Том 2. Глава 15.
Однажды ночью Шу Няну снова приснилось его детство.
Разваливающийся старый приют. Потрепанная книжка с картинками — единственная, что у него была, которую он берег как зеницу ока. Грубые незатейливые рисунки: принц на могучем коне, с мечом в руке. И перед ним — юноша, настолько прекрасный и благородный, насколько все вокруг было убогим и жалким.
«Я буду хорошо к тебе относиться...»
Но слова эти были обращены не к нему. Он не был принцессой.
Он был всего лишь маленьким слугой.
Когда конь принца промчался мимо, поднятая пыль заставила его закашляться.
Кашель становился все сильнее, пока наконец не разбудил его. Но проснувшись, он понял, что кашляет по-настоящему. Приступ не прекращался, боль пронзала всю грудь, из-за чего плечи судорожно содрогались.
Когда наконец стало легче, уже начинало светать. Комната была куда мрачнее, чем в его сне. Он редко предавался унынию, но сейчас, прижавшись лицом к простыне и тяжело дыша, он вдруг ощутил непонятную грусть, словно сон напомнил ему о чем-то важном.
Наверное, он действительно постарел, раз стал таким уязвимым.
Раньше, в более молодые годы, хоть надежды и не было, но и боль не ощущалась так остро.
Старость, видимо, приносит с собой усталость.
Глубоко вздохнув, он поднялся с кровати. Возможно, он простудился, слишком долго стоял на холоде в тот день. Похоже, у него температура, но он не хотел раздувать из этого проблему, надеясь, что все пройдет само. Однако жар не спадал, и это начало его раздражать. Нужно будет купить какие-нибудь лекарства.
Он не отличался крепким здоровьем, но и болезненным не был — просто худощавым, в пределах нормы.
Прежде чем пойти в ванную, он надел побольше одежды, умылся теплой водой, а затем посмотрел в зеркало. Перед ним был скромный, худощавый мужчина — совсем не старый. Лоб, волосы, щеки, шея — все выглядело молодо, совсем как в двадцать три года.
Только глаза у него выглядели старыми, немного запавшими и темными, словно синяки.
Он долго смотрел на свое отражение, думая, что его главная ошибка — это непонимание самого себя. Поэтому он всматривался пристальнее.
Но кроме привычной посредственности, незаметности и покорности, он не увидел ничего. И уж тем более не смог разглядеть, что принесет ему этот день.
Как и ожидалось, он встретил Се Яна за завтраком. В последние несколько дней они не проводили ночи вместе, потому что Шу Нян стал слишком пугаться. Малейшее движение окружающих заставляло его беспомощно держать глаза открытыми до рассвета. Раньше Се Ян обнимал его, и они оба мирно спали, но теперь это имело совершенно противоположный эффект.
Раздельные спальни действительно были лучшим решением.
«Хорошо спал прошлой ночью?» — Спросил Се Ян.
Шу Нян поспешно проглотил еду и поднял голову:
«Хорошо.»
Ответив, он снова принялся за завтрак, не поддерживая разговор.
В последнее время он почти перестал говорить, опасаясь, что потеряет контроль и скажет что-то не то, как только откроет рот. Он также редко смотрел на Се Яна, как будто чем меньше он на него смотрел, тем легче ему было забыть это лицо.
Его молодой господин все еще был связан с Ся Цзюнь, и эта бесконечная тянущаяся история окончательно лишила его надежд.
Кольцо он давно не носил, положил его вместе с той самой драгоценной книжкой из приюта, а также другими безделушками, подаренными Се Яном: старыми игрушками, моделями, часами, телефонами. Обещания того человека оказались такими же пустыми, как и его детские фантазии. Таскать с собой пустые мечты было смешно, но выбросить их он не мог.
«Ты заболел?»
«Нет» - Его ответ был почтительным, искренним, но кратким.
«Но ты плохо выглядишь. Если что-то не так, вызови врача. Ты сегодня в любом случае отдохнешь, хорошо?»
«Да, хорошо.»
Се Ян еще долго смотрел на него, прежде чем вернуться к завтраку. Шу Нянь знал, что его молчаливость раздражает господина. Но он не делал это специально.
Причина его замкнутости была ему самому неясна. Возможно, он слишком долго терпел, и все невысказанное попросту закупорило выход.
Хотя он и говорил, что все в порядке, к обеду кашель усилился. Он решил, что во что бы то ни стало купит лекарства. Это должно помочь, и врача вызывать не придется.
Однако главное блюдо — свежие крабы, которые специально заказали, он есть не мог. Морепродукты лишь усугубляли кашель. Никто не знал, что он болен, и он не хотел никого беспокоить.
Се Ян с грустью наблюдал, как сидящий рядом мужчина молча доел легкие блюда и ушел наверх.
Он заказал этих противных существ исключительно для Шу Няна, но не смог даже заставить его сказать лишнее слово или съесть чуть больше.
«Взрослый мужчина, а за обедом едва притрагивается к еде. Сяо Нян в последнее время ведет себя странно.»
«Да ничего, он тихий, не создает проблем.»
«Именно это и беспокоит. Боюсь, как бы он чего не натворил в отчаянии...»
«Что он может сделать с таким характером? Убить кого-то или себя? Хватит уже переживать из-за него.»
«Лучше перестраховаться. Именно такие тихони чаще всего устраивают проблемы. Кто знает, что у него на уме? Он наверняка затаил злобу из-за истории с Сяо Яном. Если довести его до отчаяния...»
«Тогда просто присматривай за ним, да прикажи слугам быть начеку.»
«Папа, мама, о чем вы вообще?» — Раздраженно перебил Се Ян: «У него просто плохой аппетит, хватит уже болтать. Днем не беспокойте его, пусть отдохнет. Если продолжит плохо есть — сменим повара.»
Несмотря на эти слова, когда он постучал в дверь Шу Няна, в его манерах не было и намека на деликатность.
Безучастность и апатия Шу Няна доводили его терпение до предела.
До каких пор этот парень собирался ходить, как в воду опущенный? Се Ян всегда был избалованным молодым господином, не привыкшим к дипломатии, обычно это другие заискивали перед ним, а не наоборот. Та пощечина была ошибкой, но он сотню раз извинялся, всячески утешал, даже предлагал дать сдачи, но Шу Нян лишь слабо улыбался, бормоча "ничего страшного", а потом продолжал ходить с потухшим взглядом, теряя аппетит и рассудок. Неужели он специально так мстит?!
С него хватит.
Когда он громко постучал в дверь, Шу Нян как раз приходил в себя после очередного приступа кашля.
Он поспешно доел обед, потому что изо всех сил сдерживал кашель, не желая портить аппетит другим. Хотя это и несерьезная болезнь, но затянувшаяся температура выматывала. В любом случае, сегодня нужно купить лекарства.
«Молодой господин?»
Распахнув дверь, он растерянно уставился на недовольное лицо Се Яна.
«Сегодня ты не пойдешь с нами.»
«...Хорошо.» — Он не понимал, что происходит, но равнодушно кивнул.
«И хватит уже дуться! Если что-то не так — скажи прямо! Ты что, специально мстишь мне из-за истории с Ся Цзюнь? Сколько раз я должен тебе объяснять?!»
Шу Нян отшатнулся от внезапной вспышки гнева, недоуменно глядя на него.
«Опять это выражение лица! Хватит со мной в прятки играть! Ты уже достаточно меня замучил! Говори прямо!»
«Говорить... о чем?»
Се Ян широко раскрыл глаза, словно его окончательно взбесила эта растерянность. Наконец он тихо выругался и хлопнул дверью.
Шу Нян остался стоять, тщетно пытаясь понять. Горькая улыбка тронула его губы, он даже не мог осознать, из-за чего рассердился Се Ян.
Когда они стали так далеки друг от друга?
После приема купленных в аптеке лекарств позывы к кашлю, похоже, стали менее сильными. Устроившись на диване в гостиной, он по-стариковски укрыл ноги пледом и включил передачу на английском. Он не то, чтобы понимал, но хотел чему-то научиться. Телевизор был скучным, но иного способа убить время он не нашел.
Раздался звонок в дверь, но ленивые слуги, спрятавшиеся в своих комнатах, даже не пошли открывать дверь. Ни характер Шу Няня, ни его статус не могли их напугать, поэтому в его присутствии они часто бездельничали.
Как только он открыл дверь, Шу Нян проявил явную нерешительность, даже раздражение. Гостья, поняв его мысли, громко рассмеялась:
«Что, не рад меня видеть?»
«Молодого господина нет дома.»
«Вот как? Жаль... Можно войти?»
«Да, конечно...» — Он не мог оставить за дверью гостя, да еще и возможную будущую жену Се Яна.
«Устраивайтесь.» — Позволив Ся Цзюнь выбрать место, он вернулся к своему креслу и продолжил смотреть телевизор. Чувствуя, что это невежливо, спросил: «Принести вам что-нибудь выпить?»
«Не стоит, я только из кафе. Боже, ты не представляешь, как тяжело пить кофе с неприятными людьми...»
Шу Нян рассеянно ответил что-то вроде: «О, правда?», исключительно из вежливости.
«Но я правда голодна.» — Ся Цзюнь беззастенчиво улыбнулась ему.
Честно говоря, этот мягкий, молчаливый и честный человек интересовал ее гораздо больше, чем Се Ян. Он ужасно худой, но всегда сохраняет спокойствие и выдержку старца. Как бы его ни запугивали, он никогда не рассердится. В лучшем случае он просто горько улыбнется.
Идеальный объект для садистских наклонностей, особенно для такой испорченной особы, как она...
«Я принесу чай и закуски.» — Шу Нян собрался встать, но она перебила:
«Не хочу сладкого. Есть что-то горячее?»
Шу Нян смущенно нахмурился и вдруг вспомнил, что еще оставались крабы. Это было всего два-три часа назад, так что они все еще должны быть свежими и вкусными. Он просто немного их поджарит, чтобы подать для гостя.
«Как насчет крабов?»
«О? Обожаю! Идеально.» — Ся Цзюнь откинулась на спинку дивана: «Буду признательна.»
Увидев, что слуги и не думают шевелиться, Шу Нян отправился на кухню сам. Разогрев блюдо и добавив специй, он подал его гостье.
Он делал это без каких-либо эмоций, хотя эта беззаботная женщина принесла ему столько боли.
Если он скажет, что в нём не было ни капли обиды, то значит солжет. Но он не мог позволить себе устроить сцену. На его лице просто не было улыбки, только пустота.
«Вау, невероятно вкусно! Мне нравится этот вид ракообразных. Но когда мы их едим, мы либо готовим на пару, либо обжариваем с зеленым луком. Это не очень интересно. Вы когда-нибудь ели краба на гриле? Это особенно вкусно.» — Ся Цзюнь говорила с энтузиазмом, и он не мог просто уйти, вынужденно оставаясь рядом, хотя и не испытывал ни малейшего желания поддерживать беседу.
«Правда отлично приготовлено. Хочешь попробовать?» — Ся Цзюнь, словно хозяйка, вела себя непринуждённо.
Шу Нянь покачал головой:
«Нет, спасибо.»
«Да ладно, тут столько осталось, поешь со мной.»
Её естественная манера вести себя, как полноправная хозяйка, заставила его почувствовать ком в горле.
«Нет, спасибо.»
«Эй, а то я начну подозревать, что ты пытаешься отравить соперницу.» — Она шутила, но при этом не перестала расправляться с крабом.
Шу Нянь лишь горько усмехнулся.
Когда она, болтая, быстро опустошила тарелку, но так и не собралась уходить, он почувствовал себя вымотанным. Он не мог быть настолько великодушным, чтобы запросто общаться с женщиной, которая, возможно, станет невестой Се Яна.
Но вдруг лицо Ся Цзюнь изменилось. Он слегка нахмурилась и неприятно сжала живот, но все равно не забыла поддразнить:
«Эй, ты же не подал мне недельной давности тухлятину? Это нечестно...»
«Нет, их доставили сегодня в обед... Мисс Ся, с вами всё в порядке?» — Шу Нян встревожился, увидев, как она побледнела. Он растерянно заёрзал: «Мисс Ся? Вам плохо? Вызвать врача? Или отвезти в больницу?..»
Когда Ся Цзюнь рухнула на пол без сознания, он почувствовал, как кровь стынет в жилах. Ошеломлённый, он опустился на колени, тряся её, пытаясь поднять:
«Мисс Ся... что с вами?..»
Её неестественно посиневшие губы заставили его подскочить. Он бросился к телефону, но в панике уронил аппарат, разбив его вдребезги. Сбежавшиеся слуги лишь кричали в растерянности, не помогая, а только усиливая его панику. Он не мог вспомнить, где ещё есть телефон, держа Ся Цзюнь на руках, пока наконец не сообразил, что мобильный у него в кармане.
Только он дрожащими руками достал его, как услышал шум у входа.
Се Ян и остальные вернулись.
Не успел он заговорить, как слуги уже перекрикивали друг друга:
«Господин! Молодой господин! Беда, случилось ужасное!..»
У него не было возможности вмешаться в последовавший хаос. Была быстро вызвана машина скорой помощи, которая забрала Ся Цзюнь в больницу, и обеспокоенные Се, уехавшие вместе с ней, - всё произошло слишком быстро.
В доме снова воцарилась тишина, словно кошмарного происшествия и не было.
Он был единственным, кто остался, все еще дыша немного учащенно, его сердце билось в груди с ненормальной скоростью, а пальцы еще не оправились от легкой дрожи, вызванной нервным напряжением. Неужели он действительно дал ей что-то не то?
Он перебирал в голове все детали — крабы были свежими, связанными и приготовленными опытным поваром. Он сам лишь разогрел блюдо, ничего не добавляя. Всё должно было быть в порядке.
Вечером, когда они вернулись и сообщили, что Ся Цзюнь вне опасности, он наконец расслабился и, необычно многословный, пробормотал:
«Слава богу... Если бы что-то случилось, это было бы ужасно...»
Но ответили ему сухо. Он собирался после ужина принять лекарства, поэтому не стал задерживаться и в одиночку поднялся наверх.
Как только он ушёл, напряжённая атмосфера за столом слегка смягчилась, но разговоров всё равно не было.
«Кто бы это мог сделать?»
«Ся не оставят это просто так, они уже расследуют.»
«Травить — не самый умный способ убийства. Слишком легко раскрыть.»
Снова наступила тишина.
Се Ян просто порезал ребра на тарелке и не сказал ни слова.
«Вы все были дома, и вот результат!» — Разозлился Се Фен на слуг: «Вам что, платят за безделье?!»
«Это не наша вина! Мисс Ся сказала, что голодна, а господин Шу сам вызвался готовить... Мы не могли вмешаться...»
«Шу Нян готовил для неё?» — Брови Се Фена сдвинулись.
«Да...»
После того, как один из слуг преувеличил эту историю, другой добавил льстивым тоном: «Я видел, как господин Шу выходил за лекарствами...»
Госпожа Се резко оборвала его:
«Что за чушь! Разве такие вещи просто так продают в аптеках? Дома можете болтать что угодно, но, если осмелитесь разнести это за пределы дома — пеняйте на себя! Всем по местам, чего вы тут столпились?!»
В тот момент никто не осмелился заговорить, и все молча разошлись. Все трое по-прежнему молча сидели за обеденным столом, но никто из них не притронулся к остывшему ужину.
Через некоторое время госпожа Се вздохнула:
«Я боялась, что он не выдержит... Надо было не давить на него...»
«Ладно, даже если что-то случится, мы справимся. Это не конец света. Забудем и не будем больше вспоминать.»
Се Ян лишь молча наблюдал за огорчёнными и брезгливыми лицами родителей.
Приняв лекарства и выпив горячей воды, Шу Нян почувствовал себя лучше. Он расслабился и взял книгу, но тут вошёл Се Ян.
«Молодой господин.»
«Сяо Нян, я хочу спросить тебя кое-что. Будь честен со мной.» — Се Ян сел рядом, и его серьёзное, насторожённое выражение заставило Шу Няна напрячься.
«Что ты дал Ся Цзюнь?»
«Крабов.» — Шу Нян ответил, не понимая смысла вопроса.
Се Ян посмотрел на него и терпеливо сказал:
«Её отравили. Ты должен это знать, верно?»
«......» - Шу Нян замер, наконец осознав смысл вопроса. Он не мог выдавить ни слова, словно что-то застряло у него в горле.
«О... отравление?..»
Се Ян молча ждал продолжения.
«Может быть...» — Шу Нян вдруг вспомнил и поспешно объяснил: «Если есть крабов и хурму вместе, это вызывает расстройство. Может, она ела хурму до этого? Или, если съесть много фруктов, богатых витаминами, а потом крабов — это тоже может вызвать лёгкое отравление... Вы можете спросить её...»
Нахмуренное лицо Се Яна, словно считавшего это бредом, смутило его ещё больше.
«Это подтверждённый факт, в книгах пишут... Я найду и покажу вам...»
«Хватит, Сяо Нян.»
«......»
«Не нужно выдумывать. Просто скажи мне правду.»
«Я говорю прав...»
«Сяо Нян,» — Терпение Се Яна было на пределе: «Тебе не нужно лгать мне. Что бы ты ни сделал, я не буду злиться, я пойму и защищу тебя. Я просто хочу знать правду. Скажи мне, что на самом деле произошло?»
Шу Нян молча посмотрел на него, его глаза были немного тусклыми. На мгновение Се Яну показалось, что он увидел слезы на глазах.
Но приглядевшись, он увидел лишь сухость и пустоту. Даже та малость жизни, что была в них прежде, исчезла.
Он ждал, но Шу Нян не произнёс ни слова. Они сидели, как каменные изваяния, пока Шу Нян не начал медленно, почти незаметно отдаляться, пока совсем не исчез из его поля зрения.
Не получив ответа, Се Ян погрузился в мрачное настроение. Чувство, что его обманывают и отталкивают, заполнило всё его существо, не оставив места другим мыслям.
Ночь прошла беспокойно, в хаотичных снах. Ему даже привиделся Шу Нян, который молча смотрел на него, с медленно катящимися слезами. Проснувшись, он чувствовал себя отвратительно, и в груди давило.
За завтраком все молчали, после вчерашнего никто не был расположен к беседе.
Они почти закончили есть, но Шу Няня все еще не было видно. На лице Се Фена отразилось нетерпение:
«Где он? Что ещё за церемонии? Один сплошной геморрой.»
«Я позову его.» — Се Ян, хоть и был не в духе, беспокоился, что пропущенный завтрак лишь ухудшит состояние Шу Няна.
«Сяо Нян, ты встал?»
Человек внутри проигнорировал его, как будто он был зол.
Се Ян стерпел и продолжил стучать в дверь, говоря уже более мягким тоном:
«Сяо Нян, завтрак готов. Разве ты не голоден?»
Никакой реакции.
«Сяо Нян, хватит дуться. Иди поешь, забудь о вчерашнем.»
«Если не хочет — пусть не ест.» — Донёсся снизу голос родителей, словно успокаивая его.
Он вернулся в гостиную и одарил всех холодным взглядом, решив не обращать внимания на капризного мужчину, но внутри всё кипело.
К обеду его ярость достигла предела. Он ворвался наверх и начал колотить в дверь, крича, чтобы Шу Нян немедленно вышел.
Он продолжал стучать еще несколько минут. Когда он уже почти потерял контроль, он вдруг понял, что дверь не заперта изнутри.
Гнев мгновенно улетучился. Рука дрогнула, и он в панике распахнул дверь.
[Примечание. У этой новеллы две концовки - трагическая и счастливая. Сначала будет трагическая, так что запасаемся платочками и валерьянкой. А можно чего и покрепче.]