Глава 40. Тайный участник
Нам всем есть что скрывать.
Что-то, что мы не хотим показывать остальным.
И мы притворяемся, что всё хорошо, прячемся за радугой.
И может, это к лучшему.
Некоторые закоулки души лучше не видеть никому.
От ее лица
- То, что нас не убивает – делает сильнее? – вдумчиво произнесла я вслух крутящиеся на языке вопрос.
Обессиленно сидя на кафельном полу душевой кабинки, чьи стеклянные стенки запотели от густого пара горячей воды, безжалостно падающая на меня с двухметровой высоты, я разочарованно поглядывала в одну точку, опустевшим взглядом, пока мои запутанные в клубок мысли, фрагментами всплывали в памяти, ударяющие будто меня хлыстом боли и неприятных пережитых эмоции. Крепче прижав размякшие ноги к груди, я устала положила на коленки подбородок, плотно прикрывая опухшие от слез глаза, ощущая лишь падающие на оголенную спину крупные капли воды, умывающие горький привкус отчаяния и безысходности.
Весь остаток эмоционально изнурительной, наполненной кошмарными событиями недели прошел однотипно. Пару часов тревожного сна каждый день, вечные, непрекращающиеся разбирательства с бумагами, самокопания, тщательный анализ произошедших, кошмарных событий, расплывающиеся перед глазами черные буквы, сложенные в гигантские абзацы на помятой от злости и ненависти бумаги, безжалостно стекающие по болезненно бледной коже с синюшным оттенком от жуткого недосыпа коже, звенящая тишина в пустующем доме, разочарование, тьма, сотни сброшенных звонков от Фабиано, Ника и Джеммы, столько же отправленных в игнор смс.
Все это повторялось из-за дня в день, подобно адской петли. Я, эти четыре бетонные стены давящего на меня кабинета, уменьшающиеся из-за дня в день в размерах, где в каждой частицы ощущалось властное присутствии его хозяина, кипы разобранных документов с кучей компрометирующей информацией на моих друзей, семью и меня, безудержные рыдания, бессонные ночи, рассеивающееся настольной лампой темнота, жуткие воспоминания, страх одиночества, и крутящиеся на повторе в голове диалоги недельной давности. Мне вновь и вновь не верилось, что он так подло мог со мной поступить.
Все смешалось в ноющей от боли и переизбытка информации голове. Эмоции. Диалоги. Фразы. Воспоминания. Чувства. Не было четкой границы между мной и моими проблемами. Я будто отчаянно растворилась в них, не замечая пролетающих дней и ночей, проведенных за изучением и осмыслением полученной информацией, которая сильно меня беспокоила. Я вновь ощущала себя разбитой, подавленной, обманутой и глупой. Сердце разрывалось на мелкие осколки, в тело охватывал крупный тремор от быстро вспыхивающих внутри эмоции, которые моментально гасились молчанием. Мне было страшно, жутко обидно и стыдно, я чувствовала вину и разочарование. Очевидно, я не была готова к такой правде, к такому потоку информации, хоть так стремилась ее узнать.
Я была слабой и такой беспомощной, за что еще больше себя презирала. Будь я сильной, не закрылась бы на целую неделю в пустующем доме, в полном одиночестве размышляя над случившимся. И вот совсем скоро я пришла к мнению, что нужно во всем это кошмаре найти плюсы.
И первый из них - теперь я знала точную причину, по которой друзья не искали меня, поняла, почему они боялись этого сделать, из-за чего не контактировали так долго со мной, почему врали моим родителям, по какой причине поссорились, и чем руководствовались, делая это. Услышав несколько дней тому назад горькую правду, я поняла, что ни разу их не осуждаю за случившееся, лишь сильнее себя ненавижу, потому что допустила пережить их такой ужас в полном одиночестве, что была плохим другом.
И это не единственная рациональная мысль, пришедшая в мою голову за эту неделю одиночества. Скажем, следующей идей я буквально стала одержимой, потому что, бесконечно копаясь в этих компрометирующих бумагах, фотографиях и другом содержимом этого бесполезного сейфа, не смогла найти недостающее досье, что показалось мне очень странным и иррациональным. Ведь именно к этому человеку у меня было больше всех вопросов, на которые я сегодня заполучу ответ.
Одевшись, я спустилась на первый этаж пустующего дома, оглядев холл которого мгновенно вышла на улицу, где из тяжелых, мрачных туч, заполняющие своей воздушной массой пасмурное, окрашенное темными красками устрашающее небо, падали крупные капли замерзшего дождя. Находя Марсело, стоящий неподалёку от гаража, я любезно попросила солдата отвезти меня в нужное место. И вот спустя несколько минут мы молча ехали по пустующей дороги, окруженной с двух сторон лишенными листьев голыми деревьями, мчась в город. Я трепетно ожидала этой встречи, желая задать интересующей личности мучающие меня целый год вопросы.
- Сегодня утром звонил мистер Калабрезе, - идеальную тишину нарушил неуверенный тон Марсело, который припарковавшись, обеспокоенным взглядом пронзал меня через зеркало заднего вида, - он вновь спрашивал о вас и просил передать, чтобы вы ему срочно перезвонили, - после небольшой паузы добавил солдат, опустив виноваты взгляд на скопившуюся под ногами лужу, - и еще, - вдумчиво обратился ко мне мужчина, широко приоткрыв дверь автомобиля, галантно протягивая руку, за которую схватившись, я вышла на улицу, где стеной лил замерший декабрьский дождь.
- Марсело, надеюсь, ты ему ничего не рассказал? – сдержанно поинтересовалась я, когда солдат, столкнувшись со мной взглядом, подозрительно быстро увел его в сторону, накрывая зонтом.
- Я сказал, что вы в полном порядке и обязательно перезвоните ему позже, - подняв черные, как бездна, глаза, убедительно заверил меня тот, пронзая виноватым взглядом, - мистер Калабрезе задержится в Нью-Йорке еще на один день, - неожиданно выдал мужчина, тяжело сглотнув, когда мы наконец добрались до входа в просторный белый холл, где всюду, суетясь бегал персонал.
- Почему? – отстраненно выдала я, ностальгически разглядывая некогда родные стены здания, в котором я провела свои последние несколько бессонных, порой невыносимо тяжелых, но таких насыщенных хорошими событиями лет.
Теперь все это казалось мне чужим. Даже проходящие мимо меня с широкими улыбками знакомые врачи, коллеги и медсестры, удивленно приветствующие, не зажигали во мне прежних чувств и эмоции. Видом это место стала олицетворять собой боль и страх или все дело в разбитых розовых очках, которые ранее я носила не снимая.
- У него остались незавершённые дела, - виновато протянул парень, - он обязательно сообщил бы вам об это лично, но вы трубки не брали, - стал оправдываться мужчина.
- Спасибо, Марсело, - отстраненно протянула я, кивнув головой, неотрывно поглядывая на нуждающихся в помощи пациентов в сопровождение медицинского персонала, вспоминая, ночные дежурства и спасенные за эти несколько лет признательные лица больных, - можешь меня подождать здесь, или в машине, - предупредила я солдата, оставляя того позади, пока неспеша, будто в замедленной съемке, направлялась к лифту через эту толпу больных, на который поднялась на этаж некогда любимого отделения.
Как иронично! Сегодня, как назло, все напоминало мне о том дождливом осеннем дне. Мрачные тучи, падающие с неба крупные капли воды, непрекращающиеся дождь, стеной загораживающий предметы в метре от меня, лифт, отделение и ... Недостающий компонент, с которого началось то неудачное утро.
Воспоминания
Осень 2021 года.
- Молодец, чуть не опоздала, зонтик забыла, - нервно теребя тонкими пальцами кожаный руль машины, недовольно фыркнула я, бросая быстрый взгляд на загоревшиеся экран телефона, на котором пришло уведомление том, что батарея разряжена, увидев которое я расслабилась на своем сидение, разочарованно прикрывая руками лицо,- еще и этого не хватало, - гневно фыркнула, приходясь тонкими пальцами по пушистым волосам от висков к макушке,- ну, когда я буду более собранной?- раскидывая руки по сторона ладонями вверх, отчаянно поинтересовалась я, поглядывая в потолок машины, пытаясь найти ответ на мое такое везении, как вдруг резко вздрогнула от неожиданного стука в окно машины, где виднелся мужской силуэт.
- Доброе утро, Кэти, - приоткрыв окно машины, я увидела, как на меня смотрел сверху вниз знакомый мужчина, окидывая милой улыбкой и любопытным взглядом, заставивший меня покраснеть от стыда, - какие-то проблемы?
Застыв как вкопанная на месте, не в состояние что-либо произнести от шока и паники, я тихо сидела в своей машине как дура, влюбленно разглядывая красивое лицо мужчины напротив, на котором белоснежная улыбка стала лишь шире, а на щеках, покрытых тонкой щетиной начали виднеться милые ямочки, заставившие подняться мой любопытный взор выше, устанавливая зрительный контакт с его зелеными, как первые листья деревьев весной, чарующими глазами, от встречи с которыми я поддалась возникшим фантазиям. Он был подобно богу, такой же совершенный и красивый, а я выглядела, как влюбленная дура, и как только я осознала это, то быстро стряхнула головой, опуская стыдливый взгляд на свой руки, пытаясь сформулировать ответ на его ранее заданный вопрос, который я уже и забыла от потрясения.
- Доброе утро, доктор Джонсон, - натянув стыдливую улыбку, волнующимся голосом произнесла я, смотря на крупные капли дождя, падающие на его черный зонт, - сегодня утром все идет не по плану, - грустно выдохнув, недовольным голос произнесла я, подправляя рукой выбившиеся из хвоста непослушные пряди волнистых волос,- еще и зонт забыла, поэтому буду мокнуть под дождем пока добегу до больницы, - показав рукой на проливной дождь за окном, я подняла стыдливый взгляд на мужчину, украдкой поглядывая на его совершенное лицо, светящиеся от счастья.
После моих грустных речей, неожиданно послушался его звонкий заразительный смех, звук которого озарял этот серый, угрюмый и дождливый день, услышав который я резко подняла голову наверх, любуясь совершенной лучезарной, как ясное солнце, среди серых туч улыбкой.
- Это не проблема, так что давай выходи. Вылезай! - подмигнув мне, мужчина схватился за ручку, открывая передо мной дверцу машины, из которой я начала выбираться, - Составите мне компанию до отделения, коллега, - заботливо прикрыв своим зонтом мое трясущиеся от холода тело, мужчина захлопнул за мной дверь.
Обойдя машину, с другой стороны, быстро вязла свои вещь с переднего сиденья автомобиля, закрыв который я уложила свою тонкую ладонь, на его мускулистое плечо, направляясь под ручку с доктором Джонсом ко входу в больницу. Эти несколько мгновения показались мне раем на земле, потому как рядом с ним я чувствовала себя в безопасности, но в тоже время такой уязвимой. Такой тип мужчин называли мечтой любой женщины, и это было абсолютной правдой, ведь доктор был не только умен, но и еще и очень красив : статный мужчина, с красивым в меру накаченным телом, от которого веяло аромат мужских пьянящих духов, а вишенкой на торт был его безупречный стиль, подчеркивающий все достоинства.
Настоящее время
Тяжело выдохнув, я разочарованно прикрыла руками уставшие глаза, перед которыми подобно веселой карусели всплывали события того дня, когда я, как наивная, влюбленная дура доверилась мужчине, позже безжалостно разбивший мне сердце. Сейчас я вновь повторяла ту глупую ошибку, стоя, как парализованная напротив его двери, трясясь от волнения и переживании. А может я совсем запуталась в себе, и на самом деле это было простой злостью, обидой или это все же остатки пылких чувств к нему?
Опустив трясущиеся руки вниз, я многозначительно поглядела на дорогое кольцо с огромным камнем на своем безымянном пальце, понимая, что озвученная сегодня этим человеком правда будет разрушительной, от чего горько ухмыльнулась. Сжав пальце в кулак, я потянулась к запертой двери с именной табличкой на ней, постучав три раза в которую после несколько секунд молчания зашла.
- Я не знаю, куда делись те ампулы, но, если их предьявят комитету в больнице или же весточка дойдет до минздрава, то мне несдобровать, как и вам, - сидя в своем стуле, повернутый спиной ко мне, гневно разъяснял доктор своему собеседнику по ту сторону провода, - поэтому в твоих интересах, как можно быстрее разобраться в этом инциденте, - добавил мужчина, нервно приглаживая гладко-выбритое лицо, - не обвиняй меня в ваших недочетах! Я, итак, делаю все возможное и невозможное! – резко вскочив на ноги, яростно проговорил Эндрю в порыве злости, упираясь рукой в стол, после чего обескураженно опрокинул взглядом полосу проникающего яркого свет из приоткрытой двери, - Кэти? – сконфуженно окликнул мужчина, округлив зеленые глаза от замешательства, пока я неподвижно стояла в дверном проеме, пытаясь сложить воедино обрывки странных фраз.
- Здравствуй, Эндрю, - кивнула я головой в знак приветствия, неуверенно шагнув вперед.
- Здравствуй, - обескураженно ответил мужчина, указывая одной рукой на свободный стул напротив его стола, пока полный испуга взгляд был прикован к экрану телефона, нажав на красную кнопку которого сбросил звонок загадочного собеседника - присаживайся, - усевшись на прежнее место, растерянно проговорил доктор, одарив профессиональной доброжелательной улыбкой, не сводя с меня тревожного взгляда зеленых глаз, - что ты услышала? – мгновенно спросил брюнет, когда я села напротив него.
- Я ожидала, что ты захочешь узнать причину моего визита, - разочарованно съязвила я, нервно теребя спадающее с пальца обручальные кольца.
- Кэти, что ты услышала из того разговора? – поддавшись вперед, требовательно переспросил Эндрю, смягчив недоверчивый тон.
- Ничего, - расслабившись на своем стуле, сухо ответила я, внимательно разглядывая напряженного доктора, - а теперь мой ход! – скрестив руки на груди, уверенно проинформировала я того, - Куда ты исчез той ночью? – сверля обиженным взглядом, полным разочарования, задала я вопрос, от которого у Эндрю резко сменилось выражение лица.
- Что? – сведя светлые брови к переносице, непонимающе поинтересовался мужчина, нервно сглатывая.
- Куда ты исчез на балу? Почему ты меня оставил там одну? – с особой обидой в голосе и отчаяннеем в глазах, на которых наворачивались слезы, вновь озвучила я свой вопрос, от которого в грудной клетки все запекло от боли.
- Так нужно было, - коротко и беспристрастно ответил Эндрю, уводя взгляд в сторону.
- Так нужно было? – разочарованно усмехнувшись от сказанной им абсурдной фразы, удивленно перепросила я, - Нужно было меня бросить одну на произвол судьбы? Нужно было оставить меня с Фабиано наедине? Он тебе угрожал? – поддавшись вперед, продолжала я сыпать молчуна вопросами, желая наконец услышать завершающую частичку правды, которая поможет мне собрать воедино этот сложный паззл.
- Кэти, я....., - не успел мужчина договорить свои глупые отмазки, как я его резко перебила.
- Он тебе угрожал!? – вновь переспросила я дрожащим от эмоции голосом, который отчаянно сорвался на крик.
- Нет! – после нескольких минут молчании и многословных переглядов, нехотя выдал мужчина односложный ответ.
- Вот и я тоже так думаю, Эндрю! – разочарованно усмехнулась я, - Ведь ты единственный из моего круга общения, на кого не было собранно компрометирующее досье, что очень подозрительно! Тебе не угрожали! Вы какой-то особенный, доктор Джонсон! – грубо и уверенно констатировала я факты, добавляя щепотку провокационной лести, - Так назови причину, по которой ты бросил меня одну тем вечером! – обессиленно потребовала я, глубоко дыша.
- Я уступил Фабиано, - разочарованно выдал доктор, стараясь не смотреть на меня.
- Что ты сделал? Уступил? Уступил! – ошарашено вновь повторила я это глупое слово, отчаянно усмехаясь, - Ты хоть слышишь, что ты говоришь? – злобно поинтересовалась я, нервно постукивая пальца по дрожащим от разочарования ватным коленкам.
- Кэти, это не то, о чем ты могла сейчас подумать! В этой ситуаций дела обстояло иначе, - рассеянно, стал объяснять мужчина, прокручивая между пальцами серебряную ручку.
- Так объясни, в чем сложность! Расскажи мне, почему после тех поцелуев в машине и признания, ты решил уступить место кому-то другом. Расскажи мне, Эндрю! Я хочу знать, по какой причине меня продали, подобно ненужной вещи, без моего ведома.
- Давай, я приготовлю чай, и мы с тобой спокойно все обсудим, - встав из-за стола, любезно предложил мужчина, замечая наворачивающиеся на моих глазах слезы.
- Я тебя ждала каждый день и ночь! Я ждала помощь от тебя, потому что нуждалась в ней, а тебе было наплевать на меня, - подняв разочарованные, полные слез глаза на застывшего на месте доктора, обиженно проговорила я, - даже, когда ты пришел ко мне спустя столько месяцев молчания, ты мне ничего не сказал. Не извинился. Не рассказал мне свою правду. Ты просто молча обрабатывал мне руку. Ты был таким отстранённым и холодным, будто несколько месяцев до этого и вовсе не признавался мне в своих чувствах. Как ты появился в том доме и еще так удачно? – голос невыносимо сильно дрожал от разочарования и скатившимся по щекам отчаянным слезам.
- Это все началось за несколько дней до бала, - вдумчиво произнес мужчина, обессилено упав в свое кресло.
Воспоминая
Осень 2021 год.
От лица Эндрю
- Кларис, в пятой палате с завтрашнего дня я назначил железо, а в седьмой нужно повторенное переливание эритрацитарной массы, поэтому отправь запрос на четвертую отрицательную группу, - застыв в дверном проеме своего кабинете, начал я диктовать медсестре новые поручения, как вдруг учуял сильный запах сигарет, доносящиеся из-за моей спины, - Кларис, ты пока займись кровью, а я позже найду тебя, - не подавая виду, попытался я быстро выпроводить женщину средних лет, которая кивнув мне в знак согласия, послушно возвращаясь на пост, - в больнице не курят! – гневно рявкнул я, захлопнув дверь за собой.
- Здравствуй, Эндрю! Тоже рад тебя видеть! – развернувшись в кресле ко мне лицом, самоуверенно поприветствовал меня Фабиано, неспеша выпуская плотный белый дым в воздух.
- Я уже сообщил тебе по телефону, что больница отказалась принимать органы с черного рынка в ближайшие полгода во избежание подозрении и множества вопросов, - подходя к мужчине, практически шепотом подметил я, вырывая зажатую между указательным и среднем пальцем сигарету, - поэтому можешь так часто меня не навещать, - самодовольно ухмыльнувшись, проговорил я, туша об стенку урны сигарету, на что Фабиано одарил меня неодобрительным взглядом.
- Я здесь не по этому поводу, - выпрямившись, властно заговорил тот, от чего в серых, расслабленных глазах блеснуло что-то зловещее.
- Зачем тогда? – усевшись на край рабочего стола, с неподдельным интересом спросил я.
- Чтобы взнести кое-какие изменения в твой поход на бал, - усмехнувшись, проговорил Фабиано, одаривая напыщенной улыбкой.
- Что? – сведя светлые брови к переносице от недовольства, поинтересовался я.
- Я хочу, чтобы ты добровольно отказался сопровождать Кэти.
- Нет! -резко отрезал я, - С чего мне это делать?
- Это приказ, Эндрю, а не просьба, - встав из-за стола, мужчина по-дружески уложил одну тяжелую руку мне на плечо, гневно прожигая властным взглядом, - ты не пойдешь с ней на бал и вообще забудешь о существовании мое птички, - пригрозил мне Фабиано, пока в почерневших глазах ликовало безумие и одержимость этой девушкой, - лучше воспринимай это, как одолжение для лучшего друга!
- Фабиано, не глупи! – резко отряхнув его руку, вскочил я на ноги, практически равняясь с мужчиной глазами, - Эта девушка чиста. Она отличается от тех бездушных и безмозглых кукол, с которыми ты встречался на одну ночь. В ней есть душа, она ранимая, тонкая натура.
- Ты влюбился в нее? – недоверчиво сузив глаза, резко выдал друг, перебив меня.
- Да! – честно ответил я.
- И мне она понравилась, - безэмоционально констатировал тот факт, - поэтому я даю тебе пару часов на балу, чтобы попрощаться с ней, а затем забудь о Кэти! – самодовольно похлопал тот меня по плечу, направляясь к выходу.
- Что ты собираешься с ней сделать? – вдогонку спросил я, на что быстро вздымающееся спина Фабиано замерла напротив приоткрывающиеся двери.
- Тебе этого лучше не знать. Сконцентрируйся на своей задачи, чтобы к завершению бала ты отказался от нее и исчез! – не поворачиваясь, сухо оповестил меня Фабиано, - И подготовь снотворные или что-нибудь, чем можно усыпить человека. Том позже заедет к тебе за ними, - опрокинув меня властным взглядом через плечо, скомандовал мужчина.
Настоящее время
- Фабиано был слишком увлечён тобой после того инцидента в клубе. Он категорично относился ко всему, что касается тебя. Он узнавал все подробности твоей жизни, искал информацию. Фабио буквально обезумил, стараясь тебя и себя отгородить от окружающего мира, будто боясь, что ты убежишь, исчезнешь. Он жаждал завладеть тобой, - виновато проговорил Эндрю, опустив расстроенные зеленые глаза на уложенные на стол руки, нервно прокручивающие между пальцами ручку, - изначально меня это сильно напугало, и я пытался его разубедить, но с каждым разом его настрой крепчал, будто привязывая его все больше и больше к тебе, поэтому мне оставалось лишь уступить ему и контролировать издалека ситуацию.
После этих слов, я поняла, что Фабиано никогда меня не любил, а лишь был одержим идеей заполучить меня. Видимо Тати была права, сказав, что мой мучитель в ситуации с моим побегом, повел себя, как хищник, желающий заполучить убегающую от него испуганную жертву. Лишь от одной этой неприятной мысли внутри что-то треснуло, заставляя грудную клетку болезненно замереть от невыносимого жжения внутри. Простая добыча, привязанность, одержимость и никаких чувств и этому доказательство - слова Эндрю.
- Ты знаешь про клуб, - прикрыв руками глаза, вдумчиво усмехнулась я, упираясь локтями в дрожащие коленки, - а еще ты посодействовал моему похищению, - констатировала я очередной разочаровавший меня факт, вспомнив про шприц с лекарствами, после действия которых я провалилась в глубокий сон.
- Кэти, я не могу ему отказать, - ощутив гложущую совесть, попытался оправлять себя Эндрю.
- Потому что он твой босс или друг? – поинтересовалась я, разочарованно поглядывая на застывшего от удивления доктора, - Ты думаешь, я не догадалась о вашей связи, Эндрю? – горько усмехнулась я, - Я не так глупа или слепа, как вы могли подумать. Твое внезапное появление в том доме в день смерти Виктора, затем беседа и приезд на свадьбу, а в завершение – отсутствие каких-либо компрометирующих материалов на тебя. Ни одной фотографии или бумажки! А теперь скажи мне, Эндрю, Фабиано является твоим боссом?
- Да, - неуверенно кивнул мужчина головой, - мы познакомились с Фабиано несколько лет тому назад, когда я переехал из Бостона в Нью-Йорк, где я думал, что сразу найду работу мечты и жизнь наладиться, ведь в родном городе все ожидали от меня феноменальных успехов, как это было у моих родителей. «Эндрю, ты должен быть достойным членом семьи врачей Джонсон», «Эндрю, милый, не подводи семью!», «Дорогой, в твоем возрасте, твой отец мастерски проводил сложнейшие открытые операции на сосудах». И это я слышал от каждого человека, с которым виделся. Будь он простым знакомым, другом семьи, родственником или пациентом. Меня, мои недостойные по их мнению достижения вечно сравнивали с родителями, до уровня, которых я никак дорасти не смог под таким натиском, поэтому и переехал в Нью-Йорк, - крепче сжав от злости и разочарования серебряную ручку в руке, прерывистым от переполняющих эмоции голосом рассказал мне мужчину неожиданную тайну своей жизни, услышав которую я невольно стала его жалеть.
- Ты никогда прежне не называл причину своего переезда, - виновато протянула я.
- Не говорил, потому что чувствовал себя неудачником. Но все должно было измениться в новом городе, однако не в моем случае. Я ежедневно получал отказ от сотни больниц по разным причинам. «Недостаточно опыта», «вакансия занята», «вы нам не подходите по статусу», «можем нанять на полставки». И много таких отмазок, которые за несколько месяцев я услышал больше сотни. И, вот, когда я уже окончательно отчаялся и собирался звонить отцу, чтобы тот договорился со своим другом по поводу работы, хотя, уезжая поклялся, что не наберу ему ни за что и самостоятельно найду себе работу, жизнь столкнула меня с Фабиано. Изначально я относился к нему скептически, но подумав о своем плачевном состояние, в котором мне уже и есть не на что было, не то, что платить аренду за задрипанную квартиру, я согласился на его условия. Он ввел меня в курс дел, устроил на работу, а затем мы вместе перебрались в Теллерайд через некоторое время, - в ходе своего монолога, было заметно, как тяжело давались эти слова мужчине, и как сильно задели недоброжелательные работодатели и их нелестные отмазки, горевшего мечтой спасти человеческие жизни врача.
- И тебя не испугало то, чем он занимался? Ты не разу не задумывался, что можешь сесть в тюрьму за его махинации, убийства и другие нелегальные вещи, как соучастник? – задала я мучающий на протяжение всего эмоционального рассказа Эндрю вопрос.
- Первое время я не влезал в «нелегальные» дела Фабиано, даже не знал о них, а освоившись, стал получать лишь незначительные поручения по добычи некоторых наркотических лекарств, и других препаратов в больнице и другие не особо опасные поручения, - нехотя признался доктор.
- Куда ты списывал наркотические лекарственные средства, или другие сильнодействующие препараты, ведь за ними ведется строгий учет? Или кровь? – подняв округлившиеся глаза на мужчину, ошарашенно поинтересовалась я, вспоминая Раффа, который быстро добыл мне кровь для переливания в ту ночь, когда Фабиано заявился домой в полумертвом состояние.
- Я не могу тебе сказать, Кэти, - виновато отказал мне мужчина.
- Жаль, доктор Джонсон, мне очень жаль, что я не узнала о ваших тайнах раньше перед тем, как влюбиться в вас, - разочарованно оповестила я мужчину, поднимаясь со своего стула.
- Кэти, мои чувства к тебе были настоящими, без капли фальши, как ты могла подумать. И я пытался за них бороться, но в конечном итоге просто не смог пойти наперекор..., - подходя к двери, я услышала разразившиеся подавленный голос Эндрю из-за своей спины.
- Фабиано, - завершила я за него предложение, оглядываясь через плечо, - надеюсь, в следующий раз твоему счастью никто не помешает, в том числе Фабиано! – открыв дверь, мгновенно вышла я из кабинета доктора, обреченно поглядывая на обручальные кольца на безымянном пальце.
***
Два дня спустя
В не зашторенным окном во всю стену в комнате виднелся тусклый свет нового дня. Очередное нагруженное мыслями пасмурное утро! Лениво встав с кровати, я увидела приоткрытую дверь гардеробной, которую с полной уверенностью закрыла вчера перед тем, как лечь спать. С опаской подходя к темной комнате с одеждой, я увидела неразобранный чемодан, в который Фабиано сложил свои вещи перед отъездом чуть больше недели назад в Нью-Йорк. Если чемодан здесь, значит и его хозяин приехал.
Отлично!
Мгновенно вытащив из ящика прикроватной тумбы папки, я молниеносно быстро спустилась вниз на первый этаж, полыхая от гнева, который клубками пара выходил из всех отверстия. Всюду в окутанный идеальной тишиной доме стоял манящий аромат свежей выпечки и черного кофе, который с каждым шагом лишь усиливался.
Оказавшись в дверном проеме гостиной, я увидела сидящего во главе накрытого для завтрака стола моего мучителя, вдумчиво читающего газету, параллельно неспеша подтягивая черный кофе. Он, как всегда, был элегантно одет в идеально отглаженной рубашки в этот раз белого цвета с расстёгнутыми наверху двумя пуговицами.
- Доброе утро, птичка! – увидев меня краем глаза, неодобрительным тоном поприветствовал меня мужчина, продолжая с мнимым интересом читать свою газету.
- Может ты мне объяснишь, что это такое? – пренебрежительно швырнув стопку папок ему на тарелку, проговорила я.
- Вот оказывается, чем ты была занята все эти дни, что не отвечала на мои звонки, - беспристрастно поглядев на кипу расползавшихся по столу бумаг, спокойно оповестил меня мужчина, одарив суровым взглядом почерневших от ликующей внутри ярости глаз, - как тебе удалось взломать мой сейф? – одарив своей фирменной ухмылкой, любезно поинтересовался дьявол, скинув газету на стол к остальным бумагам.
- Так же, как и тебе удалось испортить мою и еще много жизней! – гневно фыркнула я, разочарованно поглядывая на спокойного Фабиано расслабившегося на своем стуле, будто ему было наплевать на меня или мои чувства, - Можешь подавиться этим фальшивым браком, дорогущими украшениями, широкими жестами и наигранными на публику эмоциями, поэтому что я сыта этим по горло и выхожу из игры! – разъярённо оповестила я своего мучителя, отчаянно снимая с безымянного пальца кольца, которые бросила на стол, пока в голове прокручивались терзающие ноющую душу слова Тати со свадьбы, - Жду от тебя правды касательно всех твоих жалких поступков и смертей, в которых я виновата, а затем я уеду. И мне плевать, дашь ты мне этот развод или нет, - каждое слово тяжело мне давалось, однако пора сменить позицию "жертвы" и позволить нам двоим побыть счастливыми, даже, если это произойдет с другими людьми.
- Кажись, ты забыла наш уговор, женушка, - гневно процедил Фабиано сквозь плотно сомкнутые от ярости массивные челюсти, подбирая со стола кольца, которые я ранее беспристрастно швырнула, прокручивая их между двумя пальцами.
- Нет больше никакого уговора! Недавно ты мне говорил, что не знаешь Алекса, при этом неделю назад я нашла фотографии с ним в твоем сейфе! Ты заврался, Фабиано! – мой осипший голос сорвался на крик, когда я увидела его почерневшие, властные глаза и самоуверенную ухмылку.
- Хорошо, я тебе расскажу правду, только сперва остынь немного! И придумай, как извиниться, – незаинтересованно проговорил мужчина, опрокинув меня игривым взглядом.
"Я давно тебя купил, птичка, - встав на одну ступеньку ниже, дотянувшись кончиком указательного пальца до моего носика, мужчина стукнул легонько по нему, одаривая меня хитрой ухмылкой и самодовольным взглядом, показывая, что он здесь главный, - тебе же нравились мои дорогие подарки, поездки на различные мероприятия, да и жизнь со мной – это уже подарок, - поддавшись вперед, Фабиано усмехнулся мне в лицо, демонстрируя, что мое существование ничего не стоит, по сравнению с ним, - такими способами я раз за разом покупал тебя, - подмигнув мне, он продолжил тянуть мое тело за собой."
Эхом раздались в голове сказанные в день смерти Виктора обидные слова, которые лишь подтверждали догадки Эндрю и Тати. Никакой любви, лишь одержимость.
- Остыть? – гневно фыркнула я, разглядывая стол, - Может это тебе стоит немного разгорячиться? – взяв в порыв злости со стола кувшин с апельсиновым соком, я вылила его на голову Фабиано, чьи плечи быстро вздымались от ярости.
- Беги, птичка! – еле слышимо разъяренно прорычал дьявол, убирая с лица остатки мякоти.
- Что? – положив кувшин на стол, поинтересовалась я.
- Даю тебе пять секунд форы, - одарив меня властным взглядом увидевшего добычу охотника из-под густых черных бровей, оповестил меня Фабиано, тяжело дыша.
- Я не собираюсь убегать, - сложив руки на груди, заупрямилась я, задрав высоко подбородок, встревоженно поглядывая на медленно встающего из-за стола дьявола, устрашающе нависающего надо мной.
- Четыре! – прорычал мужчина, прожигая гневным взглядом серых глаз, с которыми встретившись, я попятилась назад от испуга, нервно сглотнув комок страха, - Три! – услышав обратный отсчет, пугающий настрой и его тяжелые шаги, я развернулась к нему спиной, молниеносно быстро поднимаясь по лестнице вверх, - Два, птичка! – находясь в нескольких метрах от меня, прокричал мои мучитель, пока я, как напуганная лань не знала, куда спрятаться, - Один! – схватившись за ручку двери нашей спальни, я ощутила, как чья-то крепкая рука грубо обхватила мою талию, затягивая назад.
- Нет! – попыталась я противостоять ему, цепляясь одной рукой за ускользающую из ладони ручку двери, пока второй пыталась убрать его тяжелую руку с талии.
- Все было куда проще, если ты позволила бы мне рассказать тебе правду той ночью после свадьбы, - одни резким движением притянув к себе, проговорил дьявол мне на ухо, после чего взял на руки, подбросив мое трясущиеся от страха тельце в воздухе перекидывая на плечо.
- Ты умеешь говорить правду? А мне казалось, что ты лишь всем вокруг угрожаешь! – гневно ударив мужчину по спине пару раз, проговорила я, пока тот неспеша пересек спальню, заходя в ванну, - что ты собираешь сделать? – вырываясь, стала я паниковать, когда дьявол встал под душ.
- Охладить немного и умерить твой пыл, - усмехнулся мужчина, включив лейку, из которой стала литься по разгоряченному телу ледяная вода, - мы слишком много молчали, но я обещаю тебе все рассказать, - опустив меня под струю воды, заверил меня мой мучитель, крепко обхватив руками трясущиеся лицо, пока зубы постукивали от холода, - я буду ждать тебя внизу, - выключив лейку, Фабиано покинул ванную, оставляя меня наедине со туго завязавшемся в животе узлу страха неизведанного.
Правда! Наконец я узнаю то, чего больше всего боялась и от чего убегала! Возможно, это разобьет мне вновь сердце, зато я буду осознавать причину, по которой меня заставили убить невиновного Виктора, почему мне изменили, хотя это скорее всего самое очевидное. И каким образом Тати чуть не стала моей лучшей подругой.