Одна
Женщина стояла с совершенно спокойным лицом, что очень сильно напрягало. Тихая ярость буквально чувствовалась в каждом её вдохе.
— Иди сюда, — кратко, таким твёрдым голосом подозвала Кристиан свою дочь.
Улыбка на лице Молли исчезла, как только она увидела мать, но подходить пришлось.
— Где ты была? — надменно и яростно продолжала Миссис Рокфеллер.
— Просто гуляла, — пыталась оправдаться Молли.
— Не ври! — она смотрела на неё сверху вниз.
— Я серьёзно! Просто гуляла! — плеснула девушка руками.
— Не надо лгать! — лицо Кристиан исказилось, и бокал, который был у неё в руке, полетел на пол.
Молли смотрела на неё, оцепеневшая от страха. Её мать всегда была не подарок, но она первый раз видела её такой сердитой.
— Повторяю свой вопрос: где ты была? — она уже практически зашипела.
Дело дрянь. Молли стояла и даже не знала, что ответить. Но есть ли смысл врать? К тому же, она имеет право быть там, где хочет.
— В нижнем городе, — твёрдо сказала Молли, зная, что это не понравится матери.
Кристиан побелела, на её лице заходили желваки.
— Скажи мне, что я ослышалась! — переходя на крик, требовала она.
— Ты не ослышалась! Я уже достаточно взрослая, чтобы ходить туда! Хватит меня контролировать, я не могу так жить! — по венам Молли тоже прошлась жгучая злость и обида.
Губы женщины задрожали от ярости.
— Контролировать? Ты, по-моему, с жиру бесишься! У тебя есть всё: куча возможностей, хороший дом, деньги, а ты ещё жалуешься? Я просто хочу, чтобы ты соответствовала! Это что так сложно? — кричала мать Молли.
— У меня есть всё, кроме нормальной матери! — вырвалась ядовитая желчь из её уст. — Почему ты так относишься к ним? Они же тоже такие же люди, как и мы. И в этот раз я только в этом убедилась!
— Хочешь сказать, ты ещё с ними общалась? — яростно прошипела она в ответ.
— Да, представляешь себе! Почему ты просто не можешь понять, хотя бы свою дочь? Ты душишь меня своими правилами идеальной жизни! Лучше жить как люди в Зауне, чем под одной крышей с тобой! — крик уже лишился злости, оставив лишь обиду.
Женщина не выдержала и ударила Молли по щеке ладонью с громким шлепком.
— Убирайся! Ты больше не моя дочь! Ты только меня позоришь!— сквозь зубы прорычала она.
Миссис Рокфеллер ушла в дом и громко хлопнула дверью, оставив свою дочь наедине с её горем.
Губы Молли задрожали, глаза раскраснели, и полная беспомощности слеза покатилась по горящей от боли щеке. Её мать буквально бросила её, как игрушку, с которой уже наигралась, и всё потому, что она отказалась делать то, что не хочет, и выбрала свой путь по жизни. Да и что она такого сделала, чтобы получить такое отношение? Спустилась в Заун? Неужели это настолько ужасно, чтобы отрекаться от ребёнка?
Ноги занемели от обиды, и она рухнула на колени, закрывая руками глаза. И что ей теперь делать? Даже если мать просто погорячилась, Молли точно сказала всё, что думает, а значит, Кристиан никогда не примет её такой, какая она есть.
Мысли путались, слёзы лились ручьём, а колени дрожали, но Молли рывком встала с пола и просто побежала подальше от этого места. Улицы были пустыми, время было раннее, да и выходной всё же. Кто-то из людей варил ароматный кофе у себя на кухне, кто-то только открывал глаза под блики раннего солнышка, а кто-то и вовсе ещё видел яркие сновидения. Но Молли не относилась ни к кому из таких людей. Она просто неслась, сломя голову, не зная, куда и насколько, что делать дальше, но просто не останавливалась, движимая лишь желанием больше не видеть её. Свою мать.
Солёно-горькие слёзы не прекращались, попадали в рот, текли по подбородку и тонкой шее. Дыхание сбивалось от бега и огорчения. Ноги не слушались и подкашивались. Мысли были заняты другим, и она совсем не смотрела на дорогу. В какой-то момент она почувствовала, что земля уходит из-под ног, и рухнула на землю. Коленка засоднила, а по руке потекла кровь.
— Зашибись, — со злостью произнесла она, уже путаясь в эмоциях.
Но вставать она не спешила, просто сидела на земле и втыкала в одну точку. Резко все чувства пропали, и слёзы тоже, остались лишь осознание и разочарование. Как вдруг она почувствовала, что кто-то запрыгнул на её плечо.
— Пикси? — сорванным от слёз и крика голосом спросила Молли, повернув голову.
Действительно, она увидела, как маленький зверёк грустными глазками глядит на хозяйку. Молли вытерла глаза ладонью и слабо улыбнулась.
— Как ты здесь оказалась? — с заложенным носом говорила она с обезьянкой.
Игрунка лишь потерлась головой о её плечо. Это немного успокоило девушку, стало приятно, что хотя бы кто-то её ещё не бросил. Она погладила питомца и попыталась подняться на ноги.
— Черт! — закричала Молли от боли.
Нога ныла так, что подняться было просто невозможно.
— Вам помочь? — подошёл кто-то к ней и смотрел сверху вниз.