Глава 43
Снег в Форксе не был обычным явлением в этом году. Как правило, город заволакивало дождём, а не белым пухом, и потому утро, когда тонкий слой снега укрыл дворы и крыши домов, стало чем-то особенным. Я стояла у окна, наблюдая, как пушистые хлопья медленно кружатся в воздухе, а на улице прохожие зябко кутаются в шарфы, и на моем лице уже разливалось странное, почти детское предвкушение.
— Готова? — голос Эдварда прозвучал у меня за спиной, ровный, но с лёгкой усмешкой. Я обернулась и едва не фыркнула: он стоял у двери в своём неизменном пальто цвета угля, аккуратно повязанном шарфе и перчатках в тон. Ну красавец, только шляпы не хватало для полного образа.
— Знаешь, ты выглядишь так, будто переместился из прошлого века, — поддразнила я его, натягивая свою любимую вязаную шапку и шарф, который связала мне Молли на прошлое Рождество.
Эдвард лишь улыбнулся своей фирменной полуулыбкой.
— Только не врите, что вам не нравится, мисс Поттер.
— О, я не говорила, что мне это не нравится, — парировала я с усмешкой, подходя к нему и легким движением стряхивая пару снежинок с воротника. — Тебе очень даже идет.
Мы направились в торговый центр Порт-Анджелеса. Снежинки оседали на лобовом стекле машины, и дворники неторопливо сметали их в сторону. По дороге Эдвард барабанил по рулю в такт незатейливой рождественской песенке, демонстрируя свое прекрасное настроение, которое в последнее время перестало пугать всех вокруг. Люди быстро ко всему привыкают.
— Так, первым делом, — заявила я, доставая из сумки блокнот. — Подарок для Чарли, твоей семьи, школьных друзей... Думаю, нужно прикупить и для Рона с Гермионой — вдруг получится передать?
— Куда едем? — спросил он, заезжая в черту города.
— Думаю, начнём с книжного магазина, — предложила я, замечая аккуратное здание прямо по курсу. — Гермиона, конечно, может найти всё это и самостоятельно... Но, думаю, местные легенды ее заинтересуют.
— Отлично, — Эдвард кивнул и повернул к парковке. — В любом случае, судя по твоим рассказам о ней, книги — беспроигрышный вариант.
Книжный был полон предрождественского уюта: запах горячего шоколада от стойки в углу, шелест страниц и приглушённая музыка создавали атмосферу, в которую хотелось укутаться, как в одеяло. Я быстро нашла раздел с местными мифами — тонкие томики с тиснением, пыльными корешками и обещанием тайн. Один был особенно интересным — «Сказания племен о тенях и духах леса».
— Гермиона расплачется от счастья, — пробормотала я, перелистывая страницы.
Я знала, что Рон не любил получать слишком личные или «сентиментальные» подарки. Поэтому выбрала для него комплект маггловских шахмат, зачарованных лично. Они отличались одним — фигуры, проиграв, не ломались, а бурчали, спорили и требовали реванша.
«На случай, если ты соскучился по домашнему крику» — приписала я, посмеиваясь.
С Джейкобом всё было просто. Он был практичным, но при этом страстно любил всё, что связано с гаражом. Гаечный ключ с гравировкой «Волчонку от Цветочка» был символичным и забавным подарком. Я наложила лёгкое заклинание, чтобы инструмент не ржавел и всегда, когда нужен, оказывался под рукой, где бы он ни был. И когда держала его в руках, вспоминала, как всё началось — с левитирующего ключа в его гараже.
Потом были свечи для Эсме, которые я заколдовала на непотухание, кожаный блокнот для Джаспера — опять же, зачарованный, чтобы хватило надолго. Для Эммета — статуэтка с Халком, который мог двигаться и крушить (!). Я долго сомневалась, что можно подарить Элис — но в итоге выбрала серебряную брошь в виде снежинки, которая каждый раз слегка меняла свою форму и никогда не повторялась.
Розали. Что может оценить такая как она? Красоту? Изящество? Что-то уникальное? Я нашла тонкий гребешок для волос, инкрустированный крохотными звёздами из жемчуга. Но не это было главным. Я наложила заклинание — каждый раз, когда она будет прикасаться к нему, гребень будет напоминать о её достоинстве, подчёркивая её силу, а не только внешность.
«Истинная красота в том, что ты умеешь скрывать» — написала я, не сомневаясь, что она поймет.
Чарли был не из тех, кто балует себя или нуждается в лишнем. Но, проходя мимо витрины в антикварной лавке, я заметила старинную подставку для рыболовных удочек, вырезанную вручную. Тёплое дерево, местами потемневшее от времени, и резные волны вдоль основания — всё это словно дышало покоем. Я зачаровала её так, чтобы дерево не старело, и добавила тонкую гравировку на задней стороне: «Спасибо, что дал мне дом. — Л.»
Подарок Карлайлу был самым сложным — что можно подарить серьезному многолетнему вампиру, повидавшему так много? И решила, что одна из моих многочисленных книг по Окклюменции — идеальный вариант. Эта книга много раз помогала мне не сойти с ума. Пусть теперь она будет у кого-то, кто по-настоящему оценит её.
Дома я аккуратно обернула книгу в плотную бархатную бумагу, добавила ленту глубокого синего цвета и написала на маленькой карточке всего два слова: «Для размышлений».
Мы вышли из магазина, я крепче сжала пакеты с покупками, радуясь, что почти всё удалось найти. Эдвард обошёл машину, чтобы открыть для меня дверь, но, прежде чем я успела сесть, мой взгляд зацепился за движение на другой стороне улицы.
— Смотри, — кивнула я, чуть улыбаясь.
Через дорогу, среди спешащих прохожих, выделялись двое — Джессика и Майк. Они держались за руки, у обоих на лицах светились улыбки. В этот момент Майк внезапно отпустил её ладонь, наклонился, зачерпнул горсть снега и с совершенно детской непосредственностью швырнул прямо в неё. Снег попал ей в плечо, частично осыпав волосы, и Джессика на секунду застыла, с открытым ртом и недоверием в глазах.
— Ох ты ж, — выдохнула я, прикусив губу от смеха.
Майк уже верещал от хохота и, видимо, осознав, что натворил, повернулся и с визгом бросился прочь, петляя между прохожими. Джессика закричала ему вслед:
— Майкл Ньютон, я тебя догоню и закопаю!
Вместо угрозы в голосе звенел смех, а сама она уже подбирала снег, очевидно, готовясь к ответному удару.
— Молодые, — прокомментировал Эдвард с мягкой насмешкой. — Это ты их свела?
Я кивнула, чувствуя, как странное тепло разливается в груди. Мир был полон тайн и опасностей, но в этот снежный день, пусть на мгновение, всё казалось... нормальным. Волшебным.
— Пусть у них всё будет хорошо, — тихо сказала я, глядя, как Джессика догоняет смеющегося Майка и опрокидывает его в сугроб.
Эдвард посмотрел на меня в упор, и я поймала его взгляд.
— Ладно, куда дальше?
— Ещё пара магазинов — и миссия будет выполнена, — ответил он с лёгкой ухмылкой, наконец открывая мне дверь машины. — Готовы, мисс Поттер?
— Всегда, мистер Каллен.
***
Мы отвезли некоторые покупки ко мне домой — часть пакетов я спрятала в кладовке, другие перенесла в свою комнату, аккуратно уложив под кровать. Чарли всё ещё был на смене, и дом казался особенно тихим на фоне весёлого шума улиц. Я переоделась в более уютную одежду, спрятала шарф в самый верхний ящик и, глянув на часы, вернулась к машине, где Эдвард терпеливо ждал, прислонившись к дверце.
До дома Калленов добрались быстро. Снег на дороге начал понемногу таять, но лес по обе стороны шоссе всё ещё хранил пушистую тишину. Особняк, как всегда, сиял теплом и светом. Сквозь высокие окна было видно, как Эсме вешает гирлянду над камином, а Джаспер, судя по его выражению лица, страдает, наблюдая за тем, как Эммет, с помощью чисто вампирского упрямства, пытается установить гигантскую ёлку в углу зала.
— Давай отнесём подарки, пока они не обратили на нас внимания, — предложила я, ухмыляясь, когда мы подошли к двери.
— Слишком поздно, — тихо сказал Эдвард, и в ту же секунду дверь распахнулась.
— Вы пришли! — радостно протянул Эммет, буквально искрясь энтузиазмом.
Он перехватил у Эдварда пакеты прежде, чем тот успел возразить, и с широкой улыбкой шагнул внутрь.
Меня устроили на диване с кружкой горячего какао. Плед, подушка, идеальный угол обзора на ёлку и потрескивающий камин — всё, как по заказу. Только одного не хватало.
Я обвела взглядом комнату, в которой царила рождественская идиллия. Эсме что-то тихо напевала себе под нос, развешивая последние украшения, Джаспер лениво листал книгу, а Эммет и Розали в углу что-то тихо обсуждали, переглядываясь и мило воркуя.
Эдвард сел рядом на подлокотник кресла, не отрывая от меня внимательного взгляда.
Но кое-что всё же не вписывалось в эту уютную картинку.
— Где Элис? — спросила я, делая глоток. — В последнее время её будто и не видно совсем.
Эдвард усмехнулся, покачав головой:
— С тех пор, как ты научилась долго удерживать барьер, она снова стала видеть будущее. Поэтому... она может быть где угодно, — сказал он лёгким, почти беззаботным тоном. — Вчера утром, например, она мелькнула где-то на границе с Канадой. Сегодня вечером — в Париже. Я уже перестал спрашивать.
— В Париже? — я чуть не поперхнулась какао.
— Говорит, там вдохновение. Или коллекция новых пальто. С ней никогда не знаешь наверняка.
Я приподняла бровь:
— И это нормально? Просто исчезать на несколько дней.
— Для неё — абсолютно. Не волнуйся.
Я усмехнулась, но внутри всё равно оставалось лёгкое беспокойство. Не только из-за Элис. Что-то неуловимое витало в воздухе — как будто в этом сияющем, уютном доме пряталась тень. Возможно, моё воображение. Возможно, не только.
Что-то не давало покоя.
Я аккуратно поставила кружку на кофейный столик и встала. Тепло пледа оставалось на плечах, но внутри будто прошёл холодок. Подойдя к панорамному окну, я остановилась. Снаружи снежный лес был неподвижен, словно застыл в зимнем дыхании.
Но на ветви ближайшей ели сидел чёрный ворон. Он не шевелился, только смотрел — прямо на меня.
Я долго вглядывалась, не понимая, что именно вызывает у меня такую тревогу. Птица как птица — но от неё исходило что-то... неправильное. И тогда я почувствовала это. Волшебник.
Мерлин. Это анимаг.
Меня будто молнией ударило. Инстинктивно, без лишних движений, я незаметно вытащила палочку из рукава и крепко сжала её в руке под пледом.
Эдвард заметил это раньше, чем я успела произнести хоть слово, и в следующее мгновение уже стоял рядом.
— Что происходит? — тихо, но напряжённо спросил он, взгляд следом метнулся к окну.
— Это маг, — выдохнула я почти беззвучно. Голос предательски дрогнул, и в комнате словно повеяло ледяным ветром.
Я почувствовала, как всё вокруг изменилось. Кажется, это дало старт мобилизации всех вампиров.
Каллены не отвлеклись от своих дел. Но они были готовы ко всему.
Я сосредоточилась, пытаясь прочувствовать ауру за пределами стекла. Она была... знакомой. Слишком знакомой. Темной. Густой, как чернила в воде. Я прищурилась, напрягла сознание — и вдруг будто провалилась в озноб памяти. Такая плотная, давящая темнота могла исходить только от нескольких людей.
Я посмотрела в глаза ворону — блестящие, разумные, холодные — и моя догадка подтвердилась. Я уже знала, кто это.
— Блэк.
И в этот момент ворон мягко расправил крылья, спланировал вниз с дерева и, не касаясь земли — всего в паре футов от неё — обратился в человеческую фигуру. Воздух пошел волной, как водяная завеса, из которой возник юноша. Тёмные перья вытянулись в складки дорогого пальто, а горящие глаза — в стальные, цепкие, полные фамильного высокомерия.
Моя палочка уже не пыталась спрятаться. Она чётко указывала на него, чуть дрожа от напряжения.
— Поттер.