Глава 15
Звонкий смех разносился по всему саду. Хюррем, окончательно выбившееся из сил, рухнула прямиком на снег и рассмеялась. Рядом с ней приземлилась Эсманур, за ней Михримах, Селим, Баязед и немного с опозданием Джихангир. Дети наконец-то смогли к ней приехать и теперь они веселятся как могут. Все здорово сдружились с маленькой Эсманур. Больше она конечно нравилась Джихангиру, от чего восхищению и умилению не было предела. Всей дружной компанией они валялись в снегу и смеялись во всю, временами покидывая в друг друга снегом. Вдалеке стоял Ибрагим, пристально наблюдая за всем с улыбкой. С Хюррем видимо отношения попортились. После разговора в саду прошла неделя и с тех пор никто из них и словом не обмолвился. Делали вид будто не существуют друг для друга. Такой расклад печалил. Была надежда на то, что их ссорам пришел конец, но видимо не судьба. Делать первым шаг Ибрагим конечно не собирался. Будь что будет. Его задача сейчас найти заказчика и только. Паша постепенно начал нападать на след этого некого Махмуда-эфенди. В скором времени он будет схвачен и тогда Визирю больше не придется выполнять роль личного охранника Хюррем Султан. В тот день она была слишком наивна, если подумала, что он реально прекратит свое дело. Как никак сам Падишах поручил свою жену ему.
Хюррем еле поднялась, отряхивая с себя снег. Невольно она заметила Ибрагима. Женщина на секунду засмотрелась, но потом сразу же отвела взгляд. Ибрагим очевидно заметил данное действие и тихо усмехнулся.
— Ну все дети, живо во дворец греться, — скомандовала Хюррем, окончательно отряхнув снег.
— Ну мама, давайте еще поиграем, — услышала она протест от Баязеда.
— Нет, дорогой. Мы и так с самого утра на улице. Быстро поднимайтесь и бегите во дворец.
Все дети отчетливо знали и понимали, что с мамой лучше никогда не спорить, ибо удача всегда была на ее стороне. Поэтому все послушно встали и начали стряхивать с себя снег. Когда дело было закончено, то так же дружно побрели во дворец. Эсманур, заметив своего отца, широко улыбнулась и побежала к нему, выставив руки вперед. Через несколько секунд Паша заключил ребенка в объятия и поднял на руки. Улыбку от увиденного не скроешь. Хюррем лишний раз задавалась вопросом. А почему же Ибрагим изменил Хатидже? Ведь их связывала крепкая любовь, за которую приходилось бороться. Что же пошло не так? Но к сожалению ей не узнать ответа. Не спрашивать же напрямую? Тем более между ними теперь явно не все гладко, как было до этого.
Нигяр находилась в объятиях Матракчи, который медленно поглаживал ее по плечу. Незаметно для обоих дружеские отношения переросли в нечто большее. А ведь раньше и думать не смели о таком повороте событий. Судьба она такая штука. Не знаешь, когда и с кем тебя сведет.
— Сегодня не смогла заснуть, всю ночь ворочалась, — неожиданно начала Нигяр.
— Почему же? Тебя что-то тревожило?
— Да. О Эсманур думала. Паша так и не превез ее обратно.
— Не волнуйся. Я уверен он вскоре привезет девочку и ты сможешь наконец-то увидеть дочку. А пока перестань грустить. Не могу видеть тебя такой.
Нигяр улыбнулась и прижалась к мужчине еще сильнее. Женщина благодарила Аллаха за такую милость, как любить и быть любимой. Не смотря на страшный грех, который она совершила, в ее жизни началась белая полоса, чему она несомненно рада.
Сулейман ходил по покоям из стороны в сторону. Он наконец принял решение, которое изменит отныне жизнь всех навсегда. Далось ему это не просто, но другого выхода он не видел. Султан долго взвешивал все "за" и "против" , не спав ночами. Развод единственный верный выход. Повелитель сел за стол и принялся писать письмо Хюррем о том, чтобы та явилась во дворец. Написав первую строчку, Султан услышал, как в покои постучали.
— Войдите, — сказал он и уткнулся обратно в бумагу.
Двери открылись и вошла Фирузе. Девушка поклонилась и прошла к столу, за которым сидел Сулейман. Султан поднял на нее глаза и улыбнулся.
— Фирузе, иди сюда.
Фаворитка прошла и присела к Сулейману на колени. Девушка вытянула шею, чтобы посмотреть, что делает Падишах.
— Что ты делаешь? — поинтересовалась девушка.
— Пишу письмо. Я решил развестись с Хюррем.
Фирузе в душе заликовала и готова была подпрыгнуть до небес. Наконец-то это свершилось. Отныне Хюррем не встанет на ее пути и не посмеет унизить или притронуться.
— Правда?
Сулейман кивнул. Девушка вздернула голову и немного улыбнулась, хотя готова была зареветь от счастья.
Время близилось к ночи. Хюррем уложила Эсманур и Джихангира спать, при этом прочитав сказку. Михримах же проследила за тем, чтобы Селим и Баязед тоже легли в постель. После девушка вошла в покои к матери, где та сидела на диване. Михримах присела рядом и спросила:
— Есть какие-нибудь вести от Мехмета? Я давно не слышала о нем, волнуюсь.
— Я отправила ему весточку. Думаю скоро придет ответ.
Последовала тишина. Михримах замялась. Ее тревожил один вопрос, который она не осмеливалась задать. Не дай Аллах расстроит маму, чего ей очень не хотелось. Хасеки заметила перемену и спросила:
— Михримах, красавица моя. Что тебя беспокоит?
От Хюррем ничего не скрыть. Читает людей, как открытую книгу. Михримах это хорошо знала и поэтому бессмысленно скрывать.
— Матушка, что будет дальше? Когда вы вернетесь?
— Я уже не верю в то, что смогу вернуться. Что будет дальше знать не могу, — положила ладонь на руку дочери. — При любом исходе ты не должна отчаиваться и принять его так же, как приму я. Наши судьбы решает Повелитель. Увы, все зависит от него.
Михримах не ответила, да и не знала что сказать. Обида на Султана пожирала ее душу. Госпожа любит отца, но простить ему все пока не может. Он обрек на страдания такого же ей близкого и любимого человека. А все из-за кого? Какой-то жалкой рабыни, которая и в подметки ее матери не годится. Узнав, что Рустема на месте поймал Джихангир, Михримах сильно расстроилась. Благо брат не рассказал никому, иначе беды не миновали бы. Ну ничего. Это не последняя попытка.
Вскоре Михримах ушла к себе в покои готовиться ко сну. Хасеки осталась одна. Ее почему-то волновало кое-что. Ибрагима до сих пор не было. Хотя какое ей дело? Она ему никто. Поэтому госпожа пыталась отбросить эти мысли как могла. В покои постучали. Когда женщина разрешила войти, то появился слуга с чем-то в руках. Он подошел ближе и сказал:
— Госпожа, вам письмо из столицы.
Протянул в руки и Хюррем взяла его. Когда ага ушел, то по телу госпожи пробежались мурашки. Неужели Сулейман написал? Чтобы не мучить себя догадками она тут же развернула бумагу и начала читать. Ее догадка оказалась верна, но письмо не сулило ничего хорошего. К такому исходу Хюррем была готова. Только вот как сказать это детям не представляла.
На утро Хюррем в сопровождении служанок и стражи отправлялась к карете, чтобы отправиться в столицу. Что будет с ней после бракоразводного процесса Хасеки не представляла. Детям госпожа так и не решилась рассказать. Пока они останутся в Эдирне, Хюррем успеет обдумать все в дороге.
Ибрагим открыл глаза и увидел знакомые стены главной комнаты. На его груди спали Осман и Хуриджихан. Вчера он решил заехать и повидаться с ними, ведь сильно соскучился как и они. Так и уснули вместе, не доиграв. Двери тихо приоткрылись и вошла Хатидже. Женщина медленно прошла и встала рядом. Визирь осторожно поднялся, чтобы не разбудить детей.
— Спасибо, что позволила увидеть их, — прошептал бывшей жене Паша.
— Не стоит благодарности. Ты их отец и можешь видеться, когда захочешь, — прошептала в ответ Хатидже.
Госпожа вообще не ожидала, что Ибрагим явится. Его появление ее сильно удивило и обрадовало, ведь Осман и Хуриджихан так сильно ждали. На какое-то время дети смогут успокоиться. Ибрагим наклонился к спящим детям и поцеловал каждого. Потом отстранился и сказал:
— Я пойду. Пора.
— Конечно.
Ибрагим отправился к двери. Хатидже провожала его взглядом и пыталась понять, что же чувствует. А ничего. Все исчезло.
Внутри экипажа Хюррем уставилась в одну точку. Ее жизнь стремительно шла под откос. Взлететь взлетела, а теперь будь добра падать. Сейчас будет решаться судьба. Хоть виду не подавала, но было страшно. Больше от того, что есть вероятность не увидеть отныне детей. Неизвестно, что же будет дальше. Внезапно карета остановилась. Хюррем услышала знакомые звуки. Неужели все повторяется? Не прогадала. Все это уже было пережито. Опять силком вытолкнули наружу. Только теперь их было несколько. Высоких мужчин в черном. Сбежать как тогда не выйдет. Видимо все решится окончательно сейчас. Пронзила резкая боль и перед глазами все поплыло...Темнота