𝑺𝒉𝒍𝒆𝒑𝒏𝒊 𝒗𝒆𝒅𝒎𝒚! 𝑰𝒍𝒊 𝒈𝒐𝒍𝒚𝒊𝒚 𝒎𝒂𝒈 - 𝒆𝒕𝒐 𝒌 𝒔𝒗𝒂𝒅𝒃𝒆.

Попросив Дженни подождать, мы с Джином вышли в сад и не спеша двинулись по дорожке вдоль цветов, блаженствующих под теплым солнышком. Мелкий белый гравий поскрипывал под ногами. Я молчала, предоставляя мужчине право начать разговор.
— Детка, прости меня, что так все получилось, – повинился отчим. – И знать не знал, что так все обернется с твоим мужем. Хотел, как водится, поступить правильно, а в итоге получилась белиберда какая-то, иначе и не назовешь.
— Прощаю, – ответила тихо.
— Благодарю тебя, солнышко. Ты всегда великодушной была.
— Скажи, Джин, что будет при разводе? – посмотрела в его лицо и уточнила тихо, – меня больше всего волнует поместье.
— Ты хочешь развестись?
— А по-твоему, можно построить отношения на обмане?
— Не руби с плеча, детка, – он нахмурился. – Знаешь, когда все узнал о плачевном финансовом положении твоего супруга и сообразил, что он не стал сопротивляться женитьбе на тебе из-за приданого и того, что стоимость поместья взлетела в десятки раз, я припер его к стенке.
— Правда? – удивилась этому.
Надо же, как провернули, даже не заметила, когда это они успели по-мужски разобраться.
— Да, – отчим усмехнулся. – Я тогда гневом был объят, едва не накостылял твоему магу по первое число.
Ого, хотела бы на это посмотреть из чистого любопытства! Джин в ярости – это же небывалое зрелище, таким стоит полюбоваться!
— Он не сопротивлялся, посему бить его я не стал. Мы поговорили. Знаешь, мой гнев остыл. Чонгук извинился передо мной и признался, что изначально да, это была интрига ради денег. Но теперь он по-настоящему тебя любит. И я ему поверил.
— Может, зря? – я закусила губу, вспомнив о пропаже кольца. – Он умеет быть очень убедительным, когда ему это выгодно. Уж нам ли с тобой не знать.
— Лиса, я жизнь долгую прожил, меня убедить молодому парню не так просто, поверь. С замужеством все сумбурно закрутилось, признаю, тут не поспоришь. Во многом моя вина, что так все сложилось. Теперь жалею о скоропалительных решениях, но ничего уже не изменить.
— Понимаю.
— В тот момент меня более всего заботила твоя репутация, девочка. Если бы Сехун распустил сплетни о том, что застукал тебя ночью в спальне с другим мужчиной, ты осталась бы в старых девах. Или вынуждена была согласиться на брак с недостойным тебя женихом. А это тяжкая доля – стыдиться супруга.
— Изначально это, кстати, была афера мачехи, – поделилась я, остановившись у беседки с видом на убегающие вдаль зеленые холмы.
— Это все Айрин провернула?.. – ахнул Джин.
— Целиком и полностью, – подтвердила с усмешкой. – Она жаждала жить в столице, вращаться в высшем обществе и прочая чушь. Решила, что Сехун женится на Мине, если расстроится наша с ним помолвка. Ведь она отлично понимала, что ему нужна не я, а твоя протекция для получения места в Совете. Он хотел стать помощником Верховной ведьмы.
— Немыслимо! – простонал отчим.
— Поэтому она написала анонимку Дженни, про ее жениха и эльфийку-любовницу. Подруга приехала ко мне за помощью, я в «парандже» отправилась проследить ночью за ее гулящим феем в таверну «Дно бочонка» и… – осеклась, увидев взгляд отчима, который про мое ночное приключение вообще впервые в жизни слышал. – Прости, вырвалось.
— Хм, да уж, те еще откровения, – с досадой крякнул он. – Девица по ночам по кабакам разгуливает! И это моя дочь! Тебе повезло, что я узнал только сейчас, когда ты уже хоть и кое-как, но все ж таки замужняя дама. А не то под замок бы посадил!
— Отцы всегда не в курсе девичьих дел, – пробормотала я. – Но лучше продолжу, хорошо? В общем, мачеха знала, что в тот день привезут свадебную диадему, и ты не удержишься, конечно же, пойдешь ко мне в комнату, чтобы показать эту красоту.
— А заодно увижу, что дочки нет в постели глубокой ночью и… – он понимающе кивнул.
— Не все так просто. Айрин любит многоходовочки. Гадина сообщила о диадеме также и Сехуна, пригласила его полюбоваться – чтобы и он засвидетельствовал, как говорится, отсутствие всяческого присутствия невесты в спальне в то время, когда ей полагалось видеть нескромные сны с будущим супругом в главной роли.
— Последние подробности явно были лишними, – отчим покраснел.
— Прости. План мачехи, кстати, сорвался. Сехун припозднился, диадему тоже не вовремя привезли, я уже успела вернуться. Но злые силы точно были на стороне Айрин – ко мне в комнату пролез Чонгук.
— Как он умудрился так судьбоносно ошибиться? – пробормотал Джин. – Погоди, или это тоже было кем-то подстроено? Я уже запутался в хитросплетениях этой интриги, право слово!
— Потому что коварные козни – явно не твое.
— Воистину.
— Гук не ошибся. Дело в том, что я украла его кошелек.
— Что?.. – мужчина схватился за сердце.
Да, как-то многовато откровений для него, бедного. Этак я Джису без мужа рискую оставить! А она заслужила счастье, как никто другой.
— Прости. Случайно утащила кошелек мага вместо своего. Он пошел по магическому следу, вот и ввалился в мою спальню. Я из-за нервов перестаралась с заклинанием, и вместо невидимого мужчины под моей кроватью оказался голый.
— Судьбоносная голая попа, – кивнул Джин, улыбнувшись. – С нее все и закрутилось у вас, такое не забудешь.
— Будь она неладна! – раздраженно выпалила я.
— Лиса, не руби сразу, с плеча, – попросил отчим. – Любовь такая редкость! Она так ценна, не отказывайся, потом будешь жалеть. Поверь, многие бы все отдали за нее, но им судьба такого шанса не дала.
Его взгляд, устремленный в никуда, затуманился.
— Я вот только с Джису это обрел – то настоящее счастье, в которое не верил и уж не надеялся. А до этого, ты же знаешь, сколько у меня браков было. Но все как-то складывалось из соображений удобства.
— Как это? Ты же мужчина, можешь сам выбирать.
— Милая, у нас выбор лишь иллюзия, – махнул рукой, усмехнувшись.
— Как это?
— Пойдем на скамеечку присядем, солнышко печет, – мы приземлили попы в тени красавца ясеня, и он продолжил, – ну вот смотри, первый брак у меня был заключен, потому что отец выбрал невесту и поставил перед фактом.
А я ведь даже и не знала. Джин всегда выслушивал меня, давал советы, помогал. Но о себе особо не распространялся. Вот и выясняются теперь такие интересности, о которых и не подозревала.
— Женился, послушный сын потому что был, – продолжил он. – Ну, и чуда не произошло. Друзьями мы стали хорошими с первой женой, но и только. Овдовев, познакомился с твоей матерью. Нас друзья свели. Ей после смерти твоего отца нужно было детишек поднимать. Мужская рука требовалась, плечо надежное. Я, как вдовец, как раз на эту роль подходил.
— Думала, ты влюблен в нее был.
— Был, детка, – кивнул с грустной улыбкой. – Мама твоя редкой красавицей ведь была. Как увидел, утонул в ее глазах. Смущался, как мальчишка, суетился, вино разлил на себя – опозорился на смотринах, хуже не придумаешь. Сидит жених с мокрой ширинкой, срамота одна, даже вспоминать и то стыдно. А она и не заметила будто. Помогла, улыбнулась печально.
Да, мама всем помогала, всегда. Ни разу мимо не прошла, будь то жучок, запутавшийся в тенетах паука, котенок голодный или больной человек.
— Но не нужен я ей оказался, Лиса, – отчим протяжно выдохнул. – Она жить не могла без твоего папы. Он для нее как воздух был. Истинная пара, что поделать. Уйдя в мир иной, он словно половину души ее с собой унес. А может, и всю забрал, она ведь как мертвая стала. У нее глаза всегда плакали, даже когда сухие были, помнишь?
— Да, такое не забыть, – я кивнула и сама едва не расплакалась.
Без отца от мамочки осталась лишь тень. Она страдала до самой последней минуты. И наверное, рада была умереть – ведь там, в загробном мире, каким бы он ни был, ее ждал любимый. По крайней мере, я на это надеюсь.
— Со мной она была всегда вежлива, заботилась, выполняла все, – он покраснел, – что должна была. Но, видишь ли, мужчины не такие бесчувственные чурбаны, как считают многие женщины. Мы тоже ранимые, просто делаем вид, что непробиваемые все такие, сильные, камни разгрызаем на раз.
Склонна согласиться.
— Мы чувствуем, когда в тягость женщине, что не любят нас. И либо стараемся завоевать такую, из кожи вон лезем, чудим, фортели всякие разные выкидываем, луну с неба достаем, либо… – Джин вздохнул. – Либо смиряемся. Я видел, что места в сердце твоей матери для меня не найдется. Оно все кровью истекало, не до любви. Поэтому смирился, был рядом и молча любил. Но не сберег.
Его голос задрожал, и на мои глаза снова навернулись слезы.
— Угасла она, моя свечечка, сгорела на ветру. И все внутри у меня тоже в прах обратилось. Потому и женился на Айрин. Не распознал ее истинную натуру. Думал, сможем жить хорошо, добрая женщина. У меня вы с братом, у нее дочь, дружная семья будет. А вышло сама знаешь, как.
Да уж, сказки точно не получилось, сплошной ужас. Только мачеха оказалась действительно сказочная – та самая, которая готова падчерицу в лес отвезти, к сосне привязать и волкам свистнуть.
— Я ведь видел, что вы с ней не ладите. Но думал, что со временем сладится. Старался ни на чью сторону не вставать, чтобы раздор между вами не усугублять. Но дипломат из меня оказался столь же аховый, как и муж.
— Зато ты стал отличным отчимом, – я ухватила его под локоток и прижалась к нему. – Люблю тебя, Джин, правда. Помню папу, конечно, на его место никто не встанет. Но ты мне стал вторым отцом, этого тоже не отнимешь!
— Спасибо, доченька, – он захлюпал носом и отвел взгляд. – Ты на самом деле моя родная, как свою любил и буду любить, уж можешь быть уверена. И во всем помогу, не сомневайся. Хоть и не хочу, чтобы ты семью рушила, коли есть способ спасти ее, но коли решишь, поддержу, адвокатов лучших найму, ни гроша твой маг не получит, поверь.
— На деньги мне плевать. Главное, дом и земли вокруг него. Это же единственный приют наших магических зверюшек. И кроме этого, у меня ничего от родителей не осталось. Только родовое гнездо.
— Поместье точно сохраним, – Джин сжал мою руку. – Но все же сначала взвесь свое решение, подумай, на холодную голову, хорошо, детка?
— Угу.
— Чонгук не так плох, он добрый парень. Просто его угораздило родиться в змеином гнезде. Не умеет он по-правильному жить, но тянется к этому. Ты помогла ему уже, он изменился до неузнаваемости. То ли еще будет, при хорошем-то обращении! Любовь ведь чудеса творит!
— Он кольцо мое украл! – не выдержав, огорошила я отчима, не в силах выслушивать его дифирамбы моему самому большому разочарованию в жизни.
— Что? – мужчина нахмурился. – Какое кольцо, Лиса?
— Фамильный перстень, который из поколения в поколение передается старшему в роду, – пояснила со вздохом. – Мы его из «Драгоценного дома» забрали, Чонгук это предложил. Может, уже тогда планировал, как заберет его и исчезнет в неизвестном направлении! А я его послушалась, дурочка. Нет бы в сейфе оставить. Так нет, старшая в роду теперь, оно мое по праву – надела и снимать не захотелось. Загордилась. Вот и наказание, ни кольца, ни мужа!
По лицу потекли слезы – прорвались все-таки, горькие, соленые и горячие.
— Ну, ты чего же, Лиса! – всполошился отчим, как любой мужчина, не переносящий женских рыданий. – Прости, не верю я в это. Не мог Чонгук так с тобой поступить! – он прижал меня, всхлипывающую, к себе. – Может, найдется еще тот перстенек. А муженек вернется, поговорите и все покажется сном.
— Все перек-копала, – ответила, не в силах остановить ручьи из глаз. – Нету его нигде. К-кольца нету.
— А магией смотрела?
— См-мотрела, тоже н-никак!
— Успокойся, золотко, – погладил по спине, как в детстве. – Все разрешится. Пусть сейчас все кажется плохо, но обязательно будет лучше. Знаешь ведь, как говорят, самый темный час – перед рассветом?
— З-наю, – кивнула.
— А про колечко твоя мама мне рассказывала, кстати, – вдруг вспомнил Джин. – Оно защитное, сильное очень. Хранитель рода. Как-то с фуриями еще связано, говорила.
— Как это? – перестала плакать и уставилась на него. – Причем тут фурии?
Опять они! Куда ни плюнь в последнее время, везде они вылезают, будто грибы из-под земли, никакого спасу нет от них!
— Ох, детка, не помню, – повинился мужчина и протянул мне платок. – Вытри носик. Давно было, в голове уже ничего толком не осталось. Но ты в книгах материнских посмотри. Там много всего по этим проклятым фуриям.
— Почему, кстати? – я высморкалась, замарав белоснежный платочек с изящной вышивкой – не иначе, Джису старалась для любимого.
— Так ведь мама твоя была из рода Хранителей, детка, ты не знала?
— Впервые слышу! – удивилась. – Тех самых, которые изгнали фурий в небытие и контролировали, чтобы они не прорвались обратно?
— Именно. Намджун знал. Странно, что он тебе об этом не рассказывал.
— Наверное, считал, что это не для девушек, – усмехнулась я. – Он частенько перегибал с заботой.
— Да, было такое. Но это просто потому что он сильно тебя любил, – Сокджин улыбнулся. – А в книги все-таки загляни, там можно найти заклинание поисковое, которое тебя к кольцу приведет. На нем же метка стоит родовая, на крови завязанная, так что никуда он от тебя не денется, сыщется перстенек!
— Спасибо! – я порывисто обняла его. – Отличная мысль! Пойду искать!
Стараясь не замечать противно ноющего в желудке плохого предчувствия, я зашагала к дому. Неоткуда сейчас взяться хорошим ощущениям, после того кошмара, который на мою жизнь обрушился. Бедная Дженни мерила шагами гостиную и укоризненно посмотрела в мое лицо. Попросив ее дать мне еще совсем немного времени, вошла в библиотеку – самое тихое место дома.
Толстые тома, казалось, пахли нежно-цветочными духами мамы. Кажется, конечно. Все давным-давно выветрилось. На глаза привычно навернулись слезы, когда погладила шероховатую бумагу, исписанную ее убористым почерком. Ритуалы, заклятия, «говорушки». Глаза скользили по ним, по мере того, как листы послушно переворачивались с легким хрустом.
На третьем томе пальцы вновь ощутимо закололо, будто крохотные булавочки впивались в подушечки. А, да, вот и оно, то заклинание, которое в прошлый раз вызвало тот же эффект – снятие личины, «коматоз», в который вгоняли фурий, и прочие способы бороться с тварями, которые пытались пробиться обратно в наш мир. Видимо, не очень-то им приглянулось небытие, в которое их упекли Хранители.
Я погладила страницу, не понимая, почему так реагирую. А потом ахнула, увидев, как строчки перетекают на руку, впитываясь в кожу, и бегут огненными буковками по ней!
Это что еще такое?!
Вскочила, уронив стул, затрясла рукой, словно пыталась согнать мурашей с нее. Мне было не больно, скорее уж щекотно. Просто от неожиданности я испугалась и, совершенно не понимая, что происходит, действовала на инстинктах.
Пара минут спустя, когда ужас прошел, оказалось, что строчки исчезли. Тщательно осмотрела руку – ни следа ни осталось, ни единой буковки.
Снова села на стул, перевернула страницу, и все повторилось. На этот раз я была более внимательна, заметила, что с десяток заклинаний перетекло в меня. Еще три листа развлекали ведьму схожим образом, но потом, когда начался раздел поисковых заклинаний, это прекратилось.
Ладно, с чудесами разберемся потом, сейчас надо отыскать «сыскаря» на кольцо. Ага, вот подходящее как раз. Прочитала вводную информацию по его использованию, подула на ладошку и накрыла ею часть с заклинанием. Когда почувствовала, что оно запомнено, снова пожалела, что так нельзя залить в себя всю книгу, тут ведь столько интересного и важного, нужного!
Оставалось найти что-нибудь о фамильном перстне. Я долистала третий том почти до конца, когда увидела раздел о Хранителях. Инфы было столько, что поняла – всю не осилю. Нам с Дженни еще Тэхёна перевоспитывать надо, и хорошо бы успеть до темноты, а то ведь уже начинает вечереть потихоньку. Вот что значит продрыхнуть до обеда – не успела встать да покушать, а уж скоро и снова спать ложиться.
Быстро пробежала глазами то, что было самым важным – о том, что перстень давал старшему в роду защиту и силу, позволяя противостоять силам фурий, а также закрывать их прорывы из небытия.
Мельком отметила факт о том, что у них были алые волосы. И еще оказалось, что крайне опасно попадать в зону рядом с открытым ими порталом – последствия могли быть непредсказуемыми, некоторые люди после такого менялись до неузнаваемости.
Усмехнулась, подумав, что коли знала бы, где такой прорыв имеется, отвела бы туда свекобру и Розанну, вдруг они вернулись бы совсем другими людьми оттуда?
Ладно, взрослая девочка, а верю в сказки! Люди не меняются. Так говорят. А Чонгук? Способен он измениться? Или я в самом деле попала в лапы охотника за приданым, который запудрил мне мозг, влюбил в себя, заболтал? И теперь заставит делить имущество при разводе.
Нет уж, поместье он точно не получит! Ни за что! Мотнула головой, отгоняя тягостные мысли. Все, на сегодня хватит. Бережно закрыла книгу и вернула все тома на полку. Выключаем режим любознательной ведьмы, включаем злую бестию и отправляемся в гости к оборзевшему чешуйчатому.
Попал ты, дружок, сейчас к тебе нагрянет крайне обиженная и разозленная парочка! И останется от тебя лишь горстка чешуи – в назидание другим драконам. Чтобы знали, как не стоит себя вести с порядочными барышнями!