Дракон для Василиска

Метель стояла невероятная. Февраль давал о себе знать, как никогда, но никто не отменил матч Слизерин-Когтевран. Игра должна быть жёсткой, учитывая, что между Когтевранцами и Слизерином небольшой разрыв. Первые в свою первую игру набрали 250 очков, вторые — 310. У Когтеврана загонщики были такими же чокнутыми, как Крэбб и Гойл. Всё целились по головам, что безумно нервировало Грету. Над головой Блейза бладжер пролетел уже шесть раз. Даниэль сидел на последней скамье и наблюдал за охотниками. Он не признавался даже самому себе, что пришёл посмотреть на того, кто окрылил его, а затем подло подрезал крылья, разбив сердце.
— Это ужасная игра! — Грета пролезла к брату и села, чтобы пожаловаться. — Когтевранцы вырубили Доминика. Остались только Блейз и Нотт.
— Загонщик Пьюс Одрес направил бладжер прямо в Теодора Нотта. Не знаю, сломал ли он охотнику руку, но квоффл тот выпустил, — Даниэль дёрнулся и перестал сводить глаз с Тео.
— Дани, — Грета смотрела на брата, прижавшись к нему сбоку, — может, не нужно было после одних отношений с головой нырять в другие? Я понимаю, тебе больно, но…
— Нотт забивает ещё десять очков Когтеврану. Учитывая, как он хмурится, рука болит!
— Грета, — Поттер умоляюще посмотрел на сестру, и та согласно кивнула, не желая делать брату ещё больнее.
— Забини забывает ещё десять очков! Драко Малфой поймал снитч! Счёт составляет 50:200! Победа Слизерина!
— Когтевран больше не соперники! — Рон подбежал к Поттерам. — Их разбомбили.
— Через две недели у нас игра с Пуффендуем. Нужно их тоже разбомбить, — поддержала Джинни.
— Разобьём в пух и прах! — заявил Дан. — Хочу с дядей поговорить.
Даниэль быстро ретировался, а Грета вслед за ним. Она хотела поздравить с победой любимого. Слизеринцы старались побыстрее покинуть раздевалку. Грета и Гарри ждали своих победителей с распростёртыми объятиями.
— Умница! — прошептал Гарри, целуя блондина. — Я должен быть беспристрастным, но мой жених сегодня победитель. Я привёз вино и виски.
— О! — Блейз услышал упоминание об алкоголе. — В таком случае, добро пожаловать в подземелья.
— Хорошо, что ты покинул преподавательское кресло, — ухмыльнулась Грета.
— Я тебе покажу свою кровать, — прошептал Драко на ухо Гарри, кусая его.
— Уже хочу опробовать её.
Даниэль скрылся под дезиллюминационными чарами в ожидании, когда все покинут раздевалку и душевую. Тео едва сдержал стон боли, когда снимал форму. Ни Драко, ни Блейз, ни Пьюси, ни Крэбб, ни Гойл не помогли. От боли их синих глаз выступили слёзы.
— Давай помогу, — Тео удивлённо раскрыл глаза, а перед ним на корточках сидел Дан, разувая слизеринца. — Держи.
— Костерост?
— Да.
Нотт выпил его и скривился. Все лечебные зелья на вкус были, как скисший суп.
— Спасибо.
— Рука уже через час срастётся. Ты… хорошо играл.
— Что ты здесь делаешь, Дан?
— Знаешь, я много разговаривал с дядей. Оказалось, что до Драко у него был блондин. Они были очень похожи с Малфоем. Гарри очень долго цеплялся за образ, который полюбил, а на деле оказалось, что он жил только возле Драко.
— Это намёк?
— Я с Джорджом. Просто пытаюсь донести до тебя, что ты полюбил идеал, а на деле даже не знал Гарри.
Поттер ушёл прочь, а Тео задумался. Слова Дана заставили посмотреть на ситуацию под другим углом. Он помешался на Гарри, но на деле даже не знал его. Это правда.

***

В гостиной Слизерина было шумно и пахло алкоголем. Никто не заметил, что пропал староста факультета. Запечатав дверь общей спальни, Драко толкнул Гарри на свою кровать. Оседлав бёдра любимого гриффиндорца, Драко впился в его губы. Они раздевались в спешке, наплевав на то, что сюда могут войти другие ребята. Вылизывая члены друг друга, целуя губы, шеи, соски, они утопали в желании. Малфой насадился на член брюнета, протяжно застонав. Глаза обоих стали животными, меняя окрас. Ни один из них не притворялся нормальным с другим. Они любили. Желали. Жили. Нотт вошёл в гостиную и направился к двери гостиной. Она была запечатана очень качественно. Понадобилось пять минут, чтобы снять щит.
— Нотт, твою мать! — Драко едва успел закрыть полог.
— Сами виноваты. Не одни в этой комнате находитесь.
Драко лёг поудобнее на груди Поттера, который после оргазма перебирал светлые пряди любимого.
— Как твоя рука? — спросил Гарри.
— Исцелена. И не будьте эгоистами. Дотрахались, так дверь откройте. Минут пять колдовал.
— Бедолага, — фыркнул Драко.
— Малфой, не беси меня! — рычал Нотт. — Я по-хорошему попросил.
— А ты не угрожай, — заявил Блейз, стоя на пороге вместе с Гретой. — Они бы открыли дверь. Просто позже. Или ты спешишь?
— Хватит на него нападать, — попросила Грета.
Тео сразу понял, что девчонка видимо знает о сердечных терзаниях брата.
— Ты вообще молодец! Забил три мяча, — прошептала девушка.
— Спасибо, Грета.
Тео положил метлу на место, взял кожаную парку, обулся в ботинки, и направился прочь.
— Хватит его травить. Все делают ошибки, — попросил Гарри. — Дайте нам одеться.
Блейз и Грета послушно закрыли за собой дверь, а Драко нахмурился. Он уставился на жениха, его ногти стали острыми, как у дракона и он ими поцарапал грудь гриффиндорца. Поттер зашипел, но мгновенно регенерировался.
— Не ревнуй.
— Не могу. Как подумаю, что он на тебя смотрит, как я…
— Он не может смотреть на меня, как ты, Драко. Тео заплутал. Не нужно его подбивать возвращаться к Волдеморту.
Малфой не дал Гарри подняться. Он хищно сверкнул глазами, а затем опустился к члену гриффиндорцу.
— Д-д-дра-а-а-ко-о-о… Ох…
Запустив пальцы в волосы блондина, Гарри прикрыл глаза, наслаждаясь жаром ротика своего мальчика. Поттер зачастую проигрывал Малфою, когда тот начинал его соблазнять. И ему нравилось проигрывать.

***

Тео сидел на Астрономической башне, докуривая очередную сигарету. На душе было паршиво. Одиноко. Он пытался понять, что для него значит Гарри, и какую роль отвёл Даниэлю. Он желал понять самого себя. Услышав тихие шаги, оборачиваться не спешил. Кто бы не нарушил его покой, слизеринцу всё равно.
— Знала, что найду тебя здесь.
— Почему не в гостиной?
— А ты почему? Что ты натворил такого, что Блейз и Драко возненавидели тебя? Помню, как Дан кричал в Большом зале, что это ты виноват в том, что Поттер покинул пост преподавателя.
— Мне Гарри давно нравился. Ты ведь играла тогда в игру. Я обидел тебя, обидел обоих Поттеров… Я ужасен.
— Не поспорю, — прячась от холодного ветра, Дафна застегнула на себе пальто, — но всё же, чем тебе Дан не угодил?
— Я тебя бросил из-за него, а ты пришла узнать причину нашего с ним разрыва? Гринграсс, тебе лечиться нужно.
— Почему сразу лечиться? Я всего-то начала встречаться с Чарли Уизли.
— Ого! Давно?
— Мы встретились в магазине мадам Малкин после Рождества, а потом… Он каждые выходные ко мне является через порт-ключ. Я загорелась идеей с драконами, — призналась блондинка. — Это свобода. Не нужно продлевать род. Астория желает жить традициями, а я свободы хочу. И возле Чарли я её ощутила. Будто сняли петлю, которая висела на шее много лет. Что ты чувствовал возле Дана?
Тео слушал с распахнутыми глазами подругу, которая открыла ему своё сердце.
— Гарри для тебя наваждение, а Дан?
— Нежность… Доверие… Любовь… Отдача… Что я натворил, Дафна?
— Рада, что тебе дошло. Ты отдал его Джорджу Уизли.
Нотт застонал и прикрыл глаза. Сигарета выпала из рук, падая во тьму, а слизеринец осел на пол. Дафна присела на корточки возле бывшего парня.
— Никому не показывай свою боль, Тео. Подними голову. Расправь плечи. Иди прямо, держа спину. Ты гордый слизеринец! Наследник древнего рода! Твой отец женился на женщине, младше него на тридцать лет. Они были счастливы вместе. И пусть она умерла, подарив тебе жизнь, он знал, что было время, когда он был счастлив и любим. Тео, борись! Из пяти забитых мячей, три — твоя заслуга. Почему они все празднуют, а ты сидишь тут и куришь от одиночества? Да, ты оступился, но кто идеален?
— Ты идеальна, Даф. Прости меня.
— Я счастлива и любима. Пора и тебе стать таковым. Вставай. У тебя по-прежнему есть я. Пусть весь мир против, а я с тобой, придурок.
Тео улыбнулся и обнял подругу. Ему правда нужна была поддержка. Нужен друг.

***

Когда слизеринцы вернулись на вечеринку, то Нотт в первую очередь отыскал взглядом Поттера с Малфоем. Они сидели перед камином ни диване и нежно целовались.
— Мы можем поговорить?
Драко закатил глаза, а Гарри согласно кивнул. Блондину не нравилось, что его оторвали от важного занятия.
— Простите меня. Оба. Я придумал себе образ, а демон им меня прижал. Мордред, я ведь даже не знал тебя, Гарри! Никогда не любил. Десткая увлечённость…
— Тебя осенило? — не понимал Драко.
— Я сегодня говорил с двумя. Дафна доходчиво объяснила. И… я был эгоистом. А больше всего я ненавижу себя за Дана. Я буквально бросил его в руки Джорджа! Он искал утешения…
— Постой! — попросил Гарри. — Ты его всё-таки любишь? — Тео согласно кивнул.
— Не беспокойся. Не буду лезть в его жизнь, как и в твою. Вдруг, Уизли его судьба. У меня был шанс. Я его упустил… Простите меня оба…
Тео не ждал ответа, поэтому вернулся к Дафне, которая утешительно обняла друга. Гарри и Драко провели его печальным и шокированным взглядами.
— Придурок…
— Волдеморт заставил его вспомнить обо мне. Это он сломал им обоим будущее, — ответил Гарри. — Прости его, змейка. Тео не виноват.
— Понял… Мне тоже его жаль… Да и скучал я по этому ишаку.
Гарри печально улыбнулся. Он знал, как в духе Волдеморта дать надежду и отобрать её. Тот самый случай, когда Северус просил за Лили, но Тёмный Лорд всё равно убил её.

***

Понедельник не задался сразу. Под дверью Аврората Поттера ждал Фадж. Гриффиндорец удивился, стараясь не выказывать своей ненависти.
— Гарри, доброе утро. У меня к тебе дело.
— Мне хватило того, что я в пять утра был на вызове. Демон убил маггла.
— Соболезную, но мне нужно подписать документ. Без твоей подписи я не смогу ввести в страну овощи. Ты должен подтвердить, что всё законно.
— Открываешь бизнес, Корнелиус?
— Да. Ягоды Годжи буду разводить.
— Для чего?
— Они очень востребованы. Хочу себе обеспечить старость.
— Не раньше апреля. У меня много работы.
— А что будет в апреле?
— Смерть демона, — улыбнулся Поттер. — Я сел на хвост пятому связному.
Корнелиус вмиг побледнел, будто вампир, а Гарри наслаждался его реакцией.
— Мне некогда проверять твой товар. Если я доверяю тебе, это не значит, что я доверяю твоему поставщику. Ричард тоже занят. Извини.
— Конечно, — маг прокашлялся. — Всё понимаю. А ты понял, что это за демон?
— Когда мне оставляют такие подсказки, конечно, я догадался. И в этот раз он умрёт окончательно. Если это всё, то оставь меня. Мне ещё с магглами разбираться касательно убийства.
— Хорошего дня, Гарри.
Фадж быстро удалился, а аврор ухмыльнулся. Гарри восстанавливал силы очень быстро. Уже в начале апреля он сможет уничтожить Фаджа и Волдеморта, не делая передышку. В кабинет вошёл Люциус. Гарри кивнул ему и поставил заглушку.
— Что-то серьёзное?
— Да. Я отдаю твоё место Максимилиану Нотту, и при этом он остаётся главой Попечительского совета, — Малфой недовольно сверкнул глазами.
— Вы с Кингсли меня в спину ударили.
— Люциус, я взял на себя смелость ручаться за тебя. Тебя назначают начальником Международного отдела. Я с Кингсли об этом почти месяц спорил. У нас идёт утечка информации. Нужен надёжный человек. Я твой будущий зять. Ставка на это. Ты меня не предашь.
Малфой расплылся в улыбке, а Гарри протянул ему документ.
— Официально, тебя и в кабинете Министра не было, но подпись уже стоит. Ты назначен. Утечка конкретная. Бери моих ребят, если нужно. Ставь своих людей. Я уверен, у тебя шпионов половина Министерства, — мужчина самодовольно хмыкнул.
— Почему твоя подпись главная?
— Визенгамот проголосовал против твоего назначения. Тридцать человек против. Я, как Герой войны, беру на себя ответственность за тебя. Кингсли берёт ответственность за меня. Если что, головы всех троих летят. Найди предателей.
— Дай мне пару месяцев, а ты спокойно лови демона. Гарри, ты не пожалеешь.
— Мне некому довериться, Люциус. Я уже и так внедрил Тедда Тонкса в Отдел Магического транспорта. Он помог мне найти тех водителей, которые специально показывают
себя магглам, но кто им это приказывает, сведений нет. Обливиэйт.
— Разумно. Видел, Ремуса Люпина?
— Он работает с магическими тварями. С оборотнями. Успешно, между прочим.
— Гарри! — Сириус ворвался в кабинет и удивился снобу в этом месте, но промолчал. — Я не вовремя?
— Мы закончили. Ну?
— Я Барти Крауча поймал. Он пытал маггла. Кричал что-то о Волдеморте.
Поттер вскочил с места и направился в допросную, а Люциус забрал документ, и пошёл искать свой новый кабинет. У него много работы. Поттер помнил, что этот кадр был предан Тому Реддлу до фанатизма. Войдя в допросную, увидел довольного Крауча.
— Оставьте нас.
Сириус согласно кивнул и забрал своих ребят. Присев напротив Пожирателя Смерти, Гарри ухмыльнулся.
— Что мне просили передать?
— Что ты сломаешься. Игры закончились, — оскалился Крауч. — Жаль, я не могу быть его носителем или связным. Не я призывал изначально.
— К счастью. И на кого он обернул свой тёмный взор?
— Милорд просил передать, что Поттеров слишком много развелось.
Барти безумно засмеялся, а Гарри вскипел. Его взгляд стал змеиным и жёлтые глаза Василиска молниеносно остановили биение сердца слизеринца. Он не даст в обиду Даниэля с Гретой. Они единственные его родственники. Его семья.
— Сириус!
— Я всё слышал. Гарри, я уже потерял Джеймса и Лили.
— Немедленно оправляйся к Минерве. Ты главный в Отряде авроров. Приставь охрану в Хогвартс. Бери лучших! Но с головы Греты и Дана не должно и волосинки упасть!
— Ты вычислил уже пятого связного?
— Почти. Я слежу за ним. Но за ребятами может явиться лично Волдеморт.
— Кто? — ужаснулся Блэк.
— Это он стал демоном, Бродяга. Дан и Грета в курсе. Я официально заявлю сегодня о возвращении Волдеморта в теле демона, но он почти убит! Делай своё дело, а я сделаю своё.
Блэк согласно кивнул. Гарри попросил перед уходом убрать тело Крауча, а сам направился к журналистам делать официальное заявление. Маги должны знать о Волдеморте и о том, что временно лучше самим нигде по ночам не ходить. Да и днём тоже.