[ Часть 1] Цветочек

Редактор@Niello88

Цинь Цин чистил яблоко и смотрел на красную строку в умном мозге.

Сюй Ичжи и Цан Мин оба находились в палате, поэтому выражения его лица не изменилось, а движения при очистке яблока были неторопливыми и уверенными.

996 пристально вглядывался в его лицо, но не мог понять, о чем тот думает.

"Разве ты не счастлив? Разве ты не взволнован? Это наш единственный способ выжить! Тебе больше не нужно быть страдающим мужчиной-партнером, тебе не обязательно проходить через жестокую историю, просто расстанься с Сюй Ичжи, завоюй Цан Мина, и мы в мгновение ока покинем этот мир! Ты когда-нибудь играл в игры? Знаешь как использовать свиток возврата? Я тебе говорю, этот реквизит невероятен..."

Возбужденные объяснения 996 были прерваны медленным голосом Цинь Цина: "Хоть я пришел из мира совершенствующихся, но я знаю, что такое Свиток Возвращения в Город".

Цинь Цин все еще неторопливо очищал фрукт, и его глаза оставались спокойны. Поняв, что Сюй Ичжи смотрит на него, он слегка поднял взгляд и мягко улыбнулся ему.

Заметив, что Цан Мин тоже смотрит на него, он повернулся и тепло спросил:

- Президент Цан, вы действительно не хотите съесть яблоко?

- Спасибо, нет нужды, - равнодушно отказался тот.

Однако только Сюй Ичжи знал, насколько он был встревожен в данный момент.

Сюй Ичжи насмешливо посмотрел на Цан Мина, а затем сказал Цинь Цину:

- Не торопись и будь осторожен со своими руками.

- Я буду осторожен, - Цинь Цин улыбнулся, и скорость очистки действительно сильно снизилась.

Такой милый маленький цветок - как Сюй Ичжи мог отдать его другим? Тревога в его сердце была не меньше, чем у Цан Мина.

"Теперь, когда ты все знаешь, поторопись и выполни задание! С Сюй Ичжи попрощаешься позже! Он умирает, за что ты держишься? Спасительный выход прямо перед тобой, так что поспеши!" - 996 запрыгнул на боковую тумбочку, тревожно поторапливая.

Цинь Цин медленно очистил яблоко, и, увидев, что кожура вот-вот упадет на землю, подцепил ногой мусорное ведро, стоявшее рядом и поймал ее.

Он долго не отвечал, а его взгляд был спокойным и умиротворенным.

996 с тревогой точил когти.

Сюй Ичжи и Цан Мин начали беседу. Они обсуждали деловые вопросы, но все их мысли были прикованы к маленькому цветку. Впервые они узнали, как тяжело ждать.

Закончив чистить яблоко, Цинь Цин передал мякоть Сюй Ичжи, который лежал на больничной койке, взял салфетку и заправил ее за воротник больничного халата.

Такой нежный и заботливый жест наполнил сердце Сюй Ичжи эмоциями, но яблоко, которое он ел, не имело никакого вкуса. Он нетерпеливо ждал ответа.

Цан Мин достал из внутреннего кармана костюма портсигар из чистого золота и раздраженно играл с ним. Его темные глаза как бы ненароком скользнули по нежному лицу Цинь Цина.

Цинь Цин посмотрел на него своими персиковыми глазами, но когда понял, что тот не собирается курить, а просто играет с портсигаром, отвел взгляд.

Портсигар выглядел чрезвычайно изысканным, на нем было выгравировано множество непонятных таинственных рун. Маленькие руны располагались упорядоченно, и образовывали закручивающийся тотем, который издалека походил на глаз.

"Почему ты молчишь? - 996 не мог больше сдерживаться и лапой погладил руку Цинь Цина, настаивая: - Ты собираешься выполнять задание или нет? Один - умирающий человек, а другой - влиятельный и богатый Сын Судьбы, чего ты медлишь? Любой знает, что выбрать!"

"Я не медлю", - Цинь Цин взял еще одно яблоко и медленно стал очищать его от кожуры.

"Ты согласен без раздумий?" - обрадовался 996.

Сюй Ичжи откусил от яблока, его тонкие брови медленно нахмурились. Кончиком языка он ощутил... горечь?

Темные глаза Цан Мина мерцали, и в них зажегся слабый огонек.

Цинь Цин тихо вздохнул: "Ты забыл? Я не человек".

996 замер на некоторое время, прежде чем понял, о чем именно говорил этот демонический цветок.

Любой бы выбрал здорового и богатого Цан Мина, но Цинь Цин не был человеком, поэтому его выбор...

"Да, ты правильно понимаешь, я выбираю Сюй Ичжи", - Цинь Цин мягко и нежно улыбнулся.

Он повернул голову, посмотрел на Сюй Ичжи и медленно, но твердо сказал в своем сердце: "Мой выбор - только он, и я с ним не расстанусь".

Сюй Ичжи, жующий яблоко, на несколько секунд остановился, прежде чем продолжить. Он как будто ничего не слышал и ничего не знал, но горечь на кончике его языка превратилась в сладость, а тревожное ожидание и беспокойство обратились в чрезвычайное удовлетворение и радость в этот момент.

Он поставил на это!

Цан Мин внезапно сжал портсигар и посмотрел на Цинь Цина. Мерцающие огоньки в его зрачках погасли. Тяжелые, мрачные, болезненные, даже отчаянные эмоции вырывались из бездны его сердца.

Он проиграл пари!

На мгновение он застыл у больничной койки, затем пододвинул стул и медленно сел.

Он по-прежнему выглядел таким же холодным, твердым и жестким, как всегда. Но только Сюй Ичжи знал, что если бы перед ним не было Цинь Цина, то он бы согнул спину, беспомощно ссутулившись.

"Почему ты не выбираешь хорошую жизнь, а ищешь смерти? Ты сошел с ума? - 996 пришел в бешенство и, указывая на Сюй Ичжи, сказал: - Посмотри на этого чахоточного призрака! Ему осталось жить всего ничего!"

"Чахоточный призрак?" - губы Сюй Ичжи незаметно скривились, но его улыбка была холодной.

996 указал на Цан Мина: "Посмотри на этого Сына Судьбы, он такой высокий и красивый, богатый и могущественный! Ты что, слепой? Если ты последуешь за ним, то получишь лучшее из всего в этом мире? Этот путь - путь жизни и счастья!"

Цан Мин снова начал медленно играть с портсигаром, и глаза, изредка посматривающие на 996, смягчились. Впервые он нашел котенка немного приятным для своих глаз.

Цинь Цин медленно сказал про себя: "Ты прав, с Цан Мином я буду иметь все: деньги, власть, статус и положение. Но я всего лишь цветок".

Цинь Цин посмотрел на Сюй Ичжи, который ел яблоко, и мягко улыбнулся.

"Я хочу ветер, дождь, звезды, луну, солнце, землю, но не богатство и власть. А Сюй Ичжи - он мой ветер и дождь, звезды и луна, солнце и земля. Он питает меня любовью, и без него я не смогу расцвести. Какой смысл в существовании цветка, который не может расцвести?"

К этому моменту второе яблоко также было очищено от кожуры.

Цинь Цин передал это яблоко Цан Мину.

- Господин Цан, ешьте.

Цан Мин долго медлил, прежде чем принял яблоко и вгрызся в него без всякого выражения. Было горько, настолько горько, что кончик его языка онемел, а поток крови замедлился. Но эту горечь дал ему Цинь Цин, поэтому он мог только молча проглотить ее.

Сюй Ичжи глубоко вздохнул и прикрыл ладонями слегка покрасневшие глаза. Это признание заставило его понять, что в сердце Цинь Цина он был ветром, который его обдувал, дождем, который его орошал, звездами и луной, которые ему светили, солнцем и землей, которые его согревали и питали.

На мгновение Сюй Ичжи, который всегда ко всему относился снисходительно, равнодушно и легкомысленно подумал: достоин ли он?

Цан Мин холодно посмотрел на него, словно спрашивая: "Почему ты?"

"Ты уверен, что Сюй Ичжи любит тебя? - 996 взглянул на Сюй Ичжи и начал провоцировать: - Я думаю, он просто вожделеет твоей красоты. С таким лицом, как у него, он точно легкомысленный бабник".

"Я уверен, что он любит меня, поэтому я тоже буду любить его. В самые трудные моменты я буду рядом с ним", - Цинь Цин пошел в ванную, чтобы вымыть нож для фруктов и руки.

"Твоим чувствам нельзя доверять. Вспомни, раньше ты любил кого-то, кто тебя совсем не любил. Не боишься повторить ту же ошибку на этот раз?" - 996 погнался за ним в ванную.

Сюй Ичжи с холодным выражением лица отбросил огрызок яблока.

Цан Мин съел горькое яблоко и равнодушно сказал:

- Ты не принимаешь это близко к сердцу?

- Я просто переживаю, что он пострадал, - Сюй Ичжи снял салфетку с груди, вытер рот, а его глаза наполнились яростью.

Двое мужчин делали вид, что разговаривают, но на самом деле они оба навострили уши и прислушивались к разговору в ванной.

"Я не боюсь, потому что знаю, что Сюй Ичжи действительно любит меня", - Цинь Цин покачал головой, его тон был спокойным.

"Что ты знаешь, что ты знаешь? - саркастически сказал 996. - Как правило, люди, которые говорят такие вещи, очень быстро становятся брошенками".

"Я просто знаю, я это чувствую", - Цинь Цин вымыл руки, вытер воду, бессознательно коснулся цветочного бутона на лопатке, а затем слабо улыбнулся себе в зеркале.

"Хорошо, хорошо, ты знаешь и чувствуешь. Так когда ты будешь выполнять задание? Когда Сюй Ичжи умрет, ты погонишься за Цан Мином, хорошо? Мертвого человека нельзя обидеть, верно?" - отступил 996.

Цан Мин повернул голову в сторону и на долю секунды посмотрел на человека в ванной. Это был его последний проблеск надежды.

"Я не откажусь от Сюй Ичжи, пока не умру. Но если я умру - я умру, это конец всего", - Цинь Цин посмотрел на себя в зеркало и непоколебимо сказал.

996: "...мяу, ты ищешь смерти!"

"Если он умрет, я тоже буду ждать смерти", - очень спокойно сказал Цинь Цин, после чего вернулся в палату.

Как только он подошел к больничной койке, Сюй Ичжи взял его за руку и обнял, затем обхватил его лицо и долго смотрел на него глубоким взглядом, словно не мог насытиться им, а затем жадно и неистово поцеловал в губы, двумя руками крепко держа за талию, словно хотел втереть его в свое тело.

Цан Мин вышел из палаты и встал во мраке длинного коридора, украдкой оглядываясь на долгий поцелуй и страстную любовь, погружая свое сердце на дно очень холодного моря.

Он проиграл, полностью и окончательно...

Затяжной поцелуй закончился, Цинь Цин забрался на больничную койку и прислонился к Сюй Ичжи.

Мужчина обвил его руками за талию и крепко поцеловал покрасневшие щеки и кончик носа.

- Я не умру, - мягко утешил он.

- Конечно, ты не умрешь, - Цинь Цин тоже крепко обнял своего парня.

- В мире так много людей, всегда есть шанс найти подходящего донора. К тому же, медицина сейчас стремительно развивается, скоро появится лекарство от рака. Нам просто нужно подождать еще несколько лет, и ты вылечишься, - Цинь Цин нежно погладил Сюй Ичжи по груди, как хрупкого ребенка.

Сюй Ичжи, который совсем не боялся смерти, лишь почувствовал жжение в сердце.

Он удовлетворенно вздохнул, погрузив кончики пальцев в волосы возлюбленного, мягко поглаживая кожу его головы.

Неизвестно, о чем он думал, но мужчина внезапно засмеялся:

- Возможно, мне придется побрить голову во время химиотерапии.

Цинь Цин слегка выпрямился, серьезно посмотрел на это дерзкое и красивое лицо и утешил его:

- Ты такой красивый, у тебя прекрасная форма черепа, ты будешь хорошо выглядеть даже с бритой головой.

Утешенный Сюй Ичжи тихо рассмеялся.

- Когда придет время, я побрею голову вместе с тобой, - Цинь Цин откинулся на руки своего бойфренда и медленно сказал: - Я хочу научиться готовить, чтобы делать для тебя вкусную еду. Я хочу научиться ухаживать за больными, чтобы заботиться о твоем теле. Почему бы нам не съехаться? Купим комнату рядом с больницей, чтобы легче было добираться туда и обратно...

Но не успел он договорить, Сюй Ичжи крепко поцеловал его.

Эти, казалось бы, обычные, сладкие любовные слова он не мог больше слушать. Если бы он продолжил слушать их, то его сердце разорвалось бы от умиления и удовлетворения...

За пределами палаты Цан Мин прикрыл свое больное, но колотящееся сердце, и его глаза покраснели.

996 не мог смотреть на эту пару, которая хотела умереть, и в гневе убежал. Вскоре после этого пришел врач и вызвал Цинь Цина в кабинет, чтобы составить план химиотерапии для Сюй Ичжи.

Только тогда Цан Мин, скрывавшийся в коридоре, снова вошел в палату.

- Ты проиграл, - Сюй Ичжи погладил свои горячие тонкие губы и довольно улыбнулся.

- Я проиграл, - голос Цан Мина был хриплым, а глаза красными.

- Но я чувствую, что ты еще не сдался, - Сюй Ичжи поднял одеяло и подошел к Цан Мину, его глаза смотрели на другого человека с ледяным холодом.

Два одинаково высоких, одинаково красивых, одинаково внушительных мужчины, как две возвышающиеся горы, сталкивающиеся друг с другом самыми твердыми углами и скалами.

- Да, я не сдался, - спокойно сказал Цан Мин. - Я полностью проиграл, но хочу получить его еще сильнее, тебе не кажется это странным?

Сюй Ичжи покачал головой:

- Ничего удивительного: то, что ты не можешь получить, - всегда самое лучшее.

- Нет, это не потому, что я не могу этого получить, - Цан Мин закрыл глаза, замолчал на мгновение, а затем торжественно сказал: - Это потому, что он самый лучший.

Сюй Ичжи растерянно моргнул, а затем рассмеялся:

- Ты прав, он лучший.

Цан Мин твердо сказал:

- Мое отступление временное.

Двое прижимались друг к другу с яростной аурой и обменивались ударами, пока границы мира не начали дрожать, и лишь тогда они успокоились.

- Ты проиграл и должен это признать, - усмехнулся Сюй Ичжи.

Цан Мин молча достал портсигар из чистого золота из внутреннего кармана своего костюма.

Сюй Ичжи взял портсигар и поиграл им.

- Я не ожидал, что ты сделаешь из Источника портсигар.

- Разве ты не сделал из него зажигалку?

- Это потому, что ты думаешь о Цинь Цине, когда берешь портсигар?

- А ты? Когда зажигается пламя, оно освещает его лицо?

Когда он произнес эти слова, вихрь рун на портсигаре начал медленно вращаться, и из центра вихря в ладонь Сюй Ичжи непрерывным потоком хлынула огромная сила.

Бледное лицо Сюй Ичжи вскоре стало розовым и здоровым, а его немного похудевшее тело наполнилось бурлящей силой.

Цан Мин нахмурился, словно подавляя что-то.

Передача энергии прекратилась, и аура Сюй Ичжи становилась все более и более ужасающей. Руны на портсигаре из чистого золота тускнели одна за другой, а спрятанный в вихре глаз, потерял способность видеть.

- Я не думал, что выиграю, - Сюй Ичжи взял сигарету из портсигара и неожиданно воскликнул: - Даже если бы проиграл, не жалел бы, что рискнул. Но я действительно не думал, что выиграю. Невероятно, что он так убежден в моей любви и любит меня, несмотря ни на что.

При этом он издал сдержанный негромкий смешок, его темные глаза излучали бесконечную любовь.

Цан Мин холодно посмотрел на него, не говоря ни слова. Слова и жесты победителя только возбудили в нем боль и ревность.

В этот момент Цинь Цин толкнул дверь и нахмурился, увидев портсигар с сигаретами:

- Господин Цан, не давайте Ичжи сигареты! Я сказал ему бросить курить!

Сюй Ичжи поспешно поднял руки и сказал с извиняющейся улыбкой:

- Детка, я не собирался курить! Как я мог отказаться от обещания, данного тебе.

Детка? Цан Мин нахмурился. Это прозвище заставило его сердце заколотиться от ревности. Он взял портсигар и высыпал длинные тонкие сигареты в мусорное ведро, затем передал пустой портсигар Цинь Цину и сказал:

- Я тоже собираюсь бросить курить. Этот портсигар мне больше не нужен, поэтому я отдам его тебе.

С этими словами он быстрым шагом покинул палату и прошел в угол, где никого не было; достал носовой платок, прикрыл им рот и закашлял.

На чисто-черном платке не было видно, что он выкашлял сгустки крови и маленькие кусочки внутренних органов. Такова цена проигрыша пари.

В палате Цинь Цин поднес золотой портсигар к свету из окна и внимательно его рассмотрел. Таинственные руны, которые сияли золотым светом, теперь были покрыты серой пленкой окисления. Неужели они вступили в контакт с каким-то химическим реагентом?

Цинь Цин потер портсигар кончиками пальцев, чувствуя жалость в своем сердце.

Сюй Ичжи не стал просить портсигар обратно, а передал свою зажигалку из черного золота.

- Я больше не могу пользоваться этой зажигалкой, поэтому отдаю ее тебе.

- Вы двое такие сознательные, - не отказываясь, Цинь Цин сунул обе вещи в карманы брюк.

Врач, который последовал за Цинь Цином в палату, первоначально собирался объяснить план лечения Сюй Ичжи, но когда увидел его оживленное лицо, не смог удержаться и осторожно сказал:

- Господин Сюй, почему бы нам пока не отложить химиотерапию и не провести еще одно медицинское обследование. Посмотрим через две недели, когда придут результаты?

---

Две недели пролетели незаметно.

Цинь Цин пришел навестить Сюй Ичжи в больнице рано утром, неся с собой собственноручно приготовленный куриный суп.

Постучав в дверь и войдя в палату, он удивленно поднял брови.

Он увидел Цинь Цзыши, сидящего у больничной койки и что-то тихо говорящего.

- Всего за один месяц все очень изменилось. Проект Luomen запущен, все инвестиции получены, и я стал генеральным директором U-tech в Европе. Я не ожидал, что вы окажетесь неизлечимо больны. Этот мир такой изменчивый!

Цинь Цзыши тихо вздохнул.

- Мир изменчивый? - Сюй Ичжи прожевал эти слова и сказал с ухмылкой: - Боюсь, ты еще не познал превратности мира - некоторые слова произносить слишком рано.

- Боюсь, немного позже у меня не было бы возможности поговорить с вами, - Цинь Цзыши сузил глаза и улыбнулся, его слова скрывали глубокую злобу.

Он намекал, что Сюй Ичжи скоро умрет.

Цинь Цин не выдержал и еще раз постучал в открытую дверь.

- Цинь Цин, ты здесь, - Цинь Цзыши встал и сказал с сожалением: - Мама, папа и дедушки приняли ваши отношения с президентом Сюем. Я думал, что вы будете очень счастливы, но эта болезнь пришла так внезапно и не вовремя. Я беспокоился за вас, поэтому пришел навестить.

- Ты волнуешься или злорадствуешь? - Цинь Цин поставил куриный суп на прикроватный столик и прямо спросил.

- О чем ты? - Цинь Цзыши улыбнулся.

Цинь Цин скоро потеряет защиту Сюй Ичжи. Чего стоит он один?

Все верно, Цинь Цзыши пришел позлорадствовать и не собирался это скрывать. Более того, сейчас он находился на пике, у него было богатство и власть, а Цинь Цин даже бросил работу. Разве можно теперь их сравнивать?

- Я просто пришел проведать, без всякого злого умысла, - Цинь Цзыши подошел к двери, но, переступив порог, обернулся и спросил: - Я слышал, что болезнь президента Сюя уже находится на поздней стадии? Вы ищете донора? Я могу попытаться помочь господину Сюю? Возможно, это заболевание было получено во время проверочной поездки в Европу. Тот регион, является зоной энергетического развития с серьезным загрязнением окружающей среды. Если бы он не уехал в Европу, то, возможно, у господина Сюя сейчас было бы все хорошо?

Он сказал, что у него нет злого умысла, но то, что сейчас говорил Цинь Цзыши, - просто отвратительно.

Лицо Цинь Цина стало холодным, он хотел подойти и преподать ему урок.

Сюй Ичжи взял Цинь Цина за руку и с улыбкой покачал головой.

В этот момент в палату вошел лечащий врач и радостно сказал, просматривая листы медицинских анализов:

- Господин Сюй, в вашем медицинском заключении все в норме! Мы поставили вам неправильный диагноз! Вы не больны, вас можно выписать.

Цинь Цин был ошеломлен.

Сюй Ичжи ничуть не удивился и тут же встал с больничной койки и обнял своего возлюбленного.

- Что, ты так счастлив, что поглупел? - он улыбнулся и поцеловал Цинь Цина в щеку.

Цинь Цин пришел в себя и очень взволнованно обнял Сюй Ичжи.

- Ты в порядке? - недоверчиво спросил он.

- Я в порядке, - Сюй Ичжи нежно поцеловал его в губы.

- Тебя можно выписать из больницы? - снова спросил Цинь Цин, выглядя на удивление глупо с округлившимися глазами и слегка приоткрытым ртом.

- Меня можно выписать из больницы, - терпеливо отвечал Сюй Ичжи на эти бессмысленные вопросы.

Глаза Цинь Цина покраснели, слезы безостановочно лились из них, но его тонкие губы изогнулись счастливой дугой. Он крепко обхватил руками шею Сюй Ичжи и прижался к нему на десятки секунд, после чего достал мобильный телефон и по очереди позвонил отцу, матери, деду и деду по материнской линии, чтобы сообщить радостную новость.

Наконец он позвонил Цан Мину, и в его смехе слышались сдавленные рыдания:

- Президент Цан, Ичжи в порядке, его можно выписать из больницы.

Цан Мин холодно и бесчувственно хмыкнул и спросил:

- Что-нибудь еще? Если больше ничего, то я вешаю трубку.

- Это все, - Цинь Цин неловко извинился: - Простите, что побеспокоил вас.

Цан Мин холодно хмыкнул и уже собирался повесить трубку, но все же не выдержал и спросил:

- Когда ты вернешься на работу?

В конце концов, перед этим человеком он не мог притворяться холодным, хотя со всеми остальными мог.

- Когда Ичжи вернется - вернусь и я.

Ответ Цинь Цина заставил Цан Мина раздраженно положить трубку, а Сюй Ичжи - негромко рассмеяться от удовольствия.

Обзвонив всех, Цинь Цин посмотрел на Цинь Цзыши, который стоял у двери, и сказал с улыбкой:

- Ты прав, мир действительно изменчивый.

В этот момент Цинь Цзыши не знал, какое выражение лица сделать. Разочарование, смущение, гнев, нежелание... сталкиваясь с Цинь Цином, его всегда преследовали эти эмоции.

Он заставил себя улыбнуться и кивнул головой:

- Господин Сюй, поздравляю.

Группа медицинского персонала прошла мимо него и пробормотала:

- Это действительно странно, два медицинских обследования до и после, почему данные так сильно отличаются? Инструмент сломан?

Сломанный инструмент? Было ли это удачей или невезением? Цинь Цзыши крепко ухватился за ручку двери, подавляя негодование в своем сердце.

- Кстати, отец пригласил меня сегодня на обед, так что мне нужно спешить. Он тоже хочет принять участие в проекте Luomen и позвонил мне, чтобы я помог ему, - Цинь Цзыши взволнованно улыбнулся.

Теперь у него имелась власть и положение, и люди, что в прошлом смотрели на него свысока, сейчас смиренно добивались его благосклонности. Даже Цинь Хуайчуань спешил заручиться его сотрудничеством, а позже, когда узы интересов станут еще теснее, он сможет изменить завещание в его пользу.

Цинь Цзыши кивнул Цинь Цину, улыбнулся, а затем развернулся и вышел.

Однако Сюй Ичжи как-будто только вспомнив, сказал:

- Сотрудничество между U-Tech и Luomen было приостановлено местным правительством. В интернете уже должны появиться новости, так что посмотри.

Цинь Цзыши застыл, а затем поспешно достал свой мобильный телефон.

Когда он открыл веб-страницу, у него дрожали кончики пальцев, а новость о том, что U-Tech лишилась инвестиций в размере десяти миллиардов, вложенных в Luomen Group, уже попала в горячий поиск.

Проект был приостановлен из-за нарушения местных законов об охране окружающей среды, и если U-Tеch захочет предпринять судебные действия против Luomen, она сможет обратиться в местный суд, как это предусмотрено контрактом. Однако местное правительство, естественно, будет оказывать предпочтение Luomen Group ради экономических интересов.

Десятки миллиардов, вложенных U-Tеch, действительно пошли коту под хвост.

Цинь Цзыши создал себе имидж недооцененного таланта, из-за чего ему пришлось сменить работу, поэтому как только эта новость была опубликована, интернет наполнился голосами, высмеивающими его.

Цинь Цзыши сказал, что Цинь Цин неправильно оценил риски инвестиций, и что Сюй Ичжи подавлял и отодвигал его на второй план ради личных интересов и Цинь Цина. Но теперь все доказывает, что он не жертва, а параноик, страдающий манией преследования. Он самый настоящий дурак.

Пока Цинь Цин и Сюй Ичжи помогли Lanyu выбраться из огромной ямы Luomen, слепота и глупость Цинь Цзыши столкнули U-Tech в пропасть банкротства.

Падение с небес на землю - лишь мгновение, это и есть настоящее непостоянство мира.

_____________________

Вот такой вот этот мир изменчивый... пара богов вертят им...