Месть

— Гермиона... — осторожно положил руку Гарри на её плечо.

Он знал, он ощущал, что она злится.
Она ненавидит такие выходки, а в такое время в особенности от Малфоя.

Но Гермиона Грейнджер не слушала. Она слышала лишь эти шептания, лживые теории, они будто яд для ушей.

Что делать в такой ситуации?

У Драко снова получилось выставить меня идиоткой, опозорить перед всеми.

В который раз она унизилась перед студентами этой школы...

Позор, у неё так и светятся на лбу это острое слово.

Твои одноклассники считают тебя шлюхой всего Гриффиндора, другие шалавой, остальные легкомысленной девицей...

Не знаю, какое значение подходит ко мне лучше всех...

Зато он знал.

Предательница.

Драко мчался по лестницам вниз, он знал, что она там внизу, он ощущал это каждой клеточкой, которые горели от гнева и злобы и обиды...

Что я ей скажу? Правильно всё, что я о ней думаю, и уж на этот раз не будет никаких розовых соплей.

А может это вовсе не она?

Но только она знала об этом, больше я никому и ничего не рассказывал.

До сих пор не могу отойти.

Я ей всё отдал, всё меня, всё свое черное и холодное сердце, всю свою боль, всю свою любовь, я ей верил...

А ОНА плюнула мне прямо в душу!

И это чертовски болит, болит чёрт тебя подери!

— Замолчите!!! — громко проорала Гермиона на весь коридорчик.

Все обернулись, у некоторых улыбки всё ещё не сошли с наглых лиц.

Но ей было всё равно, она просто хотела, чтобы все заткнулись, чтобы все забыли обо всем, чтобы все забыли, кто она такая, чтобы все никогда больше не стал обсуждать её за ее же спиной.

Но это было невозможно.

— Что, Грейнджер? Правда в глаза колит? — отозвался Симус.

Удивительно, как быстро могут твои же друзья и однокурсники быстро вознинавидеть тебя, потому что ты влюбилась в парня из другого вражеского факультета.

— Симус, не начинай... — заступился Гарри и вышел вперёд, держа руки в кулаки.

— Я еще даже не начал, Гарри... — Симус вышел на встречу.

Снова этот проклятый хаос, и всё время вокруг меня!

— Хватит! Давайте просто забудем об этом...

— Как это забудем, Грейнджер? Ты между прочим жизнь парню со своей грязной кровью испортила! Разразился, наш принц, вот и потерял рассудок! — проворчала одна слизеринка на вид с пятого курса.

— Все заткнитесь! Вы не имеете право так разговаривать с ней! — рассердился Гарри окончательно.

Нет сил было вступать в этот кошмар или быть частью его...

Хотя я уже давно его часть.

— А почему нет? Кто она? Королева что ли? — вновь провозгласил Симус.

— Я тебя предупреждаю в последний раз... — сквозь зубы процедил Гарри.

Гермиона хотела всё-таки вмешаться и встать между ними, но вдруг сзади послышался тот самый страшный во всем мире и до боли знакомый голос, который был в не себя.

— Ну тише, Поттер, ты уверен, что она этого стоит?

И сердце кануло, расстворилось от невыносимой раны в груди, она впитала его, и всё стало только хуже.

Почему я еще жива и стою на ногах?

Почему могу еще стоять?

— Или ты так сильно расстроился, что твоя лучшая и неподражаемая подружка не оттдалась тебе первой? — Драко подходил, медленно, его лицо сама непроницаемость...

Он был зол.

Он узнал о том, что я проболталась.

Гарри развернулся так резко, что Симус прыгнул назад, он наверняка думал, что Гарри хотел его ударить.

А я стояла и не могла ничего сделать.

Не могла ничего сказать.

Я слишком слабая...

— Вали по-хорошему, пока не поздно.

— Значит расстроился... Понимаю, не всем достается в постель такая горячая штучка, — он усмехнулся и посмотрел на неё, — Я даже был слегка удивлен, что ты досталась мне, Грейнджер. Очень боялся, что ты откажешь в последний момент и я не получу свои деньги.

Его красивые глаза свекнули злобой.

Как в старые времена.

Он специально, он специально...

Или нет?

Он всегда еще был сплошной сложной загадкой, которую я так желала разгадать.

Разгадала? Довольна результатами?

— Но ты их получил, не так ли? Все закончилось хорошо для нас обоих, разве нет? Ты при деньгах, а я больше не девственица... — горечо ответила Гермиона.

Что я несу? Откуда во мне нашлись силы хотя бы для того, чтобы пикнуть?

А студенты наблюдают, твои одноклассники, может быть даже все ученики школы смотрят и продолжают шептаться.

Он дернул бровью, его задело её рвение победить в этом бою.

Разве я уже не проиграла?

— Кто бы на меня полез, Малфой? На такую уродину, как я? На заучку, грязнокровку Грейнджер?

Ноги сами собой двигались, а тело попятам.

Я не хотела говорит это всё, и про твоего отца тоже не хотела...

Мне просто было очень больно и я хотела, чтобы эта боль ушла.

— Правильно, никто. Я думала, что никто, пока не появился ты в моей жизни и не обратил на меня внимание.

Драко молчал, он не знал, что сказать.

Я не хотел всего этого говорить, слова лились, словно кипяток сами из моего рта.

Мне просто было очень больно и я хотел, чтобы эта боль ушла.

— А как же твой Уизли? Ты его так быстро забыла... Скажи мне, ты его вообще любила или так игралась на публике? «Видите, у меня есть ебучий парень, я никогда не останусь одна!»

Не важно, что толпа, не важно, что здесь, не важно, что все...

Главное это его слова.

— Да как ты смеешь! Это из-за тебя мы должны были расстаться! Это из-за тебя я так сильно обидела его!

— Давай-ка я открою тебе глаза на мир, Грейнджер. Ты всегда и во всем винишь других, но только не себя, мать твою! А на самом-то деле виновата была ты! Да, это ты! Это ты пользуешься парнями, как проститутка, а потом разбиваешь нахрен этот поганый орган! — он показал на своё сердце, если эта штуковина у него еще там была.

— Да пошёл ты, Малфой! Ты никогда не не мог распознавать свои ошибки! Считаешь себя королем, хотя у тебя давно упала корона!

— Посмотри на себя, а потом суди других! Мисс совершенство, беру парня на одну ночь, но сначала встаньте в очередь! Ты самая настоящая...настоящая...

Скажи, скажи, скажи!

Он скажет и ты больше никогда не сможешь стать нормальной, стать прежней.

— Грязная ебучая шлюха!

Он смог...ну что же...и я смогу сделать так, чтобы он заткнулся.

— Знаешь, чего я хочу больше всего на свете? Я хочу, чтобы ты... СДОХ, ДРАКО МАЛФОЙ!

Гермиона решительно ущупала палочку в рукаве мантии и ловко взмахнула ею, проговорив заклинание у себя в голове.

Все отпрыгнули назад и к большому сожалению и он смог отпрыгнуть в сторону, заклинание проскочило мимо.

— Ну сама напросилась! — взревел Драко и тоже вытащил свое оружие.

Люди встали в круг, чтобы было лучше видеть, а Гарри хотел ринуться к Гермионе, но та яростно прокричала:

— Нет, не вмешивайся! Это будет только нашей дуэлью!

Что мы творим? Что наша же построенная любовь сотворила с нами?

— Это тебе за отца, Петрификус Тоталус!

— Протего!

Щит не позволил заклятию оцепенения поразить Гермиону Грейнджер.

— Это тебе за враньё! Вспыхни!

Драко наклонился и заклятие врезалось в стену, которая треснула и несколько кирпечей рухноло вниз прямо к ногам ученикам.

— За то, что предала меня! Инкарцеро!

Гермиона еле успела отбежать в сторону.

Так они могут еще два часа биться, а толку?

Они хотели ранить друг друга, но в тоже время и не хотели.

— За то, что разбил мне сердце! Эварте Статум!

— ПРЕКРАТИТЬ!

В проходе появилась профессор Макгонагалл, она успела сделать лишь одно не заметное движение кисти и обе палочки упали на пол у своих владельцев.

— Оба в мой кабинет, живо!