The Black Swan | h.s. [rus]

18+

Царила тишина.

Мир просто ... остановился. Я не была уверена, была ли ошеломлена, вы могли бы назвать это ... ошеломлением после секса?

Я слышала его тяжёлое дыхание долгое время спустя после нашего первого раза. Это был единственный звук, который заполнял комнату и маскировал моё слабое дыхание. Я не была настроена на разговоры; Я почти уверена, что наши тела сказали более, чем достаточно, и намного яснее, чем могли выразить слова.

Мы часами лежали в постели, я чувствовала себя измученной во всех смыслах этого слова. Я даже не была уверена, было ли темно, или какой был день, чёрт возьми, я едва помнила, как попала к Гарри.

Когда его тело захватило моё, он захватил и мой разум.

Я встала с постели, мне наконец нужно было прочистить мозги. Меня шатало. Я сделала шаг и почувствовала, каким странным было моё тело после секса, поэтому я пошла в его ванную. Я сделала все процедуры, глядя на шероховатый белый кафель, на то, как его бритва лежала на раковине и как его зубная щётка хранилась в зелёном футляре. Я не увидела расчёски для его непослушных волос, что вызвало небольшую улыбку на моём лице. Перед тем как уйти, я схватила футболку, которая висела на задней части двери ванной, чтобы скрыть своё обнажённое тело.

Я вышла и обнаружила, что Гарри тоже уже встал и одел боксеры, но он собирал простыни.

— О Боже, — я огорчилась, увидев небольшое количество крови.

— Эй, всё хорошо, — он улыбнулся, удивительно успокаивающе, без намёка на сарказм, — Это как бы ожидалось, — я просто смотрела на свои ноги. Он подошёл и поднял мою голову. — Не беспокойся об этом, — он поцеловал меня, я обхватила руками его бёдра, счастливо целуя.

Он выглядел чертовски хорошо. Он не выглядел изнурённым, это была только я? Что если, это было неправильно? Может быть, секс был просто ... как только ты им займёшься, то не будешь таким потерянным после? Или я просто была ужасна и не ... загипнотизировала его, как он меня?

— Я была настолько плоха? — пискнула я, прислонив голову к его груди.

Он засмеялся. — Нет, с чего ты взяла?

— Не знаю, — я пожала плечами.

— Дот, ты была идеальной, это был твой первый раз. Твоё тело было чертовски узким, — простонал он без стеснений. Я покраснела.

— Это хорошо?

— Это удивительно.

— Правда?

Он кивнул. — С тобой было по-другому, я не знаю, как это объяснить.

— По-другому в плохом смысле?

— Нет, нет, нет, — он покачал головой и подтолкнул меня к себе, приближая. — Твоё тело застало меня врасплох, поэтому я не продержался так долго, как ожидал.

— О, так я не получила полностью своего?

Он наклонился к моему уху с ухмылкой. — Подожди, пока у тебя заживёт, — он сжал мой зад и ударил по нему, выходя из комнаты с простынями. Я покраснела и почувствовала, как мой желудок вздрогнул от возбуждения. Теперь секс станет постоянной частью наших отношений? Это то, чего я хотела? Мы были на этом уровне отношений?

Главный вопрос: почему, чёрт возьми, секс вызвал так много вопросов?

Я натянула его боксеры, так как моё нижнее бельё было не на должном уровне. Я услышала рёв стиральной машины, к счастью, эти простыни будут отстираны.

— Посмотри на себя, а ты чувствуешь себя как дома, — он ухмыльнулся, увидев меня в своей одежде. Я улыбнулась.

— Да, не волнуйся. Ты так же голоден, как и я? — он кивнул, и я вскочила с кровати. Мы пошли на его кухню и начали копаться в поисках продуктов. — У тебя нет еды.

— Ах, — он почесал затылок, — В холодильнике есть ... батарейки и пиво ... это не годится? — я закатила глаза. — Давай закажем на дом.

— Как ты собираешься печь для меня?

— Полагаю, никак, — он улыбнулся и прислонился к столешнице. У него была та чудная улыбка, широкая и почти глупая, с ямочками и тем беспорядком на голове. Это было мило.

— Мы идём в магазин прямо сейчас, — он
застонал, и я схватила его за руку, ведя в комнату, чтобы одеться. Я осталась в его боксерах, а на них натянула джинсы, резинка нижнего белья была видна, когда я застёгивала лифчик. Он смотрел.

— Что? — я моргнула.

— Ты выглядишь так чертовски горячо прямо сейчас.

Я покраснела. — П-правда?

Он кивнул. — Нагнись.

— Что?

— Сделай это.

Я смутилась, но обернулась и наклонилась. Оглянувшись я увидела, что он прикусил губу, уставившись на мою задницу, резинка нижнего белья показалась ещё больше. Я хихикнула и подошла, положив руку между его ног. Он выругался, и я радостно её отдернула.

— Дразнишь.

— Чертовски прав.

— Не будешь дразнить долго, — он сказал уверенным тоном.

— Ты хочешь заняться грязными делишками, да? — он кивнул, и я почувствовала, как моё сердце сделало скачок. — Не могу дождаться, еда.

Он застегнул свою толстовку со слабой ухмылкой, и мы отправилась. Мы поехали в ближайший супермаркет, он схватил тележку, решив сделать все покупки, пока мы были здесь.

— Отдел выпечки! — обрадовалась я и поспешила, немного морщась. — Так, что я хочу?

— Я выбираю, что буду готовить, — он слабо улыбнулся, показав свои ямочки, и начал накладывать ингредиенты, я была так взволнована. Как волнительно было видеть хозяйственного Гарри Стайла?

— Не могу дождаться и увидеть твою выпечку.

— О, да, да, никому не говори.

— Мой рот на замке.

— Не слишком на замке, — я смутилась, он прислонился к моему уху. — Мне невероятно тяжело просто думать о тебе в моих боксерах прямо сейчас, — я уставилась на него, он взял мою руку и положил на свои джинсы. Я подпрыгнула и огляделась, чтобы убедиться, что нас никто не видит.

— Гарри ... убери это.

Он громко рассмеялся, его голова откинулась назад. — Это не может просто уйти. Давай ... спустимся сюда, — он толкнул тележку, и мы завернули в угол магазина, в котором ещё был отдел проката DVD, весь покрытый пылью. В нём также находились кучи и кучи ширпотребной попсы.

— Что мы здесь забыли?

— Позволяем этому уйти, ты готова?

Я изумилась. — Я не собираюсь опускаться для тебя сейчас, ни за что.

— Одетта, — скулил он. — Я умираю, пожалуйста, ты не представляешь, как сильно я умираю.

— Проси ещё, — хихикнула я, опираясь на тележку. — Это не поможет твоему делу, но мне нравится это слышать.

Он посмотрел на меня и обнял за поясницу, его тело впилось в мои ноги. Он наклонился и прижался губами к моему уху. — Заставь меня стонать снова, детка, — я сглотнула, мои глаза были закрыты. — Ты уже мокрая, не так ли? — я покачала головой, кусая губу, зная, что это полная ложь. — Я позабочусь, чтобы ты громко кричала в следующий раз, я позабочусь о тебе наилучшим образом, заставь меня снова вспотеть.

— Я ... кто-то может увидеть.

— Я хочу почувствовать твои ногти на своих бёдрах, — я почувствовала капли пота на шее. — Я хочу услышать твои губы, почувствовать твой язык, давай, детка, я не могу терпеть до дома, сделай это для меня.

От его слов и самого простого способа соблазнения я становилась рабом. Я встала на колени, быстро расстегнула ремень и ширинку. Он вздохнул с облегчением, чувствуя, как я освобождаю его от боксеров. Я глубоко вздохнула, оглядываясь по сторонам, и обхватила его губами, услышав удовлетворённый выдох.

— Как конфетка, давай, не сдерживайся, помни, где мы находимся.

— Я не могу работать в таких условиях, — я поднялась. (Для неё это уже работа😂)

Чего он ожидал? Я находилась в здании, где могла слышать, как дети просят своих матерей купить сахарные хлопья, слышать скрип тележек, который доносился слишком близко для полного комфорта, слышать болтовню пенсионеров, которые приходят и сидят с чашечкой кофе из отдела гастрономии. Это было не типично для меня.

Он ухмыльнулся, услышав мой ответ. — Подумай об этом как ... о чём-то захватывающем. Мы могли бы быть пойманными, кровь бурлит, сердце колотится, разве это не захватывающе? Тебе нравится испытывать волнение, Одетта, ты любишь острые ощущения, и ты знаешь, что это правда. Минет в машине, помнишь? Закончи начатое.

Я глубоко вздохнула и представила, что мы лежали в моей постели. Я чувствовала это отчаянное побуждение угодить ему и никогда на самом деле не понимала, почему. С Гарри я испытывала совершенно новые эмоции и хотела ... хотела продлить эти моменты.

— Ахх, — он издал глубокий стон, и я отшатнулась назад, задыхаясь и сглатывая. Он запрокинул голову назад, пытаясь нормализовать дыхание. — Блять.

— Счастлив? — он кивнул. — Ты должен постараться, чтобы твоя выпечка снесла мне крышу, — я встала и улыбнулась ему, видя, как он засовывает его назад. Я прислонилась к тележке, он схватил меня за талию, его язык скользнул в мой рот. Я застонала, притягивая его ближе.

— Пойдём, — выдохнул он и отстранился, оставив меня в проходе. Я покраснела и пошла на кассу. Мы начали готовить и устроились в его гостиной, когда появился Зейн. Гарри напрягся, я не была уверена, почему.

— Нам эмм ... нам нужно поговорить, — Гарри ушёл с Зейном в спальню. Я не могла слышать многого, пока не услышала крики.

— Ты чёртов идиот! — Зейн закричал и раздался звук открывающейся двери. Я услышала, как она снова хлопнула, и звуки приглушённых голосов. Я подтянула колени к груди и попыталась игнорировать, никогда не любила, когда люди выясняют отношения. Дверь захлопнулась, а затем Зейн выбежал из квартиры. Гарри вышел, его тело было напряжено.

— Что случилось? — я нежно погладила его спину, он вздрогнул от моего прикосновения, заставив меня нахмуриться. — Гарри?

— Ничего, о чём я хотел бы поговорить. Слушай, давай разойдёмся по домам.

— Эй, ни за что, во-первых, ты должен мне выпечку, во-вторых, я не хочу уходить.

— Почему?

Я улыбнулась. — Я хочу быть с тобой.

— Я ... я пойду готовить, ты оставайся здесь.

Он встал и пошёл на кухню. Я вздохнула и осталась на месте, задаваясь вопросом, что случилось. С кухни доносилось бряцканье мисок, звуки венчика и разбивающихся яиц. Он несколько раз спрашивал, нравится ли мне тёмный шоколад и была ли у меня аллергия на что-либо, что мне показалось безумно милым. Случайные звуки его ворчания, когда он готовил, были ещё приятнее.

— Что ж, — он подошёл и поставил передо мной тарелку, я уставилась. — Что?

— Это так мило!

Его выпечка напомнила мне о перевёрнутом кексе в некотором смысле, но очень округлом, однако верх был плоским. Она была тёмной и шоколадной, вот и всё, что я знала. Действительно, это всё, что мне нужно было знать.

— Это жидкий лавовый пирог, — он протянул мне вилку. Я улыбнулась и надломила пирог, ахнув. Он рассмеялся. Из пирога потекло растопленное арахисовое масло и шоколад.

— Что? — он снова засмеялся.

— Гарри Стайлс, тебе стало намного лучше, — я взяла полную ложку и положила её в рот, — Чёрт возьми, — он улыбнулся мне. — Ого, ты будешь делать это каждый раз после нашего секса.

— В мире не достаточно много шоколада, — его слова заставили меня покраснеть, и он прочистил горло. — Я шучу. Рад, что тебе понравилось, — он встал, и я услышала, как он взял тарелку, возвращаясь со своей порцией.

— Где ты научился печь? — спросила я.

— У мамы.

Я кивнула, осторожно подбирая слова. — Значит, она научила тебя, когда ты был ещё маленьким?

— Мы всегда пекли вместе, — он не смотрел на меня; его голос был хриплым и холодным.

— Как она выглядит? У тебя есть фотографии?

— Спрятаны где-то здесь.

— Почему ты не смотришь на них?

— Почему у тебя нет фотографий отца? — огрызнулся он. — У тебя есть святилище для грёбаной пизды и даже нет фотографии твоего достойного родителя.

Мои глаза расширишь от использования этого ужасного слова. Я знала, что моя мама ... у неё явно были проблемы, но оу. Я положила пирог и вытерла рот.

— Спасибо, что испёк для меня. Увидимся на тренировке, — я встала и ушла настолько быстро, насколько могла.

После ухода я задалась мыслью. Было ли вообще возможно наладить какие-то отношения с этим человеком, за плечами которого история, созданная моей матерью?

-

Я чувствовала себя немного плохо и гадко с тех пор, как покинула его квартиру прошлой ночью.

Я отдала ему свою девственность, к счастью, и не жалею об этом, ни капли. Мне стало плохо от того факта, что моя мама наверняка встанет между нами. Нельзя было думать иначе.

— Как ты? — улыбнулся Винсент, когда я завязывала пуанты.

— Очень хорошо, а Вы?

— Хорошо, но нервничаю, — выдохнул он. — Шоу так быстро приближается.

— Знаю, я напугана до смерти, — смеялась я. — Я действительно думаю, что смогу показать лучшее выступление, обещаю.

— Я знаю, дорогая, знаю, что ты делаешь всё возможное, и я видел такой большой прогресс в твоём исполнении Чёрного лебедя, просто удивительно, как далеко ты продвинулась.

Слова поддержки сегодня были необходимы как никогда раньше. Я встала и увидела, как Лиам и Найл разговаривают с Сарой. Мои отношения с Лиамом были неустойчивыми, и я решила проверить почву и узнать, сделал ли он свой выбор, готов ли он быть моим другом или нет.

— Привет, — я улыбнулась.

— Привет, Одетта, — я была удивлена, что он ответил первым.

— Что обсуждаете? — я улыбнулась.

— Ничего, Луи устраивает вечеринку, и мы спорим, идти или нет, — сказал Найл, размахивая руками. — У меня нет настроения.

— Я тоже не в настроении для вечеринок, я бы лучше свернулась калачиком на диване, — зевнула Сара.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Не выспалась, вот и всё, храп Найла перешёл на следующий уровень.

— Я иду в клинику сна ради тебя. Возможно, мне придётся надеть одну из тех грёбаных масок.

— Хорошо, тебе нужен здоровый сон, а мне нужен период сна, — она положила руки ему на бёдра и поцеловала в щёку. Он обнял её, и я не смогла скрыть свою улыбку, о, они будут такими счастливыми.

— Как Гарри? — резко спросил Лиам. Я
сглотнула. Я не хотела интерпретировать его поведение как некоторую нападку.

— Прекрасно, — соврала я. — Мне лучше начать тренироваться, увидимся, ребята.

Я направилась в другую студию и сосредоточилась на Белой Королеве. Её движения были простыми, заключались в физическом контроле. Но упрощённые шаги немного беспокоили меня, я напутаю их или чего я боялась. Я продолжала танцевать и танцевать, Гарри пришёл только под вечер. К тому времени я уже уходила. Я прошла мимо, бросив на него суровый взгляд.

— Что? — рявкнул он.

— Что значит что? Где, чёрт возьми, ты был?

— Я должен был кое-куда сходить.

— Куда? Что сейчас может быть важнее, чем балет? Мы так близки к этому спектаклю, Гарри, это шоу всей моей жизни, и ты нужен мне здесь, — я фыркнула. — Кстати, не было необходимости называть мою маму пиздой. Она была ужасна, да, но она всё ещё моя мать, и это было просто... — я замолчала и ушла, покончив с этим.

Я приняла душ и умылась, затем опустилась на диван и съела миску ягод и миндаля, просто съела ради еды. Я мечтала о Гарри и ... о том, как сильно он мне нравился. Понятия не имела, почему.

— Чёрт, — заворчала я. Моя дверь внезапно затряслась от громких, быстрых постукиваний. Я встала и обнаружила его, его кожа была блестящей после тренировки, он был в чёрных джинсах и толстой куртке.

— Чего ты хочешь? — я испепеляла его взглядом.

— Не смотри на меня, блять, так. Мы уходим.

— Я устала, уже поздно.

— Мне всё равно. Одевайся, — я смотрела. — Сейчас, — зашипел он, и я развернулась, не желая спорить с ним. Я одела простую одежду, тёмно-синий пиджак на молнии с небольшим воротником, схватила свою большую сумку и последовала за ним к машине, мы поехали молча. Я чувствовала себя так плохо с ним, что, чёрт возьми, эта за динамика? Я не понимала, кем мы были друг другу.

Он внезапно припарковался, и я моргнула, так как немного отключилась. Я наклонилась вперёд и увидела вывеску «Pretty Kitty», у меня отвисла челюсть.

— Ты привёз меня в грёбаный секс-шоп?

— Мы теперь занимаемся сексом, — он вышел, и я последовала за ним, увидев, как он зачёсывает свои густые кудри. Он разорвал упаковку жвачки, закусив по ней так, что линия его подбородка выглядела слишком хорошо. — Пойдём.

— Нет. Я зла на тебя. Я даже не знаю, буду ли снова с тобой спать.

— Пожалуйста, Одетта, — он закатил глаза, и я посмотрела.

— Я серьёзно, ты отшил меня, ты ужасно отозвался о моей маме.

— Я пытаюсь! — он закричал, — Ты понятия не имеешь, что происходит прямо сейчас, — он вздохнул. — Иди внутрь, пожалуйста? Я прошу прощения, что использовал это слово.

Он выглядел таким измотанным и напряжённым. Я подошла и положила руки на его бёдра. — В чём дело? — он покачал головой, — Ты знаешь, что можешь поговорить со мной, верно? — он кивнул. Я протянула руку и поцеловала его. — Я не хочу добавлять к тому, что происходит, но мне нужно, чтобы ты присутствовал на тренировках, ты нужен мне, Гарри.

Он вздохнул. — Хорошо, пошли, — он схватил меня за руку и повёл внутрь.

Стены внутри секс-шопа были чёрными, повсюду висели стеклянные полки. Я была шокирована надувными куклами или плётками или, чёрт, массивными порнографическими изображениями. Были разного рода вещи; мои глаза не могли уловить каждый объект. Он привёл меня, по-прежнему держа за руку, к задней стене, на которой не было ничего, кроме порно и вибраторов.

— Одно сопутствует другому, — он ухмыльнулся, рассматривая вибраторы. — Возьмёшь? — он немного рассмеялся сам над собой, и я закатила глаза.

— Я не пользуюсь.

— О, чёрт возьми, да, — я покачала головой, и он обнял меня за талию и притянул к себе спиной, шепча на ухо. — Представь, что я использую его на тебе. Представь это чувство, представь, что твои ноги сжимаются вместе, когда становится чересчур. Представь, что получаешь то, что ты хочешь, когда ты хочешь. Одиллии это бы понравилось, — я прикусила губу. Он нежно укусил моё ухо, посасывая его, и затем отступил назад.

— Что ещё нам нужно? — пробормотал он, бродя вокруг. — Тебя когда-нибудь отшлёпывали?

— Нет!

Он улыбнулся и продолжал идти, моё сердце колотилось. — Ролевые игры?

— Нет! Гарри, я не какая-то извращенка, я только начала заниматься с тобой сексом, ради всего святого.

— Это означает, что я буду первым, кто согнёт тебя в разных позах, — у меня отвисла челюсть.

— Почему ты внезапно стал таким агрессивным по поводу этого? У нас был секс один раз; это не значит, что я позволю тебе трахать себя всё чёртово время. С меня хватит. Я иду домой, — я начала уходить, но он схватил меня за руку и дёрнул назад.

— Ты раздражаешь меня до смерти.

— Что? — я ахнула, — Почему ты такой злой? — я нахмурилась. — Чёрт возьми, Гарри, поговори со мной. Что случилось? Просто поговори со мной.

— Мне надоело говорить с тобой! — он закричал.

Повисла невероятно долгая пауза. — Оу, — я прошептала, сотрясаясь.

— Нет, просто, это не так, — он покачал головой. — Я делаю покупки, и мы уходим, — он побежал на кассу после того, как взял несколько DVD. Я чувствовала себя ужасно.

Как я смогу справиться с этим? Как мы могли перейти от душевных разговоров к крикам, к тому, что он говорит, как будет сгибать меня? Всё заключалось в этом?

— Ты всё ещё заботишься обо мне, или сейчас я просто подстилка? — я прошептала, когда он ехал. — Будь, чёрт возьми, честен, потому что я выйду отсюда.

— Прекрати! Разве ты не понимаешь, что мне нужна сейчас тишина.

— Разве ты не понимаешь, что сводишь меня с ума?

— Так и есть! — крикнул он. — Блять, блять, блять, — прошептал он.

— Я не понимаю, что происходит.

— Тебе и не нужно, сейчас просто молчи, пожалуйста. Я отвезу тебя домой.

— Хорошо. Я не в настроении ни для какого этого дерьма.

— Неважно, Одетта.

— К чёрту всё, — я вздохнула, откинувшись назад. — Почему с этим так много проблем?

— Потому что много проблем уже с первого дня.

Он привёз меня домой, я вышла из машины до того, как он успел бы сказать мне что-нибудь ещё. Я лежала в своей кровати после того, как заперла дверь, и чувствовала себя ужасно. Я просто хотела знать, что происходит.