Глава 3. Прости. Прощай.
Глава 3
Прости. Прощай.
Катрин и Дюк стояли на лестничной площадке в полной тишине. Если бы она приехала раньше, все было бы не так, а теперь… Он смотрел на нее и не мог поверить, что буквально полчаса назад он сходил сума от одиночества, а теперь она рядом и он не может ни чего сделать. Просто отказался. Просто сдался. Они оба сдались. Кто-то раньше, кто-то позже.
- Зачем ты пришла? – нарушил, наконец молчание молодой человек.
Она стояла молча. Она и сама ищет ответ на этот вопрос, но не находит. Ведь она ехала в свою квартиру и не думала, что ее планы изменятся в долю секунды. Она стоит напротив любимого и молчит. Не может ни чего сказать.
- Ты и сама не знаешь зачем, - он усмехнулся и от этого по ее коже пробежала неприятная дрожь. Он усмехнулся над ней. Такой же усмешкой превосходства, как и его брат, - уходи Катрин. Не надо было приходить.
- Я хоела тебя увидеть, - наконец произнесла она, - думаю я сделала ошибку. Когда ушла тогда.
Дарен сидел на ступеньках и не издавая шума прислушивался к их разговору. Все складывалось как некстати лучше.
- Я все недели после ухода думала о тебе. Хотела убежать, но не как. От прошлого не убежать. От чувств к тебе не убежать.
Дюк просунул большие пальцы рук в штаны и облокотился об стенку. И опять неловкое молчание. Тишина, которая не предвещала ни чего хорошего. Она надеялась, что он обнимет ее, поцелует, но вместо этого…
- Я не люблю тебя, - отведя взгляд, произнес он.
Крах. Рушение всего мирка. Боль охватило ее сердечко, когда она услышала эту короткую фразу.
- Что? – дрожащим голосом произнесла она, - Ты говорил, что любишь и будешь любить всегда…
- Я ошибся, - он прикрыл глаза на пару секунд, а потом распахнул их. В них пустота, которая пугала девушка, - это была привычка. Я две недели пялился в стену и пытался понять, что чувствую. Я чувствовал одиночество. Но не из-за того, что ты ушла. А потому что я тебе больше не нужен. Мне не надо бояться за тебя больше. Я померился с братом и он ни чего больше не сделает тебе. Я был привязан к тебе заботой, но не любовью. Я не любил тебя.
По ее щекам стекали горячие слезы. Всхлипы. Нет, она не будет плакать перед ним. Она сильная… Да разве после такого, можно быть сильной? Разве можно не бить кулаками стену и не выть?
- Нет. Ты шутишь. Скажи, что ты шутишь! – прокричала она последнее слово, а он только покачал головой, - знаешь. А ты не чем не лучше, своего брата, - она вытерла слезы рукавом курточки, - ты такой же. Одна кровь все таки. Зачем я вообще связалась с тобой? С ним? За что мне это?
- Прости, - прошептал он, - мне очень жаль.
- Да засунь себе эту жалость куда подальше! – она сдерживает слезы. А сердце взрывается в боли, в адской и дикой боли, - Знаешь. Мне очень тебя жаль. Зря я сюда пришла, не наэто я надеялсь. Думала… Да какая разница о чем я думала?! Мне пора. Прощай.
Она взяла свой маленький чемоданчик и с всхлипами, сдерживая эмоции. Ей так и хотелось врезать ему. Да только она все равно не сможет сделать, такую боль, которую она испытывала она. Двери лифта открылись и она вошла внутрь.
- Катрин, - произнес Дюк, придерживая закрывающие двери лифта.
- Отпусти. Дай мне уехать!
- Есть только один человек, который попрет против меня. Попрет против брата. Попрет против всего мира ради тебя. Знай это.
- Отпусти сказала! – прорычала она и Дюк отпустил двери и они в туже минуту закрылись.
Сейчас она приедет домой. Напьется и забудется. Она переживет эту дикую боль. После всего, что она пережила, это был самый сильный удар. И ей глубоко плевать, на кого-то там. Ей уже все равно. Она устала. Ей нужно отдохнуть, поспать. А проснувшись не помнить об этом.
Дарен сидел на ступеньках и не возможно поверить, он был грустный. Он держался за голову, прикрывая уши. Не надо было слушать. Не надо. Он пытался понять, почему он такое сказал ей, ведь все сказанное было не правда. Или же правда?
Дюк открыл дверь квартиры и вошел в нее. Больше он ее не увидит. Как же ему было больно слышать от нее слова, что он не лучше чем брат. Если бы она только знала. Если бы он был сильнее, все могла быть по другому. А так… Просто прощай.