Chapter 24
Жизнь двоих мог изменить всего
один разговор. Но, увы, их языки
были безжалостно отрезаны
собственными руками.
Я застыла. Передо мной словно пронеслась вся жизнь. Пронеслось то время, что я так мучительно старалась не думать. Не думать об этом мужчине. Не думать о том, что он предал меня. О том, что óтдал в руки самого дьявола.
В руки моего отца.
Я так боялась попасть в капкан деспота. Так боялась, что Маркус окажется плохим человеком. Я думала, начнется война. Только вот воевать с тем, кто к тебе так добр и нежен, для моей светлой души слишком сложно. Он оказался не таким, как я представляла. Его явно не испортили большие деньги... И он явно бы не променял меня на них.
Но я не могла отвести взгляд не от него. Мои глаза бегло осматривали Даниэля, пытаясь вспомнить каждый уголочек его мужественного лица и массивной фигуры, которая была прикрыта тонкой белой рубашкой. На бедрах классические чёрные брюки, на руках дорогие часы, а кудрявые волосы снова в хаосе. Видок, что надо... Он точно был на мероприятии с нами, но почему тогда я не смогла найти его в толпе? А что если он всегда был где-то рядом, а я в открытую не хотела его замечать?
Я чувствовала его присутствие ещё тогда. Когда в огромном здании, внешне похожем на королевский замок, я чувствовала себя загнанной в угол мышкой. Маленькой и крошечной мышкой в маленьком и крошечном замке. Стены сжимались прямо на глазах, а люди исчезали в воздухе. В ту секунду мною повелевала паника... И, как оказалось, не зря... Я его чувствовала.
— Так, я тебе ещё раз говорю, объяснись! Думаешь, если сейчас поздняя ночь, машины не будут проезжать мимо? Хочешь организовать пробку? Проблемы нужны? Так мы сейчас вызовем полицию, и всё сразу же решат. И проблемы тебе устроят.
— И маме позвони.
— Что?
— Ты слышал, — Даниэль выглядел расслабленно, его руки спрятались в карманах, а сам он облокотился о капот своего мустанга, — Ты, вроде, взрослый мужик, Маркус. Не обязательно сразу стучать в полицию, чтобы что-то решить. Или тебя в детстве приучили сразу жаловаться мамочке? — он устало улыбнулся, даже не оголяя зубов. Его выражение лица выглядело жутковато, словно маньяк решил убить очередную жертву. И сейчас его жертвой станет мой жених, — Я попросил у тебя всего один разговор. И вы помчите дальше налаживать свою счастливую семейную жизнь. Один блядский разговор! Сложно?
О чём он говорил? На меня снова напал приступ волнения. Ярость сразу же сменилась страхом... Почему я стала столь пугливой? Мне уже надоело бояться... Что стало с прежней Виолой? Почему так быстро я потеряла саму себя? У меня так много вопросов... На которые нет ответов. Снова...
Снова...
Мужчины откровенно не замечали ничего вокруг, пока я не сделала несколько шагов в их сторону. Мой силуэт осветили фары, и внимание Маркуса сразу переключилось на меня. В его глазах на секунду промелькнуло беспокойство, а вот Дан на меня так и не взглянул. Его суровый холодный взгляд был полностью отдан моему жениху.
Отлично. Так даже лучше... Не смотри.
Но тогда почему я чувствую резкий укол в сердце? Почему ты просто не отпустишь меня, чёртов Даниэль Уэст!? Я хочу быть свободной.
— Маркус, две минуты. Мне не нужно больше.
Его голос звучал твёрдо, будто он ни за что не отступит. Даже если перед ним восстанет рота окрепших солдат с кучей оружия. Мой жених растерялся. И я это заметила. Присутствие девушки делало его слабым, и я понимала, как влияю на своего мужчину. Когда я рядом, он не хотел быть грубым даже с кем-то. Словно не хотел показаться в моих глазах плохим...
Чёрт тебя дери... Неужели его чувства настолько сильны?
— Решать ей. Милая, если ты не хочешь говорить с этим придурком, мы уедем. Если уделишь ему время, я подожду. Я уважаю твой выбор.
— Сказал человек, который против воли тащит её к алтарю.
Я видела, как Дан закатил глаза и тихо посмеялся. Видела, как напрягся Маркус после этих слов. Видела, как его кулаки сжались, а в глазах вспыхнула ярость. А ещё чувствовала, как внутри меня будто ударило током. Да с такой силой, что сердце пропустило кульбит, а голова опустела.
Я схватила Маркуса за руку, как только он сделал первый шаг. Я понимала, что дракой ничего не решить, поэтому молящими глазами дала понять, что не хочу видеть этого. Он остановился, опустил веки, глубоко вздохнул и вопросительно посмотрел на меня.
— Иди в машину, любовь моя. Дай мне лишь пару минут... Я поговорю с ним, и мы спокойно уедем домой. Хорошо?
Маркус помедлил всего несколько секунд, а после кивнул и оставил нас. Дьявол... Я не была к этому готова. В одну секунду в моей голове пронеслись тысяча и одна мысль. Я потерялась во времени, словно мимо меня летели годы... Сделав всего пару неуверенных шагов к Даниэлю, я помедлила. В этот момент он наконец-то посмотрел на меня.
Его взгляд пронизывал до боли в конечностях. А губы, растянувшиеся в наглой ухмылке, пробуждали в сердце пожар. Я видела в его глазах многое. В них таились злость, страх и отторжение вперемешку с разочарованием. Чего он ждал от меня? Что после его предательства я не сдамся? Что смогу одна противостоять самому Люциферу? Слишком уж ты меня переоценил, Даниэль Уэст. Слишком переоценил...
— Что ты хотел? У тебя не так много времени, чтобы говорить со мной взглядами.
Мой голос звучал холодно, но в крови бурлила лава. Я должна казаться сильной. Должна. Казаться...
— Неужели так выглядело твоё «счастливо»?
— А ты представлял моё «счастливо» иначе? Как, например? Под одной крышей с грёбаным предателем, который бросил меня на съедение псам? Или может, видел меня в объятиях мужчины, который сначала целуется со мной, а потом исчезает? Отталкивает и говорит все забыть? Скажи мне? Так ты видел моё «счастливо»? С тем, кто играет в игры? Устраивает мне шоу «горячо», «холодно»? Заставляет рыдать по нему ночами, а потом появляется, как ни в чем не бывало, и просит меня поговорить с ним? Скажи! Так?
Он нахмурился.
— Я не предавал тебя.
— Это всё? — в моих глазах снова застыли слёзы. Черт тебя дери, ты вновь заставляешь меня плакать, Дан... Когда это закончится?
Его фигура оторвалась от авто, мужчина сделал несколько шагов ко мне, пробуждая внутри желание отступить... Но я осталась. Даниэль подошёл ближе, и, когда его рука коснулась моей нежной щеки, глаза прикрылись, а лоб коснулся моего, я услышала хлопок двери в машине.
Маркус...
— Что за херня???
— Уйди. — стальным тоном выдал Дан, — Иначе я увезу её... Ты знаешь, я отроду держу своё слово, Пирсон. Если мне будет нужно, ты больше никогда с ней не заговоришь, поэтому просто уйди... По-хорошему...
Тяжелый вздох... Я слышала его даже на расстоянии нескольких футов, несмотря на звук заведенных авто. Маркус был в бешенстве. И я подозреваю, что долго метался в размышлениях. Он не хотел позволять Даниэлю касаться меня, но и не мог рискнуть. Он знал, что однажды я сбежала с ним. Знал, что я произношу сквозь сон лишь одно имя. Знал, что я никогда не смогу его отпустить. И что сейчас у него нет шансов против моих чувств.
Я боролась... Клянусь, я боролась...
— Гори в аду, ублюдок! — голос Маркуса был похож на волчий рык, даже меня бросило в дрожь. В ответ Дан усмехнулся и просто дождался, когда мой жених сквозь тысячу матов сядет обратно в тачку и захлопнет дверцу.
Всё так просто. И сколько же стоит твоё слово, мистер Уэст? Увёз бы меня зачем? Чтобы снова вручить отцу, как свинью на блюдце с яблоком в зубах? Иронично... Даже смешно.
— Прошу, поезжай со мной... Я верну тебя к нему завтра. Нетронутой. Мне нужно просто поговорить. Не здесь. Не перед этим уродом. Я даже не приказываю, я прошу, принцесс... Сделай это для меня. И я объяснюсь перед тобой на коленях, если это будет нужно...
От его шепота внутри меня рассыпались лепестки. Но уже не роз... Ромашек. Чего-то искреннего и теплого сердцу. Мне так хотелось ему поддаться. Хотелось послушать его и снова бросить все, только для того, чтобы почувствовать его губы. Слышать его голос. Видеть его глаза.
Я слабая. Нет во мне силы. И не было никогда. Я всегда была такой. Безотказной. Мне тяжело отказать себе в желаниях. Тяжело отказать себе в удовольствиях. Я всегда поддавалась искушению. И всегда искушала.
Отступив от Даниэля, я молча прошла к машине жениха. Села на свое привычное место и посмотрела на Маркуса, который буквально пускал пар из ушей.
— Я уеду с ним.
— Ни за что. Не позволю.
Моя рука накрыла его крепкое плечо, а губы оставили нежный поцелуй на щеке.
— Верь мне. И никогда не запрещай. Ты — мой будущий муж. Не по любви, Маркус, помни об этом. Дай мне чуть больше времени, и я смогу полюбить тебя. Ведь таких обходительных людей, как ты, я ещё никогда не встречала. Спасибо за нежность и за твое отношение. Но сейчас я должна уехать. Завтра после полудня я уже буду дома, дам выходной нашему повару и попробую приготовить тебе ужин. Хорошо?
Он долго смотрел на меня, словно изучал каждый сантиметр. Я не отводила взгляд, продолжая ждать. А после его не совсем уверенного кивка, обняла его так крепко, как никогда этого не делала.
Мне пришлось соврать. Я ни за что не смогу полюбить его. Но что в жизни помогает выживать лучше ложной надежды? Ведь и мне в своё время так нравилось надеяться.
Оставив почти невесомый поцелуй на его губах, я вышла из машины. И напоследок сказала такое простое: верь мне, Маркус. Он искренне улыбнулся и прошептал: верю...
Как же жаль... Я бы себе не верила... Чувствую себя самой злостной сукой на свете. Ведь я буду жить с ним под одной крышей, продолжая думать о другом мужчине. И это не изменит ни время, ни обстоятельства. Ничего не сможет заглушить мои чувства к Даниэлю.
К моему несчастью...
Дан уже сидел в машине. Но не уехал, словно знал, что я вернусь. Или просто ждал момента, когда я передумаю. А я и не думала. Я решила всё сразу же. Утром я могу пожалеть. Но о чём? Что дала ему высказаться? Что позволила себе его выслушать? Или может, что позволила нам снова остаться наедине?
Уже неважно. Настолько плевать, что я, заглушив голос гордости, запрыгиваю на переднее сиденье его мустанга. Я похоронила свою гордость ещё в тот вечер, когда пошла навстречу с фиктивным мужем. Настолько всё равно, что я молча наблюдаю за тем, как он отъезжает с того самого места, где я, вероятнее всего, снова натворила глупостей. Настолько безразлично, что я тихо еду рядом с ним, делая вид, что вникаю в текст песни, играющей в колонках, а сама рассматриваю массивную жилистую руку на руле и прекрасный мужской профиль.
История повторяется. Я снова с ним в его машине.
Почему я настолько глупая? Фраза «наступать на одни и те же грабли», которую я часто употребляла, проживая в России, как раз подходит моей нынешней опрометчивости и тупости...
Весь путь в салоне таилось молчание. Музыка хоть немного разбавляла напряженную обстановку. Я снова пропадала в мыслях, Дан, наверняка, делал то же самое. Когда автомобиль остановился у очень высокого многоквартирного здания, я вдохнула побольше воздуха и вышла на улицу. Так поняла, приехали, раз Даниэль вышел следом.
— Просто иди за мной.
И я пошла. Даже не помню, как мы закрылись в лифте. Как оказались у двери в его квартиру. Не помню, как прошла вглубь его убежища в своём шикарном лазурном платье. И как он попросил меня присесть в кресло в его спальне.
Он сел на корточки возле меня. Взял в свои большие мужские ладони мои почти детские на вид ручки. Чёрт, чувствую себя младенцем рядом с ним. Я морально приготовилась к его словам. Пообещала себе оценивать их объективно, но все понимают, что я не сдержу обещание. Я сумасшедшая, глупая, и совсем чуть-чуть влюблена.
— А теперь дай мне сказать, Летт. Ещё раз повторюсь, я тебя не предавал... И никогда бы этого не сделал. Я помню твои слова о том, что я всегда был для тебя никем, но мне плевать. Говори, что хочешь. Ты для меня не просто девушка из интернета. Не просто дочь Островских, с которой я хочу поиметь выгоду. И не просто девчонка, которую бы я хотел затащить в постель. С тобой всё слишком сложно. Ты для меня больше, чем всё это, и единственное, что я в тебе ненавижу... — он на секунду умолк, — Ты внушаема, тебе слишком легко навязать чушь. Думаешь, это я подставил тебя? Я просто не тому тебя доверил. В этом была моя единственная ошибка. Морган — чертов ублюдок. Он никогда не умел проигрывать. Всегда шел до конца...
— Но причем здесь он вообще? Ты натравил на меня отца, ты купил билеты, ты сказал действовать по плану. И мы действовали. Это был твой план, почему ты обвиняешь Моргана? Так легче себя оправдать, да?
— Да потому что это не было моим планом. Вникай в каждое моё слово. Морган. Никогда. Не. Проигрывает. Если он хочет девушку, он сделает всё, чтобы её взять. Ты стала его целью. Ещё в те времена, когда мы общались в сети, он говорил: ты слишком часто зависаешь в Фейсбуке. Слишком часто общаешься с левой девкой из интернета. Слишком много уделяешь ей внимания. Психовал. Злился, завидовал. Когда он увидел тебя в тот вечер в синем роскошном платье, сказал: какая куколка, хочу её. Ещё в тот момент я понимал, что тебе придётся не сладко. Но когда узнал, кто ты есть на самом деле, понял, что не сладко придётся ему. Я бы никогда не позволил Моргу сделать тебе больно. Не позволил бы тебя использовать.
Я вздохнула.
— Но где же ты был, когда он целовал меня?
— Он целовал тебя? — я кивнула, — Блять... — в его взгляде промелькнул ужас, он встал на ноги и потёр лицо руками. Прошёл к дивану и сел на него, раскинув ноги и уперевшись локтями в бёдра, — А дальше? У вас что-то было?
— Было.
Внутри меня зародилась демонская искорка. Я посмотрела на Даниэля с вызовом. Мне хотелось лишь узнать, какие эмоции в нём вызовет моё фальшивое признание.
Но он не отреагировал. Его брови лишь чуток нахмурились, а руки сложились в замок под подбородком. Он задумчиво взглянул на меня.
— Врешь...
— Зачем мне врать, м? Знаешь, как он целовал меня? Господи, во мне буквально летали бабочки. А когда его руки касались меня, вместе с бабочками летала и я. Он был очень ласков со мной, пока мы не остались полностью разде...
— Заткнись.
Мужчина грубо меня перебил. Ох уж этот тон. Мне нравилась его злость. Мне нравилась эта ярость в ледяных глазах. От чего же? Ревность? Плохое чувство, неприятное. Тогда почему внутри меня растекается неземное удовольствие наблюдать за этим чувством в его бешеном взгляде.
— Вы спали? Дьявол! Виола, он твой брат! Слышишь это? Брат, блять... Вы спали, я спрашиваю???
В этот момент я замерла. Что? Что за глупости он несет? Это слишком грязная игра, Даниэль. Слишком...
— Я хотел подойти к этому плавно. Преподнести по-другому. Но если ты с ним трахалась, это не укладывается в моей голо...
— Нет. Я с ним не... Боже... Мы не спали... Целовались, но не спали... Почему ты говоришь такие вещи? Зачем ты врешь мне?
Он отрицательно покачал головой.
— Скажи, зачем мне это? Зачем врать?
— Чтобы у Моргана не осталось шансов?
— Разве они у него были?
Пришлось сделать вид, мол задумалась...
— Нет. Я сказала, что люблю его брата.
Искреннее признание прозвучало слишком монотонно. Словно я говорю ему об этом каждый день. Мне даже на секунду стало страшно, но, как оказалось, это волновало меня в самую последнюю очередь. Голову забивало другое. Морган не может быть моим братом. Чушь собачья. Это просто невозможно.
— Зачем тогда мне говорить тебе это? Морган и вправду твой брат, Летт. Евгений ещё по молодости закрутил мимолетный роман с моей матерью. Твой отец тогда ещё не знал Анну, жил, как хотел. Гулял, сколько вздумается. Спал с женщинами и не искал ничего серьезного. А моя мать лишь попала в его обворожительный плен. Тогда с моим папой они были вместе всего пару лет. Влюблённость, страсть... И её глупая ошибка. Узнав о беременности, мать, конечно же подумала, что ребенок от Лукаса. Только вот все это вскрылось спустя несколько лет, когда внешне Морган больше походил на соседа, блять. Но не на моего отца точно, ты вообще его видела? Был скандал, ужасно громкий скандал. Я был маленьким, но ярко помнил все эти ссоры. Мы с Моргом не ведали всей правды. Я узнал только после встречи с тобой. Подслушал разговор Руби, потом подсмотрел номер во входящих её телефона и сразу же полетел к брату. У которого на ночь оставалась ты. Я тогда очень долго боролся с собой. Так и не позвонил. Еще не знал, что вы родные, но говорить ему об этой ситуации и вовсе не стал. Был слишком зол. Он с самого начала догадывался, кто ты для меня. Намекал, говорил чуть ли не прямо, а я не хотел замечать. Ослеп. После этой ситуации мы с тобой сбежали. Я испытывал покой, когда ты была рядом, хоть и чувствовал себя убитым. Мне было плевать на твою ложь, но страх быть снова обманутым шел со мной рука об руку, и я дико жалею, что поддался его влиянию. Мы бы улетели, я был бы с тобой, но этот урод и там до нас добрался. А знаешь, как это случилось?
Я переваривала информацию тщательно, от этого очень заторможенно и неуверенно покачала головой. Мне нужно было не упустить ни одной детали.
— Он нашёл главный секрет Микеллы, о котором она готова была молчать до гроба. Это тайна её семьи. Даже я не стал в это вмешиваться. А он вмешался. Шантажировал её и заставил сдать нас. Я не был зол на неё. Но ему хотел разорвать глотку. Тогда на террасе я набрал номер, который украл у матери, на свой страх и риск. Представился чужим именем, прикинулся дураком и услышал его голос. Знаешь... Тогда у меня будто мир ушёл из под ног. Я надеялся, что ошибся, но ты подтвердила мои опасения. Не стала даже слушать. Сказала все, что думаешь обо мне. И я тебя понял. Ушёл. Но я не предавал. И никогда бы не сделал тебе больно... Слышишь?
Я сверлила его взглядом. В моей голове взорвались петарды. Сердце отбивало нереальный ритм. Я хотела провалиться сквозь землю. Хотела пропасть, чтобы не чувствовать себя дурой. Импульсивной идиоткой, которая сама же и испортила свою жизнь. Ни отец, ни мать, никто вокруг не портил её. Это сделала я сама... По моей щеке скатилась слеза, а за ней и другая, но я продолжала смотреть в одну точку, как живая кукла, у которой из ниоткуда появились чувства. И почему же снова это чувство — боль?
— Боже, — вместе с шёпотом, я наконец выпустила из легких воздух и сделала новый вдох, — Какая же я дура... Прости меня...
— Не проси прощения, принцесса... Лучше выслушай. Тогда я уехал. Но не собирался тебя оставлять. Мы с Мики действительно звонили твоему отцу. Действительно сказали, что ты будешь в том месте, но тебя там быть не должно было... Я знал, что Островский будет крышевать только тот аэропорт, куда я его направлю, потому что за эту информацию он вкинул далеко не один бакс. Вы с Морганом должны были лететь другим рейсом и вообще с другой точки. В другое, мать твою, время. Но он сделал всё в корень наоборот. И тем самым подставил мою жопу под обстрел. Он хотел, чтобы ты меня возненавидела. И ты возненавидела...
— Ни за что... Я не смогла, Даниэль. Мои теплые чувства к тебе были сильнее. Я боролась с ними, хотела считать тебя предателем. Я внушала это себе каждый день, вставая перед зеркалом. Каждый день я пыталась открыться Маркусу, но не выходило. Каждый чертов день я пыталась о тебе не думать, но думала. Ты мне снился. Я видела тебя во всём вокруг. Я была зла... Но нет... Я не смогла тебя возненавидеть.
Поднявшись с кресла, я подошла ближе к Даниэлю, растрепала его кудрявые, мягкие на ощупь, волосы и обняла. Он прилег щекой на мою грудь и опустил руки на поясницу, сжимая меня крепко-крепко. Я почувствовала прилив сил и смелости, будто сам Даниэль Уэст сейчас был слаб передо мной. Был в моей власти. Обнимал меня за талию и слушал биение сердца.
— Твой отец нашёл меня почти сразу. Он угрожал убить мою мать. Отца. Брата. Всех. Ублюдок... Он знал, что Морган его сын, именно поэтому спокойно отпустил восвояси, когда поймал вас. Но теплых чувств к нему не питал, поэтому мне пришлось пропасть. Я понимал, что твой отец способен на что угодно, имея деньги и цель. Меня заставили поубавить пыл. А после того, как новости запестрили твоей помолвкой с Маркусом, я испугался. Осознал, что могу окончательно тебя потерять. И пошел в ва-банк. Нанял людей, которые сейчас тщательно следят за твоим отцом. Утроил охрану для своей семьи, не впутывая в это их самих, и рассказал Моргану правду, когда узнал, что он снова виделся с тобой. Он был в бешенстве. Не верил. Сам поехал к Островскому и выяснил, что я не лгал. Слишком много всего произошло. Пришлось переждать взбучку, чтобы снова найти тебя. Увидеть, услышать, коснуться... Я очень скучал.
— И я скучала, Дан. Очень... Но что нам делать сейчас? У меня свадьба через несколько недель. Я только что узнала, что Морган мой родной брат, а я... Боже... Я целовалась с ним, это омерзительно...
— Просто забудь.
— Я не могу просто забыть, — слегка отпрянув, я наклонилась ближе к мужскому лицу и взяла его в свои трясущиеся руки, — А если бы тогда мы не остановились... Чёрт, мне даже думать об этом страшно. Что делать дальше? Как мне жить, зная, что мой отец угрожал тебе и твоей семье? Как жить, зная, что он убийца?
Даниэль убрал мои ладони и встал. Теперь он обнял меня, заставляя остановить наплыв беспорядочных вопросов в голове. Я уткнулась лицом в его грудь и растаяла. Меня накрыла волна спокойствия. Мужчина бережно поцеловал меня в макушку и погладил спину, усыпая её мурашками.
— Жить, как раньше, Летта. Ты ничего не изменишь и никого не спасешь. Но знай, что у тебя есть я. Всегда был и буду. Теперь ты от меня никуда не денешься. Или ты думаешь, я не услышал?
— Не услышал что? — невнятно промычала.
— Что ты любишь меня.