Глава-10 твоя и ничья больше
Урок закончился. Аудитория опустела, но Алиса осталась — сидела на своём месте, будто ждала чего-то. Или — его.
Михаил Андреевич вычёркивал что-то в журнале, делая вид, что не замечает, как она всё это время наблюдает за ним.
Он только что разговаривал с новой студенткой. Тихо, вежливо. Но — долго. И спокойно.
Слишком спокойно.
Не так, как с ней.
Алиса прикусила губу, сдерживая раздражение.
"Ты мой. Только мой. Почему она видит твою мягкость, когда я получаю только холод и контроль?"
Он наконец закрыл журнал, встал.
— Почему ты не ушла?
— Жду, когда ты отыграешь свою сцену «равнодушного преподавателя» и скажешь, что я должна остаться.
Он прищурился. Подошёл ближе.
— Значит, ты уже умеешь читать мои намерения?
— Нет, — её голос стал тише. — Просто ревную.
Он не ожидал. Молчал. Смотрел, как она поднимает на него глаза — с вызовом, но и с признанием.
Она не играла.
— Ревнуешь, — повторил он. — К студентке?
— А ты — разве не ревнуешь, когда я разговариваю с кем-то из парней?
Он подошёл ближе, за её спину, опёрся руками о парту, в которой она сидела, наклонился к самому уху.
— Я не ревную. Я наблюдаю. А потом наказываю.
Алиса затаила дыхание. Она уже знала этот тон.
Он выпрямился и прошёл к двери. Запер её изнутри.
— Встань, — приказал он. — Сюда.
Она встала и подошла. Сердце стучало в висках.
— За что? — спросила она шёпотом, хотя знала ответ.
— За то, что пыталась сделать меня слабым. За то, что ты — моя, а смотришь на других.
Он провёл пальцем по её щеке, затем — по спине, вдоль позвоночника.
— Я буду считать. Чтобы ты помнила. Чтобы каждый раз — зналась, кому принадлежишь.
Она не отводила взгляд.
— Считай, — прошептала она.
Он взял её за запястье. Мягко, но с железной уверенностью.
И начал.
Раз удар
-Считай.
-Одииин
Второй удар
-два
Третий удар и следом четвертый
-я сказал считать
-4
-я не расслышал что?
-4 удаааар
-что ты такая невежливая у меня-он ударил еще раз а потом вытащил вибропулю и повернул к себе взял за талию и сказал
-я люблю только тебя и ревновать к другим меня не надо