Сердце вне игры Рока

Я — Роберт Винсент III Астор, представитель американской ветви известной семьи Асторов. Нас знают во всех уголках мира. Наш род известен на всех континентах. Уже рожденным в роскоши, я вырос среди денег, дорогих машин, шикарных домов, путешествий и светских приемов. Люди постоянно были рядом, восхищаясь моим происхождением и положением. Однако внутри себя я чувствовал постоянное одиночество — странное ощущение, преследующее меня всю жизнь.

Моя мать родилась в другой богатой и влиятельной семье. Брак между родителями был заключен заранее, чтобы укрепить связи двух династий. Дедушка и бабушка заботились о выборе идеальной партии для моего отца, подобрав невесту из соответствующей среды. Моя мать была очаровательной молодой женщиной с темно-каштановыми волосами и глубокими карими глазами. Мой отец искренне полюбил её сразу же, едва увидев впервые. Точнее, он думал, что полюбил.

В нашей семье детей воспитывают иначе, нежели обычных мальчиков и девочек. Нам не позволяют испытывать обычные человеческие чувства, такие как любовь или нежность. Вместо этого мы учимся исключительно лидерским качествам: силе воли, стойкости характера, аналитическому мышлению и физической подготовке. Других людей следует рассматривать как средство достижения цели и не искать объектов для обожания. Насколько я знаю, все браки в моей семье были заключены по соглашения, без любви между мужчиной и женщиной. Возможно, с годами они привязывались друг к другу, но не более. Эти ценности ставятся превыше всего. Любовь считалась слабостью. А слабости искоренялись старшими поколениями Асторов. Всех интересовала только власть и богатство. Из-за этого мой отец совершенно не умел правильно любить. Он обожал мою мать так сильно, что буквально подавлял её своим вниманием и требованиями.

Она, как и все девочки, мечтала о романтике, ухаживаниях и взаимопонимании, надеялась, что ее брак окажется другим, но отец оказался неспособен удовлетворить её желания. Их отношения вскоре стали мучительными и напряженными. Спустя год после их свадьбы появился я. Несмотря на мои юные годы, я ясно запомнил сцены жестоких споров между ними. Однажды утром я увидел синяки на теле матери, следы отцовской агрессии. Поначалу она скрывала правду, молча страдая от побоев мужа, пока однажды не решилась открыто признаться мне, маленькому сыну, что каждый вечер переживает физическую боль и моральное унижение. Думаю, это из-за того, что ей не с кем было поделиться. Возможно, она рассчитывала, что я не запомню этого. Но я запомнил.

Я понял, насколько несчастна она была, запертая в браке с человеком, которого она боялась и презирала одновременно. Мои детские воспоминания полны образов материнского страдания и отчаяния. Каждый раз, глядя на неё, я ощущал невыносимую пустоту и гнев. Её попытки справиться с болью сводились к злоупотреблению таблетками и спиртным.

Вскоре после моего появления ситуация стала ещё хуже. Постоянная борьба закончилась трагедией. Отец уверял окружающих, что моя мать случайно приняла чрезмерную дозу лекарства, однако я-то знаю точно: она сознательно решила уйти из жизни. Страдания оказались сильнее её слабого тела. Я остался сиротой, одиноким ребёнком, живущим в тени великого имени Астора, зная ужасную тайну своей жизни. После смерти матери атмосфера в доме изменилась окончательно. Теперь объектом ненависти стал я сам. Сначала отец ограничивался устными нападениями, пытаясь переделать меня по своему образу и подобию. Его требования и ожидания росли вместе с моими физическими наказаниями. Особенно болезненным воспоминанием стало происшествие, когда я пропустил первый школьный урок в возрасте одиннадцати лет. Это решение стоило мне перелома руки, полученного от отца. Подобные эпизоды повторялись вновь и вновь...

Это детство оставило глубокий след в моей душе. Чувства одиночества и гнева переплетались в моем сердце, создавая сложный узор переживаний, который определит мою дальнейшую судьбу. Одиночество, несмотря на толпу поклонников вокруг, оставалось неизменным спутником всей моей жизни. Я чувствовал себя потерянным, покинутым, хотя имел всё богатство и власть мира. Чем старше становился, тем острее осознавал тщету материальных благ, понимающих ценность человеческого тепла и взаимности, утраченных навсегда в моей истории.

Однажды, уставший и сломленный после очередной ссоры с отцом, я решил присоединиться к школьной футбольной команде. Спорт давал выход накопившейся энергии и помогал отвлечься от проблем. Именно там я познакомился с парнем по имени Кит. Он тоже принадлежал к одной из богатых семей нашего городка, но его положение было столь же трагично, как и моё. Родители Кита строго контролировали каждый аспект его жизни, прописывая будущее согласно собственным представлениям. Однако Кит стремился вырваться из-под родительского контроля и создать собственную жизнь самостоятельно. Подобно мне, он мечтал покинуть этот город и начать новую главу своей судьбы.

Кит стал первым настоящим другом, которому я доверился. Несколько месяцев спустя после знакомства, после особенно жестокой расправы отца, я поделился с ним страшной правдой о домашнем насилии. Рискуя всеми нашими перспективами, я принял решение рассказать ему историю, прося хранить секрет в строгой тайне. К счастью, Кит выполнил данное слово, сохранив доверие между нами крепким и нерушимым.

Вместе мы разработали стратегический план действий. Первым пунктом значилась успешная спортивная карьера футболиста. План состоял в том, чтобы подписать контракт с любым клубом, расположенным далеко от родного города, обеспечив себе финансовую независимость и свободу передвижения. Второй пункт предусматривал заработок собственного капитала путем открытия бизнеса вдали от влияния наших семей. Оба варианта предполагали одновременное выполнение, обеспечивая страховку на случай провала одного из сценариев.

Закончив первый университетский год, наша футбольная команда отправилась на летний отдых. Воспользовавшись моментом, мы приступили к реализации второго этапа плана. Заработать значительную сумму легальным способом в нашем маленьком городке было почти невозможно. Большинство жителей либо находились в дружественных отношениях с нашими семьями, либо были связаны деловыми обязательствами, препятствующими возможности трудоустройства вне зависимости от семейного статуса.

Мы начали искать альтернативные способы заработка. Перепробовали различные незаконные методы: участие в подпольных боях, азартные игры, уличные гонки, но результаты оставались неудовлетворительными. Наши усилия приносили минимум прибыли, не позволяя достичь желаемой финансовой независимости.

Внезапно судьба преподнесла неожиданный подарок. Некий мужчина, имя которого было Иса, вышел на контакт с нами. Он долгое время наблюдал за нашей деятельностью и понимал наше происхождение. Предложив сотрудничество, Иса обещал крупные суммы денег за исполнение мелких заданий, гарантируя полную конфиденциальность. Лишь спустя некоторое время мы выяснили, что Иса тесно связан с местной преступной организацией, связанной с американскими мафиози.

«Мелкие задания», предложенные Исой, включали сбор долгов, угрозы противникам организации, похищение важных документов и наказание тех, кто нарушал правила группировки. Выполнение первых поручений потребовало значительных моральных усилий, но каждое последующее задание казалось легче предыдущего. Мысли о скором освобождении от семейной опеки и избавлении от этого кошмара становились сильнейшей мотивацией продолжать рискованные дела.

Тем временем, количество выполненных миссий увеличивалось, и сумма заработанных денег начала быстро расти. Вскоре мы накопили достаточно приличную сумму, но её все же этого было мало. Лето заканчивалось. Нас снова отправили на футбольные сборы, поэтому работа с Исой временно прекратилась. Мы сосредоточились на спортивной карьере.

Посоветовавшись с Китом, мы сделали несколько хороших вложений и ждали, когда это принесёт нам прибыль. Пока мы были на сборах, я целый месяц не видел отца и не думал о том, как нам заработать денег. Я надеялся, что моё спокойствие будет долгим, так как отец похвалился мне, что открыл в Европе несколько новых предприятий и теперь часто будет отсутствовать дома. Все складывалось как нельзя удачно. 

Я просто пытался расслабиться первый раз за несколько лет. Но мои планы внезапно нарушились.

Много лет назад родители Кита подписали выгодный контракт, объединившись с деловыми партнерами. У партнеров была дочь Анна. Конечно же, обе стороны решили пойти дальше простого сотрудничества и задумали объединить две семьи одним браком. Родители откровенно радовались перспективам будущего союза, воспринимая обоих детей почти как родственников. Вот только самого Кита подобная перспектива раздражала бесконечно. Для него родители сделали невозможное — лишили права самостоятельно выбирать спутницу жизни. Отвратительнее всего было осознание того, что Анна совершенно точно ему нравилась. Возможно, он даже испытывал нечто большее, похожее на настоящую любовь, но признаваться в этом себе не желал. Молодой человек хотел сделать выбор сам, а не подчиняться воле старших. Поэтому, едва завидев её на улицах города или в университетских коридорах, сразу чувствовал бешеный всплеск адреналина. Мозг буквально отключался, позволяя эмоциям вырваться наружу. Вместо обычных проявлений чувств появлялись примитивные формы агрессии. Почему она терпела жестокость, которую проявляли к ней? Быть может, она хотела сохранить дружбу ради общего дела или, наоборот, испытывала взаимные чувства? Вопрос оставался открытым, ведь происходящее не имело ко мне никакого отношения. Однако вскоре ситуация изменилась коренным образом.

Во время наших летних сборов Анна познакомилась с необычной девушкой, полной уверенности и самостоятельности. Новая подруга вовсе не собиралась мириться с постоянным унижением Анны и решила положить конец неприемлемому поведению Кита. Однажды утром, зайдя в студенческое кафе, она обратила на себя внимание всех посетителей. Её внешность была естественной, простая одежда подчёркивала фигуру, пепельные волосы струились при каждом движении, серо-зелёные глаза сияли глубоким блеском. Высокого роста, грациозная осанка делали её образ привлекательным и одновременно притягательным. Девушки, одетые в брендовую одежду и высокие каблуки, меркли рядом с ней. Эта особенная привлекательность манила, словно магнит, вызывая интерес. Здесь и там мелькали удивленные взгляды, однако никто из парней не смел к ней подойти. Но её поведение выделялось среди остальных.

Она пыталась мирно поговорить с Китом, но он её не слушал, раздраженный очередной ссорой с родителями. Решительно подойдя к нашему стол, она схватила поднос с едой и, не колеблясь, сбросила содержимое ему на колени. Грохот посуды и поливание
пищей вызвали шок у окружающих. Никто раньше не смел противостоять нам открыто. Это вызвало у меня широкую, но недолгую улыбку. Я по привычке прятал положительные эмоции. Шёпотом и громкими репликами публика комментировала произошедшее, ожидая реакции пострадавшего. Кит, естественно, вскипел и начал угрожать девушке последствиями, не зная, как поступить дальше. Наблюдая за ним, я понял, что мой друг находится на грани эмоционального взрыва. Тогда я решил вывести его из кафе, ведь я знал, ни одна девушка не пострадает ни от его руки, ни от моей, но сейчас друг мог выкинуть, что угодно.  Блондинистая фурия привлекла меня. Это было интересно. В ее глазах читалось сразу несколько эмоций: веселье, гордость, благородство, грусть. Она была загадкой, которую мне хотелось разгадать.

Подходя ближе, я решил прошептать той самой девушке на ухо таинственную для нее фразу:

— Игра началась...

Она слегка напряглась, услышав мои слова, но она все равно казалась любопытной и заинтересованной.

Весь оставшийся день в коридорах нашего престижного учебного заведения стоял постоянный шум — студенты активно обменивались мнениями о недавнем инциденте в кафе. Обычно я стараюсь избегать слухов и сплетен, однако даже мне довелось услышать отдельные детали. Говорили, что эта девушка — дочь нового помощника мэра города, и хотя сама училась здесь всего пару недель, она уже умудрилась обзавестись врагом в лице моей будущей невесты, Селии. Это ещё одна забота, которой придётся заниматься!

Я отлично понимал бы своего отца, если бы он был нормальным человеком: мечта каждого родителя видеть сына успешным и счастливым. Но мой случай особый. Отца совершенно не интересует моё личное счастье. Всё, чего он хочет, — богатство и власть для своей династии. Унаследовав фамилию Астор, я автоматически стал частью семейного бизнеса. Наш род известен своим влиянием и капиталом, почти таким же значимым, как семья Селии. Конечно, отец надеется, что союз двух семей укрепит позиции обеих сторон. Именно поэтому год назад, достигнув совершеннолетия, я получил строгий приказ жениться на дочери семейства Ашеров.

Но у меня есть собственный план. Вместе с моим другом Китом мы разработали стратегию, позволяющую нам выйти из-под контроля наших родителей и начать новую жизнь вдали от семейных ожиданий. Если всё пойдёт гладко, то вскоре мы оба покинем этот город навсегда. Однако планы пришлось пересмотреть, когда отец вновь напомнил мне о моих обязательствах и объявил, что официальное предложение Селии состоится следующей весной. Времени оставалось немного, а ноябрь стремительно приближался к концу.

Но самое страшное началось позже. Несколько дней назад социальные сети заполонили фейковые фотографии, якобы показывающие нашу футбольную команду в неприглядном свете. Администраторы университета и тренер сразу приняли решение: в случае скандала команда будет расформирована, а игроки получат дисциплинарные взыскания. Все контракты с профессиональными клубами окажутся сорваны! Мы попытались выяснить источник распространения фото, но никаких конкретных подозреваемых не нашли. До тех пор, пока однажды утром Анна в очередной стычке с Китом, не произнесла фразу, ставшую ключом ко всей головоломке: «Следи за своими словами, иначе скоро мир увидит твои интимные части тела и историю твоих венерических заболеваний». Теперь стало ясно, что виноваты именно она и её подруга Стелла.

Когда отец узнал о публикации фотографий, его реакция оказалась предсказуемой. Он набросился на меня, избивая до потери сознания, так как я портил нашу великолепную репутацию. Три дня я провёл прикованным к постели, восстанавливаясь от перелома четырех рёбер, многочисленных синяков и легкого сотрясения мозга. Врач сказал, что ситуация критическая, но продолжать обучение мне было жизненно важно. Спустя три дня я собрал волю в кулак, перевязав повреждённые рёбра эластичным бинтом, и вернулся в университет.

Идя по коридорам, я заметил впереди знакомую фигуру с развевающимися пепельно-серебристыми волосами. Вспышка ярости захлестнула меня, и я грубо потащил девушку в ближайшее помещение. Я постарался мягко объяснить ей последствия её действий, тогда в ответ она крикнула мне о том, что мы с Китом распускаем про нее какие-то грязные слухи, такие же фальшивые, как и наши фотографии. Ничего подобного не было, мы не занимались такой ерундой. Пока я размышлял об этом, девушка вырвалась и нанесла резкий удар прямо по травмированным рёбрам. Боль мгновенно обожгла грудь, но каким-то чудом я устоял на ногах. Стелла стояла напротив, глядя испуганно и недоуменно. Тут появился Кит, которому я отправил срочную смс-ку с просьбой принести лекарства. Медленно открывая пакетик таблеток, Кит смотрел на меня сочувственно, понимая, насколько тяжело мне далось возвращение сюда. Хотя физически ничего сделать нельзя, моральная поддержка друга помогла мне собраться с силами и продолжить путь вперёд.

Как только вышли из университета, чтобы отправиться домой, поступил звонок от Исы. Его босс решил расширять свои владения в округе, но мэр нашего города и его помощник какими-то ловкими способами перехватывали аукционы на строительство различных зданий и центров. Иса предложил отличную сумму за несложное задание – выкрасть папку с документами из дома помощника мэра. Не раздумывая, я согласился. Подготовка к выполнению данного плана позволила выяснить интересный факт – дочерью помощника мэра была Стелла.

Была суббота, мы с Китом были у него дома, думая, как провернуть все быстро и незаметно. Раздался внезапный телефонный звонок, заставивший Кита настороженно взглянуть на экран телефона. Это была Анна, звонившая впервые в жизни. Трубка ожила взрывом эмоций и паники. Её голос дрожал, сбиваясь с ритма, когда она кричала, что Стеллу одурманили неизвестным веществом и затащили куда-то вверх, а группа молодых людей силой держала её внизу, не давая подняться следом. Последним, что мы услышали от Анны, была фраза о вечеринке рядом с университетом Бэкстоун, сопровождаемая звуками удара ладонью по щеке и грохотом оборвавшегося звонка.
Эта новость стала последней каплей терпения для моего лучшего друга. Никогда раньше я не видел Кита настолько разъярённым. Глаза горели ледяной ненавистью, руки сжались в кулаки. Уже через считанные минуты мы мчались к месту происшествия, решимость отражалась в каждом движении.

Прибыв на место, мы столкнулись с несколькими студентами первого курса, преграждавшими вход. Их сопротивление длилось недолго — пара мощных ударов отправила противников в нокаут. Затем, оставив Кит раздражённо стоять на страже лестницы, я поднялся на второй этаж вслед за голосом Анны. Там я обнаружил одну единственную закрытую дверь. Я вскрыл замок мощным ударом ноги и вошёл внутрь комнаты.

Перед глазами предстала сцена, заставляющая сердце замереть от ужаса. Молодая девушка, беспомощно распростёртая на кровати, едва одетая и бессильная сопротивляться, подвергалась жестоким действиям. Один из них придерживал её голову, другие бесцеремонно лапали тело... Эта ужасающая картина напомнила мне события прошлого, случившиеся много лет назад, когда отец точно так же издевался над моей собственной матерью. Во мне моментально проснулся звериный инстинкт защиты. Сердце бешено колотилось, кровь бурлила гневом. Обратив взгляд на Кита, который успел прибежать, я ощутил, как он тоже готов действовать решительно. Набрасываясь на несостоявшихся насильников, мы жестоко остановили преступников, сломав руки и нанеся другие травмы каждому из обидчиков. Прежде чем покинуть помещение, мы пригрозили парням последствиями в виде обвинений в сексуальном домогательстве и обещаниями серьёзных последствий в тюрьме, если информация станет известна общественности.

Пока Кит осторожно выводил из помещения ошарашенную Анну, я поднял Стеллу на руки и вынес её наружу. Пристроившись в машину, я тут же набрал номер нашего личного доктора. Его приезд оказался своевременным: осмотр показал, что бедняга впала отравлена наркотическими веществами, но непосредственно насилия над телом преступники совершить не успели.

Доктор закончил ставить капельницу и покинул гостиную, оставив меня наедине с погружённой в сон Стеллой. Я удобно устроился в мягком кожаном кресле и погрузился в созерцание спокойного дыхания девушки. Изящные черты лица смягчились, исчезло привычное выражение напряжённости и недоверия, которое чаще всего присутствовало в её взгляде. Здесь, среди тишины дома, её внешность приобрела особое очарование, нежность и хрупкость, пробуждая во мне противоречивые эмоции.

«Что могло бы произойти, будь моя жизнь иной?» — задумывался я. Под тяжестью обстоятельств и семейных обязательств я давно научился подавлять любые проявления чувств, считая это проявлением слабости. Любое отклонение от задуманного плана означало риск разрушения тщательно выстроенной стратегии против собственного отца. Несмотря на привлекательность и притягательность личности Стеллы, никакие личные симпатии не могли помешать выполнению миссии.

Мои мысли прервал звонок Кита. Мы обсудили детали предстоящего вечера, цель которого заключалась в получении доступа к личным документам Маркуса Гранта. Каждый последующий шаг становился частью продуманного сценария, направленного на достижение главной цели — свободы.

Прошло некоторое время, и Стелла медленно очнулась, моргая длинными ресницами. Неловкость ситуации сменялась нарастающим волнением. Понимая важность момента, я воспользовался приглашением Стеллы на ужин, используя его как шанс проникнуть в дом её семьи.

По дороге домой, везя Стеллу обратно, я имел возможность ближе познакомиться с её отцом. Внешне человек производил приятное впечатление — добродушный улыбающийся мужчина средних лет, излучающий спокойствие и уверенность. Казалось, он обладал такими качествами, которыми не отличался мой собственный отец. Глубокий внутренний скептицизм подсказывал осторожничать и не доверять первому впечатлению. Ведь нередко внешний облик скрывает истинную сущность характера, подобно тому, как прекрасный фасад может прятать грязь внутри здания.

Стелла встретила меня мягкой улыбкой, плавно открывая дверь квартиры. Появление девушки вызвало смешанные ощущения — светлая фигура, словно облачённая в изысканное платье, эффектно подчёркивающее стройность и изящность её телосложения, казалась воплощением мечты любого мужчины. Светлые локоны легонько падали волнами вокруг плеч, создавая контраст между естественной красотой и элегантностью обстановки. Сердце забилось быстрее, дыхание слегка сбилось, заставляя сосредоточиться на настоящем моменте и забыть обо всём остальном.

Единственное, что в дальнейшем выбило меня из колеи, кроме ее внешнего вида - это приезд отца Стелла вместе с моим отцом. Я уже понимал, что дома меня ждёт наказание за то, что я принял приглашение на ужин от девушки в то время, как у меня была «невеста». Взгляд отца, когда помощница Грантов проводила нас к столу, не сулил ничего хорошего. И мысли о краже документов лишь укрепились в моей голове. Этот ужин - единственная возможность добраться до нужной мне информации. Вероятно, после сегодняшнего ужина я снова несколько дней проваляюсь на больничной койке. Все складывалось слишком удачно. Стелла сама открыла сейф и предоставила мне возможность. Стоя перед сейфом, я понимал, что действия повлекут изменения, затрагивающие судьбы многих людей, включая саму Стеллу и её отца. Это колебание было для меня мучительным. Документы, которые были нужны для реализации планов освобождения от влияния отца, находились прямо перед глазами.

Решительность возобладала, страх отступил. Забирая папку с бумагами, я чувствовал одновременно облегчение и тревогу. Осознавая возможные последствия своих поступков, понимал, что теперь дорога назад закрыта. Чувство вины боролось с чувством долга, заставляя задуматься о справедливости происходящего.

Завершение ужина ознаменовалось возвращением домой. Оставшись один, я предчувствовал неизбежное столкновение с отцом, понимая, что он потребует объяснения причины присутствия на ужине у молодой женщины, нарушившей границы дозволенного. Позиция подчинённого сына вынуждала покоряться воле отца.

Я успел спрятать папку в комнате и спустился вниз. Оставшись один в гостиной, я услышал мягкий скрип половиц, сопровождающий приближение тяжёлого шага. Я ждал удара. Страх закрался в душу, ожидая очередного наказания за нарушение установленных правил поведения. В памяти всплыли воспоминания прошлых встреч, заполненных болью и унижениями. Призрак старой раны пульсировал острой болью, обостряя чувствительность восприятия реальности.

Отец прошёл мимо окна, освещённый мягким светом лампы, отбрасывающей тени на стены. Выпрямляясь, он остановился напротив кресла, изучающе рассматривая меня сверху вниз. Лицо приобрело суровое выражение, губы плотно сжались, а брови нахмурились. Движения оставались медленными и контролируемыми, будто каждое действие заранее спланировано и рассчитано.

—  Понравилась? – поинтересовался отец. Я сразу понял о ком речь, но промолчал. – Сынок, ты же понимаешь, что я хочу для тебя лучшего. Селия будет отличной партией для нашей семьи. Мы долго сотрудничаем с ее отцом и обо всем уже договорились, – я слышал любезный тон отца несколько раз в своей жизни, и он не внушал мне желания довериться ему. – Она, конечно, очень красива, умна, занимательна, но с ней никогда не будет спокойной жизни. Селию готовили к тому, что выйти за тебя замуж. Женись, а потом развлекайся в свое удовольствие. Стелла будет создавать проблемы, совсем как Лайла, – при упоминании имени матери я сильно напрягся. Он не смел говорить о ней, тем более о том, что она создавала ему какие-то проблемы. Из-за него она бросила меня одного в этом мире. – Прекрати с ней общаться, она недостойна тебя и нашей семьи – его голос вернулся в обычный злобный тон. – Если я узнаю, что вы где-то еще пересекаетесь или тем более трахаетесь, я превращу в ад твою жизнь, ее жизнь и жизнь ее отца.

— А сейчас Рай? – язвительно спросил я. Отец встал и за этим последовал удар в живот. Чёрт. Рёбра только начали заживать.

— Ты сомневаешься в моей фантазии, дорогой сынок? – усмехнулся он. - Предложение Селии будет сделано на новогодних праздниках. Ты меня услышал? Позже я пришлю кольцо. Забудь о девчонке, забудь о мечтах и фантазиях. Сделай правильный выбор.

Поздно вечером, лежа в темноте спальни, я думал о прошедшем дне, о словах отца, о возможных последствиях выбора. Жизнь казалась запутанной сетью интриг и манипуляций, управляемой людьми, преследующими собственные интересы. Я осознавал, что очень скоро все должно было измениться. Но не мог выбросить блондинку с серо-зелеными глазами из головы. Это плохо.

Ранним утром я встретился с Китом, и мы отправились на запланированную встречу с Исой, мужчиной, предложившим сделку, которая должна была решить все финансовые трудности и освободить нас. Машина подъехала ровно в назначенное время, водитель открыл заднюю дверь, приглашая занять место. Внутри царила полная тьма, лишь слабый луч света пробивался сквозь щели закрытых штор.

Через несколько часов езды автомобиль остановился, и нас провели в приёмную какого-то офисного здания. Комната была пустой, скромно мебелированной старым столом и двумя деревянными стульями. Вскоре появился Иса, забравший папку с важными документами, после чего удалился в соседнюю комнату.

Ожидание затянулось, атмосфера накалялась, раздражение росло. Наконец, спустя примерно полчаса, Иса возвратился, выглядя крайне расстроенным и разгневанным. Он отдал несколько коротких команд своим сотрудникам, после чего двое крепких мужчин подошли к нам сзади, введя в шею инъекцию какого-то вещества. Потеря сознания наступила мгновенно, окружающие звуки смолкли, зрение помутнело, и я провалился в глубокую черноту.

Проснувшись от холода, окунувшегося в тело, я осознал, что нахожусь в замкнутом пространстве, привязанный к металлическому креслу. Вода стекала по волосам и лицу, стекая на плечи и спину. Темнота оставалась плотной, пространство узким и душным. Рядом послышался кашель Кита, свидетельствующий о его присутствии.

Шорох шагов, приближающихся к помещению, заставил напрячься мышцы рук и ног, подготовленных к действию. Ключ повернулся в замочной скважине, дверь открылась, пропуская внутрь крупного мужчину среднего роста, крепкого телосложения и выразительных черт лица. Человек двигался уверенно, демонстрируя опыт и умение держать себя в сложных ситуациях. Перед нами стоял мужчина, куривший сигару. Настойчивый аромат табачного дыма заполнил помещение, вытеснив остатки влаги и запаха хлорированной воды. Не было необходимости его представлять. Это был босс Исы и глава мафиозной семьи.

— Добрый день, молодые люди. Рад познакомиться с вами лично, жаль, что при таких обстоятельствах, - мы молча слушали его. — Знаете, когда бизнес требует определённых документов, связанных с крупными финансовыми операциями, доверие играет ключевую роль. Ваши бумаги оказались подделкой, значит, ваше участие в деле сомнительное.

Голос собеседника приобрел холодный металлический оттенок, обозначая начало конца разговора. Молчание затягивалось, создавая неловкую паузу, нарушаемую редкими вздохами и движениями сидящих рядом людей.

— Нам ничего об этом неизвестно. В сейфе лежала единственная папка, больше ничего важного там не было – прерывисто произнес я. В голове все еще был туман после инъекции, голова не до конца восстановилась после сотрясения, ребра ужасно болели. Как в таком состоянии я еще мог играть в футбол, оставалось для меня тайной.

— Ты не понял, Рок. Папка та самая, но данные в ней заведомо ложные. Кто-то не поленился изменить целую папку документов для того, чтобы подсунуть тебе фейк. Это ваша ошибка. За ошибки надо платить.

Следующие несколько часов нас держали привязанными к стульям и постоянно избивали. Я думал, что для меня это будет фатально. Кит держался намного лучше. Через девять часов уже не удавалось сохранить остатки разума. Я постоянно прокручивал в голове тот вечер. Маркус не мог знать, что мне требуются его документы. А вот тот, кто выступил инициатором ужина, проведения экскурсии по дому и показа фотографий из сейфа явно сделал это не просто так. Как же я сразу не понял. Блондиночка меня перехитрила. Пересматривая последовательность событий, я понял, что она знала гораздо больше, чем показала вначале. Видимо, смогла подслушать разговор с Китом, пока я думал, что она спала. Эта женщина превосходно исполнила свою роль, сумела добиться желаемого результата, воспользовавшись уязвимостью и недостаточным вниманием к мелочам. Настоящая актриса, коварная и опасная, использующая свои таланты для достижения корыстных целей. Черт, она все же великолепна, несмотря на то что из-за нее из меня здесь делают отбивную. Это последнее, о чем я смог подумать. Я снова улыбнулся, благодаря ей, и провалился в темноту.