Клод - свободный наемник.

Мужчина стоял поражённый неожиданно тёплой встречей девчонки, да и остальные спутники стояли не в силах скрыть счастливых улыбок, озаривших их лица. "Неужели он стал им так дорог!" - удивлялся парень, никак не способный свыкнуться с мыслью, что кто-то может так сильно переживать за него. Нет, за него конечно и раньше переживали, и ждали, как без этого, но чтоб настолько, словно он был им не просто знакомый, случайный попутчик, а самый настоящий друг. Неуверенно приобняв хрупкие вздрагивающие плечи, он вдруг как-то растерявшись, легонько похлопал девушку по плечу, желая утешить. Но та разрыдалась лишь пуще прежнего. Окончательно запутавшись в том, как ему поступить, парень просто замер, обнимая Дейзиру и больше не делая попыток её утешить. Лишь изредка слушая, как сквозь негромкие всхлипывания она бормотала обрывочные фразы, вот только ему или себе, парень так и не понял.

- Мы думали... ты погиб... мы искали... ты... мы...

Наконец наплакавшись, она отстранилась, легонько ударив его кулаком по плечу и отвернулась. Спешно смущаясь своего заплаканного лица. А на Клода уже обрушился Ролк, сверкая белозубой улыбкой.

- Котяра, вот как есть, Котяра! Какую жизнь уже потратил, восьмую или девятую?! Я рад, друг! - вдруг неожиданно тепло закончил он и дружески обнял прикоснувшись плечом к плечу друга.

- Спасибо, я и сам до сих пор удивляюсь как.

Но не успел Ролк отойти от него как на его шее уже повисла Алита, прижавшись к нему всем телом. Так что стало неловко даже самому наемнику, и немного запальчиво произнесла:

- Я переживала. Не делай так больше!

- Я рад! - вторил женщине Каэр, протягивая мужчине руку, которую тот слегка помявшись, пожал.

- Что ж пойдёмте к нашему месту, и ты нам все расскажешь! - угрожающе сощурился Ролк и подтолкнул друга в спину, заставив того споткнувшись, двинуться в сторону лагеря товарищей. Где его уже ждал Нел, которого он узнал издалека. Привязанный к жердочке, конь нетерпеливо бил копытом, подпрыгивая на месте, встряхивал гривой и отчаянно ржал, наводя панику на остальных. Словно пытаясь на своём языке высказать непутевому хозяину все, что он думает о нем и о его поведении. Счастливо улыбаясь Клод подошёл к четырех копытному другу, он чувствовал, как непривычно глупая улыбка застыла на его губах, но даже не делал попытки скрыть её, то время, когда он опасался проявлять свои чувства прошло. Сейчас всем сердцем ощущая то тепло, с которым его принимали эти такие разные, но одинаково значимые для него люди, он понимал, что больше не будет один. Даже если они разойдутся со временем под влиянием хозяйки судьбы, он навсегда сохранит ту частичку тепла, что они сами того не зная, подарили ему. Того тепла, которого у него давно уже не было. Нел, как котенок, ластился к его рукам трясь об его поцарапанные ладони, водя языком по лицу и рукам, толкая в плечо головой, всеми доступными коню способами, выражая хозяину свои преданность и любовь.

- Эта зверюга никак не хотела уходить с того обрыва, еле увели, - вдруг пожаловался Ролк, - как и этот мальчишка, Дейз.

Клод поднял недоуменный взгляд на мужчину, он понимал поведение коня, но Дейзира?! Это для него было неожиданностью.

- Клод наш друг, естественно я переживал! - вдруг взвилась Дейзира, словно застигнутая за чем-то нелицеприятным и ей не свойственным.

- Очень трогательно переживал. - Усмехнулся Ролк, дразня девчонку, воспринимавшую все его подначки всерьёз. - К обрыву кидался, рыдал и отказывался уходить пока мы не найдём твоё тело.

Клод даже не знал, что сказать на это, лишь стоял и улыбался, пряча довольное, как у кота объевшегося сметаны, лицо в гриве коня, тихо наслаждаясь.

- Давай, садись уже, давай. Мы ждём с нетерпением историю твоих злоключений. - Никак не унимался друг, вынуждая его выпустить лошадиную голову и присоединиться к остальным. В котелке радостно побулькивала каша, отчего рот парня наполнился слюной. Казалось с того момента, когда он ел в последний раз прошла целая вечность.

Немного помолчав, он поведал им свой рассказ, опустив лишь ту часть, где были их поцелуи с Оглаей. Отчего-то после той встречи, что устроили ему спутники, рассказывать о таком ему было неловко. Клод сам порой не понимал своих чувств. Что-то происходило в его душе, круша привычные устои и на их месте возводя новые, но от этого не менее приятные, с которыми он не знал ещё как обращаться, но и расстаться уже был не готов.

В свою очередь товарищи рассказали, что было с ними. Поведав о том, что после того как Клод с трольгином рухнули вниз, они пытались найти спуск, выискивая их взглядом, но берега были настолько крутыми, что спуститься никак не удавалось, да и не обнаружив их тел, они были вынуждены вернуться в Оранск. Настроение было отвратное, почти никто из них уже не верил, что можно было выжить при падении с такой высоты, да ещё в такой компании. Вот и заказчики им не поверили, что трольгин был не один, расплатившись только за первого монстра.

- Прости, Клод — это такая ржа. Я больше ни ногой в этот городишко, если для них смерть наёмников всего лишь звук. - Распылялся Ролк, задетый за живое, градоначальником Оранска. На что Клод лишь слегка усмехнулся, его как раз такое поведение нисколько не удивляло.

- Завтрак готов! - радостно провозгласила Дейзира, находящаяся все это утро в непривычно приподнятом настроении.

- Ну наконец-то, Дейз! - с восторженным вскриком Каэр не терпеливо протянул миску, первым подскочивши к костру.

- Потерпишь, обжора! - С широкой улыбкой ответила брату девушка и протянула Клоду его миску. После чего свои порции получили все остальные, но кроме Каэра, что-то недовольно бурчащего себе под нос, никто таким порядком не возмущался.

Ароматная рассыпчатая рисовая каша, нечасто встречаемая в этих краях, из-за особенности выращивания злака, манила попробовать себя, но нотка странной горчинки никак не вписывалась в общую гармонию. Отправив ложку в рот, Клод с удовольствием прожевал. Крупинки буквально таяли на языке, обволакивая небо душистым сливочным вкусом, слегка обжигая внутри. Наемник откровенно наслаждался. Каша была великолепна, да и вынужденное голодание накануне, дополняло аппетита. Однако, что-то было не так.

Внезапно живот скрутило в резком спазме и парня вырвало, едва он успел скрыться в ближайших кустах. Желудок опорожнялся снова и снова, до тех пор, пока тошнить больше стало нечем. Слегка пошатываясь с позеленевшим лицом он вышел из кустов, встретив удивленный взгляд спутников, которые подобного дискомфорта не испытывали. Только Дейзира отложила свою порцию внимательно наблюдая за мужчиной, переводя задумчивый взгляд с тарелки на наемника.

- Старик, что это было? Ты не здоров? - удивлённо уточнил Ролк.

- Не знаю, но если честно кашу вам есть не советовал бы.

- С чего вдруг?! - ожидаемо вспылил Каэр, отстаивая труд сестры. - Не хочешь не ешь, но хулить готовку Дейза не смей.

На что Дейзира испуганно вздрогнула и дёрнула брата за рукав, привлекая его к тишине:

- Каэр.

- Недоросль. К готовке Дейза претензий нет, но что-то с продуктами не то.

- Что? - заинтересованно включился в беседу Ролк, отложив свою порцию.

- Вы откуда воду брали?

- Оттуда же откуда и все. Из Вогры.

При этих словах Каэра, наемник резко поднялся, вытерев тыльной стороной ладони выступивший на лбу пот. Своему организму он привык доверять, а такая реакция на воду у него уже случалась однажды и ничего хорошего это не предвещало. А если его подозрения подтвердятся, ситуация станет совсем скверной. Стоило поспешить.

- Ты куда? - уточнил у него Ролк.

- Поговорить с местными представителями власти

- Постой. Я с тобой.

После чего мужчины удалились в сторону парома, остальным же ничего не оставалось, как ожидать возвращения наёмников. Каша была отставлена в сторону, есть всем вдруг резко расхотелось.

Проходя мимо крестьян, сторожащих свои недорогие пожитки, немногочисленных торговцев, с удобством расположившихся в своих палатках, и даже парочки наёмников, державшихся особняком в стороне, друзья приблизились к паромщику и высокому подтянутому мужчине, с неброскими знаками на плече, сообщавшими, что перед ними один из представителей стражи. Причём не самого низшего ранга. Остановившись возле мужчин Клод уважительно кинул головой в знак приветствия.

- Доброго дня, уважаемые. Я - Клод, свободный наемник. Это мой компаньон, Ролк. - Представился парень. На что в ответ стражник кивнул и коснулся ладонью своей груди:

- Арен. Паромщик - Фек. Чем можем служить?

- Скажите отчего паром до сих пор не работает, если мне не изменяет память раньше паром работал даже ночью? - начал издалека Клод, следя за реакцией мужчин, которые потеряв всякое настроение, вновь приобрели скучающее выражение.

- В Станбурге разразилась вспышка неизвестной болезни, отчего проход на ту сторону перекрыт. Если вы спешите, то поищите другое место для переправы. Здесь мы никого не пропустим. Когда паром заработает, нам неизвестно. - Пробубнил Арен, видимо не в первый раз произнося эту фразу.

- Болезнь? - полюбопытствовал Клод.

- Да.

- Какие симптомы? - подключился к беседе молчавший до этого Ролк.

- Есть предположения о причинах? - Продолжил их общую мысль Клод, что не особо понравилось стражнику. Перехватив покрепче свою алебарду он бросил на наемников неприязненный взгляд:

- Вы кто такие будете, чтоб задавать такие вопросы?! На лекарей не похожи, то какого черта вам надо?

Однако на друзей такая вспышка вовсе не произвела впечатления, продолжавших все так же уверенно сверлить взглядом Арена, так как паромщик укрывшийся за спиной товарища, старался в беседе не участвовать. Слегка усмехнувшись стражнику Клод ответил:

- Нет, не лекарь, но в вашем случае и хорошо.

- Отчего?! - опешил от неожиданного заявления воин.

- Для борьбы с вашей болезнью лекарь не особо подходит, а вот истребитель монстров само-то.

- О чем ты, Клод? - удивлённо уточнил Ролк, в голове уже прокручивая причины такого заявления друга.

- Почему вы так решили, Клод? - внезапно перешел на уважительной тон Арен.

- Есть предположения, но более точно скажу, когда расскажете поподробнее о вашей проказе.

- Прошу присядьте. - Пригласил на паром наёмников воин и они расположились в дальнем углу, чтоб с берега было не так слышно, о чем пойдёт речь. - Болезнь началась сравнительно недавно. По началу казалось все более или менее спокойно, температура, тошнота - напоминало обычное отравление и все наши лекари утверждали о том же, что что-то попало в воду...

- Вы берете воду из Вогры? - Перебил рассказчика Клод.

- Даа - протянул мужчина и продолжил. - Однако, это были первые признаки. Дальше стало хуже, у заболевших стала появляться сыпь, слабость, и самое ужасное, что ничего не помогало. Эта напасть уже начала собирать свои жертвы. - При этих словах горькая склада пролегала на лбу воина, которому было вовсе не безразлично, что творилось с его соотечественниками.

- И не пройдёт! - жёстко обрезал Клод, заставив вздрогнуть остальных собеседников, - так как ваша болезнь идёт отсюда! - провозгласил он и указал пальцем на спокойные воды Вогры. Широкой полноводной реки, впитавшей в себя немалое множество горных речушек, усмирив их гордый нрав, и отпустив дальше в своих спокойных водах.

- Ты уверен, Клод?

- Почему вы так решили?

Хором воскликнули Ролк и Арен, с удивлением и недоверием взирая на такую безмятежную воду.

- Да, уверен. Вы сами принюхайтесь, от неё же ощутимо смердит разложением.

Мужчины тут же повели носом, но их лица сказали все за них. Они ничего не учуяли. "Ох, как же меня бесит порой их слабое обоняние" - внутренне простонал парень и склонившись над водой зачерпнул немного в небольшую кружку, обнаруженную тут же. Как он и предполагал, виной болезни была вода, то есть, то что было в ней.

- Вот принюхайтесь. - С этими словами он провел кружкой почти под самый нос мужчин, которые скривившись отвернулись. Теперь никто из них уже не мог отрицать, что вода действительно имело сладковатый аромат.

- Но что же это? Что нам делать?

- Это проделки сектрозы. Видимо вверху по течению она устроила себе гнездо, чтоб заложить кладку для яиц. Всё признаки у ваших людей, это отравление выделениями этих тварей, которые так выращивают свое потомство.

- Какое потомство?! - испуганно пробормотал Арен, на что Клод тяжко вздохнул.

- Она откладывает яйца в воду подготовленную ей для этого самцами. После чего в телах погибших от этого яда людей, будут формироваться личинки, которые позже станут новыми сектрозами.

- Как?! Ужас?! Что же делать?! А заболевших?

- Если перестанут пить зараженную воду поправятся и забудут об этом как о страшном сне. А вот мёртвых следует придать огню.

- Откуда вы это знаете?

- Было время, когда пришлось столкнуться с ними, тоже так болел однажды, зато теперь к этому яду выработался стойкий иммунитет.

Ролк внимательно глянул на друга:

- Это из-за этого тебя так рвало в кустах?

- Да.

- Что же делать? - оторвал их от беседы между собой Арен, нервно поглядывая на воду.

- Что! Что! Прекратить использовать воду из реки и нанимать нас! - раздраженно бросил наемник.

- Вы возьметесь, господин Клод?

- Смотря по цене.

- Я сам таких вопросов не решаю, но я уверен градоначальник заплатит любую цену. Его дочь слегла с этой проказой.

- Хорошо. Девять золотых.

- Всего лишь столько?!

- Да.

- Я понял. Подождите мы съездим передать ваши условия градоначальнику.

С этими словами наёмников вежливо спровадили с парома, который после резкого толчка пришёл в движение, шустро перемещаясь вдоль каната на тот берег. Из-за чего несколько людей, ожидавших переправы с этой стороны возмущенно по подскакивали с мест, недовольные тем, что паром ушёл без них. Глядя на это, Клод лишь осуждающе покачал головой, хотя и людей тоже можно было понять. У кого-то в Станбурге остались родные и дела, а незнание о том, что с ними, мучило сильнее любой болезни.

Расположившись на бережку Клод закусил небольшую соломинку и закинув руки за голову развалился на траве, слыша, как рядом с ним опустился Ролк:

- Ты уверен, что девяти золотых хватит? Сейчас они готовы заплатить любые деньги.

- Все верно. Но лучше не наглеть, хорошая репутация строиться не за один день, а рушится в одно мгновение.

- Ты прав. Но соблазн так велик.

- Да.

- Ты собираешься брать этот заказ?

- Да. Сектрозы не особо опасны, но когда сотни-тысячи этих тварей распространиться по округе проблемы будут у всех. Ведь они не знают ограничений в своей численности. Потом их вытравить будет гораздо сложнее...

- Ты как обычно прав, но твоё обязательство?

- Оно мне позволяет вести себя так, как мне удобно, тем более я его почти выполнил.

- То есть?

- Мы уговаривались, что я сопровожу их до столицы, о самой столице речи не шло. Мне там появляться не следует, да и тебе.

- Сан-Пен - даа, не лучшее место для наемников.

- А какие планы у тебя? - уточнил у Ролка Клод, блаженно прикрыв глаза и наслаждаясь минутами покоя, не часто выпадавшего в последнее время.

- Особых планов не было. Вот думаю с вами пока останусь. С тобой не соскучишься.

- Отнюдь, в авантюру с трольгином меня втянул ты. - Парировал парень, не особо задетый шуточным обвинением друга.

- Это когда-было-то! Вы же не против моего общества.

- Нет. Вдвоём будет проще усмотреть за этой троицей.

- О как ты их! - притворно изумился мужчина, но Клод лишь кисло улыбнулся.

- Ты ведь знаешь, как я не люблю большие компании, а тут...

- Да. Ты всегда был замкнутым одиночкой.

- И ничего не замкнутым, просто малообщительным... - возмутился Клод, но продолжить предаваться воспоминаниям им не дали, вернувшиеся знакомые, Арен и Фек, в обществе не высокого мужчины, с сильными волевыми чертами лица, худым телом и лихорадочно блестящими глазами.

- Господа наемники, Клод, Ролк, познакомьтесь наш градоначальник Диас Мириан те Олг.

Наемники поднявшись уважительно склонили головы, не часто градоначальники предпочитали встречаться с наемниками лично, выходя из своих замков к ним навстречу.

- Добрый день, господа. То, что мне рассказали мои люди, правда? - сразу перешёл к делу пришелец и Клоду это понравилось.

- Да. Существует маленькая вероятность, что я ошибаюсь, но пока все признаки указывают на наличие сектрозы.

- И вы в состоянии нас избавить от неё?

- Да, если одолжите кое-что из вещей.

- Что вам надо?

У мужчины был глубокий сильный голос, его манера говорить, строить фразы и общий подход выдавали в нем бывшего военного, видимо оставившего службу по состоянию здоровья, но не сникшего. Наемнику нравились такие деловые прямолинейные люди на их открытость он отвечал тем же.

- Сухая пропитанная маслом ветошь, огнеустойчивая ткань и что-нибудь сильно пахнущее из парфюма.

- Это у нас найдётся, - даже как-то расслабившись произнёс Диас. - Теперь по оплате. Вы уверены, что девять золотых будет достаточно.

От такой постановки фразы они с Ролком даже опешили, растерявшись, с ответом. Мало того, что градоначальник не стал с ними торговаться в попытке снизить стоимость, а наоборот усомнился в недостойности оплаты. Хотя Клод назвал стандартную цену, принятую в империи за устранение гнезда сектрозы.

- Это обычная цена за такую работу, - наконец отмерев ответил парень. - Однако если у вас есть желание можете оплатить сверх нормы, но об этом будем договариваться после завершения.

- Понял. Меня это устраивает. Тогда сейчас вам принесут все необходимое и надеюсь на вас, господа. Поверьте, я умею ценить хорошую работу и людей.

С этими словами они разошлись. Вернувшись к остальным Клод рассказал все, что удалось узнать и объявив о том, что он взялся за задание, уточнил у подростков и Алиты, остаются они или идут с ними. В итоге после небольшого совещания было решено отправиться на это задание в их полном составе, но с прежними условиями, что дети смотрят за собой сами.

Вскоре от Диаса пришёл посланец со всем, что запросил Клод. Оценив, что им принесли, наемник уважительно кивнул головой, градоначальник выбрал добротные вещи. Откладывать дальше времени не было, поэтому свернув лагерь они отправились вверх по течению Вогры. Лошадей было решено не брать, им требовалось обнаружить гнездо, а не проскочить его.

Как Клод и говорил, сектроза должна была расположиться выше по течению, чтоб спускать потомство вниз. За время нахождения в воде, яйца твари обрастали дополнительной скорлупой и могли спокойно проникать внутрь живых, где попадая в кровь питались вместе с хозяином, постепенно отправляя организм и приводя к смерти носителя. С другой стороны, возникал вопрос, как она здесь очутилась, эти монстры-насекомые любили тепло и эти края были для них не совсем комфортны, тем более в период кладки яиц, словно кто-то или что-то согнали их с привычных мест обитания.

В последнее время многие монстры вели себя не так, как обычно. Может это была обычная паранойя наемника, но Клоду начинало казаться, что в мире что-то происходит, заставляя монстров покинуть насиженные места.

Окружение Вогры очень отличалось от той речушки, где он недавно имел неосторожность искупаться. Насколько хватало глаз вокруг растянулись огромные цветастые поляны, словно собрав в себе все виды растений, которые было возможно найти в этом суровом крае. Поднимаясь на склоны и спускаясь с них, Клод наслаждался дорогой. Пыль оседала на ботинках, штанах, слегка припорашивая тёмную ткань, бурьян помахивал пузатыми головками им вслед, порой цепляясь к одежде и резко выделяясь своими зелено-фиолетовыми верхушками в этом море белых, жёлтых, красных пятен. Насекомые, жужжа перелетали с одного растения на другое, кропотливо собирая нектар и ещё тщательнее опыляя это девичье царство, совершенно не обращая внимания на людей. А девичьим царством - эту красоту Клод обозвал потому, что стоило лишь взглянуть на сияющее лицо Дейзиры, восторженно вертящей головой. Каждую такую полянку обрамляла полоса леса, выглядевшего призывно в такую жару, но они не отходили от воды, хотя солнце уже и припекало довольно нещадно, заставляя расстегивать куртки и вытирать пот с лица.

Они искали место, чем-то напоминающее то, в котором оказался с трольгином Клод. Такое в котором тварь могла поселиться. Ещё одной особенностью о которой Клод градоначальнику не рассказал было то, что отравляла воду вовсе не самка, а самцы твари, тысячами прилетавшие к гнездовью самки. Прилетавшие, чтоб сделать свое дело и умереть. Их тела, разлагаясь выделяли то самое вещество, которое позволяло оплодотворенным яйцам выжить в воде. Это несколько облегчало задачу, полчище насекомых они уж точно не смогут пропустить. Рассказав об этом спутникам и окончательно испортив всем настроение Клод подался вперёд. Спеша быстрее разделаться с заданием на которое сам и напросился. Просто найти и уничтожить эту тварь было быстрее, чем объезжать Станбург стороной и искать новую переправу.

Шли они в основном молча, беседа никак не клеилась, начиная и увядая не успев набрать оборотов. Алита и Ролк вообще казалось не замечали никого и ничего поглощенные друг другом, отчего даже становилось немного завидно. Ведь на месте друга мог быть Клод, который сам отказался от внимания женщины. Хотя в этом решении он был неколебим. Более тесные отношения, кроме тех, что уже установились между ними он не желал, а Дейзира была для этого ещё очень мала. Они с братом вообще не вписывались в их компанию, выглядев сопливыми детьми, хрупкими и беззащитными. Только Клод уже знал, на что могут быть способны эти дети, когда окажутся в опасной ситуации. Ему нравилась эта черта ребят, не терять голову во время опасности, с такой особенностью они не пропадут в этом довольно жестоком мире.

Уже шел не первый час пути, а пейзаж никак не подходил для обиталища твари, все было мило, тепло и спокойно.

- Может передохнем, сладкий? - вдруг обратилась к Клоду Алита, первой запросившись на привал, хотя он и сам был уже не против. Голодный желудок уже дано намеревался съесть сам себя, распрощавшийся с завтраком утром. Утвердительно кивнув, парень остановился, принимая предложение Алиты. Костра они разводить не стали, наскоро перекусив тем, что дал им с собой градоначальник, и запив водой из родника, обнаруженного по дороге, они отправились дальше. После того как желудок наполнился полноценной едой жизнь стала значительно лучше.

Бабочки порхали вырываясь прям из-под ботинок, нисколько не боясь людей, этот уголок природного царства не часто посещался другими представителями данного вида, отчего шагать приходилось иногда пробираясь сквозь заросли полевых трав и лёгких корневищ, выглядывающих из земли в тех местах, где кусты, ютившиеся возле самой воды, цеплялись за почву. Ничего не нарушало царившей вокруг безмятежности. Возможно Клод все же ошибся, но он не мог ошибаться.

- Клод, там впереди, я не уверен, но что-то движется, - тихонько пробормотала Дейзира всматриваясь вдаль. Наемник знал, что девушка видит гораздо дальше его, а весь предыдущий опыт их совместного путешествия не позволял сомневаться в её словах.

- Хорошо. Стойте здесь и ждите. - Приказал Клод, отправившись дальше в одиночку.

Осторожно шаг за шагом он приближался к тому, что заметила Дейза. Поначалу размытое издали пятно, постепенно приобретало формы, начиная все больше и больше напоминать гнездовье сектрозов. Которое однажды уже приходилось видеть мужчине, и имевшее вид огромного пол-яйца, сформированного из веток и глины, возвышавшимся на неровной платформе из тех же веток, глины, палок и мха, в котором на ложе из сушёных листьев и мха восседало самое мерзкое из видимых наемником созданий. Возможно на чей-то взгляд - это существо было даже красиво, но гигантских насекомых Клод не любил.

Прошлую встречу с этим монстром, он не смог забыт навсегда, особенно, когда длинный продолговатый хоботок с острыми зубами, скрывающимися в его нутре, присосался к его шее, вытягивая из него кровь и жизнь. Тогда они ещё только искали способ уничтожения таких тварей, а ему как самому молодому и неопытному, выпала честь изображать приманку для твари. Тот смертельный "поцелуй" он не смог забыть по сей день, а шрам в виде овального венца из микро ранок в ореоле кровавых точек, напоминает об этом каждый раз, когда Клод смотрится в зеркало. Высокая узловатая фигура твари венчалась вытянутой кожистой головой с редкими волосенками, скорее насмешкой природы, чем полноценной шкурой. Огромные в пол-лица фасеточные глаза, наградили отвратную тварь почти стопроцентным обзором, так что просто так незаметно к ней было не подобраться. Однако это было не самое неприятное в строении монстра. Словно этого было мало, природа одарила эту тварь шестью членистоногими лапами, выпиравшими острыми шипами в каждом суставе и четырьмя огромными радужными крыльями, дарящими ему отдаленно сходство с его прародителями - стрекозами.

В подвиде этих монстров большим размером обладали лишь особи женского рода. Самцы были гораздо мельче, опасные для людей лишь длинными когтями, но вот их численность во много раз превышала количество самок. На одну самку приходилось до тысячи самцов, прилетавших к гнездовью королевы и после зачатия, гибнувших возле её ног, чтоб выделявшимся из их тел ядом, подготовить входную почву для их потомства. Так что в случае борьбы с этими тварями, было мало уничтожить саму самку, нужно было выжечь все кладбище самцов. Чтоб река смогла со временем очистить себя сама. Смотря на все это безобразие, Клод удивился бы тому, если "чумой" заболел лишь один Станбург, скорее всего эта напасть постигла всех людей, живущих вдоль реки. В том и была основная проблема сражения с сектрозами, устранить последствия их вмешательства в экологию местности было гораздо сложнее, чем самих существ. Напомнив себе, предупредить градоначальника, проверить все поселения вдоль Вогры, Клод вернулся к товарищам и рассказал, все, что смог узнать.

- Наша задача уничтожить королеву и сжечь тела мёртвых тварей, вот только одному придётся пробраться в самое логово гадов, чтоб добраться до самки-сектрозы, остальные будут его прикрывать отстреливая кружащих вокруг самцов. Не зевать и не вертеть головой. Всё действия чёткие и выверенные, не палите куда попало, иначе или заденете друг друга, или потратите стрелы зря. Стрелять только если уверены, что попадете. - Инструктировал их Клод раскладывая принесенные с собой вещи. Промасленную ткань он отложил в сторону, с ней позже. - Распределяем обязанности так. Я буду пробираться к центру гнездовья. Алита, Ролк, Дейзира отстреливаете самцов, Каэр подаешь стрелы. Будьте внимательны, как только я сражу сектрозу, все самцы ринутся в мою сторону. В этот момент Каэр ты поджигаешь ветошь, остальные закидываете гнездо, так чтоб пожар охватил всех тварей одним махом.

- Но Клод, это самоубийство! - возмутилась Алита, тщательно выслушав его план, слегка сбившись под его гневным взглядом, она упрямо продолжила. - Когда мы забросаем их этим тряпьем, ты будешь в центре пожара. А если чуть прозеваем эти твари разорвут тебя.

- От огня защитит ткань. Ваша же задача действовать быстро и не зевать. А в чем вы думали роль приманки?

Все молчали, было видно, что его план всем, ну может быть кроме Ролка знакомого с такими методами, не нравился, однако противопоставить ему друзьям было нечего. В этом и была проблема использовать в деле не проверенных новичков, они сомневались и задавали порой неуместные вопросы. Клод усмехнулся: "Неужели они считают, что я пойду на самоубийство, ради нескольких золотых?!" Хотя переубеждать никого он не стал, это не его проблемы.

- Ещё есть вопросы и предложения? - на всякий случай уточнил парень, чтоб во время операции ни у кого не возникло сомнений, стоило все решить заранее.

Пока все подготавливались к предстоящему сражению, Клод не спускал глаз с кружащих вокруг сектрозов-самцов, их численность его напрягала, в прошлый раз их было гораздо меньше. Быстрыми движениями проверив свой пояс он нащупал небольшой пузырёк и зажал в кулаке, чтоб все время был под рукой. Как его уверял торговец-алхимик, этот состав при контакте с воздухом должен был быстро воспламениться. Наемник не знал пригодиться ему это или нет, но лучше учесть разные исходы их мероприятия. Подобрав огнеупорную ткань, удобного зелено-коричневого цвета, он откупорил пузырёк с душистым составом, который им преподнёс Диас и зажал нос, на глазах выступили слезы. Запах был до невозможного едким, заставив парня расчихаться. Клод даже не знал с чем можно было сравнить эту адскую смесь, но обоняние она отбила ему напрочь. Ну да ладно. Сейчас ему обоняние было и не нужно, однако и тварям аромат тоже должен будет не понравиться, вот только проверить это он сможет только на практике. Тяжко вздохнув и зажав нос, он самоотверженно облил себя этой гадостью, стерев невольно выступившие слезы. "Надо будет обязательно уточнить, что это," - впечатлено пробормотал парень, и проверив ножны накинул на себя ткань. Всё, он был готов. Остальные, как с удовольствием отметил Клод, тоже не отставали.

- Ну ты и воняешь, друг! - скривившись, впечатлено произнёс Ролк, отойдя от товарища на некоторое расстояние. Перекошенные лица остальных выражали полное согласие с наемником.

- Если так на вас подействовал мой аромат, то думаю и тварям не очень приглянусь, - с полуулыбкой ответил Клод, направившись на встречу к сектрозе.

- Ну и шуточки у тебя, сумасшедший, - лишь обреченно бросил Ролк и достал свой самострел с дротиками. Излюбленными снарядами мужчины.

- Берегите себя! Не дайте тварям присосаться к вам хоботом, будет пренеприятно. - Не удержавшись предупредил Клод и отошел от компании. По его плану ему стоило идти немного впереди.

Пройдя несколько метров, он остановился вне зоны видимости монстра, у которого обзорность зрения снижала его дальность, опустился на землю. Дальнейший путь придётся проделать ползком. Такой способ передвижения был не удобен. Так как трава попадала за шиворот, щекотала подбородок, колола оголившийся живот, когда куртка задиралась, от неловкого движения. Под тряпкой дышать было сложно, а от вони хотелось непрестанно чихать и тереть глаза, никак не прекращавшие слезиться. Да и постоянное хлопанье над головой огромных крыльев напрягало. Он слышал, как то и дело в стороне или над ним раздавались крики боли и звуки падающих тел, но самое бесящее в его плане было то, что он совершенно не видел, что происходило над ним. Ему приходилось лишь полагаться на товарищей и ползти, ползти. Что он и делал. Медленно, но приближаясь к цели.

Меч из ножен он извлёк ещё тогда, когда распластался на земле, стараясь слиться с травой, теперь же ладонь сжимавшая рукоять вспотела, а сок выдавленный из сочной травы массой его тела, неприятно облепил кожу и лезвие, лишая уверенности, что он успеет без промедления воспользоваться клинком. Когда позади него раздался нервный крик Ролка, но в своём укрытии он смог распознать лишь окончание своего имени. Вот только возвращаться назад было поздно, аромат душистой воды уже начал выветриваться, а он уже прополз половину пути, от сектрозы его отделяли всего несколько метров.

Сцепив зубы он упрямо двигался вперёд. Пусть, будь что будет, но отменять все было поздно. Вдруг над головой раздался оглушительный раскат грома. Разъясняя смысл крика Ролка. Дожди в этой местности были не частыми гостями. Обычно они начинались внезапно и обрушиваясь вниз мощным ливнем, насыщали землю на многие дни вперёд. И надо же бы погоде испортиться именно сейчас, последствия нещадно пекущего солнца последних дней настигли их. Стоило торопиться, не примятая его телом трава склонилась под прорывом налетевшего ветра, поднимая в воздух пылинки и мелкие соринки, запорошившие глаза. Мысленно ругаясь всеми словами, которые не следует применять в обществе, Клод принялся усиленно переставлять руки и ноги, стараясь до дождя успеть расправиться с тварью. Даже погода была на ее стороне. Над головой нарушая музыку ветра раздался звук бешено машущих крыльев. Невольно вжав голову в плечи, Клод приготовился к удару, но болезненный визг оборвал взмахи крыльев и на него рухнуло тяжёлое тело, а возле самого лица, едва не задев парня вонзились острые длинные испачканные глиной когти. Содрогнувшись от близости проскользнувшей смерти, он слегка извернувшись скинул труп со спины, с отвращением наблюдая как мертвая тварь скатилась с него, перекрывая дорогу. "Вот тварь!" Застывшие немигающие глаза, черными омутами, уставились в лицо парня, проникая в душу. Отчего его вдруг пронзила отвратительная мысль: "А вдруг он такой же монстр, как и это, и его ждёт такая же бесславная смерть?!" Но он отмел в сторону глупые мысли и взяв себя в руки, постарался перелезть мёртвое тело, ощущая под ладонями противную мерзкую плоть, не шерстяного, не гладкокожего гада.

Преодолев это препятствие, Клод замер, вот он и у цели. Самка сектрозы внимательно осматривалась по сторонам, глядя на то, как погибают её самцы, но не вмешиваясь, сторожа будущую кладку, в набухшем животе. Обтерев ладони об траву, Клод крепче вцепился в рукоять клинка, от твари его отделяло лишь пару шагов, а ненастье уже совсем разошлось, скрыв солнце, тяжёлыми тучами низко нависши над землёй и грозя вот-вот разразиться дождём. А ветер все крепчал и крепчал, волнами пригибая окружающие травы, послушно склоняющиеся под его напором. Посильнее натянув на голову уже опротивевшую ткань, он вскочил на не устойчивый помост из сваленного в кучу мусора и тел, чувствуя, как хрустят под ногами хитиновые конечности тварей, но этот факт сейчас заботил его не особо. Резко оттолкнувшись он подскочил в воздух и придерживая рукой сползшую ткань, с разворота отсек голову самки, с глухим стуком покатившейся по поверхности веток, пока с легким "бултых" не скрывшейся в водах, обреченной на хранение этого трофея Вогры. Внезапно окружающий воздух, перекрывая песнь ветра и говорливые раскаты грома, сотряс многоголосый отчаянный вопль почувствовавших смерть королевы сектрозов, которые бросив свои попытки атаковать спутников Клода, яростно устремились к убийце их самки. Это было жуткое зрелище, которое Клоду приходилось переживать лишь однажды и никогда не думавшему оказаться в подобной ситуации снова. Вот только сейчас он был не беспомощной жертвой. Размахивая огромными крыльями, красиво сверкающими переливающимися гранями, в его сторону летели даже не десятки, сотни тварей. Они были не большие, в высоту едва достигая его колена, но их количество внушало уважение, вызывая животный ужас, даже у привыкшего ко всему мужчины. Рука слегка подрагивали, сжимая меч, но он был на чеку. Всю эту армию тварей от него отделяло лишь несколько взмахов, когда на его платформу обрушился рой стрел, с пропитанными маслом и чадящими на лету, тряпками. Падая возле его ног, они очерчивали своеобразный почётный огненный круг, подхватывая сухие ветки и местами угасая, не справившись с порывами вредного ветра. "Пора!" - приказал сам себе Клод, но платформа с сотнями тел, так и не задалась огнём, нарушая заранее продуманный план, ветер-проказник, успевал затушить, некоторые из огненных снарядов. В очередной раз очертив вокруг себя клинком круг, парень срубил ещё нескольких особо настырных, но не достаточно ловких, чтоб увернуться, тварей, изворачиваясь и уклоняясь, Клод выжидал, пока огонь не разойдется достаточно сильно. Языки пламени уже лизали стопы его ботинок, но огня было до досадного мало. Его силы никак не хватало, чтобы охватить всех тварей и искоренить заразу Вогры раз и навсегда.

- Клод, уходи! Это бесполезно! - прокричал откуда-то из далека Ролк и к ногам мужчины рухнуло очередное пронзенное его дротиком тело. Мысленно поблагодарив друга, Клод обреченно вздохнул и отбив атаку очередной твари, накинул на голову ткань, предварительно метнув в образовавшуюся горку тел приготовленный заранее и все это время зажатый в кулаке сосуд.

Маленькая склянка врезавшись в хитиновый панцирь одной из тварей, внезапно отбилась и не повреждённой откатилась в сторону.

- Черт! - отчаянно воскликнул парень уже почти спрыгнувший с платформы, в спасительные воды. Развернувшись он рассерженным зверем метнулся в обратную сторону, противный сосуд был уже в его руке, когда сверху рухнуло сбитое кем-то тело, а следом уже накинулись остальные, от чьих зубов и когтей его отделяла лишь тонкая ткань, не особо надёжное укрытие, но иного не было. Зубами вскрыв пробку и выплюнув попавшую в рот горькую жидкость, вспыхнувшей маленьким язычком пламени слюны, он метнул отвратный пузырёк в ту же цель. Жидкость выплеснувшись следом, воспламенилась мгновенно и охватив не успевший удариться сосуд, взорвалась рассыпавшись во все стороны мелкими осколками хрупкого стекла, некоторые из которых впились и без того расцарапанное лицо. Дикое пламя неизвестно, как сдерживаемое маленькой ёмкостью вздыбилось стеной, обхватив собой все до чего смогло дотянуться: и пропитанную маслом ветошь, и тварей, живых и мёртвых, и платформу, и Клода, укрытого тканью.

Сжавшись в комок, Клод затаился пережидая, самый пик устроенного им же пожара, с не удовольствием ощущая, как поверх него падают все новые и новые твари, сбитые огнём. Пару раз мимо проскальзывали острые когти, вспарывая одежду, но слава богам, не задевая кожу. Дышать было сложно, от дыма и едкого запаха горелой плоти, лёгкие разрывались в приступе едва сдерживаемого кашля. Он задыхался, силясь сделать хоть вздох, но вокруг был только этот удушливый запах, казалось впитавшийся в его тело на всю жизнь, но словно этого ему было мало, огонь стал проникать и под его укрытие, обжигая ладони, да и сама ткань не выдерживая жара, местами уже начинала тлеть, а конца этого ада даже не предвещалось.

Оставаться здесь было равносильно самоубийству, огонь был везде, обжигая. Искры осыпались дождём грозя поджечь одежду. Казалось горело все, каждый участок его многострадального тела был охвачен огнем, хотя он понимал, что это всего лишь казалось из-за окружающего его жара. Бороться желания не было, но Клод не привык так быстро сдаваться, если бы он так легко опускал руки, то давно бы уже погиб, а он хотел жить. Слегка приподнявшись он попытался отползти шипя от боли в обожжённых ладонях, не избежавших встречи с языками пламени, но у него ничего не вышло. Вес давивший на него сверху серьёзно прижимал к поверхности, не позволяя сдвинуться с места. "Я тут не умру!" - прорычал парень, чувствуя, как перед глазами начинают расцветать яркие цветы, распускаемые недостатком кислорода, а противная тьма уже заволакивает сознание. Ему так непереносимо хотелось сдаться и позволить себе заснуть. Встряхнув головой, прогоняя противную немощь, парень вцепился в площадку, начавшую тлеть под ним. Выход. Судорожно работая пальцами он расковыривал платформу, с отвращением отпихивая грязь, чьи-то тушки и ветки, тихо поражаясь мощности скрытой в таком небольшом сосуде, устроившем весь этот хаос, несмотря на ветер, воду и не совсем подходящую для огня пищу. Дыра все расширялась, в полученное отверстие уже легко проходила рука, когда под ногами раздался подозрительный треск, и он с легким вскриком провалился в воду, а следом за ним на дно пролетело несколько мёртвых сектрозов, веток и грязи, покрытые сверху плавно сползшей с него полу прогоревшей тканью, опутывая конечности.

Прохладная вода освежала, прогоняя противный туман, грозивший поглотить его целиком. Свежие ожоги ответили на такое купание резкой болью, отрезвляя, что Клод даже воспринял с благодарностью. Отчаянно загребая руками, высвобожденными из плена мокрой тряпки, он спешил удалиться подальше от устроенного им же погрома, пока остальная часть платформы прогорев не рухнула следом. Такой мощной реакции жидкости на воздух он не предвидел, но на будущее решил ещё закупить парочку таких пузырьков, которые он теперь намеревался использовать менее расточительно, ведь по сути для уничтожения этого гнездовья ему могло хватить всего нескольких капель, а никак не всего сосуда. Плыть пришлось довольно далеко, лёгкие уже разрывало от нехватки кислорода, так хотелось сделать отчаянный судорожный вздох, но Клод держался, лишь яростно разгребая руками и ногами мутную воду. Намокшая одежда сковывала движения, дополнительным грузом к оружию, утягивая на дно, но он не сдавался. Только не сейчас, когда большая часть расстояния уже была преодолена. Собрав быстро таявшие силы и подавив все больше возрастающее безразличие усилием воли, он рванул к поверхности. Когда кислород все же закончился и в рот хлынула мутная и такая же вонючая, как воздух вода, его голова вынырнула над поверхностью. Отплевываясь и отряхиваясь, он подплыл к берегу. "Ещё, потерпи, ещё немного" - уговаривал он сам себя, заставляя делает очередной взмах, пока руки не уперлись в что-то твёрдое. Устало открыв глаза он увидел пред собой покатый бок берега. С облегчение выдохнув, Клод превозмогая усталость вытолкнул себя из воды и распластался на земле. Давая возможность измученному телу отдохнуть. "Он вновь выжил!" - от шока, всего пережитого и осознания, что он смог выжить в огненном смерче, его охватил истеричный смех, переросший в едва сдерживаемый гогот, а с неба словно отвечая его смеху, ревел оглушительный грохот и ветвистое тело молнии змейкой пробегало вниз. Вдруг на обожженное лицо упала первая дождевая капля, затем вторая, третья, пока вода не обрушилась сверху уже ничем не сдерживаемый потоком, но Клода это уже не волновало. Он лежал и содрогался в приступе ничем не сдерживаемого смеха. Страх, гнев, усталость, боль - все смешалось и отразилось в этом безумном смехе. Словно очищая душу от накопившейся там горечи и боли.

Отсмеявшись парень раскинул руки и наслаждался заслуженным отдыхом, пока напряжение последних часов-минут постепенно отпускало его. Двигаться не хотелось, сейчас ему было все равно, что происходило вокруг. Здесь и сейчас для него были только они двое, Клод и гроза, ликовавшая вместе с ним, оглушая окружающую территорию победным криком, ласково смывая с лица уставшего человека грязь и гарь, промывая раны, радуя отстраненный взгляд причудливой игрой света и тьмы. Расслабившись мужчина на столько глубоко ушёл в себя, что совершенно не слышал, как вокруг него суетились друзья, аккуратно высвобождая его тело из завала грязи и веток, прибившихся к берегу вслед за ним, как что-то кричал Каэр, и нежно хлестала по щекам Дейзира. Сейчас ему хотелось лишь одного, чтоб его просто оставили в покое, дав отдохнуть. О чем он им и сказал, когда терпеть их суету не осталось никакого желания. И как не странно его поняли, оставив одного.

Он не знал сколько он пролежал, так, уставившись в вышину и наслаждаясь бушующей непогодой, впечатлявшей своей силой и мощью, но вскоре ему полегчало и встрепенувшись наемник приподнялся на локте, откинув друзей внимательным взглядом. Все были тут, рядом, выжив и не покинув его. Дождь все ещё лил, но уже не притягивал к себе своей безумной игрой, то что ему было надо, Клод у него уже взял.

- Мы сделали это! - произнес он, не узнавая своего собственного голоса, прозвучавшего хрипло и тихо.

- Ты действительно сумасшедший Клод, - задумчиво произнёс Ролк, несмотря на друга. - Ты понимаешь, что мы чуть с ума от страха за тебя не сошли, когда ты ринулся обратно в огонь. Чтоб я ещё хоть раз согласился на твой план, моих нервов не хватит. Ненормальный.

- Что мне еще оставалось, когда подожженные тряпки не занялись, погашенные ветром. Пришлось использовать иное средство, но я чуток не рассчитал его мощности.

- Не рассчитал говоришь... Ты сам посмотри во что превратил это место.

Аккуратно повернувшись в сторону бывшего гнездовья, Клод от удивления потерял дар речи. Места, где было гнездо больше не существовало, да и всего до чего успел дотянуться огонь тоже, а его всепоглощающие руки оказались очень длинны. На несколько метров вокруг того места, где он принял не равный бой с атаковавшими его тварями, пролегала чёрная выгоревшая пустыня, на которой ещё многие-многие годы ничего не будет расти. Присвистнув от неожиданности он вновь повалился на траву. Теперь становилось понятно, почему он никак не мог дождаться угасания пламя, такая мощь не могла прогореть очень быстро.

Впечатлявшийся устроенной им же самим разрухой, Клод перевёл взгляд на окруживших его тесной стайкой товарищей и невольно вновь рассмеялся. И этот смех уже ничем не напоминал смех безумца, чем тот, что недавно отпустил мужчину.

Всё вместе они представляли собой довольно потрепанную чумазую компанию. Из всех более или менее без повреждения осталась Дейзира, и то судя по тому как она жалась к брату, это было заслугой юноши. Несмотря на свою вздорность, парень искренне любил и оберегал сестру, сейчас мужественно сжав губы, чтоб не стонать, придерживая поврежденную левую руку, на которой красовалось три свежих глубоких царапины.

- Прикрыл Дейза, - пояснил парень заметив внимательный взгляд наемника.

Ролк отделался лишь несколькими незначительными царапинами, как и сам Клод, получивший лишь царапины от разорвавшегося сосуда и несколько ожогов, от пламени все же прорвавшегося в его укрытие, но опасности эти ранения не представляли. Алита так вообще вышла из битвы без единой царапины, лишь бережно лелея маленький свёрток, из которого свешивался тоненький хвост.

- Клод, я не поверил увиденному. Я конечно слышал о преданности домашних животных, но чтоб такой преданностью обладала змея. Представляешь она бросилась прямо на одного и сектрозов, чтоб защитить Алиту. - Восхищенно болтал Ролк, перекрикивая царившую непогоду.

Мокрые, в грязи и крови, своей и чужой, они выглядели впечатляюще, что и следовало ожидать, от людей, сражавшихся почти с сотней монстров. Вот только Клода смущал пристальный взгляд Дейзиры, жадно вглядывающейся в его лицо. Капюшон. Капюшон с него спал ещё в то время, когда он сидел под тканью. Клод не боялся, что его тайна будет раскрыта, окружающая мгла и ветер неплохо скрывали его особенности, но было так непривычно ощущать на себе этот пристальный взгляд. Отчего морщась от ожогов в обожжённых пальцах, парень нащупал свое укрытие и накинул на голову капюшон. Что видела в нем девушка он не знал, а вникать в её мысли ему не хотелось. Сейчас было лучше всего заняться их ранами и дождем. Дрожащими пальцами он открыл свой пояс и извлёк оттуда несколько пузырьков с обезболивающим и раздал остальным, один из которых выпил сам. Подождав несколько секунд он физически ощущал, как расслаблялись напряжённые мышцы. Глядя на него все поступили так же, затем наступила очередь ожогов и порезов. Морщась, кривясь и постанывая они обрабатывали и бинтовали друг друга, неожиданно повеселев. Лишь Алита печально стояла возле воды провожая печальным взглядом в последний путь свою помощницу, отдавшую жизнь за её спасение. Подходить к женщине Клод не стал, решив, что она сама должна пережить это горе. Да и что ей сказать он не знал, всегда справляясь с такими моментами в одиночестве. Он видел, как Дейзира приносила цветы, и они пускали их по воде вслед маленькому тельцу, плавно ушедшему на дно.

Пора было уходить отсюда и найти хоть какое-то укрытие, так как дождь и не думал кончатся, даже кажись пошедший ещё сильнее. Как знал из прошлого опыта Клод ливень зарядил надолго, пока тучи не прольют на землю все, что успели накопить за последние несколько дней, ждать прекращения дождя не стоит. Вода обрушивалась с неба сплошной стеной, промочив наёмников насквозь. Как бы там не было, обязательства, или просто случайность, но они все теперь были наемники, так как выполняли заказ по устранению монстров, ведь в их мире, лицензии на работу наемником не требовалось.

Мокрая ткань противно обтягивала тело, лишним грузом тянув к земле, сковывая движения. Отчего усталые конечности отказывались подчиняться, но друзья упрямо шагали возвращаясь к переправе. Засиживаться на сожженном берегу не хотелось, единственная заминка вышла лишь когда они пытались найти труп более или менее уцелевшего монстра, ради доказательства своей работы, который обнаружился спустя минут десять бесплотного шастанья по округе. И каким-то чудом не попавшим под стену огня, взметнувшегося до небес. Сам Клод этого видеть не мог, поэтому ориентировался на слова спутников, эмоционально описывающих сотворенное им безумство.

Клод не знал сколько они так плелись в обратную сторону, так как в этом царстве темноты, ветра и дождя, время потеряло свои границы, но тело ныло от усталости и боли в натруженных мышцах уже невыносимо. Кости ломило от холода и сырости, а дождь не прекращаясь все лил и лил на них с небес, провожая прочь безразличных ему людей. В разыгравшейся непогоде была и своя польза, смешиваясь с речной водой, дождь разжижал содержание отравы в Вогре, что позволяло надеяться, что новых отравлений больше не будет, если градоначальник сможет вычислить всех уже заражённых. Клод понимал, что у мужчины будут проблемы, с родственниками уже павших от отравы людей, но к вещей радости парня, это была уже не его проблема.

Когда идти уже было в невмоготу, они останавливались под кроной деревьев, дающих не очень много защиты, но слегка укрывающих от воды, даже здесь бегущей под ногами по земле. Так что нигде долго не задерживаясь они наконец выбрели к переправе, провожаемые испуганными и недоуменными взглядами не многочисленных крестьян, существенно сократившихся с того момента, когда они здесь были в последний раз. Лошади ждали их привязанными возле парома, где они их и оставили, но в отличие от хозяев, за животными присмотрели, соорудив над ними своего рода навес из жердей и ткани, не бог весь какое укрытие, но у наёмников и такого не было. Поэтому с радостным предвкушением возможности, хоть ненамного укрыться от дождя они поспешили в укрытие, прижавшись к теплым тельцам животных, друзья блаженно растянулись на земле. Наконец-то долгожданный отдых.

Однако долго посидеть им не дали, раздвигая занавес воды пред ними возник Арен в накинутом поверх формы брезентом, он удивленными взглядом осмотрел потрепанных товарищей и перекрикивая шум дождя позвал их за собой.

- Господа наемники, пойдёмте, Диас велел вас сразу к нему проводить, как только вернётесь, там сможете и поесть, и передохнуть, коли заразы не боитесь.

- Это было бы великолепно, - ответил за всех Клод, - а то мы уже продрогли до костей. Но кони?

- За лошадок не волнуйтесь, за ними присмотрят.

- Мы принимаем ваше предложение.

Кряхтя, и морщась они вновь поднялись, хотя после того как тело почувствовав слабину, уже ужасно не хотя подчинялось владельцам.

Паром болтало на воде из стороны в сторону, подкидывало и бросало, но подвластный крепкой руке плот плыл вперёд, рассекая не спокойные волны. Как помнил Клод в такую погоду паромщики не работали, так что сейчас Фек рисковал лишь для них, хотя причину подобной спешки наемник не понимал. Ему конечно льстило, что ради них градоначальник так посуетился, но рисковать людьми и ими, не имело по сути большого смысла. Правда окончания дождя никто не мог предсказать.

Когда плот все-таки причалил к берегу, они с облегчением выбрались на сушу, после такой экстремальной переправы, окружающий ливень показался им лёгким неудобством. А на берегу их уже ждала повозка, заправленная двумя лошадьми, с крытым верхом и зашторенными окнами, представляя собой довольно сумрачное зрелище, но зато она внушала надежду хоть ненадолго, но укрыться от вездесущей воды, которая была всюду. Так что не сопротивляясь и ни о чем не спрашивая они в компании Арена забрались в повозку, места было мало, но в тесноте было даже теплее. Сидеть так прижавшись друг к дружке, чувствуя дыхание товарищей, сидящих рядом, навевало необычные ощущения. За все время пути никем не было не произнесено ни слова, даже Арен, несмотря на вопрос горящий в глазах, постеснялся их спрашивать о чем-либо, видимо их внешний вид говорил все за них. Тряся и подкидывая повозка везла их недолго, вскоре слегка дернувшись затормозила и остановилась. Когда они выбрались из повозки, их уже встречал Диас, сверкавший белозубой счастливой улыбкой, такой неожиданной на его хмуром прежде лице.

- С возвращением господа наемники, проходите внутрь, чувствуйте себя как дома. Вы заслужили. Ни о чем расспрашивать вас пока не буду, вижу, что устали и пришли с новостями. Уверен у вас все получилось. - Продолжал мужчина откинув их все понимающим взглядом.

- Да, гнездовье сектрозов мы уничтожили, но есть то, что я должен вам сказать сразу. - Сообщил Клод, решив не откладывать эту весть на потом, каждый день промедления мог стоить кому-то жизни и тогда все, что им пришлось пережить было зря.

- Я слушаю!

- Вам следует отправить людей в поселения вдоль реки вниз по течению, зараза могла распространиться далеко. Чтоб убедиться, что там нет людей погибших от отравления ядом сектрозов. Мертвых сожните. Не затягивайте, а то вскоре появится новый выводок тварей.

- Я понял. Всё сделаю.

- В мешке вам подарочек, - с лёгкой, немного вымученной улыбкой, промолвил наемник подтолкнув к Диасу мешок, который все это время держал при себе. Не сумев отказать себе в такой маленькой слабости.

Мужчина удивлённо вскинул на Клода взгляд карих глаз и неуверенно протянул руку, всем было известно, что обычно наемники подарков не дарят. В комнате повисла напряженная тишина, пока Диас открывал мешок, с шумным грохотом упавший на пол, едва градоначальник успел заглянуть внутрь.

- Матерь великая, что это за черт! - воскликнул мужчина и пораженно уставился на гостей, а в его глазах сверкал неожиданный огонёк разбуженного юношеского озорства. Видимо подобные этому подарки ему уже приходилось получать и шутку наемника он оценил.

- Это ваш обидчик, сектроз. Правда самец, самка сгинула в огне.

- Отвратная тварь. - С хитрой улыбкой заметил Диас. - И вас неплохо потрепала. - Окидывая взглядом их вид.

- Числом взяли, - с ответной улыбкой вернул мужчине Клод.

- Хорошо, что я не наемник. Вижу, что все устали, отдыхайте, а завтра жду подробного рассказа.

- Устраивает.

- Если что нужно говорите.

- Неожиданно слышать.

- Что тут неожиданного. Да за вашу помощь мы вас на руках носить должны и богов благодарить, что вы мимо проходили.

- Не часто так к наемникам относятся.

- Я так считаю, вы вполне могли пройти мимо и наш город бы погиб, а может и край. Не каждый наемник сам вызывается на работу, причём за приемлемую цену, не завышая и не задаваясь! - эмоционально ответил мужчина, взмахивая руками.

- Спасибо. Можно у вас чистой одежды, воды омыться и обработать раны и немного перекусить, да воды попить. - Озвучил все необходимое Клод.

- Это легко. - С улыбкой произнёс мужчина. - Прошу, мы уже все подготовили в специально выделенных вам комнатах.

С этими словами мужчина показал отведенные им покои, организм предчувствуя скорый отдых, едва подчинялся, заставляя через силу делать каждое движение. Глаза слипались, отяжелевшие веки практически смыкались, а обоняние уже радовали разносившиеся запахи, свежеприготовленной пищи, настоящей полноценно приготовленной еды, а не привычного перекуса. Комнаты, которые отвел им Диас, впечатляли. Это были настоящие покои с широкими кроватями, столами, стульями и отдельной ванной. Восторженно вздохнув, Клод вошёл в спальню. Конечно он понимал, что лучше бы проявить бдительность и не доверять местному градоначальнику, но мужчина вызывал впечатление человека-дела, на которого можно положиться. Поэтому распрощавшись с друзьями он быстро прикончил ужин, лежавший на столе, почти не заметив вкуса, лишь поняв, что это было вкусно. Давно не евши подобного, он наслаждался каждым кусочком, позволив себе расслабиться и отдохнуть. Когда последний кусочек исчез в желудке, а с узорчатой тарелки были сграблены даже мельчайшие крошки, парень скинул грязную одежду, оставшись нагишом. Сейчас находясь в одиночестве он мог позволить себе принять ванну без боязни быть внезапно застигнутым нежеланными зрителями. Подтянутое стройное тело, бледное из-за отсутствия загара, куда не смогли дотянуться лучи хулигана-солнца, покрывали многочисленные царапины, стертости, в тех местах, где ножны с оружием натерли кожу, и не малочисленные ожоги, неприятно горячие и чесавшиеся до невыносимого сильно. Печально покачав головой, расстроившись своим потрёпанным видом, он сгреб в охапку грязную одежду, намереваясь её застирать, никому другому он эту обязанность не доверял, а откладывать на потом не хотелось, понимая, что как только он погрузиться в чистую воду, о стирке можно будет забыть. Раздражающий нос запах дыма и горелой плоти, пропитавшие кожу, вновь вернули к тому огненному аду из которого ему чудом удалось сбежать. Вода охватив грязную ткань, сразу сменила свой цвет с прозрачной на мутно коричневую. Клод передернулся, это все было на нем. Сейчас он с удовольствием оценил выдержку градоначальника, ничем не выдавшим впечатление от чумазых ужасно пахнущих наёмников. Таким грязным Клод себя помнил нечасто. Когда со стиркой было покончено, он с удовольствием обтер лицо, от такой лёгкой работы устав сильней, чем от сражения со сектрозами. Теперь наступила очередь тела. Опустившись в приятную, слегка прохладную воду, он с удовольствием ощущал, как остужались обожжённые участки, как мышцы отдыхали, отдаваясь во власть все сильнее охватывающей его неги, дарующей ощущение расслабления и блаженства. Зачерпнув мыльной пасты парень остервенело оттирал, казалось въевшуюся в его кожу многодневную дорожную грязь, натирая себя до красноты и легкого покалывания в теле. Только после того как вся грязь была смыта и отчищена, он смог почувствовать себя лучше, ощущая, как тело помолодело на несколько лет, с удовольствием отмечая как исходящий от него запах дыма, сменился духом ароматной пасты, ласкавшей его истерзанное последними часами пытки обоняние.

Клод уже не совсем сознавал, сколько времен провел в ванне, его глаза начали сонно слипаться, когда он ещё был там, в очередной раз придя в себя он обнаружил, что лежит поверх одеял на не расправленной кровати. Совершив над собой неимоверное усилие, так как двигаться совсем не хотелось, он расправил постель и окончательно провалился в такой желанный и долгожданный сон.