Глава 25
— Послушание, внимательность и гигиена. Это всё, что от тебя требуется. Я не потерплю рассеянности и уж тем более действий за моей спиной, ясно? — грозный мужчина предельно ясно объяснил правила своей новоиспеченной помощнице.
— Поняла, — сухо ответила Гермиона.
— Это твоя форма, фартук стирать ежедневно, платье и шапочку раз в неделю, перчатки буду выдавать один раз в два часа.
Грейнджер скучающе вздохнула и глянула на свою новую униформу. Ей были безразличны лекарь, её новые обязанности, всё.
В голове крутились одни лишь вопросы:
«Что происходит сейчас с Гарри, Роном и Джинни? Какие действия предпринимает сторона защиты? Удастся ли им одолеть Тёмного Лорда? Если да, то каким образом?»
К сожалению, ответов на эти вопросы у Гермионы не было. Единственное, что у неё сейчас оставалось — это вера в своих друзей и надежда на спасение.
— Ты вообще слушаешь меня? — лекарь не скрывал своего раздражения.
— Простите, я не слушала Вас, — сейчас же гриффиндорке стало неловко.
Устав от беспечности помощницы, лекарь схватил её за воротник и с усилием потянул на себя, заставляя взглянуть ему прямо в глаза.
— Слушай ты, — он ткнул пальцем в лоб. — Я понятия не имею, кто ты такая и почему тебе доверили это место, но, если с моими пациентами случится хоть что-то плохое, я повешу всех собак на тебя.
Наконец, мужчина отпустил Гермиону.
— Ты думаешь, что мы все ублюдки и по своему желанию прислуживаем и умираем на поле битвы? Боюсь тебя разочаровать. Мы все такие же люди, как и ты. Нам никто не давал права выбора, никто.
Услышав пронзительную речь лекаря, Гермиона испытала смешанные чувства. Ярость и безразличие сменились сожалением и пониманием.
Площадь Гриммо, штаб-квартира Ордена Феникса
Поздней ночью, он, оперевшись ладонями о столешницу, старался прийти в себя. Кошмары мучали его уже не первый день.
Минута, две, и вот его, наконец, отпустило. Парень рукавом стёр выступившую на лбу испарину.
Рональд не знал, как можно спокойно жить после смерти человека на своих руках, после потери лучшей подруги.
— Где же ты, Гермиона? — задумчиво произнёс Рональд, потирая переносицу.
На часах показывало четыре часа утра, весь дом был погружен в сон, лишь древесные брусья едва слышно трещали в камине.
— Не спится? — хрипло спросил Гарри.
От неожиданности, Уизли вздрогнул, а затем устало перевел глаза на друга.
— Так больше не может продолжаться, мы не можем сидеть в укрытии, пока другие умирают, пока с Гермионой происходит неизвестно что.
— Вот поэтому я хотел бы с тобой поговорить, — Гарри приблизился к Рональду.
— Как я понимаю, об этом должен знать только я?
— Рон, я подслушал разговор Минервы с Министром Магии. Волан-Де-Морт не бессмертен, у него есть слабое место.
— И какое же? — всерьёз заинтересовался Уизли.
— Его душа, расщепленная на несколько частей, если быть точнее, на крестражи. Нам нужно найти каждую часть его души и уничтожить.
— Крестражи? Впервые слышу об этом...
Поттер подошёл к окну, и со вздохом протянул:
— Гермиона, как же ты нам сейчас нужна.
— Думаешь она жива?
Гарри резко повернулся к другу и чересчур эмоционально ответил:
— Конечно она жива! Что ты вообще придумываешь?! Наверняка её не будут трогать, она сильная и со всем справится.
— Гарри, в день нападения в школе, Лаванда она... Она умерла на моих руках, из неё просто вытекла вся жизнь.
Поттер прикрыл рот рукой, а затем молча подошел к другу и крепко обнял его.
Рон, словно мальчишка, уткнулся в плечо друга и горько зарыдал.
— Сколько же времени ты хранил это в себе.
— Это было последними слезами, которые я позволю себе пролить. Только не из-за Пожирателей. Я не позволю им больше этого.
Малфой-Мэнор
С момента моего назначения на должность помощника лекаря, прошло уже две недели. Труд адский, условия не лучше. Я уже сбилась со счёту, скольких бойцов мы обозначили отметкой «мёртв».
Поначалу каждая смерть пожирателей придавала мне сил, радости, чувства отмщения. Ведь с каждой потерей в рядах Волан-Де-Морта, возрастал шанс победы нашей стороны.
— Да где носит эту девчонку?! — возмущался лекарь, топая по коридору.
Гермионе выделили небольшую каморку, в которой стояла кровать с металлическими прутьями и тонким матрасом, маленькое круглое окно и стул. Правда ножка была надломлена, и вряд ли кто-то осмелится присесть на эту несчастную табуретку.
Удивительно, откуда только они откопали такое старьё? Казалось бы, Малфой Мэнор — месторождение богатства, роскоши и чистоты.
— Грейнджер, живо ко мне! — мужчина уже не сдерживал своей ярости.
Девушка со вздохом отошла от окна, и направилась к двери. Отворив её, перед ней открылась не особо приятная картина: лекарь был весь в крови, его фартук полностью окрасился в бордовый цвет.
— Мистер Мидсон, что произошло? — едва слышно спросила Гермиона.
— Грёбаный Орден, они уничтожили весь отряд, затронули даже командира, там полнейшая мясорубка.
Войдя в больничную палатку, девушка сморщилась — в нос резко впился запах спирта, со всех сторон доносились мучительные стоны и крики мужчин.
— Лекарь, я умоляю Вас, отрежьте мне эту ногу, я больше не могу терпеть, — мычал беспомощный парень.
— Грейнджер, срочно раздать всем болеутоляющее зелье, дальше подходи к самым тяжелым случаям. Обязательно давать крововосполняющее зелье, — мистер Мидсон оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что ещё нужно подготовить перед работой.
— Могу ли я начать работу? Нужно торопиться, — спросила Гермиона и уже начала удаляться.
— И ещё, Грейнджер — мужчина заставил девушку остановиться, — сейчас ты не находишься на чьей-либо стороне, сейчас ты являешься лекарем, не спасай пожирателей, спасай жизни людей.
— Я поняла Вас.
Тремя часами позднее:
Когда-то тихий зал с белоснежными простынями, ароматом чистоты и спирта превратился в один из самых глубоких подвалов преисподней.
Кровь была повсюду: стены, шторы, фартуки лекарей, руки, пол. Казалось, что в комнате и не найдется чистого участка.
Всё оказалось намного хуже, чем предполагалось. Четыре срочных операции, несколько ампутаций и бесконечное наложение швов.
Сейчас в медицинском крыле наконец-то стало тихо:
— Мне не удалось спасти всех, — хриплым голосом выдавила Гермиона.
— Мне тоже, — прошептал лекарь, — знаешь, раньше я жить не мог после потери пациента, мне было невыносимо, душу разрывала боль и обида, будто это моя вина, мой грех.
Мужчина устало потёр переносицу, а затем поднялся со стула:
— Не бери в голову, тебе это незачем. Я, пожалуй, прилягу, а ты оставайся здесь на ночь. Нужно проконтролировать состояние пациентов.
— Хорошо, мистер Мидсон, — кивнула Гермиона.
— И ещё, я пошлю к тебе домовика — поешь хоть что-нибудь, а то вся прозрачная, не хватало мне ещё тебя выхаживать.
Пытаясь бороться со сном изо всех сил, Гермиона переписывала списки больных, перебирала остатки зелий, затем сортировала лечебные травы по наименованиям и их лечебным свойствам. Но копание в травах было фатальной ошибкой: экстракты валерьяны, лаванды и мелиссы полностью обезоружили девушку и усыпили.
Штаб Пожирателей
— Лови Аваду, грёбаный ты кусок дерьма! — выкрикнул парень, попутно выплёвывая кровавые сгустки изо рта.
— Эй, Теодор, это же был наш солдат!
— Этот козёл хотел кинуть в меня ступефай! — скалился Нотт.
— Какой же ты придурок. Если Малфой увидит, что ты рубишь свой же отряд, то он тебе голову оторвёт!
— Да пошёл твой Малфой знаешь куда?! Да если бы не его папаша богач, то он бы только так пятки лизал своему любимому Лорду.
Забини исподлобья глядел на своего ныне «близкого» друга:
— Тео, мне кажется или ты совсем с катушек слетел? Какого чёрта с тобой происходит? Драко с нами.
— А вот и главный защитничек объявился... Что, надеешься поделить с Малфоем славу и богатства? Какой же ты болван. Да он же тебя использует, просто возьмёт всё, что ему нужно и выкинет тебя как шавку.
Блейз стиснув зубы, сжал кулаки. Он прекрасно знал, что Нотт умеет выводить людей из себя, вот только на себе он это ощутил впервые.
— Кстати о шавках, Блейз, — нагло улыбнулся парень. — Как поживает твоя блохастая?
— О чём ты вообще? Совсем уже мозги отсохли? — обстановка накалялась, Забини прекрасно понимал о чём, а точнее о ком говорит Теодор. Ему хотелось, чтобы он осмелился повторить это ещё раз.
— Твоя блохастая рыжая шавка из помёта Уизли, — Нотт с прищуром глядел на Блейза, будто пытался предсказать его реакцию.
— Как думаешь, Монтегю, — обратился к нему Тео, — эту сучку уже поймали Пожиратели? Если так, то наверняка уже поделили добычу всем отрядом, ха-ха-ха.
Не успел Тео закончить свою громогласную речь, как тут же почувствовал удар в грудину, из его горла выбился глухой хрип.
Парень упал на колени, пытался прокашляться, но удары с пущей силы пробивали кожу и мякоть его тела.
— Я даже не хочу знать, что здесь происходит, но чтобы через пять минут вы все стояли у штаба, — тон Малфоя был спокойным, излишне спокойным.
— Эй, Драко, мы тут просто дурачились, не подумай там ничего, — пытался в ответ крикнуть Блейз, но это было бесполезно, Малфой сразу же аппарировал.
Главный шатёр Пожирателей
В тесной, на первый взгляд, каморке с легкостью мог уместиться отряд, численностью более ста человек. Внутри шатёр особо не отличался от остальных, из имеющейся мебели: длинный стол из темного дуба, стулья со спинками и грифельная стена.
Очевидно, что на этой стене были изображены все схемы наступлений, места укрытий и имена тех, кто должен быть навсегда вычеркнут из мира живых.
— Плохо, очень плохо, — постукивая карандашом по столу, шептал Драко.
— Мы всё ещё не знаем местонахождение Ордена, всё ещё не нашли Поттера и уже потеряли треть нашего отряда.
— Да зачем нам вообще нужен этот мальчишка? — недоуменно спросил один из пожирателей, — да он же тупой как валенок, да и пользы от него никакой, там наверняка всем рулит эта бабка Макгонагалл.
— Зачем он нужен? А ты спроси у Лорда, это ведь было его указанием найти шрамоголового. Можешь даже поспорить с Волдемортом, если осмелишься, — Драко начал закипать, терпение уже было на исходе.
Каждый день ему приходилось сталкиваться с невероятными болванами, которых понабрал к себе Люциус. Никто не умел держать свой язык за зубами, каждый так и норовил нарушить приказ.
— Наверняка эти крысы скоро выползут из своих укрытий и нанесут ответный удар, это лишь дело времени.
В момент произнесения Пожирателем последнего слова, произошёл мощный взрыв. Все солдаты, находящиеся в шатре, были оглушены, некоторые кричали от боли, не в силах стерпеть огонь, которые до костей сжигал их плоть.
Драко медленно поднялся на колени, порезы на спине нещадно щипали. Из-за клубов дыма и пепла, заполнивших шатёр, невозможно было открыть глаза.
С трудом выбравшись из-под обломков шатра, Малфой лёг на землю. Взгляд его был направлено на затянутое тучами небо. На лоб и щеки накрапывал мелкий дождь, вдали раздавались раскаты грома.
— Прекрасное начало дня, — саркастично прошептал парень.
— Я же говорил, что их проще простого выкурить из этого «штаба», осталось понять куда делся этот белобрысый хорёк. Грюмм докладывал, что он у них сейчас командир.
— Ахаха не смеши мои рейтузы, Малфой и командир? Бред.
— Что скажешь теперь на это? — Драко трясущейся рукой направил палочку на парня:
— Авада Кедавра, говнюк.
Лазарет
— Чёрт бы побрал этот ёбаный Орден, — на выдохе прорычал Драко.
Парень быстрым шагом направлялся в сторону лазарета, необходимо было провести подсчёт пострадавших и погибших.
— Тут любой ногу сломит, почему так темно? — с опаской прошептал Драко, и медленно приоткрыл дверь общего зала лазарета.
Тишина, никаких стонов и криков, лишь едва слышное сопение пациентов и скрип старых кроватей.
— Мистер Мидсон, — негромко позвал его парень.
— Ну конечно третий час ночи, — закатил глаза Драко.
Этот день был невероятно долгим и изнурительным, можно было подобрать ещё тысячу синонимов, которые смогут описать весь ужас, произошедший за прошедшие сутки.
— Проходя вглубь зала, он видел перебинтованные конечности солдат, иногда это были лишь жалкие обрубки. Через приоткрытую дверь одной из комнат, в зал проникала желтая полоска света.
В комнате было пусто, лишь вдали виднелась кудрявая макушка, смиренно лежащая на письменном столе.
Малфой подошёл к спящей девушке, а затем палочкой приподнял прядь её волос. Глаза были закрыты, губы расслаблены, но между бровями всё ещё выступала небольшая складка. Грейнджер всегда была для окружающих открытой книгой: очевидные эмоции, предсказуемые мысли и слова. Но не сейчас. Каждая ныне привычная эмоция сменилась на постоянное напряжение.
— Драко уже не всматривался в девушку, его взгляд проходил сквозь неё, возвращая парня к событиям прошлого.
— Малфой? — прохрипела Гермиона, осторожно поднимая голову.
— Список пострадавших мне, живо — слизеринец сам не ожидал от себя столь резкой реплики.
— Да, конечно, — трясущейся рукой она протянула ему пергамент.
— Как скучно, — иронично прошептал Драко.
Ответа не последовало.
— Хм, любопытно, — продолжил парень.
— Если есть что сказать, давай быстрее — мне пора готовить инструменты к утреннему обходу.
— И когда же ты стала такой грубой? — протянул Малфой.
— Ровно в тот момент, когда вы уничтожили мою жизнь, моих друзей и меня, — без эмоций прошептала Гермиона.
— Ну подожди, здесь какая-то ошибка. Хотя нет, это лишь наше упущение. Дело времени, Грейнджер — уничтожить ещё твоих друзей и тебя. Как только я найду Поттера, я собственноручно вспорю ему живот, и заставлю тебя зашивать его. Снова и снова, — ненависть, накопившаяся за этот день нещадно вылилась на Гермиону.
Драко будто даже и не придавал смысла этим словам, лишь подбирал самые мерзкие и трогающие фразы — что угодно, лишь бы вывести её из себя, получить свою дозу эмоций и уйти.
— Я так и знал, — усмехнулся Малфой. — И всегда твоим ответом было лишь молчание.
Парень выхватил из её руки пергамент и направился к выходу.
— Тебе нужен мой ответ? — спросила Гермиона.
На лице Драко начала появляться довольная улыбка.
— Так получи его! — девушка со всей яростью и силой бросила в парня раскалённый серебряный канделябр.
Мгновение. Спину окутала жгучая боль, казалось, будто тело парализовано и невозможно даже сделать вдох.
Гермиона стояла неподвижно, по жилам с невероятной скоростью пролетал адреналин. Всё внутри ликовало, она наслаждалась этим моментом.
Наслаждалась, пока Малфой не упал на колени, и не начал судорожно сдирать с себя рубашку.
И только сейчас Грейнджер увидела множественные порезы и ожоги, покрывающие спину слизеринца. Ранее затянувшиеся раны вновь начали кровоточить, струйки бордовой жидкости стекали по спине парня.
— Драко, я... — начала оправдываться девушка.
— Что ты? Не знала? — сквозь боль рычал Малфой.
Гермиона осторожно подошла к Драко и начала прикладывать марлевую повязку к его спине.
— Просто свали, чтобы я не видел тебя и убери свои грязные руки от меня!
— Нет, я виновата и должна помочь тебе, — настаивала Грейнджер и вновь протягивала руки к его спине.
— Пошла вон отсюда! — прошипел Малфой и с силой оттолкнул от себя девушку.
Потеряв равновесие, Гермиона пыталась найти опору, но вместо этого лишь уронила на пол все колбы, стоящие на столе.
— Малфой поднялся на ноги, сложил лист пергамента и положил к себе в карман.
Взгляд парня упал на девушку, лежащую в осколках стекла. Кожа была изрезана, на ныне белом мраморному полу, появлялись тёмно-бордовые разводы.
— Это было опрометчиво недооценивать тебя, Грейнджер, — прошептал Драко и перешагнул через девушку.
Гермиона лежала на холодном полу и смотрела на своё отражение в лужи крови. Крови Малфоя.
— Это было опрометчиво жалеть тебя, Малфой, — прошептала девушка и закрыла свои глаза.