Ланнес

Всю ночь Беатрис гуляла по невероятно красивому Лидсу. Тишина успокоила девушку, а музыка привела мысли в порядок. Тучи преградили свет неимоверно ярких звёзд, и наполнили лёгкие свежим запахом дождя. Земля по-прежнему оставалась сухой, но аромат природного явления немного поднял настроение.

- Так что за срочность?

- Да нет ничего такого, я просто хотела с тобой встретиться. - ответила я подруге и широко улыбнулась.

- Бетти, Бетти... Где же моя искренняя Беатрис? Куда пропала та доверчивая, милая, жизнерадостная девчонка?... - Оливия неподдельно загрустила.

- Она сняла первый слой маски. Что скрывается за ним, уже знают многие из моего окружения. Но вот второе покрытие... Что же прячется за грустью и мизерным количеством проблем? Настоящая я. А какой я являюсь под всеми видами прикрытия - лишь мне стоит знать. - гордо, но с отчаянием в глазах я подняла взгляд в небо.

- Нельзя так с собой...

- Хватит. Я же хотела повидаться в приятной обстановке, не стоит закладывать плохое впечатление о начале этого дня. - возможно подруга хотела что-то добавить, но я её перебила.

- Ты права. - Оливия мило натянула улыбку, но её глаза выдавали своё сочувствие и сожаление.

Уже несколько недель девушка пыталась слепить себя из разбитых осколков. Через несколько дней, у Эндрю назначена операция. Мистер Джо принял решение, сделать хирургическое вмешательство бесплатным для семьи девочки. Главврач выделил квоту кардиологического уровня, и уже пришли результаты анализов.

- Но и ты пойми. Эндрю стар, довольно стар. Я не могу гарантировать реакцию его организма на наркоз. Мы все имеем большие надежды на его долгую жизнь. В мире ежегодно проводится около 230 миллионов сложнейших хирургических вмешательств, и ни одно из них не обходится без применения анестезии. Этот раз не исключение, операция неимоверно сложная.. Но наркоз во время неё может перестать действовать только тогда, когда её проводит недостаточно квалифицированный доктор. При правильном применении, если анестезию делает профессионал, всё проходит отлично. - мужчина снял очки с переносицы.

- Сколько будет длится операция? - с блестящими от слёз глазами спросила девушка. Главврач громко вздохнул.

- Пациента обычно подключают к аппарату «искусственное сердце и легкое», снабжающему кровью мозг и тело. В это время хирурги берут здоровые кровеносные сосуды из другой части тела, например, из ноги или грудной стенки и хирургическим путем прикрепляют к закупоренному сосуду, чтобы кровь могла свободно течь, обходя закупоренный участок. Процедура обычно занимает около трех часов, но может и больше, в зависимости от того, сколько сосудов надо пересаживать. - доктор снял очки и посмотрел прямо в глаза бедной девушки. - Не переживай милая, я лично возьмусь за это дело. И поверь, сделаю всё от меня возможное... - он тяжело натянул улыбку.

- Можно именно от вас, как от профессионала своего дела, узнать цену за операцию?

- Шунтирование сердца... Его стоимость колеблется в диапазоне двух-шести тысяч долларов. - Беатрис резко закрыла рот руками.

В янтарно-карих глазах девушки читался шок, испуг, удивление, сожаление, и ещё пару несочитаемых эмоций. Боль пронзила её таинственные места сердца. Слёзы хлынули по щекам, тонкими серебряными струйками.

- Ну, тише. - врач подошёл ближе и обнял плачущую леди. - Беатрис, послушай. Я выделил квоту на лечение твоего девушки. - несколько секунд, девушка стояла онемев в полном шоке, а после бросилась в объятья доктору.

***

На дворе полная темень. Из окна уже не видно и очертания леса на фоне заката. В черном фоне стекла отражалась девушка, сидящая за письменным столом. Беатрис уже который час проводила за учебниками, стараясь запомнить мелочи каждого сдающего предмета.

Школьница сладко зевнула и облокотилась головой о руку, локоть которой держала на столе. Взглянув на тот бардак, получившийся за счёт изучения наук, ещё больше захотелось спать. Она и сама понимала, что пора бы сделать перерыв, но моральные сложности добили бы её в постели, а учеба отложиться на второй план.

Лучшим решением, было зациклиться на изучении информации, тем самым отвлечься от лишних переживаний и проблем.

В комнате, без стука медленно открылась дверь. Подумав, что это сквозняк, девушка даже не взглянула на то, что её отвлекает.

Сзади аккуратно подошёл Николас. Он поставил на стол поднос, на котором лежала тарелка с яичницей и листьями салата, а возле, небольшая кружка кофе с молоком.

- Поешь, - Беатрис уже заметила парня, и перевела взгляд на него.

- Я не буду, - она продолжила записывать материал в линейную тетрадь.

- Будешь,- Беатрис напряжённо положила ручку на стол и повернулась к парню. Во взгляде вгляделась злость и усталость, - Я пошел тебе на уступки, и вместо чая, сварил кофе, который тебе между прочем нельзя. Так что будь добра опустошить тарелку от пищи.

Николас развернулся и вышел с комнаты с глухим, но нервным хлопком двери. Девушка лишь глянула ему вслед, после на поднос с едой. Ей ничего не хотелось, кроме сна. Она подняла одну ногу на стул, согнув ее в колене, и с выдохом положила на нее голову. Мысли пытались заполучить долю места в памяти, но им не удалось. Беатрис неподвижно сидела, и смотрела в одну точку. Мозг уже во весь голос кричал ей, что пора отдохнуть и выспаться, но она игнорировала его нужды. На несколько секунд девушке даже показалось, что ей удалось с открытыми глазами уснуть. Видимо ещё немного и органы функционирования перестали бы ее слушать.

Николас

Уже светало. Я редко просыпаюсь столь рано, но в этот раз мне удалось выспаться. На кухне оставалась последняя долька лимона, которой мне как раз хватило на чай. Пока чайник закипал, я отправился забрать посуду с комнаты Беатрис. Тихонько постучав, стало ясно что она крепко спит. Я приоткрыл дверь и оказался прав, взгляд сразу отправился на кровать. Девушка мирно спала, укутана в одеяло как бабочка в куколку. Будить её, спрашивая разрешения о входе было бы глупо, темболее, что я уже открыл дверь.

На блюде уже немного подсохла большая часть яичницы. Пустая чашка от кофе, нет и следа от зелени. Ладно, и то хорошо. Я забрал поднос и такими же максимально беззвучными шагами побрёл мыть посуду.

Беатрис

Я проснулась от громкого будильника. На часах телефона показывало уже десять утра. В последнее время я спала мало, но сегодня дала себе небольшой перерыв от нагрузок. Я ели скинула с себя одеяло, и поднялась в сидящую позу. Окно было открыто на ночь, свежий воздух проник в каждый уголок комнаты. От лёгкого порыва прохлады, по телу пробежали мурашки.

Голова разрывалась от дикой боли, в глазах периодически двоилось. Вдруг в памяти отобразился отрывок воспоминаний. Черт... Совместный проект. Работу над ним, стоило бы начать ещё вчера.

Я встала с мягкой постели и подошла к зеркалу. Передо мной, отражение сливалось с фоном. Темные круги под глазами чётко выделялись на фоне бледной кожи. В местах на лице появились высыпания. Подсохшие губы хорошо так шелушились. Волосы нуждались в немедленном душе. Я смотрела на того человека, в которого так сильно боялась превратится. А сейчас что? Мозг отказывается принимать себя, своё тело, свои недостатки и преимущества. До чего я себя довела...

- Доброе утро. - Николас с ног до головы рассмотрел, только что вошедшую на кухню девушку.

- Здравствуй. Прости за нескромность, не нашлось бы у тебя таблетки от головной боли?... - Беатрис сморщилась и взялась рукой за висок.

- Выглядишь хуже, чем после бодуна, - обеспокоенным взглядом, парень ещё раз прошёлся по телу собеседницы.

- Спасибо за комплимент. Что насчёт лекарства?

- Да, извини, секунду.

Проглотив таблетку, девушка безразлично отправилась в комнату. Вслед её проводил холодным взглядом Николас. Медленно, с лёгким хлопком, закрылась дверь. Невероятный аромат ванили, в её духах, не давал выбросить Беатрис с головы. Она заперлась в личном пространстве, а парень с лёгкостью может вспоминать мельчайшие детали её тела, её характера, её проблем, увлечений и учебы. Влюбится в аромат человека, и связанные с ним эмоции...

"Это вообще реально?!" - иногда задавался вопросом Николас.

Спустя минут 20 Беатрис вышла с комнаты в приличном виде. Девушка медленно прошлась по коридору, в сторону кухни.

- Ты ведь не забыл о проекте? - уже достаточно бодро спросила она.

На Беатрис красовались черные брюки со строгим ремнем, без лишних деталей. В них была небрежно заправлена белая, не приталенная футболка. В образе не присутствовали выделяющиеся украшения, разве что круглые, среднего размера кольца с позолотой. С момента пробуждения девушки, прошло лишь пол часа... Лёгкий макияж красиво сочетался с подобранными вещами. Он сумел перекрыть её пустоту, усталость и истощение. Свежий взгляд и милая улыбка вновь стали против убивающей боли и моря переживаний. И я чувствовал её маску, её лицемерие и истинную неприязнь жизни. Как мне это удавалось? Я не знаю. Но хотелось поскорее избавится от такой возможности, ведь жалость моего холодного взгляда пробуждалась лишь по щелчку пальца...

- Через какое время его нужно сдать?

- Три дня, у нас в запасе лишь три дня.

Я не ожидал услышать столь большое ограничение во времени.

- Давай позже подумаем, как и что делать?

- Окей, - Беатрис уже развернулась, как решила добавить: - я прогуляюсь.

- А завтрак?

- Перекушу в кафе, спасибо. - она улыбнулась и пошла к выходу.

Длинные волосы подруги красиво спадали с её плеч. Будучи на кухне, по вторую часть коридора, я засмотрелся на их отблеск. Каштаново-прямые пряди освещал искусственный свет дома, но мне удалось зависнуть на этой минутной медитации.

Дорога в раздумьях

Беатрис быстрым шагом неслась в запланированное место. Она и не заметила, что шла так быстро. Ноги сами несли чёртово тело, как двигатель управлял роботом. Медленно идти, наслаждаясь атмосферой... - нет, не в этот раз.

Николас не дал бы выпить с утра кофе, поэтому девушка оказалась хитрее. На завтрак она решила пойти в кафе, и полакомиться сладким латте там. С собой, в маленьком черном рюкзаке, она взяла скетчбук, где собиралась навести наброски будущего проекта по архитектуре.

С такой скоростью, школьнице удалось довольно быстро добраться до места назначения. Уже после отдания предпочтений любимому кофе с диетическим батончиком, она открыла пустую страницу блокнота и взглянула на её смысл. У пустоты ведь он тоже есть? Каждый день, как с нового листа. Новые наброски, новые штрихи и рисунок готов. Картинка, использовшая немалую часть места среди таких же как она, изменит опыт, изменит будущее следующего пейзажа то ли портрета, изменит окружающее представление о себе. Она уже не будет прежней, никогда не была такой, как остальные, и никогда же такой не станет. Творчество человека уникально, каждый раз всё по новому. Если кто-то и попробует сделать похоже - удастся лишь воплотить структуру, но это ведь далеко не идея, скрытый смысл, стиль, архитектура. Так и люди... Каждый уникален по своему. И даже если найдется два, казалось бы идентичных человека - у одного свой характер, свои хобби, путь и цели по жизни, а у другого - другие.

Спустя около полу часа чашка с под напитка оказалась пуста, а среди набросков появилось несколько достойных кандидатов проекта.

Как он там? Может стоит заглянуть? А вдруг есть новости?

Из-за навязчивых мыслей, девушке не удалось на долго задержаться в кафе. В голове крутилось лечение Эндрю. Дедушкина операция не давала покоя уже который день.

Я подошла ближе. Он выглядел уставшим и истощенным... Желание забрать у него всю боль возвысилось. Если бы присутствовала возможность умереть ради счастливой жизни другого человека, я бы немедленно, с уверенностью и без сомнений воспользовалась ею.

Но сейчас мне лишь приходится терпеть невыносимую боль от безвыходности, и смотреть на любимого, единственного, понимающего, самого доброго человека, который страдает больше чем мои нервы...

- Здравствуй, - с грустью поздоровались я.

- Беатрис... - старик искренне улыбнулся.

- Как ты? - девушка подвинула к себе белый стул, чтобы присесть рядом с кушеткой.

- Понемногу, сама ведь знаешь. - Эндрю взял внучку за руку и не мог отвести взгляд от её янтарно-карих глаз, всегда напоминающих ему горький шоколад. - Взяли анализы, ставят капельницы, принимаю лекарства, хожу на процедуры. Ничего не меняется.

Беатрис вздохнула. На душе стало отчётливо легче. Видимо все переживания склонны лишь к её дедушке, не смотря на предстоящие на носу экзамены, подготовку к торжественному выпускному, и первых шагов во взрослую, самостоятельную жизнь. Выздоровление Эндрю стало бы главной победой всех проблем. Остальные препятствия уже будут казаться пустяками, на фоне успешно побежденной болезни самого дорогого человека.

- Можно вас на минуту? - обратился к девушке вошедший главврач.

- Отдыхай, я зайду завтра. - Беатрис обняла старика, и вышла с палаты.

Коридор был практически пуст. Тихие переговоры пациентов с докторами, отчётливо слышались фоновыми голосами. Мистер Джордж аккуратно прикрыл дверь за девушкой.

- Бетти, операция поставлена на послезавтра.

Тело девушки онемело. По коже пробежались небывалое количество мурашек. Уши не верили услышанному, в глазах загорелись искры, а душа вспыхнула от радости. От одной лишь фразы, переживания накрыли школьницу волной. Как бы не захлебнутся от такого всплоха волнений...

- Значит противопоказаний нет?... - закрыв рот руками, Беатрис не могла поверить в услышанное. Врач покачал головой.

- Но ты должна понимать... Эндрю уже в возрасте, и если что пойдет не так, к сожалению это будет вина его годов. Шанс летального исхода есть, и убрать его не получится никаким образом...

- Но ведь другого выхода нет?

Джордж повторно покачал головой. Врач был уверен в своих словах, но боль его взгляда просто убивала девушку изнутри. Ни единый врач, никогда не даст вам полной гарантии, когда речь идёт о операциях.

- Это наркоз, сложнейшее хирургическое вмешательство, препараты, реакция организма. Но взвесив все «за» и «против», с уверенностью могу рекомендовать операцию. Без неё, у старика нет шансов... Думаю ты прекрасно это понимаешь. - мужчина снял очки и теребил их в руках, будто пытался отвлечься и не смотреть в глаза собеседнице.

- Спасибо вам. - в глазах развернулись слёзы. Беатрис принялась крепко обнимать доктора.

На душе стало легче. Анализы сданы, в учёбе нет отставания, операция назначена, деньги на ближайшее будущее имеются. Девушка не могла поверить в свое счастье.

Это так прекрасно, чувствовать себя счастливым человеком... Может я и заранее радуюсь, но мое сердце верит, что всё будет хорошо. Я уже много раз представляла дедушку после операции... Мне станет легче, он будет счастливо и долго жить, а папа, с небес, будет с гордостью смотреть на наши жизни. И я уже счастлива. Эти мысли заставляют меня улыбаться. Представления, мои фантазии и воображение, поднимают настроение на долгий период. Лёгкость... Не это ли значит пархать? Осталось успокоить себя и направить переживания в другое русло.

- Чего такая радостная? Прям сияешь... - с подозрительной улыбкой спросил Николас, войдя в комнату Беатрис.

- Твой отец просто чудо... Ник, я не знаю как благодарить тебя. - в который раз после больницы девушка не могла сдержать слёзы. - Дедушка для меня всё... Он с детства единственный меня понимал, поддерживал, выслушивал. Он уделял мне всё своё время и дарил внимание, которого мне так не хватало... Сейчас я не могу представить свою жизнь без него, не знаю что делала бы если б не... - фразу Беатрис не решилась продолжить. Она стёрла себе все руки, нервы решили сыграть злую шутку.

- Я понимаю, - парень подошёл ближе. Его руки легли на спину Беатрис, слегка прикасаясь к её плечам. Он обнял девушку, впервые за долгое время он смог позволить себе объятия. - Продолжай сиять. Как бы сильно жизнь не лила воду, как бы сильно люди не желали тебя потушить. Знай, всегда найдется тот, кто будет в тебя верить.

***

- Как?! Уже завтра?! - выкрикнула в подруга.

- Да. - через грусть в глазах я слегка улыбнулась.

- Ну, ты чего? - подбадривала Оливия. - Всё же нормально будет!

- Да знаю. - я посмотрела на подругу. - Переживаю просто. Ты же в курсе, что я на людях не эмоциональный человек. Просто сейчас как-то гормоны берут верх.

- Пойдем. У нас всего час остался...

Я взглянула на экран блокировки своего телефона. И вправду, осталось мало времени. Через час дедушку отправляют в специализированную палату для подготовки к операции, и я очень хотела успеть с ним попрощаться. Стоило бы поспешить, иначе попросту я не успею добежать к клинике.

Дедуля

- Не боишься? - спросил дедушка маленькую девочку.

Она подняла взгляд на небо, предварительно осмотрев дорогу на отсутствие ям и камней впереди.

- Немного. - улыбнулась будущая школьница.

- Как ты там говорила? Всё будет хорошо, внученька. Иначе и быть не может, ты у меня самая добрая и очень дружелюбная. Найдешь себе друзей, познакомишься с новыми ребятами.

Родственники подошли ближе к огромному заведению. Школа была приличная, оформлена снаружи в бело-серых тонах. В Англии все учебные заведения выглядят хорошо, не смотря на то, что большинство из них являются государственными.

- Ты ведь будешь хорошо учится? - Эндрю через силу присел на корточки. Старик поправил бантик на хвостике девочки и широко улыбнулся, смотря в её темные, напоминающие черный шоколад глаза.

Услышав по радиорубке оповещение о начале занятий, девочка даже не обернулась, в то время как её дедушка повернул голову в сторону входа. На его шее, за ухом виднелся небольшой шрам в виде крестика. Маленькой Трикси всегда нравилась эта метка. И даже когда старик пытался скрыть её, девочка говорила ему комплименты, и то, насколько гордится этим шрамом.

- Обещаю, дедушка...

***

- А вдруг..

- Нет! Не хочу больше слышать этих отговорок. Дед, нелепые аргументы не рассматриваются. Ты молодец, что подписал согласие на проведение операции. Я горжусь тобой... - я крепко сжала руку старика.

- Беатрис, солнышко... Где же ты взяла такую сумму?...

- Квота. Я уже много раз тебе это говорила, врач подтверждал. Не переживай за меня, главное сейчас чтобы ты хорошо себя чувствовал. Поверь, этого достаточно чтобы я была счастлива.

- И всё равно, это неправильно...

- Ты лучше расскажи, как ты в больницу попал? - дедушка замолчал. - Дед, я в который раз пытаюсь затронуть эту тему... Мне стоит знать ответ.

- Да ничего такого не произошло... Сердце прихватило, лекарства давно закончились. Вот не впервой и...

- Стоп. Какие лекарства? - старик отвернул голову к окну. - Хочешь сказать, у тебя давно проблемы с сердцем, и я ничего не знала?

- Беатрис, я не хотел тебя расстраивать. Тебе не нужны эти проблемы. И ты же знаешь, что я не люблю все эти больницы... - я встала со стула и начала наматывать круги по палате. - Вот... Позвонил я значит твоей матери, но трубку она не взяла. Ты ведь знаешь, что я никогда не одобрял брак сына с этой... - Эндрю громко вздохнул. - А там уже вызвал скорую, немного отлежался без сознания. После врачи взяли телефон и побеспокоили тебя...

- Так. - я остановилась. - И сколько ты пролежал до моего прихода?

- Беатрис..

- Нет, ответь.

- Неделю.

В палату зашла медсестра.
- Вам пора. - отметила она, указывая рукой к выходу.