become me | V.H

- Ты под домашним арестом. На две недели. Как раз на все каникулы. - строго проговорил отец, я поняла - дальше с ним говорить бесполезно. - Телефон и ноутбук отдашь мне.

- Почему вы всегда верите только Лиаму? - в последний раз обессиленно спросила я, а затем отдала отцу ноутбук и все, что осталось от телефона. - Я что, чем-то хуже?

В ответ я не услышала ничего. И не услышу. Бесполезно что-то вообще говорить. Мне не ответят.

По какой причине я под арестом? В тот день, когда я была на тусовке, родители уехали. А у нас есть такое правило, до трёх часов ночи вернуться домой обязательно. Я вернулась в пол второго. В чем же тогда проблема? А в том, что мой милый братец Лиам до сих пор беспричинно гадит мне, и в этот раз решил сказать, что я вернулась домой только под утро. Как старшему, ему поверили. Тем более, я ещё и разбила телефон, пока шла домой, потому что унести его в дрожащих руках было почти невозможно для меня. Мне купили его всего полгода назад, на тот момент это была самая новая модель. А сейчас он был вдребезги разбит, так что даже если бы я оставила его себе и избежала того, чтобы у меня его забрали, это бы не помогло мне с кем-нибудь связаться. Хотя, я не могу говорить «с кем-нибудь», я знаю, с кем я хочу связаться. Я сущая эгоистка, я сама это могу признать, но я в тот момент забыла о том, что Несса и Саб с Синт обещались мне сегодня позвонить. Я думала о Винсенте. Я не могла выбросить из головы мысль о нем.

- Это все ты! - я ткнула брату пальцем в грудь. В ответ парень лишь рассмеялся мне в лицо.

- Да. Я. - умиротворенно проговорил он.

- Какого хрена? Что плохого я тебе сделала? За что? - кричала я.

- За все хорошее. - спокойно ответил Лиам, еле сдерживая свой смех.

- Я тебя ненавижу. - по слогам проговорила я, в последний раз бросила на него свой гневный взгляд, а затем пошла к выходу из комнаты, чтобы пойти к себе. - Скажешь потом Синтии о том, что ты собственноручно запер ее лучшую подругу на домашнем аресте. Не забудь ей сказать, что это сделал ты, обязательно.

- Не вмешивай ее. Не надо меня упрекать. Я сделал так, как считаю нужным. Тебе на пользу пойдёт.

- Увидишь Джоша, передай ему, что я его ненавижу. И что его извинения, которые, как я мельком заметила у себя в директе, когда мой ноутбук ещё был у меня, мне не нужны.

- Что он сделал?

- Не важно. Он ублюдок, этого достаточно.

Сейчас меня больше всего волновало то, что я ещё довольно долго не увижу Винсента. У нас могли бы быть все каникулы, когда мы оба не учимся и можем гулять хоть от рассвета до заката. У меня не было телефона, а значит я не могла с ним связаться, и у меня не было возможности выйти на улицу, чтобы встретиться с ним. Две недели. Никто ещё и не знает, что может взбрести Лиаму и отцу в голову по истечении этого срока.

Ещё и Рождественский бал придётся пропустить. Хотя, у меня уже и так бы не было желания туда идти. У меня нет пары, хотя пара есть даже у Фэйт. Я не хочу смотреть на то, как Джош будет унижаться передо мной и портить нам обоим настроение. Не хочу. Не хочу смотреть на довольное лицо Дэвис и то, как она будет танцевать с Хосслером. Я точно знаю, что я его уже не люблю, он - пройденный этап, но на ее месте когда-то была я, и это просто убивает. Я не хочу думать о том, что такую, как я, променяли на такую, как она.

Я чувствовала, что Фэйт будто затмила меня. Будто бы она появилась, и меня любить перестали. Я всегда была в центре внимания, везде, абсолютно, и когда я понимаю, что с этой позиции меня сдвинула такая, как Дэвис, мне убиться об стену хочется.

Скоро Рождество. Единственное, что у меня осталось от праздничного настроения - ... А, впрочем, не осталось ничего вообще. Весело. Ладно. Я редко радовалась таким праздникам, как Рождество, так что уже как-то плевать.

***

Девушка не спеша провела лезвием по запястью. Глубоких вдох, медленный выдох...Несколько раз она размашисто резанула по своей руке. Каждый порез являлся всё глубже и глубже - ее же это лишь успокаивало. Боль всё расползалась, а Эмили только облегчённо выдохнула и прикрыла глаза.

***

Теперь мой день начинался не с того, что я сразу брала в руки телефон и пролистывала ленту уведомлений, а с того, что я ещё пару минут лупила в потолок, пока не очнулась окончательно, а затем шла умываться, чтобы привести лицо, за последние пару дней ставшее опухшим, в порядок. Я плакала ежедневно. Кучу времени. Затем я выпивала стакан воды и, не завтракая, вновь направлялась в свою комнату и от скуки занималась учебой или рисованием. Я не знала, какой смысл в том, чтобы посвящать кучу времени учебе, потому что я и так была лучшей по всем результатам, но делать было нечего.

Вскоре в моей комнате появилось уже порядка пяти или шести маленьких портретов Винни. От скуки я рисовала в маленьком скетчбуке, и каждый раз на листке появлялись его черты лица.

Иногда мне казалось, что я схожу с ума.

***

Забыть горячо любимого человека невозможно. Время - хороший целитель сердца, не получившего любви, а разлука, может, помогает ещё больше. Но ни время, ни разлука не могут заглушить тоски о потерянном друге или же успокоить сердце, не знавшее счастливой любви.

Эмили Беннетт нелегко было бороться с овладевшим ею чувством: хотя оно вспыхнуло недавно, оно разгоралось быстро, преодолевая все преграды.

Вначале ей казалось, что она заглушит боль сердца силой воли, что ей поможет ее прирожденная жизнерадостность. Но шли дни, а облегчения не наступало. Она не могла забыть человека, который полностью овладел ее мечтами.

В иные минуты Эмили ненавидела его или, вернее, хотела ненавидеть. Тогда ей казалось, что она могла бы убить его, либо же если бы его убивали, она не предприняла бы попыток прийти ему на помощь. Но это были лишь мимолетные настроения.

Чем больше она думала, тем больше сознавала, что будь он даже ее злейшим врагом, врагом всего мира, да пусть даже Люцифером, с которым однажды она его сравнила - она бы не перестала любить его.

Презирать и ненавидеть Винсента Эмили была не в силах. Она лишь пыталась быть к нему равнодушной. Но и это была тщетная попытка.