Глава 32. Что было однажды, то будет и дважды
( Фантазия автора)
Падает звезда— с нее одно желание.
Я загадаю вечность рядом с тобой.
Песня: Падает звезда
Автор: ANIVAR
— Ты станешь моей женой, моей госпожой, моей царицей?
Казалось, время замерло для всего измерения, в ожидании ответа девушки. Даже лёгкий и тёплый ветер перестал развивать её великолепные волосы. Полная большая луна начала светить ярче, даря белоснежные лучи своим детям. И только спокойные волны крошечного оазиса и ночные звери напоминали паре, что время остановилось только для них, но явно не для всех остальных.
Вопрос Кефера снова и снова звучал в голове Т/и. Её душа кричала от завершения этого сумасшедшего дня, а сердце бешено колотилось, отдаваясь отголоском в ушах. Разум уже давно сказал долгожданный ответ на предложение мужчины, но девушка никак не могла произнести его вслух. Она пыталась вымолвить хоть один звук или сделать короткий кивок, но тело не хотело ей подчиняться. Только зелёные глаза светились в ночном свете и на них наворачивались слёзы. На этот раз это были не слёзы горяча. Нет. Это были слёзы счастья. Настоящего, искреннего, долгожданного и... Пожалуй, не подберёшь и всех эпитетов для этого прекрасного чувства, что теперь будет рядом с ними до конца жизни.
— Да.— Сказала она неуверенно и тихо, словно боялась, что кто-то услышит самую сокровенную информацию. Маленькая струйка слёзы покатилась по её лицу, и только тогда советница смогла совладать со своим телом и ответить громче.— Да, да и ещё сотни раз да, Кефер!
В момент, когда Т/и произнесла заветные слова, с ночного небосклона начали падать звёзды. Бесконечное количество крошечных светил преклонялись перед новой царицей всего Египтуса. Бесконечное количество ушедших навсегда душ спускались с небес, почитая свою владычицу.
Фараон, опьяненный дорогим сердцу моментом, резким движение встал и поднял советницу над собой. Они кружились вокруг своей оси: она окольцевала его шею, словно не хотела когда-либо прощаться с ним, а он крепко прижимал её к своему телу, боясь потерять самого любимого человека в этой сложной жизни. Смех девушки разносился на всю округу, разрушая законы царства тишины. Хотя, это было неважно. Ничего в этом мире не важно, когда два влюблённых сердца соединяются в одно большое и начинают биться вместе.
Мужчина вернул возлюбленную обратно на землю, не выпуская из объятий. Он надел на её безымянный палец правой руки помолвочное кольцо, сверкающее на свете небесного тела. Оказывается, золотая оправа украшения была выполнена в форме лозы, на которой изображались не только крошечные цветки, но и листочки. Верхушка кольца была выполнена из самого чистого бриллианта, что когда-либо видела Т/и. И он был оформлен в виде розы— её любимого цветка. Она словно онемела, не в силах произнести ни слова. Настолько сильно её поразила неземная красота украшения.
— Такое же хрупкое, чистое и цветущее, как и его обладательница.— Прошептал Кефер, когда заметил замешательство избранницы.
— Я тебя люблю.— Тихо проговорила в ответ советница, переводя взгляд с украшения на своего повелителя. Своего... Теперь навеки своего.
Отвечать на признание таким же трепетными словами красиво, но ещё более восхитительно доказывать их своими действиями. Вот и Великий фараон Египтуса украл сладкий поцелуй, наполненный нежностью и страстью. В этом поцелуе было обещание вечной любви, клятва верности и надежда на счастливое будущее. Мир вокруг перестал существовать, оставив только их двоих в этом моменте единения.
Ночь продолжалась, и звезды все падали и падали с неба, освещая путь новой царице. Они стояли там, в объятиях друг друга, и наслаждались моментом, зная, что впереди их ждет долгая и счастливая жизнь. Жизнь, наполненная любовью, доверием и уважением. Жизнь, которую они построят вместе.
...
— Ну здравствуйте, бабушка и дедушка.— Тихо проговорила девушка, открывая огромную дверь в помещение.
В одно мгновение загорелись крошечные настенные светильники, озаряя комнатку. Она была с размером обычной спальни. Посреди неё стояло два гроба, над которыми на стене были изображены портреты двух усопших. Женщина с роскошными черными, как туш, волосами, длина которых была где-то по плечи, смотрела в сторону входа с лучезарной улыбкой. Её шоколадные глаза даже на изображении смотрели с нежностью и восторгом. В платье фиолетовых тонов с v-образном вырезом и длинными рукавами —они открывали лишь переднею часть рук—, которое так сочеталось с её белоснежной кожей, она обнимала своего спутника, расположив правую кисть на его мощной груди. На её руке покоилось золотое кольцо с луной посередине. Мужчина в привычной для Т/и золотой броне суровыми и медными глазами смотрел на прихожан, одной рукой крепко обнимая жену, а другой хватаясь за клинок.
Закрывая за собой тяжелую дверь, внучка пары внимательно осмотрела другие настенные рисунки. Кроме портрета ушедших, в помещении были изображены все важные моменты их жизни. Например, служба дедушки самому фараону, когда Египтус ещё не существовал, и учёба бабушки при дворе греческого правителя. Обходя статуи двух чёрных кошек, что стояли по бокам комнаты, и сундуки с драгоценностями покойников, советница провела рукой по стене, изучая жизнь родственников.
«Мама...»— Произнесла она у себя в мыслях, увидев, как бабушка Селена держит на руках новорожденную малышку, а рядом стоит дедушка Эрикс с пышным букетом цветов и украшениями. На глаза выступили слёзы, от чего девушка мигом убрала руку, закрывая ею рот, дабы не всхлипнуть. Если бы все они знали, сколько горя им придется пережить и к каким последствиям приведут их действия.
— Давно я вас не навещала.— Уже увереннее сказала Т/и, убирая с глаз слёзы. Она обернулась к гробам, сконцентрировав взгляд только на них.— Особенно тебя, бабушка.
Подойдя ближе к ним, девушка села на коленки и положила между двумя саркофагами небольшой букет. Искусственные цветы выглядели так, словно их только что собрали с клумбы. Это были нежно-розовые, немного с сиреневым окрасом, ирисы— любимые цветы бабушки. Далее их внучка достала из сумки красного цвета лампадку и зажгла её, сделав своеобразный мемориал памяти. Удивительно, что смерть пришла за супругами в один день, но в разные года. Мужчина пережил свою жену на целых двадцать пять лет.
Прошло уже около месяца свозвращения Ра. Он отказался от трона измерения, сославшись на преклонныйвозраст, оставив его младшему сыну. Поэтому в структуре власти Золотого царства почти ничегоне изменилось. Единственно, о чем попросил создатель своего сына, так это разрушить все пирамиды, в которых покоились убитые во время войны люди, перезахоронив их рядом с близкими. Зачем он это сделал— никто не знал, однако приказ исполнили быстро и беспрекословно.
Египтус оживал после вражды братьев, а государства восстанавливали экономику и политические отношения. Как и ожидалось, Кефер помог брату встать на путь исправления и образовать своё царство. Только вот из-за этой работы советница крайне редко видела своего жениха. В основном вечерами, когда оба могли отдохнуть в объятиях друг друга. Зато скучать ей не давали Нейт и давняя подруга детства — Хатхор. Они пообещали помочь невесте организовать самую лучшую царскую свадьбу, которую только видело измерение. За это Т/и была бесконечно благодарна девушкам.
— Ты, наверное, злишься за то, что я оставила свой пост. — Девушка убрала руки от лица, заканчивая молитву за ушедших, и посмотрела на гроб дедушки. Она провела рукой по крышке, не изображая на лице ничего кроме спокойствия.— Моя душа не лежит к военному делу и ты это прекрасно знаешь. Я решилась занять пост главнокомандующей армии, только чтобы ты больше не подставлял свою жизнь под угрозу.
Она шумно вздохнула, отгоняя не самые лучшие воспоминания своей юности. Постоянные ссоры с Эриксом, побеги от учителей, принятие своей судьбы и первое сражение сыновей Ра — всё это отчётливо отразилось в памяти юной Т/и. А сражения, гибель своих людей и постоянные слёзы остались рубцами на её сердце уже в молодом возрасте. И после окончания войны она больше не могла притворяться, что ей нравится ремесло, которым так сильно дорожил дедушка. Не могла ранить свою истерзанную душу ещё больше.
— Но пришло время мне самой выбирать путь жизни. И я выбрала быть верховной советницей культуры и образования рядом с фараоном.
После этих слов дышать стало легче, свободнее. Словно последние оковы спали с рук, развязывая их для свободного плавания. Девушка с ранних лет знала, что ей придётся связать судьбу с армией. Ей нравились занятия, нравилось обучать кого-то и защищать слабые слои населения родного края. Но всё это ей нравилось ровно до момента войны. Она не хотела кого-либо убить, но обстоятельства требовали того. Только ей удалось обойти это при помощи снадобий и знаний, куда бить, чтобы соперник ослабел, но остался жить. И за все сражения от её рук погиб только один человек— Собек, в то время как на руках других людей было огромное количество число убитых. И Т/и не хотела вновь кому-то приносить страдания, если он их не заслуживает.
Поэтому, девушка была рада, когда узнала, что наставница уходит на заслуженный отдых и она сможет занять её пост. Будучи верховной советницей культуры и образования она принесёт обществу куда больше пользы, чем на прошлой работе. И не будет лишать кого-то жизни из-за своих обязанностей. От этого выбора сердце трепетало куда больше, чем от выбора дедушки.
— Представляете, я уже через неделю выхожу замуж.— Радостно объявила девушка, запрокидывая голову назад от наслаждения. В комнате разлился запах крепкого табака, фиников, ирисов и только что приготовленного пирога с яблоками. Всё то, что так любили старики. От мысли, что Т/и больше никогда не сможет обнять обладателей этих запахов, ей стало так горестно. Голос задрожал.— Жаль, что вы не сможете быть со мной в этот день. Жаль, что ты, дедушка, не сможешь отвести меня к Кеферу.
Словно в опровержение этих слов что-то коснулось плеча верховной советницы. Неужели старики были здесь, рядом с ней?
Нет. Обернувшись, она никого не увидела. Только одинокая дверь, за которой скрывается пустой коридор, ведущий в другие подобные помещения, была за ней. Бабушка и дедушка словно растворились в воздухе, оставив лишь призрак прикосновения.
Т/и крепко сжала локоть, до которого, как ей показалось, кто-то коснулся. Как жаль, что это была игра воображения и самовнушение. Она закусила нижнею губу то ли от горяча, то ли от скорби, предаваясь воспоминаниям. В голове всплыли те моменты, когда Эрикс переставал быть строгим военачальником и был любимым дедушкой. Как они вместе готовили новые блюда, как ухаживали за садом матери, как мило общались за чашечкой чая в гостиной. И как он умер у внучки на руках. Крошечная слеза скатилась по её щеке. Нет, стариков не было рядом, но они навсегда останутся в её сердце. И они продолжат жить в её рассказах, которые она будет вещать своим детям.
— Он идеальный. Лучшего мужчины в жизни я не встречала. С ним я чувствую себя маленькой девчонкой: родной, защищенной, любимой.— Произносила невеста с легкой улыбкой. Мысли о возлюбленном забрали с собой все печали, словно он сам стёр слезу с её лица. Даже вдали от него девушка чувствовала его тепло.— Наверное, вы были бы счастливы видеть меня рядом с ним в свадебном платье.
Т/и раскрыла веки, смотря на портрет родных. Её показалось, что после такого откровенного разговора лицо дедушки смягчилось. Видимо, воображение решило сыграть с ней злую шутку, ведь такого не бывает. Хотя она же находится в Египтусе— здесь может произойти всё, что угодно.
Чей-то мокрый нос уткнулся ей в ногу. Он терся об одеяние советницы, привлекая к себе внимание. Забыв обо всём на свете, она опустила изумленный взгляд и увидела там... котёнка. Маленькое пушистое животное подняло глаза на девушку, запрокидывая голову в левую сторону. Он выглядел таким забавным и одновременно милым, что Т/и не смогла сдержать смешок. Черное чудо с белыми лапками, грудью и местом между носиком и ртом смог переключить всё внимание на себя и заставить забыть о все выше сказанных словах.
— Ну привет. И как ты тут оказался? — Задавала вопрос советница, беря любопытного зверька на руки. На удивление, явно уличный котенок позволил незнакомке не то что прикоснуться, но и поднять его над поверхностью.
Неожиданный гость вновь запрокинул голову в левую сторону, внимательно рассматривая лицо женщины. Его любопытные черные глазки бегали по её чертам во все стороны, от чего он запутался и тряхнул макушкой. После чего он посмотрел за её плечо и мяукнул, указывая куда-то назад. Обернувшись, верховная советница заметила статую чёрной кошки, которая со всей важностью сидела и глядела на свою соседку напротив. Может, этот котёнок забрался в эту комнату, когда перезахоронили дедушку, а после жил тут несколько недель? Нет, тогда он точно не мог забрести сюда. Крыс, которыми он мог бы питаться, в пирамиде нет. Значит, забежал вместе с ней, а Т/и и не заметила.
— Значит, следил за мной, маленький проказник?- Подсмотрев под хвост, девушка удивилась. — Так ты у нас девочка?
Верховная советница нежно погладила маленькую кошечку по голове, чувствуя под пальцами мягкую шерстку. Та в ответ довольно замурлыкала, прижимаясь всем телом к теплой руке. Девушка улыбнулась, поражаясь тому, как быстро это крошечное существо смогло завоевать ее сердце. Хотя, все животные очень любили её и тянулись к ней. И для всех их её сердце было открыто. Однако в Золотой пирамиде, где она жила приблизительно шесть лет, она так и не решилась кого-то взять под своё крыло. Ей никто не запрещал заводить животное, но самой было как-то не до этого. Всё же питомец требует много внимания, а в то время началась война, на которой она могла умереть в любую секунду. Может, эта девочка появилась сейчас неспроста? Намекает на новый этап в жизни?
— Заберу-ка тебя с собой в пирамиду. Ты согласна?
В ответ донеслось умиротворенное «мяу», словно бархатная нотка в тишине. Кроха выразила свое безоговорочное согласие.
Девушка встала с колен и прижала новую подругу к груди. Маленький комочек потёр голову об одежду, устраиваясь по удобнее, и ещё громче замурлыкал. Смотря на неё, что-то внутри Т/и кричало от радости и умиления. Она перевела взгляд на портрет почивших стариков, о чем-то размышляя. Снова обратя внимание на одежду бабушки, намекающее на её происхождение, она кивнула своим мыслям и сказала:
— Ники. Тебя будет звать Ники. В честь греческой госпожи ночи.
На празднестве в честь окончания войны Т/и познакомилась со многими правителями других государств, включая их доверенных лиц. Со стороны Греции прибыл Зевс в сопровождении своей второй жены, брата и двоюродной сестры. Зевс и Гера не вызывали особого доверия. Сын, который сверг своего отца-тирана и теперь управляет одним из самых могущественных царств, и дочь, которая обманным путём заполучила любовь и при этом власть, никогда не станут для верховной советницы примером для подражания. Однако Аид и Селена привлекли её внимание. С младшим братом новоиспеченного правителя можно было поговорить на разные темы и получить ценный совет, а вот с кузиной — обсудить все сплетни измерения. Именно благодаря белокурой красавицы девушка узнала много нового о Греции, включая всю родословную царской семьи. Среди которой и была Ники — старшая близняшка Селены и, как её прозвали в народе, госпожа ночи.
(Я беру имена и историю древнегреческих богов, по причине того, что не хочу сама сидеть двое суток над второстепенными персонажами и всё придумывать. Однако это не значит, что я не буду менять их родословную и историю. Всё же в фанфике они люди, а не боги, и не могут заключать брачные союзы с родственниками)
Кажется, имя маленькой кошечке понравилось. Она заулыбалась, закрывая свои тёмные глаза. Да, имя определенно ей подходило. Теперь в голове девушки загорелся интерес поближе познакомиться с первообладательницой этого прекрасного имени.
Т/и поклонилась телам бабушки и дедушки и направилась к огромной двери. Ей ещё предстояли подготовка к скорой свадьбе и разговор с Кефером о новом члене их зарождающейся семьи.
...
— Народ так громко отмечает вашу свадьбу. Я никогда не видела столько людей на улицах города.
Время летит неуловимо быстро. Казалось, что только вчера Кефер сделал предложение Т/и, как уже сегодня они оба вступят в новый этап жизни. И пока невеста, а также её подруги собирались на церемонию, народ Египтуса уже вовсю отмечал свадьбу своего повелителя и его прекрасной возлюбленной, прозванной в народе ещё много лет назад царицей людских сердец. А отмечал он с размахом: во всех уголках царства играла музыка; все сооружения были символично украшены, а по улицам бегали дети с флажками символа государства, оббегая жонглёров и артистов; была устроена ярмарка, показывали представления, основанные на жизни царя и будущей царицы; раздавались угощения. И со всего измерения в столицу мчались не только правители других государств, но и народы, желавшие увидеть празднество своими глазами.
— Амина, раздай большую часть моих сбережений людям и проследи, чтобы на ярмарке каждому желающему хватило угощений.— Приказывала Т/и, поворачивая голову в сторону своей служанки. Ещё в детстве она запомнила наказ старенького дедушки: отдавай нуждающимся то, что имеешь, и будет твоей душе спокойствие. И верховная советница старалась придерживаться этого правила на протяжении всей своей жизни. Она знала, что народ любит её не за титул или богатство, а за доброту и щедрость.
— Мать, да куда ты дёргаешься? Я же не смогу тебе нормально прокрасить ресницы!— Жаловалась Хатхор, беря подбородок давней подруги в свою руку и поворачивая её голову к себе. Девушка сидела на столе, опираясь одной ногой на краешек стула, где сидела Т/и, а другой на его ножку. Она сосредоточилась на лице подруги, не замечая ничего вокруг. Только иногда фыркала, когда волосы падали на глаза.
— Всё, всё, молчу.— Посмеялась невеста, после чего сделала невозмутимое лицо.
Белокурой девушке, что стояла возле окна, стало неинтересно наблюдать за всей шумихой в городе. За прошедший месяц ей настолько стало невыносимо видеть эти свадебные украшения, что теперь тошнило. Поэтому Нейт залезла на подоконник и стала наблюдать за последними штрихами приготовления к церемонии, рассматривая своих подруг. К ней присоединилась и маленькая Ники, устраиваясь возле подруги хозяйки. Котёнок настолько обжился в пирамиде, что теперь считал себя полноценным членом семьи. Даже слуги и стражи расступались, когда видели маленького питомца госпожи. Девушка почесала его за ухом и перевела взгляд на подруг, в то время как мохнатое животное в ответ терся об её руку, требуя ласки.
С Хатхор главнокомандующая познакомилась после завершения войны, на празднике Ра. Незнакомка быстро влилась в доверие упрямой командирше стражи, а теперь уже и верховной советницы по вопросам армии и безопасности города. Теперь эта обворожительная и коварная сердцеедка с короткими, темными, словно кофе, и кучерявыми, волосами стала той, кому юная советница могла доверить свои секреты. Нейт надеялась, что теперь унылые дни станут разнообразнее, благодаря их девичьей троицы. Для полного счастья не хватало только кузины Зевса и Кей.
— Хатхор, а как ты познакомилась с Т/и?— Этот вопрос девушка задала без раздумий. Он просто возник в её голове и сразу же был озвучен.
— Нас Кефер познакомил.— Собеседница убрала руку от лица старой подруги, изучая результат своей работы. Оставалось только нанести помаду. Хоть она и предполагала, что косметика сотрётся практически сразу же после поцелуя молодых, однако всё равно решила её нанести.— Мой любимый младший кузен перезнакомил нас всех и создал великую пятерку озорников всего царства.
— В смысле кузен?
Ники перестала требовать ласки и спустилась с окна, чтобы попрощаться с хозяйкой и направиться в главный зал, где уже собирались гости. В комнате повисла полная тишина, которая пару секунд назад нарушали маленькие шаги котёнка. Хатхор посмотрела на Нейт с лицом полного удивления. Тёмные, почти глубоко чёрные глаза смотрели на советницу и не понимали вопроса. Обычно, все были в курсе её происхождения и никогда не задавали такого вопроса. Хотя девушка предпочла, что бы её постоянно спрашивали, ведь на каком мероприятии она не появилась бы, к ней всегда будут относиться наигранно и лицемерно. Глупые людишки считают, что раз она кузина самого правителя, значит, они смогут через неё пролезть к трону, получить желаемую должность или вымолить прощение за свои прегрешения.
— Так я племянница царицы Нефтиды. Дочь её брата.— Наконец ответила она, возвращаясь к макияжу подруги.— Исфет, напомните мне дать Кеферу подзатыльник, чтобы он не съел всю помаду в первые секунды торжества.
— Хорошо, напомню.— Посмеялась Т/и над просьбой женщины.
Нейт по новому посмотрела на девушку, сидящую на столе из тёмной древесины. Загорела кожа, черные глаза, кучерявые волосы с чёлкой и острый нос, явно лазивший раньше в любые опасные приключения. Она наверняка любила выделяться из толпы, ведь иначе яркие платья с большим разрезом на груди и бедре объяснить никак нельзя. И даже сегодня, в день свадьбы подруги, Хатхор не изменяла своим традициям. На ней было небесно-голубой наряд с глубоким v-образном вырезом и длинными рукавами. Ткань не скрывала правую ногу девушки, так как разрез шёл именно там. Ну и конечно же любимые золотые украшения в виде серёжек, наплечников, браслетов и пояса уже были на хозяйке. Пожалуй, больше всего внимания в ней выделяла небольшая корона с шарообразным диском посередине, который закреплялся милыми рожками. Наверное, только так можно было определить её частичную принадлежность к царской семьи.
— Хатхор до двенадцати лет жила в столице, пока Ра не назначил её отца наместником нового города — Думьяна. После этого мы практически не виделись.— Советница культуры и образования решила, что её ученица всё ещё не понимает: кто такая Хатхор, как она может являться её давней подругой и куда пропала на десяток с лишним лет. Отчего и разъяснила ей историю старой приятельницы.
— И слава Ра я не застала сражение братьев! Уж лучше цветочки возле реки собирать, чем задыхаться от пыли и крови.
Соблазнительная усмешка тронула ее губы, и она с ироничным закатыванием глаз произнесла это. Она прекрасно помнила разборки кузенов, и как она плакала, моля их успокоиться. Это было самое ужасное чувство, которое она когда-либо ощущала — безысходность. Когда видишь ссору любимых людей и не можешь их успокоить. Племяннице царицы даже страшно было представить, что случилось бы, окажись она в столице в день первой битвы кузенов. Думьян содрогался от грохота и задыхался в дыму, а что уж говорить о сердце царства. Всё же хорошо, что всю войну она жила на окраине государства, куда не заходила армия старшего кузена.
Тишина повисла в комнате. Нейт переваривала услышанное, стараясь сопоставить образ озорной девчонки с той величественной и одновременно беззаботной девушкой, что сидела перед ней. Слишком много воды утекло, слишком много перемен произошло. И всё же, что-то знакомое, неуловимое осталось в её взгляде, в этой лёгкой ухмылке, в манере говорить.
— Думьян, значит... Далековато от столицы,— протянула молодая советница, словно пробуя на вкус название города.— Как тебе там живётся? Не скучаешь по столичному хаосу?
Хатхор пожала плечами, отложив помаду в сторону. Её взгляд стал задумчивее, печальнее, словно задели самую хрупкую струну её сердца. Сама она придавалась воспоминаниям прошедших лет. Да, многое утекло с последнего дня на родной земле. Некоторые моменты до сих пор приходили к ней в кошмарах.
Разум вспомнил болезнь матери, что умерла внезапно и быстро от ошибки местной целительницы. После этого девушка ещё долго не могла доверять лекарям. Дальше была вечная скорбь отца. Он настолько сильно скучал по своей жене, что Ра просто не смог выдержать состояние своего шурина¹ и решил отправить его в новый город, где властвовал не человек, а природа. И это помогло, но ненадолго. Наместник Джерхет ушел вслед за своей женой Нефер спустя три года после переезда в новый дом. Он просто выпил яд, оставив детей на произвол судьбы. Как хорошо, что дядя Ра помог племяннику жены добиться огромных успехов в военной службе, а уже правящий кузен назначил его новым наместником Думьяна. Всё это время Айхи, старший брат Хатхор, окружал маленькую сестрёнку заботой и любовью, что не смогли додать родители. И за это девушка была ему премного благодарна.
Шурин¹— брат жены.
— В Думьяне тихо и спокойно.— Наконец ответила подруга, начиная поправлять прическу невесты. Она казалась радостной, однако голос выдавал её несчастье.— Люди такие же, как и в столице: есть прямо говно на палке, а есть солнышки во тьме. Зато я нашла красоту в бескрайних полях песка, где пытаются выжить растения, и ласковом солнце. Я даже научилась сама плести корзины и выращивать самые красивые лотосы на всем побережье. Ох, как же мне завидовали местные девицы.
Однако друзей там юная кузина фараона так и не нашла. Как бы она не старалась, всё равно не смогла довериться совершенно чужим людям. Всё же друзья, оставшиеся жить в столице,— это её самые близкие и родные товарищи. С ними и в огонь и в воду полезешь. И как все дети она очень сильно скучала по ним. От скуки она даже начала писать небольшие рассказы и стихи об их приключениях и её тоски, накладывая на слова звучную музыку. Стоит признать, что у неё неплохо получалось.
— Я бы хотела вернуться в столицу, на родину своей семьи.— И Хатхор прекрасно знала, что когда-нибудь это желание превратится в реальность. В комнате витал вкус гореча от пережитых потерь, поэтому она решила выветрить его невинной шуткой.— Пускай брат вместе с женой развлекается на живописных скалах города, а я с вами буду кошмарить Египтус.
— Отлично! Тогда на следующей неделе идём в дом твоих родителей. Посмотрим, над чем стоит поработать, дабы ты переселилась туда.
Т/и резким движением встала со своего места и направилась к большому зеркалу в пол. В выборе свадебного платья девушка решила остаться верной себе и своему сердцу, от чего надела немного отличающимся от местных стандартов одеяние. Оно было одновременно скромным, простым и величественным. Обычное белое платье с открытыми плечами, на которых были золотые браслеты. Девичье декольте закрывало огромное ожерелье в любимом царском золото-синем окрасе, а на туловище красовался корсет таких же тонов. Слава всем предкам, в этот раз он не сдавливал все её органы, за что надо было сказать спасибо Нейт. Всё-таки служанки закрепляют нательные украшения куда крепче и сильнее, чем лучшая подруга.
С волосами советница не стала мудрить, оставив их в распущенном состоянии. Да и царскую корону, которую она когда-нибудь обязательно наденет, но не сейчас, она заменила изящной диадемой. Она состояла из любимых хрустальных цветов, рядом с которыми распускаются золотые листочки. На солнечных лучах она сверкала и выглядела куда величественнее, чем традиционные короны.
— Мне уже можно называть тебя ваше величество?— Пошутила Нейт, вставая рядом с подругой. Она была в точно таком же платье, что и Хатхор, и взгляд её был не менее радостный, чем у самой виновницы торжества. Пожалуй, ещё несколько лет назад молодая воительница явно не могла представить, что когда-то станет подружкой самой царицы.
— Подожди десяток-другой минут и будешь иметь полное право называть её так.— С хитрой ухмылкой проговорила кузина фараона, кладя свою руку на левое плечо невесты.
— Какие же вы неугомонные.
Три девицы прыснули от смеха, наслаждаясь последними минутами перед торжеством. В зеркале отражались их прекрасные лица, полные счастья, гармонии и сестринской любви друг к другу. Хоть они и не были сёстрами по крови, они были сёстрами по душам. Найти баланс в женской дружбе неимоверно сложно, однако эти девушки смогли перейти грань невозможного. Если бы здесь в комнате была ещё Селена и Кей, то, пожалуй, стены бы рухнули от их безудержного хохота. Эта пятерка была настоящим ураганом, способным перевернуть измерение с ног на голову. И Т/и безумно ценила каждую из них.
— Ну вы готовы или...
В комнату без стука ворвался крылатый друг, что всю жизнь девушки был рядом и помогал. Даже в финальной битве он распознал шакала и направился выручать её, когда тот был в обличии ученицы. И верховная советница была благодарна ему за это.
Гор застыл в проходе помещения, любуясь красотой своей подруги. Она всегда была очаровательной- не зря же в народе её прозвали царицей людских сердец. Однако сегодня, в день её свадьбы, она затмевала своей чарующей красой всех девушек измерений. Даже тех, кто по крови принадлежит к царской династии. Хотя, она затмевала их не только внешней, но и внутренней красотой. Ох, и повезло же другу с будущей женой.
— Ласточка, ты великолепно выглядишь. Девки будут завидовать твоей красоте, а мужики пускать слюни.— Заметил названый брат, проходя в комнату. Он раскрыл руки, приглашая невесту в тёплые объятия. И она с восторгом отозвалась на них, оказываясь зажатой в мужских руках.
— У мужиков не только слюни буду течь, но и в штанах полыхать.— Пошло пошутила Хатхор, толкая локтем стоящую рядом Нейт в ребра. Обе девушки тихонько рассмеялись, представляя, какой конфуз ждёт большую часть гостей мужского пола.
— Ра всемогущий! Милая, какая ты у нас красавица!
Не успела верховная советница выпутаться из объятий крылатого друга, как оказалась в руках наставницы. Исида крепко обняла выросшую на своих глазах девушку, старясь не помять её наряд. Это не было похоже на объятия наставницы и ученицы. Нет. Уж слишком сильной любовью они были пропитаны. Они были похожи на объятия матери и дочери перед самым важным событием в жизни каждой из них.
Исида отстранилась, взглянув на свою воспитанницу полным нежности взглядом. Она поправила непослушную волнистую прядь, смотря на неё со всей своей материнской любовью, кой девушка узнала благодаря неё. В глазах бывшей верховной советницы стояли слезы радости. Она помнила Т/и совсем маленькой девочкой, полной энергии и любопытства. И вот, теперь она стоит перед ней, готовая вступить в новую главу своей жизни.
— Я подготовила для тебя подарок.— Сказала пожилая женщина, доставая из закромов платья украшение.- Пусть ты и не принадлежишь нашей семье по крови, однако навсегда останешься её частью. Пусть наш священный талисман оберегает тебя в новой жизни, дитя.
Женщина вложила в девичью ладонь свой подарок. Оказалось, это была брошь. Небольшое украшение в виде жука-скарабея было в руке девушки. Обычно символ государства, а также и семьи Осириса, изображали в привычных для всего Египтуса цветах. Однако это украшение было особенным: вместо синего камня, в основном это лазурит, сапфир или синий алмаз, был чистый изумруд. Тот самый редкий, но в то же время любимый камень верховной советницы, с которым постоянно сравнивали её глаза.
— О предки, Исида, это прекрасная брошь. Спасибо вам!— Отозвалась девушка, вновь обнимая наставницу в знак благодарности.
— Носи с удовольствием и не забывай о нас.— Отвечала она, похлопывая ей по спине.
...
Златой песок, Великая река,
Восславим Египтус, дорогие друзья!
Удары дарбуки разбавили слова музыкантов, разносившиеся по всему дворцу. Хотя Т/и была готова поклясться звездам, что музыку было слышно не только в пирамиде, но и за её пределами: во всём Египтусе. После барабанов, изобретённых предками ещё на Земле, заиграли духовые инструменты —флейта и трубы— и струнные-щипковые, а именно арфа и лира. Все это создавало гармоничную музыкальную композицию, которая была выбрана молодоженами для выхода невесты на церемонию.
В начале зала, где только что открылись массивные двери пирамиды, появились два человека — Осирис и Т/и. Лучи майского и ласкового солнца освещали путь невесты и её путеводителя, который вёл её в новую жизнь. В такой важный день мужчина предпочел надеть длинное белое одеяние, расписанное золотыми нитками. Кроме как традиционных украшений и пояса, образ дополнял серебряный плащ, ткань которого наискось шла через грудь, немного свисая.
Невесту мы встречаем, она идёт!— Пели молодые музыкантши, когда заметили, что в зал вошла виновница торжества.
И шла она под руку с человеком, который всегда был рядом с ней. Осирис был наставником её матери. Он передал ей все свои знания в сфере медицины и помог стать известной во всем измерении целительницей. Только ему Теймри смогла рассказать о землянине, который поселился в её сердце, и именно он единственный из жителей Египтуса посещал её на Земле и один из первых взял её дочь на руки. Старый мужчина также помогал и Т/и, когда она начала интересоваться его ремеслом и изобретать удивительные зелья, помогающие не только облегчить жизнь людей, но и победить врага. И только этот человек был удостоен чести провести её к царю.
Наша царица явилась, как утренний свет,
Прекрасней её во всем измерении нет!
Она – словно лотос в лазурных волнах,
Улыбка сияет в ее чудных глазах.
После слов музыкантов, к паре повернулись несколько десятков, а может и сотня, глаз. Все они прожигали взглядом невесту и его сопроводителя, восхищаясь её красотой. Подруги и Гор были правы, когда сказали, что сегодня Т/и затмит всех жителей измерения. Она слышала, как гости обсуждали её: кто-то завидовал её молодости, а кто-то завидовал везению фараона, ведь найти такую родственную душу среди знати — очень сложно. Были и те, кто просто восхищался нежностью этого торжества.
Невеста перед нами, она идёт!— подпевали девушки.
Люди склоняли голову перед новой госпожой, когда она проходила мимо них. За собой она оставляла лёгкий след цветочного аромата, который врывался в память всех присутствующих. Среди них Т/и заметила не только своих друзей, знакомых и представителей других царств, но и знать Золотого города. Даже старушка Термуд со своим сыном и его семьей находились в этом зале. И вся семья бывшей верховной судьи тоже была здесь. Как бы по-разному все они не улыбались, кто-то искренне радовался за девушку, а кто-то лишь делал вид, самые неподдельные и открытые эмоции были у жениха и невесты, который вот-вот образуют союз двух сердец.
Её поступь легка, как птицы полет,
И имя её музыкой в сердце поёт.
Невеста здесь, невеста здесь!— гармонично дополняли песню музыкантов их юные ученицы.
Кефер внимательно всматривался в образ своей любимой, замечая каждую деталь наряда, что подчеркивал её красоту. Сердце бешено стучало, а грудная клетка прерывисто вздымалась. Мужчина смотрел то на девушку, то на потолок, пытаясь остановить слёзы счастья. Если бы он мог выплеснуть все свои эмоции, то он бы закричал от восторга. Кричал бы от того, что эта прекрасная девушка, о которой он мечтал с детства, идет к нему, чтобы разделить с ним жизнь и править его народом. Фараон знал, что их союз будет благословен не только предками, но и самим Египтусом, ведь их сердца бились в унисон, а души переплетались в неразрывный узел любви.
« Неужели спустя столько слез, страданий и испытаний я наконец-то смогу назвать её женой? Своей прекрасной, родной и любимой женой?— Спрашивал он то ли себя, то ли проказницу судьбу, которая позволила им воссоединиться. Смотря на идущую к нему свою невесту, он произнес самую главную клятву жизни.— Клянусь предкам, что пока я жив, я буду всеми силами защищать свою жену. Её и нашу маленькую семью».
В младенчестве царь Египтуса потерял мать. Он не помнил её и не смог почувствовать эту материнскую любовь. Однако он не позволит кому-либо лишить его детей матери. Уж лучше он умрёт, зная, что сделал всё возможное, дабы защитить свою семью, но никак не увидит их сиротами, бредущими по жизненному пути без материнской поддержки.
Царь Египтуса, властитель земли,
Любовь твоя к ней, как к солнцу лучи!
Ты царствуешь мудро, велик и силён,
Навеки любовью ты ею пленён.
И музыканты были безгранично правы, когда пели о любви Кефера к Т/и. Он был пленён этой девушкой и уже не сможет жить без неё. Без неё и её любви. Такой светлой, безумной и безграничной первой любовью. Первой и единственной.
Подходя всё ближе к будущему мужу, верховная советница не могла не заметить широкую и старческую улыбку Беса и слезы радости Исиды, которую пытался успокоить Ра. Он пытался быть сдержанным, но казалось, что его старое сердце совсем скоро не выдержит и тоже расплачется. Рядом с Владыкой стоял его старший сын. Он смотрел на старую подругу с довольным лицом, сложа руки за спиной. Какой бы огромной пропастью между ним и братом не была, Эксатон всё равно был рад, что Кефер смог найти своего человека в этом безумном измерении. А также он украдкой смотрел на рядом стоящую кузину Зевса — белоснежную красавицу Селену с милым носиком и пепельно-волнистыми волосами. Она была восхитительной, как и описывали её красоту все люди Греции, однако до невесты ей было далеко.
Чуть позади родственников стояли друзья жениха и невесты. Все они— Рамзес, Гиксос, Апис, Ка, Кей, Лука, Холдун и Лина— искренне радовались за влюблённых. Даже огромный бык, который обучал и Кефера, и Т/и боевым искусствам не мог скрыть блеск в глазах. А уж говорить о реакции подростков на неё не было смысла. Все они восхищались этим запоминающимся днём.
Рядом с Кефером, чуть позади него, стоял Гор, Лео и Хенджер. Члены верховного совета, а также последний фараон-герой Земли не могли отвести взгляда от невесты. Даже крылатый друг, видящий её за несколько минут до торжества, смотрел на чарующую советницу, путь которой был усыпан лучами небесного светила. Со стороны виновницы торжества стояли Хатхор, Нейт и Сет. Подруги не могли скрыть хитрые выражения лица. Они сделали из подруги настоящую богиню, которой будут восхищаться всё время, отведённое Египтусу. Их коварный план превзошёл все ожидания. Даже верховный советник политики и экономики сегодня смягчил свой недовольный взгляд и смотрел на девушку с восхищением. Видимо, этот день точно войдёт в историю Египтуса.
Два сердца сольются в священный союз,
И восславят родину нашу, мой милый друг!
Пусть правят они справедливо и мудро,
И в царство Египтуса пребудет всем чудо!
Музыканты произнесли последние слова своей песни и ударили в медные тарелки, когда Осирис оказался на одном уровне с фараоном. Он поклонился своему правителю и передал в его руки драгоценную госпожу. После чего пожилой мужчина встал рядом с женой и лучшими друзьями, а помещение окутало звучание мената. Нежные звуки, напоминающий дождь, танцевали вместе с пением флейты, предвещая самые ответственную и одновременно трепещущую часть свадьбы.
— Фараон Кефер, сын великого Ра и царицы Нефтиды, согласен ли ты взять в законные жены верховную советницу образования и культуры Т/и, дочь принца Карло и целительницы Теймри?— Спрашивала одна из жриц местного храма. Именно она всегда вносила данные о зарождающихся семьях и рожденных детишках, после передавая эту информацию в архив города.
— Согласен.
— Верховная советница образования и культуры Т/и, дочь принца Карло и целительницы Теймри, согласна ли ты взять в законные мужья фараона Кефера, сына великого Ра и царицы Нефтиды?— Обратилась немолодая женщина с собранными в пучок каштановыми волосами к девушке. Она и не могла ожидать другого ответа от пары, однако по закону была обязана ещё раз спросить их согласие.
— Согласна.
В их взглядах плясали искры обожания, словно два светила, встретившихся после долгой разлуки. Каждый из присутствующих был готов поклясться, что никогда не видел такую большую любовь. Слышали о ней весь предыдущий год и даже раньше, но не верили, что она действительно существует. А сейчас все гости стали свидетелями их крепких, по настоящему воздушных чувств.
— Клянёшься ли ты, сын создателя, держать перед небесами обет за жену? Вместе с ней править Египтусом. Стать надежной опорой для этой девушки. Защищать её ценой собственной жизнью и быть верным ей до самого конца. Делить с ней всю радость и печаль. Растить общих детей и быть рядом до самой смерти и после неё.
— Клянусь.— Произнёс мужчина, крепко сжимая руки своей невесты. Он словно вкладывал всю свою душу в это обещание, всю ту нежность, которую он испытывал к ней. В его голосе звучала непоколебимая уверенность, эхом отдаваясь в стенах зала.
Жрица кивнула, принимая клятву своего правителя. Наверное, эти клятвы не были столь обязательные для пары, ведь они с первого дня своих отношений обещали поддерживать друг друга и любить до самого конца. Конца всего сущего. Только вот для торжества они были обязательными, и жрица никак не могла объявить людей супругами без взаимного согласия и обещаний. Зрелая женщина обернулась к невесте, добродушно улыбаясь. Её взгляд был полон мудрости и тепла, что она дарила окружающим.
— Клянешься ли ты, дочь принца Земли, разделить судьбу своего мужа? Вместе с ним править Египтусом. Освещать своим светом ему дорогу в кромешной тьме власти. Любить его всем сердцем и быть верной ему до самого конца. Делить с ним всю радость и печаль. Растить общих детей и быть рядом до самой смерти и после неё.
— Клянусь.— Ответила девушка. Голос её был таким же твердым и полным любви, как и голос её жениха. В этот момент казалось, что вся вселенная замерла, чтобы засвидетельствовать их союз.
Жрица склонила голову, принимая клятву госпожи. Всё это время в своих руках она держала длинную и прямоугольную шкатулку из тёмного дерева, обвитую золотыми узорами. Открыв, она протянула её в сторону молодоженов. Внутри изделия хранились документы о заключении брака, который пара подписала накануне торжества, и два кольца. Оба были выполнены из драгоценного металла. Только вот один был большим и без всяких дополнений, а вот второе — маленькое и с рядом драгоценных бриллиантов посередине.
— Властью данной мне, я объявляю вас мужем и женой.— Произносила женщина торжественным и громогласным голосом, в то время как её господа надевали обручальные кольца. Только в этот момент Т/и заметила одну интересную деталь: Кефер, так же как и она, надел подаренный ею ещё год или два назад браслет. Их талисман.— Отныне вы едины для предков и всех людей. Храните верность друг перед другом, любите и правьте всеми нами. Да продлят вашу жизнь небеса, а солнце осветит ваше правление над Египтусом.
Зал взорвался от ликования и аплодисментов. Нежная музыка сменилась на торжественную мелодию, открывая дверь новой жизни для каждого жителя Египтуса. Только вот для двух любящих сердец в этот момент не существовала никого. Ни весенней звезды, что освещало каждый уголок творения Ра, ни людей, что радовались счастью молодых, ни что-либо другое. Ничего не существовало, кроме них.
— Правда, это приятно, мой дорогой муж?— С сияющей улыбкой спросила царица, впервые называя своего возлюбленного мужем. И от этого осознания внутри расплывалось тепло, что она впервые почувствовала, будучи в долине звёзд, а ноги подкашивались.
Вместо ответа фараон бережно приподнял подбородок и накрыл губы своей госпожи, сливаясь воедино. Нежные прикосновения походили на первый и робкий поцелуй молодых людей. Сладкий и слегка цветочный запах её губ въелся в память и больше никогда не покинет его. Нет, обещание, данное Хатхор, Кефер так и не сдержал. Уж слишком сильно его привлекала красота новоиспеченной царицы.
Поцелуй углублялся, становясь более страстным и ярким. Руки правителя крепче обхватили девичью талию, притягивая свою госпожу ближе. Царица ответила на ласку, опустив пальцы на его мощную грудь. Мир вокруг перестал существовать, остались только они, их дыхание и бешено колотящиеся в одном ритме сердца. В этот момент они были не царём и царицей, а просто мужчиной, безумно влюбленным в свою жену, и женщиной, опьяненной любовью и желанием своим мужем.
— Безусловно, моя любимая жена.— Прошептал ей на ухо мужчина, отрываясь от её чуть напухших от долго поцелуя губ. Она сводила его с ума с каждой минутой, иначе нельзя было объяснить сильную любовь мужчины к этой женщине.
Хатхор прожигала своего кузена уничтожающим взглядом. Она всё утро вместе с Нейт собирала подругу не для того, чтобы этот огромный медведь съел всю помаду с губ всего одним прикосновением. Если бы взглядом можно было убивать, то Кефер бы уже давно лежал в своей гробнице. Однако пыл девушки стал исчезать, едва она заметила пристальный взгляд небесных глаз. Нет, не глаза кузена, другие, до более знакомые. Гор смотрел на неё совершенно обычно, однако пожар внутри Хатхор медленно потухал, оставляя небольшое пламя. Такого у неё никогда не было, из-за чего в голову проникла мысль: «а точно ли это был простой взгляд?»
Все присутствующие положили правую руку на сердце и склонили головы перед молодоженами
— Да здравствует Египтус! Да здравствует фараон! Да здравствует царица!— Произнес зал хором, когда царь и царица заняли своё законное место на троне. Даже правители других государств и сам Владыка поприветствовали новую пару вождей.
Всё это время, оставаясь не замеченной для людей, за торжеством наблюдала птица. Песочного цвета сипуха сидела на открытом настежь окне пирамиды, наблюдая за торжеством. Она мило склонила голову на бок и казалась счастливой, видя фараона и новую царицу Египтуса.
На подоконник, где она сидела, приземлилась на все четыре лапы маленькая Ники. Удивительно, что птица не испугалась маленькую кошечку, а, наоборот, приняла её в свою компанию. Черный котёнок сидел рядом с бежевой сипухой и наблюдал за торжеством своих кожаных хозяев. Неожиданно, птица протянула питомцу госпожи своё крыло, а тот бережно прикоснулся к нему своей лапкой, словно давая «пять». Сипуха что-то говорила на своём языке, непонятному человеку, а Ники смотрела своими черными глазами на счастливую хозяйку, то и дело переводя удивлённый взгляд на птицу. Они сидели и разговаривали, словно были лучшими друзьями, пока людишки праздновали свадьбу.
...
*Лето 39 года от создания Египтуса.*
С ужасным скрипом перед парнем раскрылась тяжёлая дверь тюремной камеры. Тусклый свет распределительного коридора, который соединял все камеры подземелья, проник в маленькую комнату. Воздух был сырым и пропитан запахом плесени. Казалось, сама тюрьма давила своей тяжестью. Детям сюда вход был строго-настрого запрещён: вдруг осужденные навредят их психике. Однако Азизу было всё равно. Он участвовал в финальном сражении братьев, тайно пробравшись на поле боя. Теперь он смотрел на все вещи нейтрально, иногда с неким отвращением.
— У вас пятнадцать минут.— Грубым и низким голосом произнес Аббас, смотря на мальчишку.
Поняв, что время пошло, черноволосый курсант зашёл в камеру. Железная дверь с грохотом закрылась за ним. Теперь в комнату не попадал какой-либо свет, отчего парню пришлось напрячь зрение, дабы привыкнуть к поглощающему мраку.
На бетонной кровати сидел пожилой мужчина. Его глаза горели зелёным цветом, и только из-за этого мальчишка смог разглядеть силуэт старика. Какого цвета была его одежда — он не знал. Мог только догадываться, что длинное платье было серого цвета и наверняка сильно потрёпанным и испачканным предки знают в чем. Глаза смогли распознать только две черты его лица — длинную, скорее всего уже седую, бороду и залысину на голове.
Мужчина не обращал внимания на гостя. Он смотрел в одну точку, поджав ноги, словно чего-то боялся. Теребил в руках лоскуток ткани и был оторван от реальности.
Курсант откашлялся, пытаясь привлечь внимание старика, но тот словно не слышал его. Тишина давила, и парень почувствовал, как по спине пробегает неприятный холодок. Он сделал шаг вперед, потом еще один, стараясь двигаться как можно тише, чтобы не спугнуть и без того напуганного мужчину.
— Апеп?— тихо, с нотами недоверия и осторожностью позвал Азиз, стараясь не нарушить гнетущую тишину камеры.
Старик поднял ошарашенные глаза на тринадцатилетнего парня. Он смотрел на него так, словно тот был человеком, осмелившийся навестить отродье общества. Либо же он хотел убить молодого и нежданного гостя. Однако после взгляд смягчился. Он перестал теребить ткань, и так же тихо, осипшим и низким голосом спросил:
— Кто ты, путник?
— Я внук Бафре и младший сын Мерикара. Меня зовут Азиз.— Ответил парень, держа руки за спиной. Говорил он чётко и гордо, от чего нельзя было не понять, что малец вещает правду.
Старик Апеп сощурил старые глаза, пытаясь разглядеть парня. Он старался из всех сил рассмотреть смолистые волосы, заметить в металлически холодных глазах что-то похожее на знакомые черты старого друга. Пожилой мужчина долго не мог увидеть их из-за кромешной тьмы и старости. Поэтому в камере воцарилась тишина, которая напрягала юношу, однако он позволил новому знакомому так пристально рассматривать его и молчать. Азизу нужна была от него ценная информация и ради неё он пожертвует чем угодно. Пожертвует всем, чтобы узнать правду.
Парень знал из рассказов отца, что раньше его дедушка очень хорошо общался с царским лекарем. Они познакомились, когда только переселились в Египтус, и сразу нашли общий язык. Их дружба была настолько крепка, что Бафре не отказался от общения с другом даже после его заточения и постоянно навещал. Сыновья —Мерикар и Реммао— взяли пример с отцов и тоже стали дружить между собой в плоть до трагичной гибели сына Апепа и его семьи. После связь с семьей друга деда окончательно разорвалась, однако Азиз прекрасно понимал, что если кто-то и сможет честно ответить на все его вопросы, то это старый товарищ предка.
— Знаешь, я хоть и плохо вижу, но все равно замечаю в тебе черты моего старого товарища.— Наконец произнёс старик, всё ещё смотря на парня. Он похлопал по холодному бетону, от чего глухой звук раздался на всю камеру.— Садись, мой юный друг. С чем же ты пришёл ко мне?
— Расскажите мне правду.— Просил юнец.— Как вы попали на службу к создателю? Почему умерла царица Нефтида? Какими были братья-фараоны и госпожа людских сердец в детстве? Почему вы оказались здесь?..
Вопросы так и лились из уст мальчишки. Последние года он слышал от сестры упрёки в сторону фараона и его приближенных, особенно в сторону драгоценной царицы. Он был подвержен влиянию Маат, от чего возненавидел своего царя. Однако разговор с Т/и год назад, когда она помогала ему обработать раны после урока просто потому, что искренне хотела помочь, заставили его задуматься над достоверностью слов сестры. Последний год бывшая сестра усердно пытается перетянуть своего младшего брата на свою сторону, заставив его помочь вершить возмездие, однако Азиз понимает всю серьезность выбора, который ему нужно сделать. Оказавшись на перепутье, он решил узнать всю правду от того, кто был свидетелем тех событий и даже приложил к ним свою руку: царскому лекарю и учителю Осириса — Апепу.
Старик задорно засмеялся. Его забавляла стремление внука давнейшего друга узнать достоверную информацию. Он казался ему маленьким мальчиком, который так сильно хочет услышать увлекательные истории от старого дедушки. Как жаль, что Апеп никогда не чувствовал и не почувствует счастьем быть дедушкой. Он знал своих внуков, точнее внука и внучек. Только теперь все они жили в его сердце и памяти, но никак не в действительности.
—Помедленнее, внучок.— Просил мужчина, откашливаясь. Видимо он настолько давно не смеялся, что даже это давалось ему с трудом.— У меня много времени, чтобы ответить на все твои вопросы, поэтому давай я начну рассказывать правду с самого начала.
Кадет никогда не был так близко к цели. Оставалось ещё чуть-чуть до того момента, как он узнает всю историю Египтуса и примет верное решение. И на этот раз он не позволит никому сбить себя с пути. Не позволит самому дорогому сердцу человеку —старшей сестре, с которой он был так близок— совершать преступления его руками. Слишком много безобидных жизней стояло на кону.
В это время где-то по улицам Золотого города гуляла ещё одна пара ярких зелёных глаз. Мужчина лет двадцати шёл по самому оживленному району столицы. Выглядел он как путешественник или отщепенец: потрепанная и пыльная одежда, висевшая на нем как мешок, с множествами деталей, надетый на светло-русые волосы капюшон плаща и не предвещающая ничего хорошего оскаленная полуулыбка. Он явно знал, куда нужно идти, дабы узнать всю нужную ему информацию,— рынок. Местные продавцы и зеваки выдадут всё, что он захочет, стоит ему лишь разговорить их. А этот навык был развит у него в совершенстве.
— Ну здравствуйте, вершители судеб.— Басистым, еле разбираемым голосом произнес молодой человек, останавливаясь прямо посередине оживленной улицы. Жители города были заняты своими делами и совершенно не обращали внимания на путника, как и он на них. Он пристальным и ненавидящим взглядом, с неким оскалом смотрел только на скульптуру.
На первую годовщину завершения войны в Египтусе и свадьбу фараона и царицы люди решили установить памятник своим создателям. Все они в той или иной степени играли роль в создании прекрасного измерения, пусть некоторые и совершили большую ошибку, о чем до сих пор жалеют. И вот в центре изумительной красоты столицы, посередине торговой улицы, где постоянно гуляют люди, стоит золотое изображение царской династии.
Посередине скульпторы расположили Ра и Нефтиду: первую царственную пару измерения, которая по велению судьбы просуществовала недолго. Слева от царицы находился старший сын Эксатон вместе со своей спутницей Селеной. Правда, она ещё не была законной владычицей южных земель. Однако люди уже считают её своей царицей. Справа от создателя стоял младший сын Кефер, рядом с которым стояла его супруга Т/и.
Засмотревшись на ненавистных ему людей, которые были виновны в его бедах, мужчина не заметил как его толкнул кто-то из прохожих. Нет. Если бы не было сыновей Владыки, то сейчас бы его жизнь сложилась совершенно по-другому. С ним бы считались, его бы уважали и любили, а не забыли бы. Он бы не вел ту бродяжническую жизнь, которую ведет сейчас.
Уголки губ незнакомца сжались и едва подрагивали. В глазах застыли слёзы ненависти к царской семье, из-за которой у него теперь нет родных людей. Ничего не было у этого человека, кроме тайных знаний и жажды мести за близких. Снимая с себя покров траура, который он носил вот уже как лет десять, если не больше, путник почувствовал на себе чей-то взгляд. Чья-то пара глаз сверлила его, выжигая насквозь. Она словно хотела устранить новую опасность на этапе зарождения.
Лео приподнялся на носочки, пытаясь выследить подозрительного незнакомца, что стоял возле памятника его друзей. Только вот этот человек словно растворился в толпе, скрываясь от его взора. Почему именно этот путник привлек его внимание — земной фараон-герой не понимал. Вроде бы это был обычный человек, который потерял себя в этой жизни и пытался найти истоки этого пути в столице измерения. Однако что-то подсказывало парню, что этот человек вовсе не простой странник.
— Il mio guerriero², Египтус такой удивительный! Только посмотри, какую красоту я купила.
Il mio guerriero²(итл.)- милый.
Глаза парня с бесконечного потока людей переместились на подошедшую девушку. Кей выглядела прекрасно в длинном черном платье с открытыми плечами и большим вырезом на бедре. Ткань на искосок лишь немного прикрывала обзор на девичьи ключицы. А на предплечьях, поясе и ногах были надеты золотые украшения, что так подчеркивали её изящное тело своим богатством. Средней длины каштановые волосы, что отращивала девушка, были собраны в высокий хвост и закручены. Только передние пряди изредка попадали на глаза красавицы, мешая ей видеть. В эти моменты она миловидно фыркала, пытаясь убрать их. Все-таки природа и Хатхор творят чудеса, раз смогли создать такую обворожительную девушку, на которую каждый житель Египтуса кидал заинтересованный взгляд.
Спутница фараона Земли светилась от счастья, пребывая в новом мире. Прошел уже год после того, как она впервые переступила чёрту между Землей и тайным измерением, а она все радуется этому месту, словно оказалась здесь впервые раз. Т/и, Хатхор, Селена и Нейт стали для неё близкими подругами, которые помогали освоиться в новом мире и показывали все прелести своего дома.
— Как мило, La mia luce³.— С сияющими глазами отозвался парень, рассматривая в руках спутницы маленькую шкатулку, внутри которых лежали серёжки в виде луны.
La mia luce³(итл.)- мой свет.
Девушка передала ларец своему возлюбленному и достала из неё украшения. На её ушах теперь покоились месяцы темно-синего цвета, обводка которых была из золота. Также на концах висели звёзды, что создавало ещё больше эффектности изделий.
Кей покрасовалась перед Лео и несколько раз прокрутилась вокруг своей оси, чтобы он рассмотрел её новый образ со всех сторон. Парень перехватил её руку и заключил в объятия со спины. Находясь в игривом настроении, девушка положила руку на щеку последнего фараона, нежно покусывая его губы. Скрепив руки на талии возлюбленной, шкет невольно расплылся в сладкой улыбке. Любовь землян казалась такой похожей на ту, что привыкли видеть люди Египтуса, наблюдая за царской парой. Хоть они и не были коренными жителями этого измерения, однако влились в общество, словно жили здесь все 18-19 лет.
— Они тебе безумно идут.— Прошептал на ухо парень, целуя свою возлюбленную в висок.
— А где Кефер и Т/и?- спрашивала Кей, смеясь и выпутываясь из объятий.
— Т/и стало плохо, и они направились обратно в пирамиду.
Землянка нахмурилась, услышав ответ. Её беспокоило состояние приятельницы. Конечно, она прекрасно знала, что беременность сильно сказывается на здоровье женщины. Одни ролики в социальных сетях, где девушки рассказывали о заболеваниях, ухудшение состояния волос, зубов и фигуры и всему подобному, очень пугали её. Пугало беременность одним ребёнком, а у Т/и, как они предполагали, под сердцем живут сразу два малыша. Тут и речи не было о страхе за любимую подружку.
Небо постепенно окрашивалось в золотые и пурпурные оттенки. По нему медленно плыли розовые облака, а солнце дарило последние лучи, уходя на заслуженный покой. Ещё приблизительно час и измерение упадёт в объятия темной мглы. Тёплый ветер играл с листьями деревьев, открытыми колодцами воды и волнистыми прядями Кей. Летний вечер в Египтусе вновь дарил новое воспоминание, которое запомнится шкету до старости.
Смотря на эту красоту, в голову невольно закрались пережитые за последний год моменты. После войны дни стали красочнее, жизнерадостнее и не такими однообразными, какими были раньше.
Кефер и Т/и управляли царством, которое под их мудрым руководством ещё больше расцвело после завершении войны, и готовились к появлению на свет близнецов или же двойняшек. Только предки знают, кто у них появятся. Эксатон возобновил отношения с семьей и, благодаря младшему братцу, управляет вторым по могуществу государством — Серебряным царством. Название не самое оригинальное, но этим он показал вернувшеюся к нему связь с родными. Также он нашёл свою любовь в лице белокурой красавицы Селены. Народ уже пророчествует их скорую помолвку и свадьбу. А Ра... он постоянно проводит время со своими старыми друзьями, совершенно отойдя от государственных дел. Только иногда даёт сыну напутствия.
Нейт, с помощью наставницы, начала преобразовывать армию города. Также она преодолела себя и наконец-то познакомила родителей со своим избранником. Девушка очень сильно боялась, что семья не примет её выбора, но на удивлении в конце вечера отец благословил её и Гиксоса. Изобретатель смог не только перевернуть науку Египтуса, но и покорить сердца своих будущих тестя и тёщу⁴. Теперь очередь за главнокомандующей знакомиться с семьей возлюбленного.
Тестя и тёщу⁴— отец и мать жены.
Пока все друзья проводили свободное время тихо и мирно, супруги Гор и Хатхор покоряли весь Египтус своим весельем. Взяв небольшой отпуск от работы и попрощавшись с семьей, влюбленная пара, между которыми очень быстро вспыхнули чувства, переросшие в настоящую и бурную любовь, отправилась изучать все государства измерения. Крылатый друг так и остался на прошлом месте, однако решил наконец-то взять себе ученика. А вот Хатхор подняла дух народа после трагичных дней своими песнями. В её музыке и стихах люди находили драгоценное спокойствие. Также совсем недавно девушка стала тётушкой миленького мальчика. Всё же её переезд в столицу пошёл семье брата на пользу.
Судьбу многих знакомых из Египтуса сразу и не вспомнишь, а о некоторых даже и не узнать. Например, Лео совершенно не знал, как там поживают старые враги, а ныне союзники. Как-то не очень сильно он хотел интересоваться жизнью подопечных Эксатона. А вот про Рамзеса, которого последний фараон не видел со свадьбы друзей, он бы очень сильно хотел узнать. Однако парень не ведал, в какой заднице бесконечной пустыни можно найти старого друга, дабы поболтать по душам.
Да, Египтус сильно изменился за этот год. Все изменились за это время. И Лео не стал исключением. Он чувствовал это в каждом движении, в каждом взгляде, в каждой мысли. Год, словно наждачная бумага, ошлифовал его прежнего, оставив лишь острые углы опыта и горьковатый привкус утрат.
— Давай проведаем её.— Предложил парень, кивая каким-то своим решительным мыслям, которые вновь перевернут его жизнь на все сто восемьдесят градусов. Он перевёл взгляд с небосклона на свою девушку, мозги которой, казалось, кипели от переживаний за подругу.— Только пройдем через сад. Там можно сократить путь.
Кей задумчиво кивнула, отрываясь от обеспокоенных мыслей. Сад всегда был для нее местом умиротворения, и сейчас, когда тревога за приятельницу терзала её сердце, прогулка казалась неплохой идеей. Она взяла своего возлюбленного за руку, и они направились в блаженный рай среди суровой пустыни, который когда-то создала госпожа людских сердец. И в котором сохранилось множество воспоминаний: как положительных, так и отрицательных. А сегодня там появился ещё один незабываемый момент.
И сколько бы ни утекло времени в реку забвения, и сколько бы поколений ни прошептало свои молитвы предкам, все мы знаем одно простое правило жизни: что было однажды, то будет и дважды. Писатель перевернёт лист и напишет новыми чернилами заголовок страницы. Старые рубцы напомнят о себе алой кровью, очерчивая контур новых ран. Горькие слёзы смешаются с криками радости. Прошлое найдёт продолжение в будущем, а занавесы раскроются, открывая всем глубокие тайны и обиды. И родится ведущий в день, когда свет исчезнет с лица творения Владыки, и поведёт он людей за собой, освещая путь своим тусклым светом.
От автора: ну что, заинтриговала я вас на вторую часть?) Поплакали на свадьбе героев?) А что скажите о путнике, который стоял возле статуи царской династии?)
К сожалению или к счастью, один бог знает к чему именно, первая часть "Египтус. Будь моим смыслом" официально закончилась. Мне осталось выложить три дополнительные главы (предисловие, интересные факты и благодарность от автора) и отредактировать историю, и тогда я приступлю к написанию второго тома. Планирую выложить первую главу (так не привычно об этом говорить 😲) в мае, но выйдет она именно в этом месяце или нет— никто не знает.
Хочу сразу сказать, что во второй части роль главной героини достанется совершенно другому лицу. Т/и отойдёт немного назад. Да и её имя я планирую изменить. Так что не пугайтесь, когда во втором томе прочитаете Керис. Это её новое имя (с небольшой отсылочкой). Внешность, характер и всё прочее останется старыми. При редактуре первой части я тоже поменяю везде её имя.
Что ж, не буду долго тянуть. Мне ещё нужно писать вторую часть варианта по обществу, а время десять часов ночи. Настало время прощаться. Ненадолго, но расставаться. Всю информацию по фанфику можете узнать в моём телеграмм канале —Дом Rosette_DM ❤️. Да там и не только моя работа, но и моя жизнь. Так что не стесняйтесь, заходите)
Начало первой части: 31.10.2023
Окончание первой части: 19.03.2025
Всех крепко обняла и поцеловала. Увидимся в мае, а я побежала на заслуженный покой 💋