Внезапный визит
Стук в дверь заставляет Японскую Империю вздрогнуть. С момента её последнего выхода из дома прошло около четырёх дней, Нацистская Германия так и не позвонил, похоже, что либо забыл, либо всё ещё не хочет тревожить. Открывать она, разумеется, не собирается, но подойти и посмотреть, кто же там пришёл, всё-таки нужно. Затаив дыхание, девушка заглянула в глазок. По телу тут же пробежала крупная дрожь. На пороге стоял Рейх и с невозмутимым видом ждал, пока ему откроют. «Что?.. Но почему он просто не позвонил мне, как сделал в прошлый раз?» — она почувствовала, как сердцебиение сильно ускорилось, кровь застучала в ушах. — «Я что-то слишком взволнована. Я не открою ему, ничего страшного не случилось...».
— ЯИ, я знаю, что ты дома, — раздалось из-за двери, от чего девушка снова вздрогнула, — мне нужно поговорить с тобой.
Она закусила губу, в раздумьях замерла, держась за дверную ручку. «Так, ладно... Я просто немного приоткрою дверь, отвечу ему, после чего сразу же закрою обратно.» — наконец решилась она, щёлкнул замок. — «Если что-то вдруг произойдёт, то я просто буду его игнорировать. Пока я на своей территории, он ничего не может мне сделать.». Немец отошёл на шаг, увидев, что с той стороны надавили на ручку, он немного волновался из-за предстоящего разговора, всё-таки пока их отношения всё ещё были достаточно напряжёнными и он не был уверен, как она отреагирует.
— Доброе утро, ЯИ. — в щели показалась часть её лица. Единственный видный глаз смотрел на него недоверчиво. — Я рад, что ты открыла.
— Да. Если это не что-то срочное, пожалуйста, уходите. Я, наверное, хочу побыть в одиночестве...
— Пожалуйста, не закрывай. — она дёрнулась, было, поспешно скрыться в доме, но немец схватил дверь, чувствуя, что ещё немного и она попросту спрячется, силой протиснулся на шаг внутрь, распахнув её. — Я всего лишь...
Бросив взгляд на союзницу он невольно запнулся, притих. Сейчас, без военной формы и тугих бинтов, она выглядела совсем иначе. Светлый, достаточно тонкий халат, сидел на ней гораздо изящнее, чем кофта с ремнями и большими карманами, распущенные волосы внезапно будто бы изменили форму лица, сгладив угловатость, хищную заострённость черт, азиатские глаза широко раскрыты, брови чуть нахмурены, губы приоткрыты. Он довольно грубо вторгся в личное пространство, заставив её испугаться и разозлиться одновременно.
— Ты выглядишь сейчас даже более женственно, чем обычно... — вполголоса с некоторым удивлением заметил он, в упор рассматривая её фигуру, будто впервые видит. Узкие плечики, выступающие ключицы, аккуратная грудь, теперь, внезапно, появилась талия, плавно переходящая в нежный изгиб бёдер. Ног практически не было видно из-за ткани. В любом случае, сейчас в её образе больше не осталось совсем ничего от «мальчишки», которым она когда-то притворялась и это здорово сбило его с толку. Империя вспыхнула смущением, невольно отпрянув на шажок назад, непроизвольно прижала руки к груди. Ей было не по себе от такого внимания, тем более, что он застал её в обычной домашней одежде и так беззастенчиво осматривал с изучающим прищуром.
— Мне считать это за комплимент?.. Как бы то ни было, вам не стоило бы так грубо врываться в мой дом без разрешения. — слова совсем тихие, неразборчивые. Снова холодные искорки недоверия в глазах. Похоже, что сейчас она готова жёстко упрекнуть его за что угодно, лишь бы не позволить сократить расстояние, судя по всему, ожидая нападок и колких замечаний.
— Прости, пожалуй, я действительно поступил слишком импульсивно. — во взгляде мелькает удивление, враждебность сменяется на настороженность. «Похоже, я выбрал правильную тактику. Что же, я готов пренебречь образом несгибаемой, не признающей ошибок личности. По крайней мере с ней, по крайней мере сейчас...» — он всё никак не может отвести от неё взгляд, чувствуя, что прежний её образ окончательно рассыпался в прах в его глазах. Японка оказалась на удивление стройной, ладно сложенной, проведя параллели, он только сейчас окончательно осознал, насколько, должно быть, ей неудобно так одеваться на работу каждый раз. — «Когда она была одета в ту форму, то казалась... Длиннее что ли?.. Да и гораздо грубее. Та одежда определённо очень хорошо подходит, чтобы притворяться парнем, раз даже меня получилось так легко обмануть.». Немного собравшись с мыслями, он начал: — Я... Пришёл по личным причинам, это практически не связано с работой.
— В таком случае, не думаю, что нам стоило бы видеться сейчас. Я в непрезентабельном виде, как вы могли заметить.
— Нет, вовсе нет, всё в порядке, просто я... Немного... Не привык, когда ты так выглядишь...
Азиатка не без удивления замечает, что немец действительно кажется ошарашенным. «Я настолько странно выгляжу? А, ну да, точно. Он же ни разу не видел меня одетой не в форму... Точнее... Видел один раз без неё...» — от воспоминаний нутро скручивает в комок, она отворачивается, закрыв лицо руками. Тогда шок от происходящего был слишком сильным, чтобы думать о таком, были заботы важнее, но сейчас стыд с внезапной силой бьёт по вискам. — «Ч-чёрт... Как же я могла забыть об этом?.. Так ужасно стыдно.». Осторожное прикосновение к плечу заставляет её дёрнуться, торопливо обернуться. Немец дотронулся всего лишь несколькими пальцами, похоже, не будучи уверенным в том, может ли поступать увереннее.
— Ты так резко дёрнулась, я сказал что-то не то?
— Н... Нет, просто... Я вспомнила кое-что. Не обращайте внимания.
— И хорошо. Раз уж я начал этот разговор, не сочти за грубость, но я считаю, что было бы неплохо улучшить наши отношения. Поэтому, я зашёл поинтересоваться, как у тебя дела. Похоже, что колено уже почти в порядке?
— Да, я не слишком сильно травмировала его, к тому моменту, как добралась до дома, так что совсем скоро смогу даже бегать. Зачем вы интересуетесь?
— Я хотел пригласить тебя на прогулку. — невозмутимо пожимает плечами он, облокачивается на стену. — Просто обычная прогулка, ничего такого, тем более, что у меня сейчас выходные, так что я полностью свободен. Вижу, тебе не слишком нравится эта идея. Если хочешь послать меня, просто так сразу и скажи, я, в конце концов, не заставляю тебя.
— Ну... Мне нужно некоторое время, чтобы подумать.
Ариец схватывает с полуслова, выходит за дверь. В этом случае «некоторое время, чтобы подумать» означает, что она хочет прогнать его, пока будет формулировать ответ, так как при нём чувствует себя некомфортно. Что же, он никуда не торопится, так что проблемы в этом не было. Думала девушка около пятнадцати минут, похоже, что вопрос оказался действительно сложным для неё. Наконец, дверь снова приоткрылась.
— Я согласна. Сегодня. Хоть даже прямо сейчас.
— Замечательно. Тогда собирайся. И да, постой. — она, уже почти закрыв дверь, остановилась. — Слушай, можешь одеться в женскую одежду сейчас? Я думаю, так будет лучше. Да, я знаю, что ты хочешь сказать мне об этом, но если закроешь лицо, то тебя никто и не сможет случайно узнать. Думаю, что хотя бы сейчас ты можешь не притворяться.
— Ладно?..
Она не ожидала такой просьбы, поэтому растерялась. «Есть ли у меня подходящая одежда, которая будет мне как раз? Практически всё я покупала с таким расчётом, чтобы размер был чуть больше, чем мне нужно.» — девушка задумчиво уставилась на шкаф. — «Может, разве что, это?..». Она протянула руку, из самого дальнего угла вынула лёгкое, светлое платье, чуть ниже колен, с коротким рукавом. В последний раз она носила его очень и очень давно, задумчиво помяла в пальцах. Погода, в принципе, была тёплой, так что можно было не опасаться замёрзнуть.
— Пойдём? — Рейх протянул ей плащ с капюшоном, подождав, пока она его накинет, осторожно взял её под руку. — Знаешь, я рад, что у тебя есть немного свободного времени для меня.
— У меня не было причин вам отказывать.
— Я тут подумал, обращайся ко мне на «ты», мне кажется, так будет лучше.
— Мне будет немного неловко так обращаться к тебе... Привычки.
— Ничего, это не страшно. Атмосфера сразу стала более доверительной, не находишь? Помимо прочего, я хотел бы снова поднять не самую приятную для тебя тему. — рука, которую он придерживал, чуть дрогнула. — Я хотел извиниться за то, что поступил так грубо с тобой тогда.
Она отвернулась, помотала головой, мол ничего. «Да, вот так, мне нужно добиться твоего расположения. Хотя мои извинения вполне искренние, вряд ли я стал бы так унижаться перед кем-либо другим, даже если был бы не прав.» — нацист тихо хмыкнул. — «То, что происходит со мной, это ненормально, но мне уже плевать. Если это необходимо, то я могу закрыть глаза на некоторые вещи. Эта девушка особенная. И если я хочу от неё чего-то, то мне придётся признать все свои промахи и действовать думая не только о себе.».