушка за стойкой слегка испуганно посмотрела на меня, когда я влетел в гостиницу. А вы как думали. Вбегает человек в подштанниках, чего-то орет...
— Ключ мне! — скомандовал я.
— Вот, от вашего девятого номера! — пролепетала кареглазая красотка... Как ее? Жаклин, что ли... Или еще как. А, не важно.
— Спасибо! — И я побежал по лестнице.
В номере я выгреб из сундука один из комплектов снаряги, что мне когда-то подогнал Толстый Вилли, взял им же подаренную палицу и с громыханьями сбежал по лестнице.
— Вы уже уходите? — совсем испуганно пискнула девушка.
— Дела, дела, маленькая моя, — крикнул я на бегу.
Я вылетел за ворота города и устремился уже привычным маршрутом, но с непривычной для себя скоростью. Я бежал, не обращая внимания на ветки, стегавшие по лицу, — а что, есть выбор? Главное, чтобы туда не занесло какого-нибудь приключенца, или плакали мои вещички горючими слезами. Конечно, кольцо при мне, но все остальное...
Если бы я попробовал преодолеть такое расстояние в реальной жизни, то давно бы сдох. А тут ничего, добежал. Недалеко от памятного места я остановился и тихонечко, прячась за стволами деревьев, начал перемещаться туда, где, по идее, должны были лежать мои вещи.
Когда незадолго до смерти я увидел полуэльфа, то сразу понял — мне каюк. И если меня пришибут прямо здесь, то вещам моим скорее всего тоже — я до них не доберусь, неписи их тоже не возьмут, но вот рано или поздно появится какой-нибудь игрок, который перебьет эту компанию и заберет их. И я принял решение отбежать как можно дальше, понимая, что вся эта ватага вернется на старые места и тогда у меня будет шанс. Далеко не убежал, но все же...
Вещи мои лежали в траве. Забавно выглядят, кстати, — я ж еще ни разу не видел посмертные останки игрока. Эдакий прозрачный кокон, в котором, как в чемодане, находятся вещички. Я опустился на траву и пополз, стараясь не производить шума и ожидая, что прямо сейчас в меня вонзится стрела.
Но на этот раз обошлось. Я дополз до вещей, ткнул в кокон пальцем, и мое имущество упало в траву, слава богу, беззвучно. Я быстренько и тихо покидал все в сумку и пополз обратно. Отполз метров на пятьсот, после чего так же тихо, в полусогнутом состоянии, добежал до развалин Айнвилля, переоделся, присел там у камушка и стал думать о том, что мне делать дальше. Квест упускать не хотелось ни под каким предлогом — не выполни я его, не получу кортик. Судя по тому, что квест явно сложный, кортик должен быть неплохой, как минимум неординарный. Но и вот так дохнуть раз за разом мне не улыбалось.
Я открыл карту, приблизил участок, окрашенный красным цветом, и вгляделся в него. С одной стороны к нему примыкало болото.
— Болото — это хорошо, — произнес я вслух. — Очень хорошо. Нет, это, конечно, мокро, грязно и вонюче, но хорошо.
Надо думать, хитроумные разбойники выставили посты на всех дорогах. Но не факт, что они установили наблюдение и со стороны болота. Может, оттуда и зайти? В зловонную жижу лезть мне, конечно, не хотелось. Но вариантов немного. Только сначала надо закончить с травницей. Чего там мне осталось найти? Сейчас соберем.
Через полчаса я стучался в дом Мэрион.
— А, странник, — с загадочной улыбкой поприветствовала она меня. — Ну нашел травы?
— А то! — ответил я. — Все как просила.
В глазах травницы мелькнуло удивление.
— И кребон черноплодный?
— Ну да. Не скажу, что это было просто, кое-кто возражал против сбора, но я с ним пообщался, и он согласился отдать травку.
— Ты дрался с лендлордом? — недоверчиво спросила Мэрион.
— И убил его, — кивнул я.
— Однако. Ну дай мне травы, — протянула руку Мэрион.
"Вы выполнили задание "Разнотравье для Мэрион". Условие — собрать травы для травницы Мэрион. Вы получили награды: 500 опыта; репутация с травницей Мэрион — 10 %".
— Но это слишком малая награда для того, кто убил лендлорда, — сказала травница. — Я хочу дать тебе одно из своих самых сильных зелий, но ты должен сам выбрать какое. Пройдем в дом.
Ага, опять выбор. Ну-с, посмотрим.
Подойдя к серванту, стоящему в углу, Мэрион достала из него перевязь на пять мензурок, которые уже были вставлены в гнезда, и одинокий флакон с жидкостью ярко-алого цвета.
— Смотри, воин. Здесь, — она тряхнула перевязью, — пять зелий силы. Выпив одно из них, ты каждый раз будешь получать четверть от своей обычной силы сроком на час.
— И перевязь? — уточнил я.
Мэрион кивнула и продолжила:
— Это тоже зелье силы. Но оно увеличит твою силу не на час, а навсегда. Но вот насколько — прости, не знаю. Это кот в мешке. Может, в два раза, а может, и на песчинку. Выбирай, что тебе по душе.
Я не задумываясь сказал:
— Конечно, то, что навсегда.
Мэрион подняла брови и спросила:
— Если не секрет, почему?
— Да какой секрет. Пять зелий, какие бы они ни были, кончатся быстро. А это останется. И даже если прибавится хоть единичка, она будет моя. В тех же силы много, да вся она заемная.
— Правильный выбор, воин. Я с тобой согласна. Держи.
Травница протянула мне флакончик. И я, не задумываясь, его выпил.
"Вы выпили редкое зелье "Медвежья сила". Ваша характеристика "Сила" увеличена на 8 единиц".
— Ну доволен? — улыбнулась мне Мэрион.
— Спасибо тебе, — поклонился я. — Не зелье, а мечта. Ты еще про капитана обещала рассказать.
— Все, кто уходит в лес без памяти, рано или поздно доходят до болота и попадают к вилисам. Ищи их там.
— Вилисам?
— Это воплощенные души несчастных девушек, умерших от любви. Они не агрессивны, но бойся их разозлить.
— Я и без того их боюсь. Это в каком болоте? Которое там?
И я махнул рукой в нужном мне направлении.
— Ну да, — кивнула головой Мэрион.
— Понятно. Ну я пошел. Спасибо тебе, травница.
— И тебе спасибо, хм, странник. Постой-ка!
— Чего? — обернулся я у порога.
— А от лендлорда ничего не осталось? Может, какой предмет власти?
— Корона осталась. А что?
— Да нет, ничего. Береги себя.
И Мэрион, явно о чем-то задумавшись, скрылась в доме.
— Интересно, — покачал головой я, сверился с картой и пошел по направлению к болоту.