карусель
Кровать кружилась. Я был в этом уверен если не на сто процентов, то на девяносто девять и девять. Когда я открывал глаза, то кровать кружиться переставала. Останавливалась ровно там, где и была в начале, делая вид, что она и вовсе никуда не двигалась.
Я снова закрывал глаза и чувствовал, как кружусь. По спирали, будто меня затягивало в водоворот.
Казалось, что она надо мной смеётся.
Я открыл глаза и сел, нахмурив брови. Кровать стояла, плотно приколоченная к полу.
Я встал, отойдя от злополучной карусели на пару шагов.
—Ну, чего ты стоишь? Двигайся.
Кровать промолчала, ведь она была всего лишь кроватью.
Тогда Я вздохнул, ложась обратно. Кровать снова закружилась, но он слишком устал, чтобы вставать.
Гнев на кровать-карусель зарождался в нем, вскипал, но меланхолия была сильнее.