Клубничный лис

Только под утро Сынмин сумел немного поспать, потому что всю ночь барахтался в постели, не в силах переварить все случившееся за один короткий вечер. Нападки байкерской группы, спаситель — красивый и притягательный, между прочим, а еще Чонсу которому плевать на него. При мысли о Киме обидно сжалось сердце и О прокричал в подушку, ибо хотелось растоптать эту наглую кошачью рожу, бросившую его так внезапно, не объясняя причин.
Внезапно телефон начинает нещадно звонить, то ли будильник, то ли какой-то бессмертный звонит ему в пять часов утра, когда он не спит в этот раз. Однако пробурчав недовольно всевозможные ругательства на звонившего так рано, омега все же поднимает трубку не замечая знакомого имени «Минхо-хённим».

— Алло, — младший говорит совсем не весело и грубовато, что явно не нравится Минхо и тот как обычно без стеснения заявляет обо всем, что думает.

— Мелкий, ты ахуел так грубо со мной говорить? — теперь весёлый тон Ли тоже звучит грубо и обиженно, а при осознании кто с ним говорит Сынмин буквально подскакивает.

— Хённим! Прости! Всю ночь не спал и поэтому как-то без настроения, тебя не признал! — голос О становится оживленным и глаза загораются то ли счастьем, то ли просто парень понимает, что получить по шапке может.

— Что случилось? Мы с Ликсом хотели пошоппиться и тебя позвать конечно. Расскажешь какие приключения на свою очаровательную задницу навлек? — смеясь почти прокричал в трубку кажется немного пьяный старший, не удивительно с его работой то, — Соберись и к обеду будь готов, заедем за тобой!

Минхо сбрасывает вызов и тишина снова накрывает пустую квартиру Сынмина, заставляя его промычать от лени — вставать с кровати совсем не хотелось.

***

— Ты совсем, придурошный? — фыркает Минхо, листая вешалками как страницами книги, пытаясь выбрать что-то более подходящее из того тряпья, что имеется в магазине, — Мстить этому гаду?

Сынмин закатывает глаза, приобнимает Феликса за плечи от отчаяния, пытаясь найти оправдание своим действиям вчера.

— Так значит, ты познакомился с альфой? — Феликс улыбается и стягивает рукой плечо Сынмина, пытаясь перевести разговор в другое русло, — Красивый?

— Очень! Хотя, я обычно таких не выбираю! — Сынмин жмёт губы, вспоминая Хенджуна, вздыхает. В голове вновь появляется образ альфы, его брутальный вид, но мягкий запах, а на губах вновь вкус чужих губ, воспоминания встают комом в горле и скручивают живот от волнения.

— Ну да! Ты у нас выбираешь, таких как Ким Чонсу, чтобы потом страдать из-за таких мудаков! — несколько саркастично отвечает Ли старший, все же находя приглянувшуюся рубашку и показывая её парням, — Проехали! Как эта рубашка смотрится, Сынмин-и?

Для старшего Ким стал практически врагом номер один, после того как заставил страдать О из-за расставания. Каким бы грубым Минхо не казался за своих мальчиков, которые для него стали как родные дети, он пасть порвёт и ни одна мышца на лице у него от этого не дернется.

Сынмин же на замечание Ли старшего недовольно надувается, но решает найти подходящий низ к рубашке. Она действительно хорошо подходила Минхо.

— Возьми это и будет смотреться отлично! — он протягивает чёрные шорты, ещё раз смотря и кивая самому себе в подтверждение, — Заправь рубашку в шорты и будешь смотреться более хрупко.

— Отлично! Так кто твой таинственный спаситель? Ты хоть имя его узнал? — Минхо идёт в сторону примерочной с деловым видом, рассматривая и остальную продукцию по дороге, — Или настолько засмотрелся на него, что забыл спросить?

— Хенджун его зовут! Спросил я! — О слишком легко ведётся на подразнивания старшего, отчего тот смеётся вместе с Феликсом, который снова аккуратно поглаживает плечи младшего в успокаивающем жесте.

— Красивое имя по-моему. Расскажешь подробнее о том, как он тебя спас? — интересуется теперь Ли младший и продолжает мягко улыбаться по-своему обыкновению.

Пока старший примеряет наряд в примерочной, Сынмин рассказывает подробно, что было вчера на тусовке, и упоминает имя Ким Чонсу, от чего в шторках появляется недовольное лицо Минхо.

— Когда слышу его имя, блевать хочется! Мне уже нравится этот, как там его? Хенджун?

Феликс качает положительно головой.

— Не думаю, что мы с ним увидимся… — печально вздыхает Сынмин, Минхо выходит из примерочной, очерчивает руками свой наряд, — Примерь вот эти брюки? — Сынмин протягивает старшей омеге, элегантные черные брюки с завышенной талией. Минхо оглядывает подобранную вещи и согласно кивает, вновь исчезает за шторкой.

— Если ты ему приглянулся, то я думаю он ещё объявится! — Феликс приобнимает печального Сынмина.
Ликс был из тех кто любит тактильность, в их троице он был мягкой омегой, Сынмин ещё на первом курсе модельерного, сразу приметил белокурую омегу, чья улыбка сияла среди толпы. С Феликсом было приятно общаться, он никогда не грубил или высмеивал кого-то, чем и притянул к себе вечно раздражительного Сынмина.

— Надеюсь ты плюнул на эту чушь с Кимом, — Минхо появился из-за шторки, выделяя раздражительным тоном имя ненавистного альфы, — Как вспомню как он с тобой обошелся, меня прям передергивает, я бы ему врезал!

— Очень стильно! — Феликс одобрительно оценивает лук старшего, явно отвлекая от негативных мыслей и воспоминаний обоих.

— Меня он больше не интересует! —Сынмин отвечает на язвительный тон старшего.

Минхо учился на последнем курсе, когда познакомился с Сынмином и Феликсом, которые только поступили на его поток. Его тогда назначили старшим за их группой, и как-то на очередном собрание они спелись, изучая чертежи будущих работ, Минхо любил направлять младших, он был профи своего дела.

— А теперь давай и тебе что-нибудь подберём, лисёнок? — обратился ласково Феликс, с лица которого никогда не сходила улыбка, — Может потом ещё посидим в кафе?

— Вот и славно! Конечно посидим. Я успел проголодаться уже, — положительно кивает Минхо, выходя снова из примерочной и демонстрируя новый образ, — Может купим Сынмин-и что-нибудь экстравагантное? Чулки?

— Хённим! Не смешно! — О хмурится, сдерживая порыв легко толкнуть в плечо Ли старшего, как делал обычно чтобы показать свою наигранную обиду.

— Ладно. Ты прав. Я слишком мелочусь. Лучше сразу костюм горничной? — старшая омега смеётся, забегая обратно, чтобы переодеться.

— Вы аниме что ли пересмотрели? — Сынмин уже лицо руками прикрывает от некого стыда, потому что представил все это на себе и готов был проклинать шутки Минхо. Пока Ли младший все еще приобнимал его за плечи, хихикая.

— Он шутит, Сынмин-и! Знаешь же его. Купим тебе красивую беретку, я там у отдела головных уборов присмотрел одну? — голос Феликса звучит всегда мягко и успокаивающе. Именно он является той частью их троицы, которая вечно приводила их в баланс и спокойствие, иначе эти двое точно бы звались дьявольским дуэтом.

— Фиолетовый? — тоном маленького обиженного ребёнка интересуется О, и оба старших умиленно улыбаются, тихо смеясь.

— Да. Фиолетовый берет. А Минхо-хён в подарок за обидные свои шуточки подарит тебе что-то, верхнее и нижнее? — младшие омеги разрываются не громким смехом, слушая недовольное бурчание Минхо.

— Ну хорошо! Потом на себя сами пеняйте! Могу конечно и нижнее белье тебе выбрать? — ехидно предупреждает вдруг старшая омега, направляясь собирать лук для Сынмина, пока О прикрикивает, что белье не надо ему и те идут примерять беретку, выбранную Феликсом.

***

После посиделок в кафе Сынмин вернулся домой, планов на вечер у него не имелось. Минхо как только закончил с едой, сразу же срулил от них, когда ему позвонили впопыхах хлебнул остаток мохито, пробубнив в догонку:

— Хан Джисон мне позвонил, я леваю! Сынмин? — он укоризненно посмотрел на младшего, — больше никаких Ким Чонсу! —подставляя два пальца ко рту, словно его сейчас стошнит.

— Ой, иди уж, а! — Сынмин закатил глаза.

А Феликс любезно попрощался вскоре следом за Минхо:

— Позвони мне вечером, хорошо? Меня вызвали на подработку! — он показывал на экран телефона, где горело сообщение от администратора ресторана.

— Угу! —Сынмин обнял Феликса, когда тот чмокнул его в щеку на прощание.
Поэтому вечер Сынмин решил провести дома, закончить проект для университета и посмотреть фильм, который давно пылился в его рекомендациях.

В голове всё равно постоянно были мысли о Чонсу, это были первые отношения Сынмина, в которых он чувствовал себя комфортно. Его бывший альфа был не особо эмоциональный, но очень романтичный, а может это было всего лишь денежная пелена, в которой Чонсу жил. Альфа мог себе позволить дорогие машины, отдых за границей, модные вещи и, когда Сынмин попал в эту жизнь, с роскошью, он и забыл кем он является на самом деле. Ему несомненно льстило, что богатый альфа с обворожительной внешностью, выбрал его, когда вокруг было десятки других омег, которые точили зуб на это место. Сынмин прекрасно помнил, как последний раз Чонсу его отвез домой, после банкета по случаю открытия его нового бизнеса, где властный альфа перерезал вместе с ним атласную ленту у входа. Омега тогда чувствовала себя таким нужным для альфы, но на следующий день Чонсу прислал ему букет цветов и Сынмин был тогда счастлив до облаков, пока не обнаружил в цветах карточку.

Прощай. Ким Чонсу.

Тогда наверное мир под ногами счастливой омеги рухнул, вместе с счастьем, которое он видимо придумал в своей голове. Попытки дозвониться до Чонсу остались безрезультатными, как и встреча с ним. Когда Сынмин прибыл к его дому, охрана у дома вежливо показала на выход, Чонсу что выходил из своих дверей, даже не посмотрел на него, только лишь приказал охране, вышвырнуть надоедливую омегу за ворота.

На Сынмина навалилась холодная волна стыда и унижения, прошлое накрыло волной, и вот сидя за столом с кучей бумаг он захлебывался от воспоминаний. Они давили на горло, но опять плакать он больше не собирался. Закрыв глаза омега представил перед собой совсем не Чонсу, а Хенджуна и почему-то от этого ему стало тепло. Сынмин притронулся к своим губам, вспоминая их поцелуй, совсем на долю секунду ему показалось, что где-то в области живота взмахнула бабочка, щекотя его изнутри.

—Надо двигаться дальше! — Сынмин встряхнул головой, словно выбрасывал из своей головы; и этого гадкого Чонсу, которого ненавидел всей душой и светлый образ его спасителя, Хенджуна.
Собирая информацию в интернете, он вдруг испугано дрогнул, за окном раздался повторяющийся звук. Сынмин фыркнул и продолжил писать, стараясь не обращать внимание на продолжительный звук за окном. Но всему приходит конец, как и терпению омеги, он яростно встает из-за стола, посмотреть что же там такое творится на улице, и кто этот отшибленый, что трезвонит в клаксон. Стоило ему открыть окно и возмущенно вздыхая, посмотреть вниз, как сердце ухнуло: все это время на улице сидел тот самый вчерашний спаситель и неугомонно пытался привлечь вниманием именно О. Хан жестами показал, что кажется забыл у него куртку и хотел бы вернуть, именно тогда омега вспомнил про неё и покраснел. Было немного неловко возвратить просто куртку и поэтому он ринулся на кухню в поисках чего-нибудь, хоть и не знал, что нравится Хенджуну. Под руку попал шоколад с любимой клубникой и он решил рискнуть, пока за окном раздалось ещё пару громких нетерпеливых сигналов.

— Иду! — зачем-то крикнул в окно Сынмин, словно альфа должен был его услышать и схватив куртку, а еще надев новый берет, который он как раз сегодня купил и который хорошо подошёл к комбинезону, подобранному руками Минхо для него, он ринулся на улицу. Несколько лестничных пролетов и О уже на улице стоит перед Ханом, переминаясь с ноги на ногу. Он протянул аккуратно сложенную куртку и шоколад, тут же добавляя, — Спасибо, что куртку одолжил. я вот шоколад за это тебе решил дать, но я не знаю любишь ли ты такое, так что прости.

— Всё хорошо! — взглянув на шоколад и смущенного до очарования Сынмина, Хенджун лишь расплылся в улыбке, забирая предметы из рук омеги. Надев куртку и положив шоколад в карман, альфа посмотрел на О, кивнув головой на место позади себя и протянул шлем, — Шоколад что надо! Садись, я кое-что тебе покажу.

Сынмин хлопнул удивлено глазами, но почему-то послушно выполнил просьбу альфы, усаживаясь на заднее место, которое он ещё помнил со вчера.
Сынмин уже и позабыл про свой проект, который так хотел доделать сегодня и про остальные невзгоды — перед ним был только приятный, до тугова узла в животе, запах Хенджуна и сам приятный, тёплый спаситель.

В лицо снова начал бить холодный ветер, поэтому он вновь прячется за спиной альфы, только крепче обвивая руками его талию и жмуря глаза, хотя с незнакомцами следовало бы раскрыть глаза шире и смотреть в оба, чтобы тот не увёз его в лес убивать или насиловать. Такие мысли не должны посещать голову О, потому что за город Хан выезжать не планировал, но все же отвозил он омегу как-то слишком далеко от дома, от чего тот действительно кажется начинал чуть переживать за свою сохранность.

Однако если бы Хенджун желал ему вреда, он тогда бы его не спас тогда.

Верно? Верно или нет?

Сердце от накатывающего страха начало быстрее стучать и остановилось только, когда байк тоже остановился у многоэтажного высокого здания, которое выглядело богато, чисто и современно. Первые вопросы посетившие голову Сынмина — здесь ли живёт его спаситель и зачем сюда привёз?

— Ты здесь живёшь? — все же интересуется О, смотря на слезающего с железного коня Хана.

— Возможно. — расплываясь в ещё одной очаровательной улыбке, загадочно отвечает альфа.

***

Альфа протягивает свою руку омеге, помогая забраться по крутой лестнице. Сынмин поглядывает вниз и живот сводит от страха. Смотреть из окна это одно дело, но карабкаться самому по лестнице в многоэтажке, это совсем другое. Ноги дрожат, но он послушно следует за альфой сам того не замечая.

— Не смотри вниз! — Хенджун ласково притягивает к себе омегу, пытаясь удержать лицо Сынмина в своих пальцах, — Смотри только вперед!

Омега утвердительно качает головой и улыбается встречной ухмылке. Хенджун перескакивает через борт лестницы, склоняясь к Сынмину сверху, аккуратно помогая ему забраться на остров крыши.
Наконец ноги омеги на твердой поверхности отчего дышать становится легче. Сынмин смотрит вперед, на спину уходящего Хана и ноги сами двигают его вслед за альфой.

И только сейчас Сынмин замечает вид, что открывается за широкой спиной, это было не самое высокое здание города, но вид который открывался с этой точки был ошеломительный. Впереди практически не было зданий, лишь отдаленно, заполняя эту часть города тусклым светом, который отражался от деревьев, а где-то в глубине этих улиц можно было заметить кусочек моря.
Омегу нахлынули воспоминания юности или детства, как он сидел на высокой крыше и тарабанил пятками по стене многоэтажке.

Хенджун остановился и повернулся к омеге, натягивая на лицо чарующую улыбку, Сынмин топчется на месте, совсем не понимая, что от него хочет альфа.

— Можешь закрыть глаза? —спрашивает Хенджун и делает шаг навстречу.
Сынмин прекрасно понимает, что перед ним незнакомый человек, который привел его на высокую крышу, его просят закрыть глаза, эта неизвестность пугает, до чертиков в глазах, но он всё равно послушно закрывает веки, почему-то просьбы альфы хоть и порой пугают, но омега им повинуется.

Сынмин ощущает, как Хенджун подходит к нему ближе, руки дрожат и эта неизвестность бьет словно под дых, омега забывает как дышать, пытаясь восстановить дыхание. Он ощущает чужое дыхание на своём лице и его губ неожиданно касаются губы альфы, аккуратно разминая и нежно целуя.
Именно в этот момент сердце О замерло и глаза сами распахнулись от удивления. От приятного удивления. Руки Хенджуна легли на чужие мягкие щеки, ласково их поглаживая. Омега сам подходит ближе, устраивая руки на плечи Хана и теперь прикрывая глаза, отвечает на поцелуй. Звезды над ними сияют ярко, но не ярче чем звезды в закрытых глазах Сынмина от поцелуя и Хенджуна, который теперь начинает ещё больше захватывать его сердце.
Хенджун отстраняется от нежного поцелуя, пытаясь сдержать рык от запаха омеги, ведь он его очень дурманит, и находиться рядом с каждым разом труднее, приходится сдерживать себя, тяжело, когда под твоими руками вкусная омега. Его раньше не интересовали омеги, да и в целом жизнь, потому что каждый день проходил словно замкнутый круг; работа, дом, работа. Альфа уже и не вспомнит зачем даже притащился на эту тусовку, он даже не пьет алкоголь, но теперь он явно понимает, что это судьба. Он встретил свою омегу и просто так отпускать её альфа не намерен.

— У меня кое-что есть, погоди! — он расстилает на бетонную плиту свою куртку, — Приляжем?

Сынмин опять послушно пытается уложится спиной на куртку Хенджуна, изредка поглядывая на его лицо, он все никак не мог не налюбоваться появившимся в его жизни альфой.
Хенджун ложится рядом, выпрямляя руку перед омегой, указывая куда-то вдаль, в россыпь звёзд:

— Ты слышал легенду о лисьем созвездии? — голос альфы звучит хрипло, от чего Сынмин ощущает внутри себя, точно , ощущение, хочется принадлежать этому альфе до конца своей жизни. Он отрицательно вертит головой, а Хенджун продолжает:

— Говорят это созвездие наложеная печать гнева Зевса. Однажды он наделил лису способностью никогда не быть пойманной, — альфа повернулся к омеге, — и тогда началась целая охота на неуловимую лису. Артемида, богиня охоты начала войну, выпуская свою собаку, которая так же была одаренна даром, никогда не терять след. Это была бесконечная гонка, пока Зевсу не надоело это всё и он решил закончить эту войну. Заключив лису и собаку в созвездие. С тех пор Лиса и Большой пёс рядом на звёздном полотне неба. Ведь они стали печатью гнева Зевса.

Хенджун улыбнулся растерянному лицу Сынмина, а тот вовсе и не ожидал услышать что-то подобное из уст этого байкера, альфы. Омега смотрела без слов на этого мужчину, осознав именно сейчас, что большего ему ничего и не нужно, хочется быть с ним каждую секунду.

Хенджун щелкает плиткой шоколада, которую ему подарил Сынмин, втягивает её аромат в себя, кладя себе в рот кусочек.

— Очень люблю клубнику…

Теперь и Хенджун смотрит на улыбающегося Сынмина, закидывая свои руки под голову, направляя свой взгляд вновь на бескрайнее небо.

У него уже давно ёкнуло где-то внутри, ведь он нашёл свой запах, а значит перед ним его омега.