Одержимость: Любовь разрушительна 18+ | РЕДАКТИРУЕТСЯ!

И, когда каждый начинает заботиться о другом больше,
чем о самом себе, любовь превращается в семью.
У этого нет цены.

- Я тебя не боюсь, - растерянно убегая, будто от погони по узким темным коридорам, куда округленные от страха глаза глядят, напугано прокричала я, преследующему меня крепкому мужскому силуэту, - ты не существуешь! Ты лишь оживший страх в моей голове! Кошмар! - прерывисто прокричала я, давясь солоноватыми слезами, стекающими ручейками по лицу, будто убеждая себя в правильности собственных толковании.

- Правда? Тогда почему ты в панике убегаешь от меня, лучик солнца, раз уж я тебя не пугаю? - зловеще рассмеялся мужчина, уверенными, тяжелыми шагами неспеша следуя за мной, внушая страх и испуг, - Мы ведь с тобой повязаны одной тайной!

- Нет-нет-нет! У нас нет с тобой никакой общей тайны! Я не хочу быть частью вашей грязной игры! - с надеждой продолжая нестись в сторону ослепляемого яркостью божественным светом распространяющимся от далекого дверного проема, темным коридорам в подвале дома, молила я, напугано поглядывая назад, на уверенно следующего за мной темный мужской силуэт, чьи голубые, окровавленные глаза гневно сверкали, пронзая меня своим холодом, измученным взглядом.

- Ты уже часть этой игры, Кэти, из которой тебе не выбраться живой, - неожиданно идущая позади меня крепкая фигура переместилась, закрывая теперь мой единственный выход на свободу и яркий свет, откуда послышался самодовольный голос и ехидная насмешка, от звучания которых я невольно замерла на месте, нервно сглатывая, пока объект моего страха неспеша приближался.

- Нет, ты ошибаешься, - рефлекторно шагнув назад, в страхе стала я оглядываться по сторонам сменившиеся по щелчку пальцев антуража, ощущая знакомый запах сырости, крови и разлагающегося мяса, а затем перед глазами из тьмы стали проглядываться серые стены того самого помещение в подвале, где позади меня засветился в полной темноте металлический стул, на котором лежали окровавленные веревки и оружие. Тот самый пистолет, из которого был убит Виктор.

- Разве? - оказавшись в нескольких сантиметрах от моего лица, поинтересовался мужчина, еле докоснувшись холодными пальцами до моей щеки, по которой от страха скользила слеза, одаривая меня своим врезавшимся в памяти взглядом окровавленных голубых глаз, выглядящий в точность, как несколько месяцев назад. Я видела мольбу или ... приглянувшись, поняла, что ошибалась...

- Ты не умолял меня сохранить тебе жизнь, когда Фабиано направил пистолет на тебя, - не в силах оторваться от холодных, как лед, светло-синих глаз, пронзающих пугающим, хитрым взглядом, я только сейчас осознала, безмолвно переданный Виктором посыл тем утром в подвале, - ты хотел, чтобы я узнала их план. Разгадала его, - задыхаясь от наворачивающихся на глазах слезах, ошеломлённо выдала я, вновь ощущая, как кровожадная темнота поглощает меня, на фоне которой безжалостно мелькала пара пугающих холодных, расчетливых глаз, чей владелец неспеша сводил меня с ума, - я не часть вашей игры! Я в нее не участвую! - яростно закричала я.

- Поздно, лучик солнца, слишком поздно, - из-за спины вдруг раздался низкий мужской голос со знакомым акцентом, чье ощутимое, как северный ветер дыхание, заставило кожу шее покрыться мурашками, - ты уже часть нашей игры! И ты сделала свой выбор. Сыграла свою проигрышную партию и убила Фабиано! - зловеще рассмеялся Виктор, от чего его голос эхом раздался по всему просторному помещению в подвале, откуда не было ни единого выхода на волю. Спасительный свет в конце коридора окончательно погас.

- Фабиано жив! - развернувшись к обидчику, отчаянно прокричала я, задыхаясь от ощутимой беспомощности и разочарования, будто желая убедить себя в правдивости этих слов, ощущая скатывающиеся по щекам разгоряченные слезы безысходности.

- Фабиано жив? - переспросил растворяющиеся во тьме усмехающиеся надо мной голос.

- Мой муж жив! - гневно закричала я, ощутив давящее чувство в груди от переполняющего горя и злости, - Он жив! Фабиано жив! Он...он обещал...он не может умереть! - запинаясь от слез, разъяренно стала я доказывать Виктору свою праву, а может вовсе не ему.

- Смирись, лучик солнца! Прими свой проигрыши! - самодовольно рассмеялся Виктор, наслаждаясь победой, а его низкий голос эхом раздался по всему помещению в подвале, стены которого будто с каждым мгновение все ближе и ближе становились ко мне, вызывая приступ клаустрофобии, - Ты убила Фабиано! Ты обрекла его на смерть! - продолжил повторять надоедливый голос, пока стены не придавали мое размякшее от отчаяния тело.

Резко распахнув напуганные, сонные глаза, я увидела перед собой белый потолок нашей спальни, уставившись в который, ощутила, как по щекам от разочарования стали сползать разгоряченные слезинки. В голове на повторе прокручивались надоедливые и до ужаса пугающие слова Виктора, а перед взором мелькали его лукавые голубые, холодные и пустые глаза, вселяющие страх и ужас. От потока воспоминаний и охвативший мой затуманенный разум острый приступ паники, я прикрыла напуганные глаза ладонями, ощущая, как разгоряченные слезы сползают по коже лица, характерным, приглушенным звук падая кристаллами на подушку. Напуганное сердце в замершей груди безжалостно отстукивала бешенный ритм галопом, ударяясь об ригидную грудину, ритмичные звуки которой нервными пульсациями одевались в напряженных висках, смешивающиеся со звучанием шума, доносящиеся из ванной комнаты. Тело в страхе покрыла мелкая дрожь, а дыхание было прерывистым и неглубоким, из-за воспроизводимых сознанием обрывков сна, особенно произнесенными Виктором с такой уверенностью и злорадством слов, прокручивающиеся в голове, будто сломанная пластинка.

Я должна доказать себе и ему правоту своих слов!

Приподнявшись с кровати на локтях, я взглянула на часть матраца, на которой спал Фабиано. Темно-коричневые простыни были помяты, от чего я облегченно вздохнула. Продолжая разглядывать комнату, я услышала усиливающиеся на фоне окрашенной биением моего сердца тишины, доносящиеся из ванны звуки воды и утренней рутины. От чего на лице стала проглядываться легкая улыбка.

Я оказалась права и, черт, это было так приятно! Приятно ощущать облегчение и счастье, от которого по лицу проскользнула одиночная слезинка. Убрав ее, я прошлась ладонью по подушки, ощущая исходящую от нее обнадёживающее тепло. Вскочив с кровати на своих ватных от переживаний ногах, я приблизилась к двери ванной комнаты, с улыбкой на лице распахнув которую погрузилась в плотное облако пара, позволяющее мне разглядеть лишь высокий, стройный силуэт человека, стоящего ко мне спиной.

- Фабиано? - переполненная надеждой, подходя ближе к раковине, окликнула я незнакомца... незнакомку, чий до боли знакомые блондинистые волосы были собраны в высокий небрежный хвост, - Джемма, - прищурив глаза, будто не веря в увиденное, прерывисто протянула я, ощутив резко-возникшую кинжальную боль в области сердца, заставившая меня замереть на месте.

- Кит, ты в порядке? - подбегая ко мне, обеспокоенно поинтересовалась подруга, пронзая жалостливым, обеспокоенным взглядом голубых глаз, поглядывая в которые я увидела свое поникшее отражение и чувство вины.

- Джемма, почему ты здесь? - с надеждой оглядывая по сторонам окутанной паром комнаты, я отчаянно пыталась найти глазами мужа, - Где Фабиано? - в панике, поинтересовалась я, ощущая, как к горлу подкатывал комок страха.

- Кэти, вчера ночью в панике мне позвонил Том. Он был очень обеспокоен и напряжен, а на фоне были слышны звуки душераздирающих рыданий, сперва я не понимала, кому они принадлежали или что случилось, но когда он попросил меня приехать, объяснив это тем, что не мог увезти тебя домой, я сразу же приехала в то место, - задыхаясь от навернувшихся слез и жалости на глазах, аккуратно, будто оберегая, стала рассказывать подруга, успокаивающее поглаживая меня по предплечью, - у тебя была истерика из-за аварии и ..., - блондинка вдруг резка замолчала, виновата опуская глаза в пол, в то время как я внимательно прислушивалась к ускорившимся биением своего разрывающегося на части от боли сердца, теряя контроль над собственным телом, когда на меня лавиной свалились воспоминания вчерашнего дня, начиная с утра.

- Где он? Где Фабиано, Джемма? Где мой муж? - крепко вцепившись пальцами в рукава халата, отчаянно стала я сыпать замершую блондинку вопросами, которая разочарованна прикусила губу, сдерживая слезы, - Скажи же мне, Джемма! Ответь! - молила я девушку, которая одарила меня взглядом наполненным болью и сожалением, - Нет! Нет, ты не можешь сказать мне, что от умер! Не говори мне этого, потому что мой муж не умер! Мой муж не мог умереть, Джемма. Он не мог ведь меня оставить одну? Он поклялся! Он обещал мне, что вернется! - обессиленно сползая вниз, я приземлилась коленями на холодный мраморный пол ванной, погружаясь в четкие картинки всплывающих ужасающих воспоминания прошлой ночи, - Он жив, да? Скажи же мне, Джемма, что он жива! Пожалуйста! - умоляла я сконфуженную блондинку, которая приобняла меня, встав напротив на коленях, пока перед глазами я видела безжалостно охватившее машину яркое пламя огня, а затем каталку и ... крыло.

Тату с птичкой и обручальное кольцо. Мне нужно было услышать опровержение собственных воспоминаний. Я желала узнать, что это всего лишь кошмар, разыгравшееся больная фантазия, но не правда, которую я не вынесу.

- Кэти, мне очень жаль, - неожиданно заговорила блондинка спустя несколько мгновений вдумчивого молчания, кажущимся мне вечностью, успокаивающе поглаживая меня по голове, пока я задыхалась от остатка нахлынувших воспоминаний и накрывших, подобно цунами неуправляемых эмоциям, от которых ощутила будто вернулась в эпицентр событий прошлой ночи, - но он..., - не дала я ей договорить, грубо перебив.

- Нет-нет! - тряся головой, я прикрыла, как маленький ребенок уши, не желая столкнуться с невыносимой правдой, которая меня раздавит.

- Кэти, давай мы выйдем отсюда, и я дам тебе успокоительное, - встав, подруга попыталась приподнять мое размякшее тело с пола, однако я резко сбросила с себя ее руки.

- Выйди, - прерывисто, попросила я застывшую на месте ошеломлённую блондинку, отчаянно поглядывая в одну точку перед собой, ощущая лишь сильную, разрушившую в груди боль, иррадиирующая во всем теле, - Джемма, выйди! - вновь повторила я свою просьбу, уперевшись рукой в стенку, встав на ноги.

- Кит, пожалуйста, позволь мне помочь тебе, - попыталась меня уговорить Джемма, успокаивающее поглаживая по плечу.

- Я хочу побыть одна! - гневно закричала я, от неконтролируемого приступа боли осознанной утраты, выставляя подругу за дверь, после чего громко захлопнула ее перед ней, закрывая на ключ.

- Кэти, не делай глупостей, пожалуйста, давай мы поговорим, - стуча в дверь, умоляюще просила меня Джемма, пока я пошатываясь, по стенке ползла к душевой кабинке.

Напуганный голос блондинки мерк на фоне собственных внутренних переживаний и отчаянного крика разбитой души, в которую безжалостно вонзали сотни кинжалов, заставляя разбитую плоть кровоточить. Я будто оторвалась от реальности, погружаясь в пронзившее каждую мою клеточку печаль. Мысли хаотично смешивались со звуками собственного прерывистого дыхания. Тело трясло от разочарования и обиды, а душевная боль была нестерпима, и она усугублялась от всплывающих перед глазами ожесточенных картин произошедшей трагедии вчера.

Неуверенно приближаясь к душевой кабине на своих ватных ногах, я зашла внутри, включив воду, обессиленно упала на холодный пол. На меня с двухметровой высоты крупными каплями падала ледяная вода, обволакивающая каждую вздрагивающую от разочарования и боли участок тела, охлаждая. Однако я не ощущала температуры, не слышала посторенних звуков, кроме собственных размышлений и воспоминаний, потому что травмированные чувства заполучили власть над мутным разумом. Я всецело погрузилась глубоко в свое затуманенное неконтролируемыми эмоциями шаткое сознание, пытаясь донести до себя пугающую мысль, доводящая до истерики. Фабиано больше нет!

Лишь от одного осознания, что я больше никогда не увижу своего мужа, не обниму его, не ощущу терпкий аромат древесных духов, перед глазами мгновенно померк жизненный свет, а сердце сильно сжалось в вздрагивающей от рыдания груди и пронзившей, будто саблей боли. Чем больше я осознавала свою утрату, в которой до сих пор осознанно поверить не могла, тем больше возрастало желание громко закричать, высвободиться от застрявших в горле слов и накрывших меня лавиной горьких чувств, терзающих сердце, однако вместо этого я плотно прикрыла рукой рот, приглушая еле слышимый крик. Подняв голову наверх, я трясущимися руками приблизила к ноющей груди колени, принимая успокаивающую позу эмбриона, пока вода беспощадна продолжала падать сверху каскадом, умывая поднятое наверх лицо, унося горькие слезы прочь. Однако с чувствами такого не происходило. Они по-прежнему меня уничтожали изнутри.

- Кэти, поговори со мной, - тихий, взволнованный голос Джеммы, послышался нечеткими обрывками из-за двери, - пожалуйста, - растерянно продолжила меня просить блондинка, заставляя меня уткнуться лицом в трясущиеся от холода и эмоции колени.

- Он мертв! - разочарованно констатировала я свои умозаключения, ощущая, как часть моей ноющей души погибает от боли утраты и осязания самого факт смерти любимого человека, - Фабиано мертв из-за меня, - неожиданно выдала я, вспомнив коварные слова Виктора из сна, которые позволили мне осознать виновника.

- Кэти, ты ведь знаешь, что это не правда, - попыталась заверить меня Джемма в ином, нервна дергая ручку двери, - пожалуйста, впусти меня и позволь тебе помочь, - вымолила блондинка, давясь слезами, пока я обречено плача, поглядывала в расплывающуюся перед собой стену.

- Я его убила, Джемма. Я, тот человек, из-за которого Фабиано умер вчера ночью, - сделав небольшую паузу, я жадна стала хватать ртом недостающий воздух, ощущая, как сжатая грудная клетка спазмировалась, вонзаясь до крови ногтями в ладони, - почему каждый раз, когда я признаюсь любимым людям в своих чувствах, говорю о их значимости для меня, раскрываю перед ними душу, они страдают или ... умирают? Почему, Джемма? Что со мной не так? Сперва вы с Ником пострадали из-за меня, затем Фабиано пришлось от меня отказаться после того, как я призналась, что неравнодушна к нему, а после сегодняшнего тяжелого разговора, в ходе которого я доверилась ему, рассказала о своих чувствах, он умер! Он погиб из-за меня и мои глупых чувств. Его больше нет, Джемма, а ведь я могла просто промолчать, но я решила ему открыться, и вот к чему меня это привело. Я его потеряла, потому что была эгоисткой, - прерывисто кричала я, давясь собственными слезами, крепче прижимая колени к груди.

- Кит, ты не виновата в случившиеся аварии, - стала успокаивать меня девушка, в то время как я вновь и вновь будто в замедленном действии прокручивала в голове события прошлой ночи, видя пламя огня, слыша звуки взрывов.

- Я не спасла его, - обессиленно призналась я, поглядывая в пустоту, пытаясь развидеть его лицо перед своими глазами, - я напугана смотрела, как горит мой муж в охваченной пламенем машине, и не пришла ему на помощь. Я смотрела так же, как все, хотя могла спасти ему жизнь. Он нуждался в моей помощи, а я не смогла ее оказать, я не смогла спасти любимого человека. Я убила его, Джемма! Я виновата в его смерти!

- Кэти, послушай..., - голос подруги померк на фоне приглушающего слух взрыва, вспомнив который я вздрогнула.

«Клянусь каждое мгновение нашей совместной жизни разделить с тобой и быть образцовым, достойным тебя мужем пока смерть не разлучит нас». «Я всегда буду для тебя опорой, даже в самые тяжелые времена» - в памяти всплыли слова его клятвы, данной в церкви перед алтарем, заставившие мня громче плакать, задыхаясь от переполняющих эмоции.

- Я всегда буду твоей поддержки, даже в самые темные времена, - вновь я повторила самое значимое для нас с Фабиано обещание, которое он мне дал той ночью, будучи при смерти, - прости меня! - отчаянно прокричала я, ощущая вину, - Я не уберегла тебя, подавшим своими чувствам. Прости, что сгубила тебя в порыве любви, что отняла жизнь и не спасла. Я пыталась вырваться. Хотела тебя спасти, а сейчас я одна! Я осталась одна! - ощутив острое жжение в груди, я приложила руку к сердцу, чувствую аритмичное биение, а перед глазами проскользнул момент вчерашнего утра, - наши сердца бились в унисон, а теперь бьется лишь мое! - отчаянно вымолвила я, вытянув руку вперед, ощущая под дрожащими пальцами фантомный ритм его сердца.

- Кэти, ты не одна, - прокричала Джемма из-за двери, однако собственные чувства говорили об обратном.

- Тебя больше нет. Виновных мы нашли, а мне теперь, как жить с этим, Фабиано? - вдумчиво посмотрев на падающую сверху воду, я вдруг ощутила, будто время безжалостно быстро проносилась мимо меня, пока я жила с собственным горем в замедленном действий.

- Пожалуйста, позволь мне быть рядом с тобой, - жалостливо попросила девушка, пока я молча сидела под струей ледяной воды, обтекающая мое дрожащее тело, которое ничего не ощущало, кроме ломающей морально меня боли.

Я была опустошена, разбита волной нахлынувших, раздробивших мою кровоточащую душу на мелкие острые осколки, безжалостно вонзившиеся в мышцы. Сидя на холодном мраморе в ванной комнаты я до конца даже не осознавала, что ощущаю. Боль, разочарование, гнев, обиду или вину? Обособленность, беспомощность, одиночество и страх - чувства, пришедшие на смену столь ярким приступам агрессий и ненависти к самой себе.

Я не знаю, сколько длился анализ моего разбитого состояния, мучающих чувств и воспоминаний, однако, когда мой разум стал возвращаться в реальность и я наконец ощутила, что могу предстать перед людьми, попыталась сделать первые шаги.

Уложив трясущуюся ладонь на мокрую мраморную стену в душевой кабинке, я приложила все имеющиеся силы, неспеша встав на ноги, которые подкашивались от пробирающей крупной дрожи. Продолжая придерживаться рукой, я поползла по стенке к двери, открыв которую увидела седеющую на полу обеспокоенную Джемму. Увидев меня мокрую в дверном проеме, девушка мгновенно вскочила на ноги, одаривая жалостливым, наполненным состраданием взглядом, столкнувшись с которым я вновь ощутила накатывающую волну эмоции и слез.

- Его больше нет, Джемма, он умер, - будто осознанно, проговорила я, заливаясь новой порцией слез от ощущения пустоты внутри и одиночества, - Фабиано умер по моей вине, а ведь вчера, когда он выезжал из дома, пообещал, что вернется, но он так и не вернулся, а там внизу меня ждет елка. Мы ее должны были вместе украсить. Он мне обещал. Обещал, что вернется домой, что мы обговорим наш переезд. Мой муж поклялся мне перед алтарем, что будем со мной до глубокой старости, пока смерть не разлучит нас. Почему он не сдержал своего обещания? Почему он оставил меня одну с этой елкой? Я ведь не дотянусь до ее вершины, чтобы надеть того чистого ангела, который не уберег наш союз, - девушка мгновенно прижала истирающую меня к себе, успокаивающее поглаживая по голове, легкими движениям приходясь вдоль вздрагивающей от слез спины, деля это в точности, как мой муж, пока я утопала в обиде и разочарованиях.

- Кэти, ты не одна! Запомни это! У тебя все еще есть мы с Ником, твои родители и Том, который сильно волнуется за тебя и даже Рафф. Вам обоим сейчас тяжело, но мы с Ником и Раффом поможем вам пережить эту потерю, - оставляя на моих мокрых волосах поцелуи, покачивая меня из стороны в сторону, будто убаюкивая пробудившееся горе, поддерживала меня Джемма, - давай я тебе укол успокоительного сделаю, чтобы тебе было немного проще выстоять этот период.

- Нет, - отстранившись от блондинки, я крепче вцепилась в ее руки, ощутив будто перед глазами все расплывается, а предметы в доме раскачиваются и кружатся в веселом танце, - я осознанно хочу пройти через все эти стадии переживания утраты. Мне это необходимо.

- Я буду всегда рядом, Кит,- твердо заверила меня Джемма, заключая в теплые, родные объятия, - мы пройдем вместе через это горе, как делали раньше. Обещаю, - услышала последнее слово, я сильнее расплакалась, крепче, будто боясь потерять еще одного любимого человека, вцепилась ее плотный халат, - поплачь, Кит. Позволь душе излечиться. Ты имеешь право быть разбитой, эмоциональной, но не в коем случае не можешь таить все в себе. Позволь эмоциям и словам быть услышанными, - трепетно поглаживая, просила меня блондинка, однако я не могла позволить кому-то еще пострадать, поэтому отныне я предпочту умалчивать о своих чувствах.

- Как Том? - слега, отстранившись, обеспокоенно поинтересовалась я, ощущая вину.

- Тоже самое он спрашивал и о тебе пару часов назад, - заявила девушка, взяв меня за руку, - переоденься и пошли вниз. Томмазо сейчас тоже нуждается в твоей поддержки, - намекнула девушка, пронзая жалостливым, тревожным взглядом, на что я вдумчиво кивнула, представляя, что сейчас твориться в душе у советника, который прошлой ночью потерял родного, любимого старшего брата и свою опору.

Меньше десяти часов назад мы все потеряли смысл своей жизнь, яркий, ведущий нас подобно полярной звезде свет, ощущая себя сбитыми с пути. И это произошло так спонтанно и неожиданно, что мозг даже не способен перестроиться. Эмоции давят на тебя, затуманившиеся разум не может распознать реальность ли это или злая шутка, надеясь на лучшее. Ты в таком подвешенном, заблудшем, обессиленном состояние, что даже не знаешь, как себя вести. Не понимаешь, как правильно реагировать на горе. Плакать или лучше все утаивать в глубинах своей разбитой души, чтобы не травмировать скорбящих?

-Я не знаю, как себя вести с Томом, - натягивая на себя джинсы, озадаченно протянула я, избегая расстроенного взгляда Джеммы, - что мне делать?

- Кэти, Том также разбит горем, как и ты, поэтому просто раздели с ним ваши общие чувства. Вам обоим нужно выговориться и руку об руку пройти через все стадии переживания утраты. И это будет долго, очень болезненно, но у вас всегда есть поддержка, - успокаивающе заверила меня девушка, с чьим взглядом голубых глаз я случайно столкнулась в зеркале шкафа, после чего обеспокоенно увела их в сторону, замерев от увиденного.

- Он даже не разозлился на меня, за то, что я украла у него две пары ролексов, - отчаянно усмехнулась я, заливаясь слезами, когда мой взгляд остановился на его приоткрытый шкаф, откуда виднелись рубашки и пиджаки, - или за то, что испортила ему все рубашки, когда обижалась, - вдумчиво добавила я, после чего набравшись храбрости, отвернулась спиной к шкафу, выходя из нашей гардеробной.

Заходя обратно в просторную спальню, я разочарованно уставилась на нашу кровать, вспоминая проведённые там страстные ночи и милые утренние пробуждения, а затем не в силах больше наблюдать, перевела взгляд в другую часть комнаты, натыкаясь на стул. Даже этот стул напомнил мне о нем, о том, как я в порыве страсти пристегнула Фабиано наручниками к его подлокотникам, чтобы наказать за самоуверенность. После чего заплывший от слез взгляд пал на декоративную подставку.

- В первый день в этом доме, я ударила Фабиано по голове вон той подставкой, после чего убежала, - кивнув в сторону деревянной фигурки, оповестила я стоящую рядом блондинку, вытирая с глаз слезы.

- Кэти, на это нужно время, - успокаивающе поглаживая по спине, заверила меня блондинка.

Все в этом доме напоминало мне о нем, о проведённом с мужем времени наедине, лишь вдвоем. О нашем совместно счастье и горе. Мы многое пережили вместе, и я так нуждалась в нем сейчас. Хотела услышать бы его властный, успокаивающий голос, который заверил бы меня, что все будет хорошо, или ощутить трепетные, заботливые касания или утонуть в аромате его древесных духов с ноткой свежести.

Выходя из комнаты, мы с блондинкой неспеша прошли по коридору, подходя к лестнице, ведущая на первый этаж, где были слышны мужские голоса. Замерев на месте, я молча стала себя настраивать к встречи с Томом, ощущая волнение, а все, потому что я не знала, как вести себя с ним. Ведь чувство вины все еще беспокоила меня, да и я сама не была в состояние кого-то поддержать. Мне не хотелось беспокоить, разочаровывать или заставлять волноваться кого-то о моем состояние. Точно не Тома, который за прошлую ночь натерпелся.

- Ты нужна ему, - взяв меня за руку, оповестил меня Джемма, чье тепло согревала окаменевшую от страха и холода ладонь.

Повернувшись к подруге, я прочитала в ее глазах слова поддержки и веры в меня, а еще ярую обеспокоенность и жалость. Джемма переживала за нас с Томом, поэтому пыталась максимально поддержать всеми силами, что сильно истощало, поэтому мне нужно взять себя в руки! Прямо сейчас! Набрав в замершей груди побольше воздуха, я убрала с лица последние слезинки, после чего сделала первый шаг, а затем последующий. И так ступенькой за ступенькой, будто учась заново ходить, я оказалась на первом этаже, где в гостиной был включен телевизор, по которому объявляли новости. Однако мой взгляд переместился по привычке во главе пустующего сегодня утром стола, где обычно Фабиано встречал меня, сидя в своем кресле, расслабленно читая газету или документы, неспеша попивая свои терпкий черный натуральный кафе. И вдруг я ощутила страх одиночества и боль потери.

- Том, тебе это не нужно сейчас, - с кухни доносился напряженный голос Раффа, отвлекший меня. на звуки которого я прибежала.

- Мне решать, в чем я сейчас нуждаюсь, Рафф, - яростно отрезал советник, вырывая из рук солдата бутылку с алкоголем, которую открыв, хотел выпить залпом, но резко остановился, столкнувшись со мной взглядом.

Томмазо выглядел таким же растерянным, поникшим и расстроенным, как и я. Его игривый, веселый взгляд глубоких карих глаз, в которых всегда ликовал жизнерадостный огонек, потух, как и его заразительная тяга к жизни. Я видела в отчаянном и напуганном взгляде те же эмоции, что и в своем.

- Вчера на юго-западе города Теллерайд в районе десяти-одиннадцати вечера произошла крупная авария. По одной из версии экспертов, прибывших сразу на место аварий, столкнулись два автомобиля, один из которых сгорел. Как подтверждают местные органы власти, машина марки «тесла» принадлежала крупному бизнесмену Фабиано Калабрезе, который находился за рулем во время столкновения. Причины возгорания пока не ясны, но органами власти усердно ведутся расследования, которые усложняются в связи с тем, что большая часть конструкции полностью сгорела. После столкновения тесла загорелась, а водитель, предположительно Фабиано Калабрезе скончался на месте от полученных ожогов третей и четвертой степени. Это стоит выяснить судмедэкспертам, занимающиеся останками бизнесмена. Ожидаем официального подтверждения от членов семьи или официальных представителей бизнесмена, - услышав из уст ведущей имя своего мужа, я моментально обернулась лицом к телевизору, растерянно поглядывая на шокирующие кадры с места аварии, погружаясь в неприятные воспоминания, от чего по щеке проскользнули пару слезинок, однако меня неожиданно отвлекла надоедливая мелодия моего телефона.

Оглянувшись, будто потерянная по сторонам, я увидела гаджет на барной стойке на кухни, напротив который стоял шокированный Том, крепко вцепившиеся в бутылку, которая могла разбиться из-за приложенной мужчиной силы, от которой у того костяшки пальцев побледнели. Выхватив с надеждой смартфон, на которого все перевели любопытный взгляды, я не поглядывая ответила на звонок.

- Фабиано?! - отчаянно произнесла я его имя, приложив плотнее к уху телефон, желая услышать его томный голос, однако вместо этого я в ответ послышалось молчание, - Фабиано, ответь мне! - со слезами на глазах молила я.

- Прими мои соболезнования, Кэти, - неожиданно заговорил мужчина, голос которого услышав, я разочарованно опустила голову на свои ноги, тяжело дыша.

- Спасибо, Алекс, - еле сдерживая слез, поблагодарила я того.

- Видел новости. Как ты? - поинтересовался парень.

- Прости, но сейчас не самое лучшие время для таких вопросов. Можно я тебе перезвоню?

- Да, кончено, - услышав утвердительный ответ на свой вопрос, я мгновенно сбросила звонок, разочарованно уложив телефон на прежнее место, поглядывая на Тома, который на пару мгновении поверил, как и я в чудо, однако оно подобно пыли развеялось по ветру. От разочарования мужчина приложил к губам горлышко бутылки с виски, делая смачный глоток.

- Том, не делай этого, пожалуйста, - подбегая к нему, я накрыла своей трясущиеся, холодной рукой его ладонь, лежащее на бутылки, поглядывая снизу вверх в эти миндалевидные расстроенные карие глаза, в которых ощущалось столько боли и разочарования.

- Бэмби, перестань смотреть так на меня, - отчаянно рявкнул мужчина, на чьи глазах стали наворачиваться слезы.

- Том, мне очень нужна твоя поддержка сейчас, а я хочу знать, что ты будешь в полном порядке, поэтому, пожалуйста, отдай мне бутылку, - ощутив свою беспомощность и острый приступ страха, я вымаливающее поглядывала на советника, который с болью и разочарованием смотрел на меня, - я знаю Фабиано не так долго, как ты, но за это проведенное с ним время, я .... привыкла к нему. Мне очень больно, в моей душе образовалась огромная дыра из-за его потери, - не уводя наполненного слезами взгляда в сторону, я уложила руку на быстро вздымающиеся грудь мужчина в проекции сердца, - алкоголь не поможет заполнить эту нескончаемую пустоту, зато мы можем вместе пережить эту утрату, проходя руку об руку через горе и боль, - Том молча опустил глаза в пол, после чего крепко обнял меня.

Его тело дрожало от недосказанности и боли потерь, как и мое. Нам обом нужна была поддержка и человек, который мог бы нас спасти от горя, в которым сейчас тонули.

- Нам нужно поехать на опознание, - спустя пару минут оповестил меня мужчина, будто с надеждой прося, крепче прижимая меня к своей груди.

- Я поеду с тобой, хорошо, Том? - успокаивающе поинтересовалась я, ощутив легкий кивок, хотя у самой в душе непонятно бушевал ураган эмоции. Мне хотелось кричать, выть от боли, и осознания того, что экспертиза докажет то, в чем я сама себе боюсь признаваться.

Знаете, что самое страшное в опознание? Это увидеть лишенное жизни тело своего близкого человека, которого ты так сильно любила. И знаете, почему? Потому что оно лишилась души. Как бы это банально не прозвучало, но это действительно правда. Без души, тело - это пустая оболочка, которая лишь до ужаса пугает. Тело никогда не может вызвать других эмоции, кроме как страх и осознанность потери. Увидев труп Фабиано, я навсегда запечатлею его в своей памяти изувеченным, обгоревшим, а мне этого не хотелось. Я желала всем сердцам запенить его живым! Таким, каким он был все это время со мной: самоуверенным, властным, заботливым и искренни любящим меня, а увидев тело, эти все эмоции испаряться. Но ради Тома, который трудно переживал утрату брата, я готова пойти на такие жертвы. Я хочу поддержать его.

Именно поэтому я сейчас с замиранием в груди мчалась в сторону больницы, надеясь увидеть на патологоанатомическом столе не своего мужа. Повернув голову в сторону напряженного, подозрительно молчаливого и погруженного в собственные переживания, отражающиеся на померкшем лице советника, который гневно вдавливал педаль газа в пол, с бешенной скоростью пронося между рядов, я сильнее сжалась в кресло, глубоко дыша.

- Том, сбавь скорость, иначе мы попадем в аварию, - увидев, что стрелка спидометра достигла отметки 200 км/час, я ощутима напряглась, разглядывая мелькающие мимо автомобили, подобно вспышки молнии, - Том, ты не один! Я с тобой и всегда буду с тобой, - заверила я погрузившегося в свои раздумья мужчину, скорчившие отчаянную гримасу, который, будто обезумевший сменил скорость на коробке передач, продолжая давить на газ.

- Мамы больше нет! - еле слышимо прошептал Том, давя на педаль газа, увеличивая скорость до 220 км\час, от чего мы, как молния пролетали мимо сигналящих машин, подрезая всех, - Фабиано умер! - сильнее вцепившись в руль машины, произнес мужчина, перестраиваясь на крайнюю полосу, на которой в нескольких метрах от нас виднелась огромная фура, - У меня больше никого нет! - отчаянно крикнул советник, стремительно приближаясь к грузовому автомобилю, с которым мы через пару секунд столкнемся, если сейчас не затормозим.

- Том, подумай о себе, о Джемма. Подумай обо мне! Я тебя не брошу! - уложив ладонь поверх его трясущиеся руки, стала я умолять, на что мужчина на секунду будто вышел из транса, напугано поглядывая на меня, после чего перевел взгляд на дорогу, - Представь, как бы на это среагировал Фабиано! - услышав имя брата, мужчина резка затормозил, заставляя меня вылететь вперед, от чего я стукнулась головой об консоль.

- Бэмби, ты в порядке? - обеспокоенно спросил мужчина, аккуратно приподнимая разболевшуюся голову, расстроенно поглядывая на меня своими наполненными разочарованием и жалостью глазами.

- Все хорошо, Том, - накрыв его ладонь своей, заверила я того, - но можно я поведу машину? - услышав мой вопрос, мужчина нервно покачал головой в знак согласия, после чего вышел из машины, обреченно усаживаясь на капот.

Прикрыв руками лицо, тот наклонился вперед, делая глубокие вдохи. Выходя их автомобиля, я присела рядом, успокаивающее поглаживая того по спине.

- Прости меня, Кэти, я потерял контроль, - с ощутим сожалением в поникшем голосе неожиданно выдал мужчина, выпрямившись.

- Я рядом с тобой, Том, и весь этот путь обещаю пройти вместе с тобой, - успокаивающее заверила я того, - и я всегда готова тебя выслушать, - добавила я, после чего мужчина вдумчиво кивнул, послушно усаживаясь на пассажирское сидение, а я скользнула на водительское.

Пристегнувшись, я тронулась с места, продолжая вести машину в полной тишине остаток пути до больницы, который оказался мне мигом. То, чего я боялась больше всего стало реальностью. Припарковавшись напротив белого здания, я отстегнула ремень безопасности, но не осмеливалась выйти из машины, как и Том, чей взгляд был нацелен ко входу. Мы оба боялись зайти туда и узнать травмирующую нас правду. Мы не готовы были потерять брата, лучшего друга, мужа, члена семьи и любимого человека. Вот, что творить страх и боль с человеком.

- Готова? - протянув мне руку, поинтересовался мужчина, на что я кивнула ему в знак согласия, вложив свою ладонь в его, - Скоро должен подъехать еще и Рафф, поэтому мы пока можем посидеть на улице или...

- Мы неспеша пройдемся с тобой до здания, где будем ждать Раффа, чтобы не замерзнуть, - одарив мужчину поддерживающим взглядом, предложила я ему свою идею, после чего мы одновременно вышли из машины, за руки идя к больнице, где нас вскоре подхватил Рафф.

Заходя в лифт, я задрожала от мысли, что через считанные минуты, я узнаю правду. Увижу изувеченное тело своего мужа и опознаю его, или уеду домой с шаткой надеждой, что Фабиано жив.