Любовный баг

⌘W

— Я проверил файл, который вы мне прислали. В целом всё в порядке, но я хочу отметить несколько моментов.

На следующий день Мин Юнги всё ещё выглядел как робот, которого забыли смазать. Не глядя в глаза Хосоку, он открыл полученный накануне файл на своём ноутбуке. Юнги увеличил масштаб фотографии и указал пальцем на угол.

— Вы видите, что пиксель битый? Пожалуйста, исправьте.

— Ты увидел это на телефоне?

— Чтобы добиться прекрасного результата, необходимо уделять внимание мелким деталям. Пожалуйста, обратите на них внимание.

Далее поочередно отображались два изображения оружия.

— В этих двух картинках должна быть одинаковая цветовая кодировка, но она разная. Пожалуйста, исправьте.

Только «ястребиные глаза» могли разглядеть столь незначительную деталь, но вся критика была обоснована, поэтому Хосоку нечего было сказать. Таким образом, указав еще на несколько недочетов, Юнги отсортировал папки по именам файлов.

— И когда вы прислали мне изображения... я ведь чётко написал инструкции по названию, верно? Укажите тип, подчеркивание, подтип, подчеркивание, две цифры.

— ...

— Здесь нет подчёркивания, и везде стоят одни числа. Поставьте вначале ноль. И не смешивайте. Пишите только строчными буквами. Я исправил ошибку на первый раз, но будьте осторожны, чтобы не повторять ее в следующий раз.

Видимо, это было важно для него. Но при создании нескольких десятков файлов за такой короткий промежуток времени не быть ошибок попросту не могло, разве что в фантазиях. И это при том, что у него была привычка всегда называть файлы «Final_final11Finalreal_1_Final.Ai».

— Ублюдок, который не прольёт ни капли крови, даже если его зарежут*.

___________________
*Прим.: это выражение используется для обозначения «хладнокровного человека». Тот, у кого нет ни жалости, ни сочувствия.

Юнги проигнорировал колкость Хосока, закрыл ноутбук и спрятал его в сумку. Сегодня Хосок ждал чего-то вроде «хорошая работа», но снова веяло одним лишь холодом. Кажется, работай он хоть до смерти, похвалы бы он не услышал. В конце концов, это оказалось всего лишь иллюзией, созданной надеждой на то, что Мин Юнги тоже хоть сколько-то интересовался им.

Хосок бессознательно позвал Юнги, когда тот встал, закончив собирать свои вещи.

— Эй.

— Что?

— Как у тебя дела с учёбой в эти дни?

Поскольку ему нечего было сказать, у него возникли вопросы по поводу учебы. Юнги посмотрел в глаза Хосоку с немым вопросом «почему ты спросил об этом?».

— Продвигается. Я пришёл сюда после окончания учёбы.

— Ты супермен.

— Сейчас я в хорошей форме и хорошо учусь.

— Радуешься, что я ушёл с твоих занятий? Поблагодари хоть, засранец.

Пришло время получить очередной злобный взгляд и указание, чтобы он прекратил говорить ерунду. Так оно и было до сих пор. Но на этот раз Юнги закатил глаза и посмотрел куда-то в угол потолка.

— Нет, не совсем.

— Почему?

— Я не хочу...

— Ты не хочешь говорить об этом. Это твоя любимая фраза?

Настало время покинуть конференц-зал. Вскоре Юнги подошёл к двери. Хосок протянул руку, чтобы поймать его за запястье, но дернулся, вспомнив о том, что Юнги ненавидит физический контакт; резко изменив направление, он схватился за ремень его рюкзака.

— Ты не думаешь, что я похудел?

— Нет, я пойду.

Время, выигранное бесполезными словами: 1 секунда. Он уйдёт через три секунды. Лихорадочно соображая, он выдал, как ему казалось, блестящую идею.

— Мне нужно внести много исправлений. Было кое-что, чего я не совсем понял... Почему бы тебе самому не посмотреть на это и не дать мне знать?

— Вы даже это не поняли?

— Тебе лучше убедиться во всём. Ты ведь никогда не ходил в художественный корпус? Посмотришь, где я работаю, и выпьешь чашку чая или что-то в этом роде. Ты сказал, что закончил сегодня с учёбой.

— ... Рабочее место сонбэ?

Было трудно сказать что-либо о том, что он имел в виду, просто слушая его голос. Он даже не мог как следует разглядеть его лицо из-за кепки. Хосок потянул за ремешок его сумки.

— Пойдем. Делать всё равно нечего.

— Как раз есть то, что нужно сделать. - Юнги отпустил и сложил руки. — Но мне нужно проверить рабочую среду сонбэ. Я не думаю, что она хорошая. У нас много работы, так что лучше для нас обоих добиться максимальной эффективности.

— Да. Это то, что я имел в виду.

Хосок, который сидел на столе, вскочил. Глаза Юнги расширились от удивления.

— Сейчас?

— А что?

— Надо подготовиться...

— Что за подготовка? Просто придём и уйдём. Давай за мной.

Хосок потянул ремешок сумки Юнги вперёд. Когда он вышел из библиотеки, Юнги последовал за ним, не сказав ни слова.

В начале апреля погода стояла солнечная и прохладная. Это была любимая погода Хосока. Насвистывая, он подошел к передней части художественного корпуса, то и дело потягивая за ремешок, когда Юнги пытался отойти от него.

— Это комната для четырех человек. Надо подать заявление, чтобы рассчитывать на неё на целый семестр.

— Там есть другие люди?

— Их двое, но один идёт в армию, а другая выполняет только свою работу, так что не волнуйся.

— Это мои сонбэ?

— Они учатся со мной на курсе, а мы одного возраста. Поприветствуй их лично.

На два года старше, но учатся на одном курсе. Юнги выглядел обеспокоенным. Обычно в таких ситуациях можно использовать «нуна», но для Мин Юнги это было невозможно. Хосок открыл дверь в комнату для практических занятий.

— Вот. Заходи.

Перед глазами Юнги открылось пространство, занятое четырьмя большими столами. Хосок никогда прежде не чувствовал себя неловко в этой комнате, но сейчас ему вдруг почему-то стало стыдно. Стена с плакатами в этот день выглядела особенно неаккуратно, пол был завален коробками, мятой бумагой, пакетами от закусок, сломанными динамиками, бигудями для волос, массажером для икр, тапочками и прочим барахлом. Сегодня особенно громко раздавался хэви-метал Юны. Она, закрыв глаза, трясла головой в такт музыке, отчего темно-желтые подстриженные волосы бешено тряслись в воздухе. Если подумать, они не очень хорошо ладили.

— Привет, Чхве Юна. Посмотри сюда.

— Что?

Она ответила, не оглядываясь. Хосок повернулся к Юнги, у которого было такое лицо, словно он встретил привидение или что-то в этом роде. То, что он увидел, ему явно совсем не понравилось. Ну почему именно сегодня Юна надела красную кожаную куртку и чокер на шею?

— Не обращай на неё внимания и сядь здесь.

Он указал на сиденье Сокджина. Юнги неуверенно повесил рюкзак на стул. Наконец оглянувшись, Юна крикнула:

— Кто он?

— Хубэ, с которым я вместе делаю проект. Просто занимайся своими делами.

— Вау, ты про ту игру, которую сейчас создаёшь? Как зовут? Ты с нашего факультета?

— Мин Юнги, компьютерная инженерия. Не обращай внимания на это лицо. Это выражение «приятно познакомиться».

— Имя очень забавное. Похоже на ЮнгУн*.

_________________________
*Прим.: здесь повторяется история с прозвищем, которое означает «трудоголик».

Юна хлопнула в ладоши и засмеялась. Хосок опасался, что Юнги уйдет, но тот просто сел с каменным выражением лица. Хосок протянул ему кусок упакованного сэндвича, который случайно оказался на столе Сокджина.

— Устраивайся поудобнее.

— Как я могу устроиться поудобнее, если мне некомфортно?

— И то правда.

Когда Хосок попытался включить компьютер, Юнги движением руки остановил его.

— Сначала избавьтесь от мусора.

Только сейчас он заметил крошки на столе, банки из-под кока-колы, пустые пачки сигарет и груды салфеток. Хосок сгреб все и вернулся после того, как позаботился о мусоре, как приказал Юнги. Вещи на полу тоже были грубо запихнуты в угол.

— Уберите носки, пожалуйста.

Как только он сел, пришёл следующий приказ. Хосок достал носки, застрявшие за монитором, и положил их в сумку.

— Проветрите помещение.

Это начинало раздражать, но он открыл окно.

— Расставьте свои книги. - Юнги сказал это, глядя на безуспешные попытки упорядочить груды литературы.

— Вот теперь включайте свой компьютер.

Во время загрузки Хосок смотрел в потолок.

— Пожалуйста, приведите в порядок свой рабочий стол перед тем, как приступать к работе.

— Что, чёрт возьми, тут можно убирать?

— Со стороны сложно увидеть. Поторопитесь.

Постепенно закипая, он удалил лишние файлы, остальные распихал по папкам.

— Старайтесь регулярно очищать рабочий стол.

— Это моё место, разве ты можешь просто вломиться и делать всё, что вздумается?

— Забавно слышать это, особенно от сонбэ.

— Ой, ты даже шутить умеешь.

Улыбка расплылась по губам Хосока. Пришло время погладить или взъерошить его волосы, но это было табу для Юнги. Юнги всё ещё смотрел в потолок, скрестив руки с неодобрительным выражением лица. В какой-то момент он повернул стул и увидел спину Юны.

— Простите. Вы тут не одна. Музыка слишком громкая.

Юна расширила глаза и поочередно посмотрела на Юнги и Хосока.

— Там есть хорошие наушники. Наденьте их.

— ...

Юна никогда не подвергалась критике из-за ее вспыльчивого нрава, где бы она ни находилась, но даже она в смущении приоткрыла рот. Хосок вскочил со своего места, схватил наушники со стола Юны и нахлобучил их ей на голову. Когда разъём был подключен к компьютеру, безумная музыка наконец исчезла. Юнги, казалось, немного расслабился.

— Теперь запустите программу.

Что же, пора продемонстрировать свои навыки. Вернувшись на своё место, Хосок протянул руку и положил левую руку на клавиатуру, а правую - на мышь.

— Начнём.

Юнги сказал это и затем повернулся к книге, которая была осторожно открыта на пустом столе.

Хосок думал, что Юнги будет вмешиваться в каждую задачу и указывать ему, что делать, но он сдержал слово о том, что будет только наблюдать за ним. Это позволяло работать, не чувствуя себя обремененным. Юнги был настолько спокоен, что Хосок даже не был уверен, что находится рядом с ним.

Щёлк, щёлк. Звучали только звуки мышки и клавиатуры. Его ничто не отвлекало, за исключением бормотания Юны, иногда подпевающей на заднем плане. Его руки немного вспотели, а сердце билось чуть быстрее, чем обычно. Хосок даже успел составить карту, пребывая на редкость в хорошем настроении.

Когда показалось, что прошло какое-то время, он небрежно взглянул направо. Юнги почему-то смотрел на монитор Хосока, а не на свои книги, положив локти на стол.

Его внимание привлекла длинная прямая шея. Чёрная футболка с длинными рукавами была слегка растянута в области воротника. В промежутке между тканью и телом на белой коже ярко выделялась родинка. Его единственным желанием в этот момент было снять эту бесполезную одежду и вонзиться зубами в это плечо. Мысли, которые он не мог озвучить вслух.

«Ах... Это опасно.»

После того, как в голове сами собой представились обнаженные плечи Юнги, усеянные красными отметинами, Хосок усилием воли заставил себя отвернуться обратно к монитору. Если бы он не отвёл взгляд, в противном случае он гарантированно появился бы в завтрашних новостях.

[Последние новости] Хубэ обратился в суд после того, как сонбэ укусил его за плечо.

«Было очень больно. Проверка на бешенство завершена, но результаты ещё не объявлены, и я не собираюсь отказываться от обвинений. Надеюсь, он получит должное наказание.»]

Голос из интервью, казалось, раздавался в его голове. Услышав, что курсор мыши застыл на продолжительное время, Юнги повернул голову и снова встретился с ним взглядом. Хосок нарушил молчание, все еще чувствуя уколы совести:

— На что смотришь?

— Я думал о том, что у меня хороший дизайнер.

— ...

— У вас худший образ жизни... Но я не могу жаловаться на ваши навыки, - сказал Юнги с равнодушным взглядом.

Иногда он действительно поражает. Хотя Хосок частенько слышал что-то подобное, в словах Юнги это приобрело совсем другой окрас.

Скорость работы увеличилась. Была ли разница в чистом столе, тихой обстановке, свежем воздухе или сидящем рядом человеке? Хотя они работали как обычно, Хосок чувствовал себя так, будто они были на пикнике.

В первый день Юнги почти все время молчал и ушёл ровно через час. Настолько внезапно, что Хосок даже не успел придумать повод, чтобы задержать его.

Однако со второго дня Юнги перешёл в режим дьявола, как-будто намереваясь сделать всё и сразу. После обеда он принёс свой ноутбук и начал систематизировать ресурсы, созданные Хосоком, помещая их в созданную им структуру. Хосок же решил немного отдохнуть от работы над картой после завершения персонажей, оружия и связанных с ними эффектов. Но ему делали замечания всякий раз, как он пытался уйти на перерыв.

«Если вы хотите работать со мной, вы не должны отставать.»

«Вы никак не похожи профессионала. Как вы можете иметь такое мышление?»

«Не трясите ногами.»

«Встаньте и сядьте прямо.»

«Вы зеваете, глядя даже на такой объём работы?»

«Я дал вам время подумать. Почему тогда не сказали «нет»?»

Похоже, Юнги ничего не нравилось, кроме дизайнерского мастерства Хосока. После трёх дней терпения Хосок дошёл до того, что фыркнул на всё, что услышал.

«Конечно, генеральный директор Мин, делай, как хочешь.»

«Боже мой, да кто я такой, чтобы отвечать?»

«Мне даже не нужен нож, чтобы ты считал меня каким-то гангстером.»

«Посмотрим, какой там телефон МинТруда?...»

«Если завтра этот рабочий стол треснет пополам, это будет твоя вина.»

«Ах, я что, в угольной шахте Аодзи?»*

___________________
*Прим.: угольная шахта Аодзи находится в Северной Корее. С японского колониального периода известна неустойчивой рабочей средой, а с момента создания правительства Северной Кореи там скончались многие политические заключенные, выступавшие против правительства.

Взрыв был неизбежен. Было так много работы, а Юнги по-прежнему хотел придерживаться графика. Похоже, он не поверил бы, даже если бы сказал, что сделает всё сразу. Когда они начинали очередную словесную перепалку, Юна раздраженно надевала наушники. Однако Хосок не жалел, что привел Юнги в тренировочную комнату. Внешне рыча и огрызаясь, он чувствовал себя странно счастливым.

— Я отдохну 15 минут.

Хосок вытянулся, отпуская мышь. Был понедельник, когда он снова встретился с Юнги после выходных. На выходные были запланированы баскетбольный матч и вечеринка. После матча его дразнили Золушкой за то, что он рано покинул вечеринку и не выпил. И несмотря на то, что он исправил все указанные ошибки и довел до совершенства пять разных карт, Мин Юнги все равно выразил недовольство, когда Хосок сказал, что сделает 15-минутный перерыв.

— Понял.

После этой сделки он подождёт ровно 15 минут, а затем начнет приставать к Хосоку, чтобы тот вернулся к работе. Как только Хосок получил официальное разрешение, он переложил одежду Юны, сложенную на кровати, на пол в другой части комнаты, и лёг.

Юнги сидел прямо и печатал, глядя на экран монитора, полный букв. Теперь и он привык сидеть по ночам в тренировочной комнате.

— Ты тоже отдохни.

— У меня много работы.

— Кто этого не знает? Я говорю, чтобы ты отдохнул.

— Как я могу отдыхать, когда у меня столько дел?

— Если я продолжу говорить, ты отдохнешь, потому что не сможешь сосредоточиться.

— В Англии в 1850-х годах, когда деревья были настолько загрязнены, что потемнели, популяция серо-белой моли сократилась, а серо-чёрные моли процветали.

— ... Что ты пытаешься сказать?

— У живых существ есть инстинкт приспосабливаться к внешним угрозам.

— О, значит я загрязнитель, а ты хрупкая бабочка? Ну, попробуй изменить цвет своих крыльев. Я буду болеть за тебя.

— Я не хочу слов ободрения. Заткнуться - это лучший способ мне помочь.

Мин Юнги был похож на торговый автомат с набором нужных реплик. Хосок схватил свой мобильный телефон, спасаясь от уже проигранного словесного поединка. Он ответил на несколько сообщений и включил видеоклип своей любимой группы. Когда он был с Юной и Сокджином, он всегда включал громкую музыку, но не делал этого с тех пор, как Юнги начал приходить сюда. Юна также несколько раз пыталась сопротивляться, но после неоднократных проигрышей в спорах она вздыхала и надевала наушники, когда входил Юнги. Сегодня этого не произошло, потому что она ушла рано.

Мечтательные синтезаторы, барабанные дроби, басы, душераздирающие электрогитары и томный вокал. Пока Хосок был погружён в музыку с закрытыми глазами, всё ждал указания «Выключите музыку». Когда он открыл глаза, Юнги всё ещё работал с прямой спиной.

— Кажется, тебе нравится.

— Нет, не совсем.

— Название этой группы - Psy...

— Psychedelic, я знаю.

— Название - Ма...

— «Магнитное поле», пятый альбом «Электричество», 8 трек. Я знаю, так что помолчите, пожалуйста.

Хосок был так потрясен, что уронил мобильный телефон. Его любимый артист не пользовался особой популярностью в Корее. А Юнги знал не только название песни, но даже номер альбома и трека. И пусть он сказал, что ему не очень нравится, но он знал все детали, которые обычно знают только заядлые слушатели. Пока он пребывал в недоумении, плейлист перешёл к следующей песне. На этот раз это была малоизвестная местная инди-группа.

— Второй альбом Napalsoo, Bullshit, трек 12. I'm Going to Cut My Boss and Swallow the Company.

Хосок целую минуту тупо пялился на чёрную бейсболку.

«Не могу поверить, что у Мин Юнги такой же вкус, как у меня.»

В это трудно было поверить. Хосок с трепетом в сердце включил следующую песню.

— Первый альбом, Cho Сhiwon Band, Red and Black, трек 7, Red Gigant.

— Вау, у нас с тобой похожие вкусы. У меня аж мурашки по коже.

— Вовсе нет, так что не говорите даже такого.

На этот раз он не попадется в ловушку, даже если на него нападут. Если вы знаете даже номер трека, как часто вы его слушаете? Хосок был взволнован и крутил трек за треком. Юнги знал всё. Вне зависимости от того, иностранный это артист или отечественный, любого жанра. Это было намного точнее, чем приложение, которое сообщает вам название песни, когда вы её проигрываете.

Хосок случайно коснулся незнакомого места, меняя трек, и включил хит, который возглавлял чарты в течение последних 10 недель. До сих пор Юнги произносил название в течение 10 секунд после начала воспроизведения музыки, но на этот раз он молчал.

— Разве ты не знаешь?

— Откуда мне знать?

В наши дни любого, кто не знал эту песню, можно было бы назвать шпионом*. Какой странный. Хосок снова впал в замешательство из-за легкого ощущения несовместимости.

____________________
*Прим.: Термин «шпион» может относиться к северокорейским шпионам в Южной Корее.

— Сонбэ, у усиленной гранаты отсутствует чека. Пожалуйста, проверьте это и ещё раз взгляните на кукурузу. И кстати, прошло 15 минут. Возвращайтесь на своё место.

«Этот псих...»

Хосок встал примерно через пять секунд. Когда он заставил себя сесть в кресло, Юнги взглянул на него и перевел взгляд на свой компьютер.

«Он милый, но совсем не милый...»

Хосок было потянулся, чтобы ущипнуть его за щёки, но запоздало вспомнил о табу. Юнги уже нахмурился и уставился на его руку. Хосок сделал вид, что собирался хлопнуть в ладоши, скрутив руки в непонятный крендель.

— Ой? Здесь комар...

— Сейчас апрель. Какие комары?

— Но он был здесь.

— Посмотрите на свои руки, вы его поймали?

— Ой? Я упустил его.

Юнги снова начал печатать с недоверчивым видом. На фоне монитора, заполненного совершенно нечитаемым языком, он казался всемогущим. Хосок неотрывно смотрел на Юнги, подперев подбородок рукой, и какое-то время не мог начать работу.

— Почему ты создаёшь игру?

Внезапно он подумал, что было слишком поздно задавать такой вопрос. Об этом следовало подумать с самого начала.

Почему Мин Юнги пытается создать игру? Парень, который ничего не понимал в создании контента. Он был хорош только в разработке, но, похоже, не имел никакого опыта в графике или звуке. Кроме того, он — человек, который не любит работать в команде из-за своей обособленной личности, но делает игру, требующую помощи дизайнеров или планировщиков.

— Потому что мне это нравится.

Внезапный ответ немного шокировал Хосока. Поскольку у него было сильное впечатление, что Юнги чудак, он думал, что у него нет хобби или чего-то ещё, что ему просто нравилось бы.

— Есть игровая компания, в которой я хочу работать. Когда мне было 15 лет, я впервые сыграл в игру этой компании, и было так весело, что я впервые не спал всю ночь. С тех пор моя мечта изменилась. Я хочу сделать такую игру своими руками, поэтому вне учёбы изучаю английский и игры.

Юнги заметил выражение лица Хосока и проговорил: «О, это был риторический вопрос, верно?», и снова посмотрел на монитор. Хосок с улыбкой покачал головой.

— Нет. Ты был хорош. Так что это была за игра?

— StarCraft 1.

"Никогда не играйте в «StarCraft 1», если идете в компьютерный клуб с Мин Юнги". Хосок мысленно делал заметки в своей голове.

— Кем ты мечтал стать до разработчика игр?

— Водителем экскаватора.

— ...

Сегодня он узнал несколько вещей. Мин Юнги - не просто андроид, одержимый задачами, но и человек, который любит музыку и о чем-то мечтает. Он никогда не видел, чтобы глаза Юнги были наполнены амбициями.

— Я планирую присоединиться к компании во второй половине следующего года, опираясь на успех Veggie Venturer.

— Ты говорил о моём портфолио, но, в конце концов, это для твоего портфолио, верно?

— Разве не хорошо убить сразу двух зайцев?

Он думал, что они двое уже преуспели в игре, которую только что начали создавать по дикому графику. Однако почему это воспринимается как уверенность, а не безрассудство? Мечта Мин Юнги. Это будет нелегко, но Хосок уже не думал, что это невозможно. Гордость за свою работу достойна похвалы и подталкивает вперёд, чтобы что-то делать.

— Эй.

— Да?

— Могу я погладить тебя по голове? Через минуту.

— ...

Юнги долго не отвечал. Было странно, что он сразу не сказал «нет». Хосок ждал достаточно долго, но не получил ответа.

— Я не буду, если тебе это не нравится.

Но затем Юнги почесал шею и сказал:

— Я не так сильно это ненавижу. Если вы скажете мне заранее...

Это было намного мягче по сравнению с первым разом. Хосок подавил желание сразу дотянуться до чёрной кепки.

— Тебе нужно быть готовым?

— Нужно. Ненавижу всё неподготовленное.

— Что ты будешь делать, если бабушка вдруг позвонит тебе во время урока, потому что скучала по тебе?

— Я не смотрю в свой мобильный телефон во время занятий. И обе мои бабушки скончались.

— Извини. Тогда изменю пример... Что, если у тебя нет ароматизатора, когда ты готовишь рамен?

— Я бы не начал, не убедившись, что у меня есть все ингредиенты из рецепта.

— Теперь я знаю, что ты хорошо готовишь рамен.

— Как можно не уметь готовить рамен? Любой может сделать его, если у него есть две руки и достаточно ума, чтобы прочитать рецепт.

— Нет. Так много людей делают это безвкусно... О, пора.

Хосок без колебаний протянул руку и похлопал Юнги по кепке. Было чувство удовлетворения от поступка, достигнутого с помощью дополнительных шагов. Он хотел опустить свою руку на его плечо, но решил, что на сегодня хватит.

— Я буду поддерживать тебя. Чтобы ты стал ближе к своей мечте.

Шёпот не получился. Возможно, из-за того, что было слишком много искренности, его голос немного дрогнул.

— Я полон решимости сделать отличную игру.

Юнги замер и моргнул, будто ничего не слышал. Две секунды спустя он покачал головой и убрал руку Хосока.

— Достаточно.

Он внезапно закрыл свой ноутбук и начал шумно собираться. Хосок смотрел сбоку на его профиль в течение трёх минут. Юнги не собирался показывать лицо спереди. Глядя на часы, было всего половина десятого.

«Вчера он был до десяти...»

Положив все свои вещи в рюкзак, Юнги вскочил и начал уходить. Казалось, в комнате никого не было. Юнги остановился у двери и, глядя на неё, сказал:

— Я ухожу. Увидимся на следующей встрече.

«Следующая встреча... Просто скажи, что завтра.»

— Ага... Пока, - пробормотал Хосок в затылок Юнги. Через некоторое время железная дверь закрылась.

Хосок вытер лицо ладонью и посмотрел в потолок. Он снова что-то сделал не так? Приходилось ли ему так поступать с человеком, который цокает зубами, когда дело касается физической привязанности? Тем не менее, реакция Мин Юнги была несколько странной, чтобы её можно было описать как раздражение.

— Мне нужны сигареты.

Необъяснимое чувство несовместимости все сильнее преобладало в голове Хосока. Он почувствовал необходимость более пристально понаблюдать за Юнги.​