Меломан

[Музыка: "Lux Aeterna" - Clint Mansell]

Несколько дней тянутся, как нескончаемая пытка. Минхо практически не спит, не ест, не отходит от телефона. Он ждет новостей о Джисоне, но их почти нет. Лишь изредка Лиса сообщает, что состояние стабильное, но критическое. Эти слова не приносят облегчения, лишь усиливают тревогу. Минхо чувствует себя беспомощным, не зная, чем может помочь. Он пытается сосредоточиться на делах клана, с которыми Хенджин попросил его помочь, что бы отвлечь друга, но все мысли заняты Джисоном.

— Лиса, позволь мне увидеть Джисона, — в который раз умоляет Минхо.

— Что это тебе даст? — резонно замечает информатор. — Он выглядит просто ужасно, а главное — до сих пор в коме. Хочешь еще больше извести себя? 

— Пожалуйста!.. Хотя бы с порога...

Рыжеволосый вздыхает.

— А что скажет Хван? С тебя шкуру сдерет и с меня заодно. 

— Я договорюсь с Хенджином, — умоляет Минхо. — Просто дай мне шанс увидеть его, убедиться, что он жив.

Лиса сдается под напором. Через день Минхо, в сопровождении Хенджина, приезжает в небольшую клинику, расположенную в одном из самых тихих и неприметных районов города. Его проводят в палату, где лежит Джисон.

Минхо замирает на пороге, словно боясь нарушить хрупкое равновесие. В комнате царит полумрак, лишь слабый свет льется из окна. Джисон лежит на кровати, подключенный к множеству аппаратов. Его лицо бледное, почти прозрачное, а на висках видны синяки. Он выглядит таким беззащитным и хрупким, что у Минхо сжимается сердце.

Хенджин кладет руку ему на плечо, поддерживая. Минхо делает шаг вперед, затем еще один. Он подходит к кровати и садится на стул рядом с ней. Берет руку Джисона в свою. Она холодная и слабая. Минхо прижимает ее к своим губам, стараясь согреть.

— Джисон... — шепчет он, его голос дрожит. — Я здесь. Я рядом с тобой. Пожалуйста, проснись. Мне так тебя не хватает.

Он сидит рядом с ним полчаса, разговаривая с ним, рассказывая о том, что происходит в клане, о Фантоме, который скучает по нему, о том, как сильно он его любит. Он надеется, что Джисон слышит его, чувствует его присутствие. Потом Хенджин осторожно напоминает о своем присутствии и намекает на истекшее время.

Перед уходом Минхо целует Джисона в лоб. 

— Я вернусь, — обещает он. — Я всегда буду рядом. Только проснись, пожалуйста. Только живи.

В доме Минхо его и Хенджина ждет Феликс. Он с мрачным выражением лица носится по кухне, готовя что-то. Он, в отличие от Минхо, каждый день навещал Джисона. Феликс оборачивается, увидев их. Взгляд его останавливается на лице Минхо, и он понимает, что новостей хороших нет. Он молча ставит перед ними тарелки с едой, но никто не притрагивается. Напряжение в кухне можно резать ножом.

Неожиданно звонит телефон. Минхо вздрагивает и хватает трубку. Это Лиса. Голос его звучит взволнованно. 

— Минхо, приезжай немедленно. Джисону стало хуже.

Сердце Минхо обрывается. Он бросает трубку и бежит к машине, не говоря ни слова. Хенджин и Феликс следуют за ним.

В клинике их встречает Лиса. Он выглядит измученным. 

— Мы делаем все, что можем, - говорит он. - Но его организм слаб. Он борется, но...

Минхо не дает ему договорить. Он врывается в палату. Джисон лежит на кровати, его лицо искажено болью. Аппараты пищат, показывая критическое падение показателей. Минхо падает на колени рядом с ним. Он берет его руку и шепчет: 

— Джисон, я здесь. Я с тобой. Пожалуйста, не уходи. 

Вдруг Джисон открывает глаза. Взгляд его мутный, но он узнает Минхо. Он пытается улыбнуться, но получается лишь слабая гримаса. 

— Мин... Хо... - шепчет он. - Я... люблю... тебя...

Глаза его закрываются, и аппарат издает протяжный, оглушительный сигнал. Сердце Джисона остановилось. Минхо замирает, не веря в происходящее. Его мир рушится вокруг него.

В палату вбегают Хенджин, Лиса, Феликс и несколько врачей клана. Мафия с парнем буквально выволакивают начинающего истерить Минхо в коридор, а врачи принимаются проводить какие-то манипуляции с Ханом. Напоследок Лиса им говорит:

— Увозите его отсюда. 

Минхо не сопротивляется, его словно парализовало. Хенджин и Феликс насильно уводят его из клиники, сажают в машину. Всю дорогу до дома он молчит, уставившись в одну точку. Слезы текут по его щекам, но он не издает ни звука.

Дома его укладывают в постель, дают успокоительное. Но сон не приходит. В голове вновь и вновь прокручивается момент смерти Джисона, его последние слова, его взгляд. Минхо чувствует, что теряет рассудок.

На следующее утро он просыпается разбитым и опустошенным. В доме царит тишина. Хенджин и Феликс стараются не попадаться ему на глаза, понимая, что сейчас лучше оставить его одного. Минхо бродит по дому, словно призрак. Он заходит в комнату Джисона, садится на его кровать. Берет в руки его медвежонка, которого подарил, вдыхает его запах. Все напоминает о нем.

В который по счету день Минхо лежит на кровати в комнате Джисона, сжав в руках медвежонка, слушал дыхание свернувшегося под боком Фантома и вспоминает.

Мои родители были заядлыми наркоманами и алкоголиками. Так и умерли. В луже собственной рвоты, смешанной с алкоголем и рассыпанными наркотиками. С перерезанными горлами. Это я их убил.

 Детство прошло в приютах и на улицах. Я рано понял, что мир жесток и милосердия ждать неоткуда. Выживали только сильные, хитрые и беспринципные. Я стал таким. Воровал, обманывал, дрался. А потом впервые убил. Такого же наркошу, как мой жалкий отец. Потом убил еще. И забрал деньги.

Я убивал много. Но только таких, как мои родители. "Хороших" я не трогал. У меня всегда была тяга к знаниям, и я учился сам, по книгам и видеоурокам с телефона, на который едва накопил. А потом мне удалось поступить в школу. Мне было 15. Не помню, как я это провернул. Там познакомился с Хваном. Я ему сначала почти не доверял, а как он рассказал, что является сыном мафии, так все ему выложил. Хенджин оказался человеком слова. Он забрал меня из приюта, дал крышу над головой и помог раскрыть мой потенциал. Он увидел во мне не просто уличного мальчишку, а умного, способного ученика. Он ввел меня в клан, научил всему, что знал сам. Я стал его правой рукой, его доверенным лицом. 

Потом мне как-то надоело, ну, Хенджин меня и отпустил, но связей мы не теряли. Я к тому времени совсем перестал что-либо чувствовать. Очерствел.

А потом я встретил Джисона. И что мне помешало убить его? Может, его родители? Такие же уроды, как и мои. Он ворвался в мою жизнь внезапно, как яркая вспышка. Сначала я не понимал, что со мной происходит. Его глаза, его редкая улыбка, его наивность - все это раздражало меня. Он был полной противоположностью мне. Я - холодный и расчетливый убийца, он - добрый и отзывчивый мальчик. Но постепенно я начал замечать, что мне нравится быть рядом с ним. Его присутствие наполняло мою жизнь смыслом. Он научил меня любить, чувствовать, жить.

И вот, его больше нет. И вместе с ним умерла часть меня. Та часть, которая умела радоваться, мечтать, надеяться. Я снова один. Снова в пустоте. Но теперь эта пустота еще глубже и болезненнее. Потому что теперь я знаю, что такое любовь, и знаю, что ее потерял.

Минхо встает с кровати и подходит к окну. На улице темно и дождливо. Он смотрит на капли, стекающие по стеклу. Они напоминают ему слезы. Он закрывает глаза и представляет себе Джисона. Его улыбку, его голос, его прикосновения. Он не может больше терпеть. Он хочет к Джисону.

Ли с грохотом распахивает дверь и идет на кухню. Он не замечает сидящих там Феликса и Хенджина. Минхо достает из ящика нож. Тот самый, которым убивал тех, кто был похож на его родителей. Он смотрит на свое отражение в лезвии. Глаза красные от слез, лицо осунулось. Он больше не видит в себе убийцу. Он видит лишь сломленного человека, который хочет воссоединиться со своей любовью.

Внезапно его обнимают сзади. Нож выпадает из руки. Минхо оборачивается и видит Феликса. В его глазах слезы.

— Не делай этого, — шепчет Феликс. — Пожалуйста. Ты нужен нам. Ты нужен Хенджину. Ты нужен Фантому. И Джисон бы этого не хотел.

Минхо смотрит на Феликса, потом на Хенджина, который стоит в дверях. Они оба смотрят на него с болью и отчаянием. Он видит, как сильно они переживают за него. И понимает, что не имеет права причинять им еще больше боли.

Он опускается на пол и начинает рыдать. Феликс и Хенджин обнимают его, пытаясь утешить. Он плачет о Джисоне, о своем прошлом, о своей потерянной любви. Он плачет, пока не засыпает от изнеможения.

[Музыка: "Arrival of the Birds" - The Cinematic Orchestra]

Когда он просыпается, солнце светит в окно. Рядом с ним сидит Фантом, облизывая ему руку. А телефон разрывается от звонка.

— Ало?

Голос Минхо хриплый. Он не говорил с того дня, когда умер Хан.

— Минхо, приезжай в клинику.

Голос Лисы же взволнованный.

— Зачем, Лиса? Еще раз посмотреть на мертвого Джисона?

— На живого, Минхо. 

Минхо не верит своим ушам. Он подскакивает с кровати, не обращая внимания на Фантома.

— Что ты сказал? — переспрашивает он, боясь услышать не то.

— Нам удалось тогда запустить сердце Хана, но мы не говорили вам, что бы не обнадеживать. А сейчас он очнулся. 

Минхо вылетает из комнаты вихрем и врезается в собирающихся на прогулку Феликса и Хенджина.

— Что случилось, Минхо? — спрашивает Феликс.

— Джисон, он... Он жив.

Хенджин и Феликс переглядываются в полном недоумении. Не веря услышанному, они бегут за Минхо к машине. Сердце колотится в бешеном ритме, надежда, едва теплившаяся в душе, разгорается с новой силой.

В клинике их встречает сияющий Лиса. Он проводит их в палату, где на кровати, бледный, но живой, лежит Джисон. Минхо замирает на пороге, боясь поверить своим глазам. Джисон поворачивает голову и слабо улыбается.

— Минхо... — шепчет он.

Минхо бросается к нему, обнимает крепко, боясь отпустить. Слезы счастья текут по его щекам. Хенджин и Феликс, растроганные этой сценой, стоят в стороне, давая им время побыть наедине.

— Я так рад, что ты жив, — шепчет Минхо, целуя Джисона в лоб, щеки и скулы. — Я думал, что потерял тебя навсегда.

— Я тоже рад, что я с тобой, — отвечает Джисон, слабо улыбаясь. — Я больше никогда не брошу тебя, обещаю.