Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Молчание.
Последний звонок был закончен две минуты назад, и разговаривал Киоссе с «Темычем»... Получается, это был не развод... Я им действительно нужна для пиара. Прикольно...
- Слышишь ты, чувырло, а тебя в детском доме не учили, что брать чужие вещи нельзя? – я обернулась и позади себя увидела Никиту.
Серьезное лицо, холодные глаза, не расчёсанные волосы, руки в карманах – все как обычно. Он стоял в метре от меня и хмуро смотрел в мою сторону.
- Я...я хотела посмотреть сколько времени, - вполне нормальная отмазка, но Киоссе помотал головой, дав понять, что не верит.
- Не хорошо врать взрослым, - усмехнулся Никита.
Тоже мне взрослый нашелся. Он старше меня всего лишь на четыре года, а так выпендривается как будто он сорокалетний мужик.
- Я не вру, - тихим голосом произнесла я, аккуратно положив телефон Киоссе на стол.
- Я знаю, что ты врешь, - он медленно наклонился и взял меня за подбородок.
- Плохо знаешь! – дрожащим голосочком сказала я, посмотрев в холодные карие глаза этого зверя.
- Пошла вон в свою комнату и больше не попадайся мне на глаза! – закричал американский бомж, наконец, отпустив мой подбородок.
- Я уйду, только дай аптечку забрать, - я сделала шаг в сторону кухонного гарнитура, но рука моего «любимого» сожителя помешала мне.
- Я сказал, вали к себе в комнату!
- Но у меня температура, ее нужно сбить! – настаивала на своем я.
- Мне плевать, что у тебя. Я сказал, иди в свою комнату, значит ползи в комнату! – Киоссе как будто с цепи сорвался. Я никогда не видела его таким злым.
Не став перечить ему, пошла обратно в свою комнату, где закрыла дверь на ключ! С этого момента я не хочу разговаривать ни с Никитой, ни с Артемом! Пошли они...за кукурузой!
Я легла на кровать, закрыла глаза и уснула! Мне было так плохо, что ничего не хотелось.
И уж точно мне не хотелось никого видеть, слышать или чувствовать даже еле уловившую ауру этих двоих!
***
- Вера, открой дверь! – сквозь сон услышала я. Разомкнув глаза, посмотрела по сторонам. – Вера! Открой быстро эту долбанную дверь!
Неужели, Тёмочка пришел домой? Т года не прошло.
- Мать твою, я сейчас ее выломаю! – пускай ломает, что хочет, мне плевать.
Артем, наверное, раза три ударил по двери, которая дребезжала от страха, скрипя петлями. Секунда, и Пиндюра уже в моей комнате, а осиновая лакированная дверь с грохотом упала на пол около моей кровати, поднимая пыль.
- Ты какого лешего не отзываешься? Я думал, что с тобой что-то случилось! – орал на меня опекун.
Я просто проигнорировала его слова и легла обратно на подушку. На такая теплая. Рай...
- Я со стенами, что ли разговариваю? – прямо в точку попал. Пусть разговаривает со стенами, с унитазом, с Никитой, только не со мной. Я ему больше слова не скажу!
- Ты мне бойкот объявила? – как- то он быстро догадался. Недооценивала я его. – Можно хотя бы узнать причину твоего молчания?
И что вы думаете? Я ответила? Нет! Я просто продолжила дневной сон, но человек, стоявший около меня, очень сильно мешал.
- Продолжаешь молчать? Хорошо, - безразлично кинул Артем и направился к рабочему столу. Он
Сел за компьютерный стол и посмотрел на меня. – Я уйду только тогда, когда ты со мной заговоришь!
Комментарии