Так ты любил меня?
Чуя стоял у старого дома Ацуши, где Накаджима жил, когда работал в мафии. Накахару же охватила некая ностальгия, а воспоминания нахлынули на него с головой. Но всё же, почему-то рыжему было как-то даже страшно открыть дверь. Он даже толком сам до конца не знал, зачем пришёл...
«Да почему мне страшно? Ну-ка, возьми себя в руки! Тут нет чего-то странного... Тогда зачем я вообще сюда пришёл? Мимо проходил? Да нет, не мимо... Так, всё, соберись!», — успокаивал сам себя Чуя, после чего мысленно сосчитал до трёх и наконец открыл дверь.
Открыв дверь, Накахара увидел тот же старый дом, наверное. Вот только... Теперь тут темно и возможно поэтому немного жутковато. Прохладно, но эта прохлада скорее приятная, нежели противная.
«Пыльно», — сделал вывод Чуя, проведя пальцем по книжному шкафу.
На самом деле, рыжий сюда и раньше бы пришёл, вот только раньше было как-то не по себе, всё-таки он считал, что Ацуши мёртв. А даже когда узнал, то почему-то сразу не решался это сделать, что-то давило и не давало так поступить.
Вдруг Чуя повернулся и посмотрел на входные дверь, через несколько секунд его взгляд упал на её петли. Накахара невольно вспомнил про то, как из-за него дверь слетела с петель дважды, а Ацуши каждый раз ворчал и жаловался на то, что ему нужно менять петли на двери. Получилось даже так, что сейчас Чуя невольно улыбнулся.
— Хех, до сих пор помню это его «Чуя, ты, блин, понимаешь, что ко мне можно входить, при этом не калеча мою дверь?», — тут Накахара попытался спародировать голос Тигра, что у него даже немного получилось, — Неплохое было время...
Но вдруг рыжий решил войти в комнату Накаджимы, надо же всё как раньше, ничего не изменилось. Ну это если не считать парочки растений, которые успели за это время завять.
— Всё как и раньше... Точно, мне будет легче помочь Ацу восстановить память, если будет, что ему показать. У него же точно есть фотографии как и во времена работы в агентстве, так и в мафии. — сказал Накахара, после чего стал исследовать комнату.
На полках стояли парочку фотографий во время работы в Портовой Мафии, в основном на всех Ацуши всегда был с Чуей. На одной рамке даже была интересная для Накахары надпись:«Любимый наставник».
— Надо же, а я всегда считал, что недостаточно хорош для такого звания. Я думал, что наставником для Ацу всегда был Дазай, а не я. Что ж, это было безумно глупо так думать. — размышлял Накахара.
Вдруг Чуя наклонился и смог залезть под кровать, где после того, как успел конкретно надышаться пылью, вытащил коробку, на которой маркером было написано:«ВДА. Никому не открывать! Да-да, тебя это тоже касается, Чуя!».
— Думаю, один разок можно сделать исключение. — сказал Накахара, открывая коробку.
В коробке оказались самые обычные фотографии, ничего необычного там не было. Однако на всех них Ацуши таким счастливым. На некоторых даже позволил себе подурачиться, что даже немного повеселило Чую.
— Он такой милый тут, — заметил Накахара, — Думаю это поможет ему вспомнить ему, кто он такой, плюс ещё фотографии из Портовой Мафии. В общем, всё будет идеально для восстановления памяти, — вдруг, Чуя заметил какую-то записную книжку под подушкой, — Хм, похоже на личный дневник. Это конечно неправильно и возможно не моё дело, но всё же лучше посмотреть, что Ацу там писал.
Накахара открывает дневник, первые записи про агентство. Впрочем, ничего интересного или нового. Рыжий их пролистал, переходя к записям времён работы Портовой Мафии.
«Мой наставник — Накахара. Нет, ну почему он? Он вообще мне не нравится, вечно орёт или язвит. Да что я ему такого сделал? Хотя при всём этом, он безусловно профессионал своего дела. Ага, профессионал, который вырубил меня на нашей же первой тренировке. И всё, что он сказал потом:«Ну а чего ты ожидал? Тебя, что, будут предупреждать, когда нанесут удар? Нет! Не будут! Да и вообще, я тебя не то что в полную силу не ударил, я тебя даже в полсилы не ударил. Так что, поднимай свою тигриную задницу и продолжим». А ещё Чуя меня называет Тигром. Нет, ну он, что, с Акутагавой сговорился? А ещё он бесится, когда я называю его Накахара-сан. Нет, ну а что? Нечего меня Тигром называть.»
— Погодь, ну я же был прав тогда. Хотя, да, мне не нравилось это долбанутое «Накахара-сан». У нас же разница в четыре года, к чему такая официальность? Что ж, это видимо, самые первые записи жизни в Портовой Мафии. — размышлял Чуя.
«Чуя ворвался ко мне домой, просто потому, что видите ли, ему интересно, почему же я из агентства ушёл. Боже, как же он раздражает порой. В итоге мы пособачились друг с другом. Ну а потом я превратился в тигра, благо Чуя всё же помог мне. Он даже сказал, что способность можно научиться контролировать, а также потащил к себе домой. Да уж, такого я точно от него не ожидал. А ещё, он меня гладил... Чёрт! Это так смущает, но в то же время приятно.»
— Хех, помню-помню. Тогда тигр был даже похож на домашнего кота. — улыбнулся Накахара, вспомнив ту мягкую и приятную на ощупь белую шерсть тигра.
«Чуя подлатал меня на одной из миссий,мне даже показалось, что он беспокоится за меня. Даже разрешил переночевать в его кабинете. А на следующий день я всё же рассказал Чуе почему ушёл из агентства. Я думал о чём угодно, но только не о том, что он меня поймёт. Похоже, что его тоже как-то предали. Мне даже кажется, что мы с ним чем-то похожи. Да и Чуя не кажется таким уж противным и невыносимым. Надеюсь, он не бросит меня.»
— Конечно же я за тебя беспокоюсь! А ещё, так значит я не один так тогда подумал. Ацу боялся, что я его брошу... Но нет, я не брошу тебя никогда. Даже сейчас не брошу.
«Раньше я не до конца доверял Чуе, но он дал мне ценный урок. Я тебе верю, Чуя. И буду верить до самого конца.»
— Были времена... А потом мы с тобой пошли ко мне домой, выпили вино. Хорошее было время. Эх, вернуть бы его. Хотя... Всё возможно. — размышлял Накахара.
«Я поругался с Чуей... Но он ведь тоже не прав, сам перегнул палку... Не неси чушь! Всё равно ты первым должен извиниться! Это же я первый начал, мне и первым извиняться.»
«Мы помирились! Хоть я конечно опять разрыдался как девчонка. Хватит быть уже плаксой, Ацуши! Соберись! Вот Чуя никогда не плачет! Правда мне кажется, что Дазай специально поменял нас телами, чтобы мы помирились. А ещё... Мне кажется, что Чуя для меня не просто друг... Когда Чуя обнял меня, это было неожиданно, не хочу чтобы он меня отпускал.»
— Стоп! Что значит «не просто друг»?! — это было первое чему рыжий удивился. Однако дальше всё было интереснее.
«Что ж, я вынужден самому себе признаться. Я люблю Чую! Сильно люблю! Но мы же знакомы несколько месяцев, я не могу ему признаться. Вдруг он просто отвергнет меня и никогда больше не захочет видеть? Да, я не могу ему признаться сейчас.»
— Ацу был влюблён в меня? Чёрт! Почему я раньше этого не замечал? Знаков же было просто миллион. Я бы ни за что не отверг тебя и не бросил! — тут у Чуи начал срываться голос, а из глаз потекли слёзы.
«Чуя сказал, что я для него только друг. Он меня не любит. Мне нет смысла признаться в любви. Чуя просто не поймёт и отвергнет меня навсегда. И я буду опять одиноким. Нет, я уж лучше вечно играть в молчанку.»
— Я люблю тебя, Ацу! Ты для меня больше, чем просто друг и напарник! Это я виноват! Если бы я тогда сказал, что люблю его, возможно ничего бы этого не было. Я идиот! — рыдал Чуя.
«Объединение с агентством, чтобы победить Достоевского... Он будет искать меня и возможно, захочет забрать к себе... Достоевский же может и ради этого Чуе навредить... Нет! Этого не произойдёт! Я должен как-то защитить Чую, потому что... Я люблю его!»
— Хотел защитить меня? Даже в такой ситуации думал обо мне... Стоп! Так тот один человек, которому эта крыса пообещала, что не убьёт меня — это ты, Ацу? Чёрт! Я такой идиот! Прости меня, Ацуши. — сердцу хотелось кричать, разорваться и сгореть. Но чуя держался, он должен всё исправить, всё изменить.
***
Чуя забрал все нужные ему вещи и вышел из дома. И вот, он пошёл куда-то, но всё же бросил взгляд на тот самый дом.
— Я тоже люблю тебя, Ацу. Сильно люблю. Я помогу тебе вернуться домой. Обещаю. — лишь прошептал Накахара с некой улыбкой. Он обязательно это сделает.