62глава арка4:пропажа
Лунный свет лился на крышу старого гаража, окрашивая всё в серебристые тона. Эдисон сидел, свесив ноги с края, чувствуя, как холодный металл просачивается сквозь джинсы. Рядом Никита зажигал новую сигарету, освещая на мгновение своё лицо.
— Ты что, теперь тоже не спишь? усмехнулся Никита, бросая окурок в темноту.
Эдисон следил за тем, как искра падает вниз, исчезая где-то в черноте.
— Иногда лучше не спать, чем видеть то, что снится.
Никита повернулся к нему, прищурившись.
— Ты изменился.
— Прошло десять лет, Никитка. Конечно, я изменился.
— Но ты помнишь всё, да?
Эдисон кивнул, глядя вдаль.
Он помнил всё.
Как Никита воровал у него последнюю сигарету, притворяясь, что забыл свои.
Как они прятались от дождя под одним плащом, и Никита смеялся, когда капля скатилась по носу Эдисона.
Как в тот последний вечер перед тюрьмой Никита обнял его так крепко, что больно стало рёбрам, и прошептал: "Вернёшься встретимся".
Но теперь...
Теперь эти воспоминания обжигали по-другому.
— Эд?
— Да?
— О чём думаешь?
Эдисон сжал кулаки.
*"О том, что я любил тебя все эти годы. Что даже в тюрьме твоё лицо было последним, о чём я думал перед сном."*
— Ни о чём соврал он.
**В квартире**
Илюха носился как ураган, роняя вещи и ругаясь.
— Блядь! Блядь! Блядь!
Он снова набрал номер.
Гудки.
Тишина.
— Эд, ты где, сволочь?! прошипел он в трубку, но в ответ только короткие гудки.
Дверь скрипнула.
— Чего ты орёшь?
Илюха резко обернулся.
Эдисон стоял на пороге, спокойный, будто ничего не произошло.
— Ты совсем охренел?! Илюха подскочил к нему, хватая за плечи. Я думал, тебя уже где-то закопали!
Эдисон устало выдохнул.
— Я просто гулял.
— Где?!
Молчание.
— Неважно. Я вернулся, живой, здоровый. Всё нормально.
Илюха прищурился, изучая его лицо.
— Ты что-то скрываешь.
— Да нет же…
— Эд.
Эдисон отвёл взгляд.
— Я просто… был с одним человеком.
Илюха замер, потом медленно ухмыльнулся.
— С Никитой?
Эдисон резко поднял голову.
— Как ты…?
— Блядь, ну ты даёшь Илюха закатил глаза. Только вышел из жопы жизни и сразу влюбился.
Эдисон напрягся.
— Я не…
— Не ври. Я ж тебя знаю.
Тишина.
Эдисон сжал зубы.
Да, он влюбился.
Да, он боялся.
Но больше всего он боялся, что Никита никогда не посмотрит на него так же.
— И что теперь? спросил Илюха, скрестив руки.
Эдисон посмотрел в окно, где уже занимался рассвет.
— Не знаю.
Но впервые за долгое время он хотел узнать.