Прыгая - сгорай [ЗАКОНЧЕНА]

31 декабря. Новый год, ощущение которого у меня вообще нет.

Стейси рядом не будет, потому что я в очередной раз торчу на работе. После пойду домой к парням.

Выгоняю задротов, что приносят мне ежедневную прибыл, в 17 часов и закрываю клуб.

Дома меня уже ждёт Мэтт. Хозяюшка моей кухни до послезавтра.

Ждём других парней к девяти вечера. Чисто пацанский клуб, а не чудо года.

Успеваю пообщаться со Стейси. Никто никому не портит настроение, мы не выясняем отношения, мы просто наслаждаемся компанией друг друга, к сожалению, сегодня не вживую, ну и пофиг.

Я её понимаю и себя понимаю. Мы ещё тысячу раз успеем встретиться.

Хочется напиться, но даже этого я сделать не смогу, потому что завтра на работу. Ой, и слава богу, лишний раз говорить Анастейше о высоких чувствах не буду, значит.

А если я переберу, то вообще буду говорить, как ненавижу женщин. Просто потому что мне все изменяют. Все до единой. Это факт.

Мы задротим с парнями до вечера, душевно общаемся. В моем окружении за этот год появился Тим.

Это парень на год меня младше, зачастил ходить ко мне в клуб. Так мы и познакомились, а с нашим знакомством началась и наша дружба.

Бой курантов, все уже перебрали. Вбиваю сообщение Анастейше с поздравлением.

Удивительно, она уже чуть больше года со мной общается. Мы ни разу друг друга по факту не послали, да, недопонимания есть, но в ЧС никто никого не кидал, хотя я был горазд есть писать: "Кажется, ЧС. Ты думаешь я не кину? Если меня жёстко выбесить, то могу".

Ну ладно, все спокойно, никто никого ещё не довёл, потому пишу, что она лучшая. Пусть не забывает.

После чего в моей жизни начинается полнейший пиздец.

Тим... Он пьяный в стельку. Черт-черт-черт, я же ненавижу алкашей. Как бы не натворил хуйни.

Мы сидим с ним на кухне и говорим по душам, точнее, он говорит, а я благодарный слушатель. Как он выпил, так его язык развязался...

- Нейт.

- Тим?

- Ты знаешь... Я должен кое-что сказать.

Пахнет пиьсками, при чем невкусными. А бежать то даже некуда.

- Не пугай меня, бро.

- Нет, правда. Я должен признаться.

Да что могло произойти такого. Он весь бледный, мне это не нравится.

- Помнишь, я ездил в Германию?

- Конечно, ты был счастлив в тот момент, как ребёнок. Я был так рад за тебя, что ты успел побывать где-то до закрытия всех границ.

- Да, наверное, это был мой первый и последний раз.

- Чего?

- Ну что слышал, друг мой.

- Тим, не время для депрессии. Ты чего, новый год все-таки. У тебя юность ещё в жопе играет, ты тысячу раз все в этой жизни ещё успеешь.

- Нет, нет, я не успею, не смогу, не получится.

- Как это так?

- Так. Надо поговорить.

- Мы и так это делаем, но ты уверен, что разговор не может подождать?

- Да. Я сейчас собрался уже с мыслями. Если не скажу сейчас, то потом ты будешь на меня обижен, что я не сказал тебе вовремя.

- О Господи, без пессимизма! Ало.

- Ты не понимаешь. Моё тело...

- Тим, ты в отличной форме. Каждый тут сидящий это знает.

- Моё тело пожирает меня изнутри. Я сам себя убиваю. Я был в Германии, не потому что путешествовал, а по причине обследования.

- Какого ещё обследования? Ты бредишь что ли.

- Нет, правда. Без шуток.

Я никогда не видел этого парня таким опустошенным. Кажется, дела действительно плохи.

- Так.

- Ещё в Германии мне сказали, что у меня рак мозга. Я неизлечимо болен. Они отказались проводить мне операцию. Сказали, что в любом случае меня ждёт летальный исход.

- Ну, конечно, все мы когда-то умрём.

Внутри меня закипает невроз. Я начинаю осознавать, что происходит, и алкоголь никакой от этого никого здесь не спасёт. У него рак. Черт. Твою мать.

Куда выходить, чтоб орать?

Кому кричать. Почему. Сука. Почему, черт возьми. Терпеть не могу.

Жизнь хуевая, да куда хуже то, блять.

- Нет. Мне дали диагноз. Никто не знает, когда я тут последний день. Могу прожить месяц, могу год, а могу и завтра кони отбросить.

- Блять!

- Прости, Нейт, мне жаль.

Из его глаз текут слезы. Он себя жалеет. Жалел бы он меня, не сказал такое под бой курантов перед двухнедельной пыткой в виде рабочих будних без единого выходного.

- Тебе жаль?

Пытаюсь себя держать в руках, пока внутри агрессия начинает закипать.

- Да. Прости, я испортил праздник. Но я, правда, не знаю, сколько мне осталось.

- Господи, Тим, ты навсегда останешься для меня близким человеком. Я.. Я.. Я просто поверить не могу. Предавить сложно, как тебе сейчас тяжело. Но ты же знаешь, да? Я всегда рядом так же, как и ты со мной.

Блять, что может быть хуже этого дня? Покажите мне. Скажите нахуй.

Ты сидишь и наблюдаешь, как здоровье твоего друга ухудшается, а ты даже сделать ничего не можешь. Поддержка? Он в ней не нуждается. Тут даже подорожник не приложить.

Я живу общением. Тот самый человек-коммуникация - второе имя Нейтана Гутерса. И что ему делать, когда его друг умирает у него на глазах?

2 часа ночи. Расход. Внутри меня пожирает убийственное настроение. Я лежу и не могу сомкнуть ебучие глаза. Нейтан, блять. Завтра сутки. Сутки, ало. Надо поспать. Просто закрыть глаза и провалиться в сон.

Мне это удаётся, правда, не на долго. Я сплю до 6 утра, после чего больше заснуть не получается.

Как же паршив это мир, я его ненавижу нахуй.