Глава 17
Данил
Проводив Юлю до лифта, направился в кабинет начальника безопасности. Юра сидел за своим столом, а напротив него, опустив взгляд в пол, сидел хмурый охранник Вадим.
– Не помешал? – дверь была открыта, войдя, я прикрыл створку.
– Нет. Ты как раз вовремя, Данил, – встав со своего кресла, Юра попытался уступать мне место. Махнув рукой, чтобы не вставал, я остановился возле стола.
– Это он?
– Да. Если верить его словам, вчера ночью он бухал в кабинете Светлова, там и уснул на диване.
– Один?
– Говорит, что один. Ночью они спят по очереди, он ушел в четыре часа, а вернулся почти в восемь. Записи, сделанные в коридорах, этот герой не удалил, чтобы не вызывать подозрений. Мы их просмотрели, время совпадает, – покачал он головой.
– А зачем надо было заходить в кабинет моего заместителя? С каких это пор охрана спит не в своей комнате?! – повысил я голос.
– Я люблю спать в тишине.
– Ты вообще не должен ложиться во время дежурства!
– Светлову звонил? – обратился к Юре.
– Сразу же. Он проверит, все ли на месте, и перезвонит. Говорит, что все важные документы лежат в сейфе.
«В сейфе, который не составит труда взломать!»
– Давно он там ночует?
– Ребята говорят, что это первый раз.
– Диваны стоят в комнате отдыха возле ресепшена. Да у нас на каждом этаже можно лечь и уснуть, зачем ты входил в кабинет моего заместителя?
– За коридорами мы внимательно следим, а я хотел выпить, – выдал обвиняемый, не задумываясь, словно фраза была заученной.
– Телефон его проверили?
– А как же, – постучал Юра по экрану мобильного телефона, лежавшего возле него. – Но там все почищено. Надо будет сделать запрос оператору, хочу посмотреть входящие и исходящие звонки. Как только твой Миша освободится, попрошу его и здесь покопаться, пусть попробует восстановить снимки, сообщения?..
– Юра, держи меня в курсе всего, я поднимусь к Светлову.
– Подожди, я тебе еще кое-что хотел показать, – включил он на экране запись, я наклонился над столом и принялся внимательно следить за происходящим.
Начало девятого. Вадим стоит в вестибюле, вот он поднимает трубку, с кем-то говорит по телефону, не сбрасывая звонок, направляется в комнату охраны. В это время как раз и были удалены записи с камер видеонаблюдения…
– Тебя ничего не смущает? – посмотрел я внимательно на Юру. Вадим поднял на меня настороженный взгляд. Догадался?
– Цвет мобильного телефона, – подсказал я. – Он тебе пустышку подсунул.
Не сдерживаясь в выражениях, начальник безопасности выговаривал все, что думал о своем подчиненном.
– Сейчас найдем, Данил, – пообещал Юра.
– Работай. Я к Светлову.
Не успел я выйти из кабинета, как мне позвонил Антон.
– Я тебя слушаю.
– Даниил Вячеславович, разрешите мне попробовать восстановить записи. Ужигову я что-то не доверяю.
– С этого места поподробнее, пожалуйста.
– Миша тянет время. Он уже несколько раз загрузил не те программы. Не знаю, что Ужигов делает, но точно не извлекает утерянные файлы!
Антон привык работать быстро. У него каждая минута на счету, неудивительно, что Мишина медлительность его напрягает. Такого темпа работы придерживаются почти все сисадмины, но в сложившейся ситуации лучше перестраховаться.
– Где он сейчас?
– Пошел кофе попить.
– Как только вернется, скажешь, что я его к себе вызываю. А сам приступай к работе. Жду результатов, Антон.
– Я вас понял.
Сбросив вызов, тут же набрал Юре.
– Да.
– Пробей Ужигова Михаила.
– Есть основания для подозрений?
– Нет. Перестраховываюсь.
– Сделаю.
У Светлова я не задержался. Выяснив, что за ночь пропал только коньяк, попросил его еще раз все проверить и направился в свой кабинет. Мне не давало покоя ощущение, что я упускаю какую-то важную деталь.
Ужигов уже ждал меня.
– Пойдем, Миша, у меня к тебе срочное дело, – не останавливаясь, прошел в свой кабинет, достал из ящика стола старый отцовский ноутбук и положил перед парнем. – Его нужно почистить, обновить программы.
– Это срочно? – удивленно произнес он, но, поймав мой взгляд, передумал спорить: – Конечно, Даниил Вячеславович, все сделаю. Антон остался в комнате охраны, не натворил бы чего-нибудь.
– Игры оттуда не удаляй, – кивнул на ноут, проигнорировав его последние слова.
– Я могу вам новые записать.
– Не надо. – отец обожал шахматы. С друзьями встретиться и поиграть времени часто не хватало, поэтому его соперником стал этот компьютер, который два последних года лежал и пылился в столе…
Как только за Мишей закрылась дверь, вывел на экран картинку с камеры, установленной в кабинете переводчиков. Убедившись, что с Юлей все хорошо, приступил к работе. Без помощника было сложно, приходилось справляться самому.
Через час мне позвонили французы. Разговор занял не больше пятнадцати минут. Они обещали прислать мне на почту проект и смету расходов. Если меня заинтересует их проект, то они рады будут нашему сотрудничеству. Прилететь и обсудить все детали они могут в любое удобное для нашей компании время.
В начале шестого позвонил Антон и радостным голосом сообщил, что все получилось. Не теряя ни минуты, я спустился вниз, хотя Антон предлагал скопировать файлы и отправить на мой компьютер.
Я даже не сомневался, что Юля сказала правду. Мне хотелось убедиться, что другие сотрудницы все видели и встали на сторону Марковой. Все видела и Сафарова!..
– Все записи удалось восстановить?
– Почти.
– Найди съемку, сделанную сегодня в четыре утра в кабинете Бориса Артуровича.
– Подождете несколько минут?
– Скопируй обе записи и отправь мне. Запись из кабинета Светлова отправь еще Юрию Ивановичу. И никому об этом ни слова.
– Хорошо. Я мигом.
– Как только освободишься, вызови ко мне Нику Георгиевну.
Пообедать сегодня не успел, но, как ни странно, есть не особо хотел, а вот кофе выпить не помешало бы.
– Ты уже это видел? – позвонил мне Юра, как только я вошел в кабинет.
– Ты о чем?
– Запись смотрел сделанную в кабинете Светлова?
– Нет еще. Подожди минутку, – дойдя до компьютера, нашел нужный файл и поставил на просмотр.
Вадим почти не солгал, он и правда напился в кабинете замдиректора, но только после того, как взял со стола красную папку и сфотографировал каждую страницу.
– Что думаешь? – спросил я начальника безопасности.
– Думаю, что Борис играет нечестно, но это только подозрения. Предлагаю сделать вид, что запись из его кабинета восстановить не удалось. Пусть расслабится, где-нибудь да ошибется, а мы внимательно за ним понаблюдаем. Телефон Вадима мы нашли. Как только все проверим, составлю отчет и положу тебе на стол.
«Неужели Светлов решил слить крупный контракт?»
– Я тебя понял, Юра, – положив телефон, еще раз пересмотрел запись.
«Ничего не пропало? Все важные бумаги лежат в сейфе? Тогда зачем и, главное, для кого Вадим делал эти снимки?» – так и крутилось в сознании.
Стук в дверь заставил отвлечься от своих мыслей.
– Входи, Антон, – бросил я.
– Даниил Вячеславович, к вам Ника Георгиевна.
– Пригласи.
– Я уже боюсь к тебе в кабинет заходить, последние два дня ты только и делаешь, что рычишь на меня, – модельной походкой Ника приближалась к столу. Ее замечание я оставил без внимания.
– Присаживайся. Маркову сегодня же уволить по статье. Приказ Антон подготовит. Кабанову Зарину лишить в этом месяцы премии. Виолетту и…
– Анастасию, – подсказала мне Ника.
– Виолетту и Анастасию лишить премиальных на три месяца. Квартальной выплаты они тоже лишаются.
– Это очень жестоко, – не выдержала Ника и попыталась защитить сотрудниц.
– Кстати, это касается и тебя.
– Дань, я тебя не понимаю.
– Три месяца без премиальных и квартальной выплаты. Если не согласна, можешь писать заявление.
– За что?! – вскочила она на ноги.
– За то, что пытаешь играть грязно! За то, что стояла и наблюдала за дракой и довольно потирала руки! За то, что посмела мне лгать, глядя в глаза! Еще один неверный шаг – вылетишь вслед за Марковой по статье! Донеси до своих подчиненных эту информацию, кто не согласен – заявление мне на стол.
Спорить со мной у Ники желание пропало. Пока не ляпнула что-нибудь и не вывела меня окончательно, она спрятала свой возмущенный взгляд и молча удалилась из кабинета.
До конца рабочего дня Людмила была уволена, а главному бухгалтеру переданы мои распоряжения насчет зарплат проштрафившихся сотрудниц. Писать заявление по собственному желанию никто не стал.
Ровно в шесть девочки-переводчицы выключили компьютеры и покинули свои рабочие места. Юля и Римма Павловна остались в кабинете вдвоем.
Распечатав проект, присланный французам на родном языке (это была моя просьба), напечатал сообщение Юле.
Я: Собирайся, жду тебя внизу.
Пока ждал девушку, позвонил начальнику безопасности, заходить к нему не стал.
– Юра, я ухожу, если что-то срочное, звони.
– Дай мне несколько дней, Данил. Надо проверить все версии. Утром зайду к тебе с отчетом.
– Договорились.
Я стоял в огромном вестибюле, лучи закатного солнца проникали сквозь высокие окна и стеклянные двери, в потоке золотого света в мою сторону шла Юля.
Мне хватило одного лишь взгляда на нее, чтобы весь мой мир перевернулся. В душе воцарились мир и покой, несмотря на страх ее потерять. Мужчине вообще сложно прибиться к одному берегу, вечно нас качает с одной волны на другую, словно лодку в шторм. А тут – все, как отрезало. Будто и не было до Юли никого. Прочно припаяло меня к ней.
– Давно ждешь? – улыбнулась она, на щеках обозначились ямочки.
«Всю жизнь».
– Нет, – вслух проговорил я. – В какой ресторан, ты бы хотела сходить?
– Ни в какой, – выстрелила она эти слова, словно из ружья. Пока я пытался понять, что происходит, Юля добавила: – Даже для деловых переговоров мой наряд не годится: на рукаве рубашки откуда-то взялось пятно от чернил, – показала она мне рукав, – Юбка мятая…
Я шел рядом и мысленно улыбался. Мне нравилось ее слушать.
– Так что веди меня в ресторан, где нет света, или… – задумалась она.
– А что, если мы закажем еду и посидим у меня дома? – пока Юля не успела себе ничего придумать, добавил: – Просто поужинаем.
Предложил поехать ко мне вполне осознанно, но на положительный ответ не рассчитывал. Я мог с точностью предугадать, какие мысли сейчас бродят в голове Юли: «Это неправильно. Так нельзя. Я невеста его брата…» и все в этом роде.
– Хорошо, – смело глядя мне в глаза произнесла Леся. Одно Юля слово способно направить мысли в другую сторону. Кто-то скажет неправильную сторону, а для меня очень даже правильная.
«Только поужинаем?»
О сексе с ней я не могу не думать, эту девочку я желаю так, как никого и ничего в своей жизни. Мне сложно было заставить себя переключиться, вырубить нахрен свое богатое воображение и не представлять нас с ней в моей постели.
– Что предпочитаешь на ужин?
– Запеченную рыбу и какой-нибудь салат.
– Вино?
– Один бокал, – подозрительно посмотрела она на меня.
– У меня нет желания тебя споить. Сегодня был тяжелый день, немного выпить не помешает. – Достав из кармана телефон, я позволил в ресторан и сделал заказ.
– Ты еще кого-то пригласил на ужин?
– Нет. Я очень голоден, времени не нашлось пообедать. – впервые за сегодняшний день увидел ее искреннюю радостную улыбку.
Я предпочитаю слушать за рулем музыку, но сегодня рука даже по привычке не потянулась к магнитофону. Голос Юли мне доставляет больше наслаждения, чем все композиции мира вместе взятые.
– Маркова тебе ничего не сказала перед уходом?
– Ничего такого, чтобы я приняла бы близко к сердцу. Но других девушек, ты, на мой взгляд, сурово наказал.
– Они солгали мне. Глядя прямо в глаза, утверждали, что ничего не видели. Я был бы прав, уволь я их всех. Моя мягкость сегодня, может еще обернуться против меня. Не стоит держать рядом с собой людей, которым ты не можешь доверять. – Юля ничего не сказала, только кивнула, соглашаясь со мной.
Через час мы поднялись в мою квартиру. Она первая девушка, которая переступила порог этого дома, Ирина и домработница не в счет.
Отнеся пакет с заказом на кухню, я показал Юле все комнаты, кроме своей спальни.
– Даже не знаю, что сказать. Великолепно. Шикарно. Восхитительно… думаю, ты и сам это знаешь.
– Твое мнение мне было важно услышать.
«Ведь я надеюсь, что ты станешь хозяйкой в этом доме».
Юля находится здесь каких-то десять минут, а я не хочу ее отпускать. Интересно, это только я заметил, что с ее появлением стало уютно? Будто до этого квартира была пустой безжизненной, а Юля вошла и вдохнула в холодные стены жизнь.
– Я вымою руки и помогу накрыть на стол, – остановившись возле ванной, произнесла она.
– У нас официальный ужин или домашний? – прислонившись плечом к дверному косяку, я внимательно следил за изменением эмоций на ее лице.
– До-о-машний?
– Пусть будет не официальный, если слово домашний тебя так смущает. Я могу переодеться и принять душ?
– Это нечестно! Несправедливо, – возмущалась она, но ямочки на щеках подсказывали, что Юля говорит это не всерьез. – Я тоже хочу принять душ и переодеться.
– Могу одолжить футболку и мужской гель для душа, – голос мой сорвался. В голове, словно кто-то передернул затвор, мысленно я ее уже раздевал, заносил под душ и намыливал шелковистую кожу своими ладонями… – Подумай, над моим предложением, – подмигнул, чтобы снизить градус напряжения, развернулся и вышел.
Когда я вернулся в гостиную, Юля уже накрыла стол. Приглушив свет, я подошел к ней. Пришлось сжать руки в кулак, чтобы не тянуть их к Юле.
– Я вино не открыла, штопор не нашла.
– Надеюсь, мне удастся его отыскать, а то придется ехать в магазин, – произнес, выходя из комнаты. Достав штопор из ящика бара, вернулся и принялся отвинчивать пробку.
Я сам загнал себя в капкан, пригласив Юлю в гости. Теперь пожинаю плоды. Интимный ужин без продолжения… Запретный плод совсем рядом, но не сорвешь и даже не притронешься!
– А себе? – спросила Юля, когда наполнив ее бокал, я убрал бутылку с вином в сторону.
– Я за рулем, мне тебя еще домой везти.
«Вот если бы ты согласилась остаться, я бы с удовольствием выпил».
– Я могу доехать на такси.
– Нет. Одну тебя не отпущу. Тем более, кто-то говорил о несправедливости. Зато теперь все по-честному, меня расслабил душ, а тебе усталость поможет снять бокал вина.
Душ меня не расслабил, было ощущение, что я вовсе не стоял под холодными струями. Сказал только для того, чтобы Юля не чувствовала себя скованно, чтобы не жалела о своем согласии прийти ко мне.
– Юль, что связывает твоего брата с моим? Что между ними произошло? – я не планировал этот разговор, по крайней мере, не сегодня, но мне требовалось переключиться на другую тему.
– Андрей ограбил бар Олега и избил до полусмерти бармена, – опустив взгляд в стол, тихо призналась Юля. – Его бы привлекли за разбойное нападение, но твой брат не стал писать заявление. Он даже компенсацию выплачивает Грачу, чтобы тот в полицию не пошел.
Теперь понятно, как братцу удается держать ее возле себя. Чувство долга! Олег, как всегда умело манипулирует людьми. Этой наивной чистой девушке, никогда не понять склад ума таких, как сводный брат. Подлость ему удается хорошо маскировать, а в подлых многоходовых комбинациях не найдешь ни конца, ни края.
– Ты разговаривала со своим братом? Как он все это объясняет?
– Андрей молчит, Дань. Но мы с мамой видели видеозапись, сделанную в баре.
– Где эта запись сейчас?
– Олег ее удалил.
«Не верю, что Олег ее удалил! Если то, что говорит Юля правда, то это видео может еще по ним выстрелить».
– Я хочу пообщаться с твоим братом.
– Отец сослал его в деревню. Он приезжает, только на сессию.
– А мы может съездить туда как-нибудь? Прямо сейчас не получится, но как только появится свободное время, надо обязательно съездить и поговорить с Андреем.
– Ты не веришь Олегу?
– А ты веришь, Юля? Как только ты честно ответишь себе на этот вопрос, твоя жизнь изменится.
– Она и так, скоро изменится, но пока я хочу поговорить с твоим братом, – загадочно ответила она, а я в этот раз не стал настаивать на подробностях.
Юля сегодня и так многое открыла. Но если она решит с ним расстаться, мне лучше к этому моменту подготовиться, у брата наверняка в рукаве есть запасной козырь. Знать бы, что он задумал.