42 - Совершеннолетие принцессы.
Мир беспристрастен.
Какие бы ужасы не происходили на земле, мир просто продолжает существовать.
Не то чтобы я хотел его реакции, но сам факт равнодушия заставляет меня слегка завидовать миру. Сколько смертей мир пережил за время своего существования? Думаю, он просто устал как-то реагировать на жестокость разумных рас, населяющих его.
Но для того, чтобы пресытиться к чему-то, нужно время.
К сожалению или нет, но время является ограниченным ресурсом для большинства живых существ. Поэтому нам, людям, попросту не дают времени для пресыщения.
Что до мира, то он просто свел всю свою деятельность до обыкновенных вещей: восход и заход солнца, циркуляция потоков ветра, взращивание растительности на своей плоти.
Иногда бывают скачки настроения даже у земли, а потому случаются природные бедствия. Ничего выше этого. Потому что мир тоже может устать.
Сейчас я наблюдал за самым явным проявлением исполнения обыденных вещей от этого мира, а именно за восходом солнца. Утро уже давно предъявило свои права на Розвуд.
Скоро будет полдень.
Как только две стрелки часов достигнут двенадцати, произойдет грандиозное событие.
В этот день моей дражайшей хозяйке исполняется тринадцать. Она станет совершеннолетней в глазах своей расы. Ровно в полдень свершится небольшая церемония совершеннолетия, предназначенная для детей правящей династии.
Мое наблюдение за восходом солнца никем не прерывалось.
Комната, в которой я находился, была предназначена для приема особо важных гостей.
Мраморный пол покрыт красным ковром с изображением зверей, никогда мной не виданных. Колонны вместо стены поддерживали потолок, открывая роскошный вид на красоты природы. Около каждой стоял пьедестал с цветами. Три стены увешаны множеством картин, голов животных, а также оружием, созданным для красоты интерьера. В эту комнату вело две двери. Ближе к одной из них возведен трон. Очевидно, он предназначался не для гостей. Я же вошел через дверь, противоположную трону.
Кажется, будто я добился чей-то аудиенции? В какой-то степени. Но по-хорошему меня просто попросили о коротком разговоре. Я не мог отказать. Ведь тем, кто желал беседы со мной, был...
В тихой комнате раздался шум отворяемых дверей. Он не был громогласным. Без всякого пафоса внутрь вошел мужчина в возрасте. Его седые волосы аккуратно зачесаны назад, а небольшая борода граничила с щетиной. Не смотря на то, что сегодня последний день лета, на улице жарко как в июле, а потому можно слегка удивиться тому, что вошедший одет в богатые меха.
Накидка Его Величества волочилась по полу самым краем. Под ней он носил черный камзол с золотой вышивкой. Мех был бурым, а ткань накидки темно-зеленой.
Обычно Теген предпочитал более простую одежду, но сегодня знаменательный день.
Даже я не был одет как обычно. Впрочем, цветовая гамма не сильно отличалась от повседневной. Черный костюм с белой рубашкой. Чувствую себя как во время балла в Хомвите. Поправляя шейный платок, я повернулся к Тегену.
- Доброе утро, Ваше Величество.
На моем лице образовалась легкая учтивая улыбка. К сожалению, я не мог себе позволить проявить большую доброжелательность. Стоит быть крайне аккуратным с нынешним душевным состоянием Тегена.
- Прости, что позвал тебя сюда, Джек. – Голос мужчины был на несколько тонов ниже, чем обычно. Можно было бы задаться очевидным вопросом, но все вставало на свои места при виде хмурого выражения лица Тегена.
Я покачал головой в стороны.
- Не стоит извинений. Пожалуйста, спрашивайте меня о чем угодно. Я приложу все силы, чтобы удовлетворить ваш интерес по любому вопросу.
Несмотря на мою отзывчивость, Его Величество не торопился переходить к делу.
Он поравнялся со мной и посмотрел наружу. Деревня купалась в лучах солнца. Лазурное небо без единого облачка застилало небосвод. Поистине умиротворяющий вид.
Глядя на такой пейзаж, разве можно представить, какие ужасы могут происходить под этим небом?
- Я закончил чистку предателей в пределах деревни.
- Вот как.
Хотел бы я выразить свою радость по этому поводу, но это не является возможным. Только не сейчас, когда душа Тегена переполнена скорбью. Все светлое чуждо для него.
Надеюсь, он найдет в себе силы, чтобы улыбнуться дочери во время церемонии.
- Их было много. Добрая часть верхов Розвуда стояла за манипуляцией стражи. Все они согласились на это, ища выгоды от смены правителя. Моя жена погибла из-за людской жадности...
- Боюсь, это не единственная причина, Ваше Величество. – Меланхолично протянул я со стоическим выражением лица.
- Имеешь в виду, что...
- Ваша жена была целью клана синритов. Вы слышали об Апосте Аназема?
- ...Я не зациклен на людях с паранормальными способностями.
- Однако именно они стали убийцами Тристаны, не стража. Впрочем, поддерживающие переворот люди получили по заслугам.
Тегену потребовалось две недели на то, чтобы разгрести весь сумбур, произошедший по инициативе одной мелкой твари. Главный вопрос состоял в том, был ли ко всему причастен Негрум, брат Тегена. В ходе расследования и долгих разговоров стало ясно, что он даже не знал обо всем этом. Особенно о том, что его сын синрит.
Удивительно, как этот молокосос смог скрывать свою силу от всех.
- В таком случае я хотел бы знать причину. Зачем они лишили ее жизни?
Я недовольно скривил губы, как если бы меня заставили сунуть в рот пол лимона.
- К сожалению, это только предстоит выяснить, но я обещаю, что найду ответ. Нет. Я выбью его из тела того, кто стал убийцей вашей жены.
- Я буду этого ждать.
Я увидел, с какой силой Теген сжал свои руки в кулаки. Его эмоциональное состояние переполнено различными негативными чувствами. День похорон Тристаны был недавно.
Двадцатого числа весь Розвуд скорбел об уходе прекрасной мудрой правительницы.
Особенно плохо выглядела Прим, но она старалась держаться достойно.
В тот день Каванэ, ее подруга, долго рыдала на руках Прим, извиняясь за грех ее жениха.
Конечно, ни о какой свадьбе теперь не шло и речи. Более того. В случае, если Деймон свяжется с семьей Каванэ, им надлежит немедленно доложить об этом Тегену. Единственное, что теперь ждет светловолосого юношу в стенах Розвуда, это смерть.
В нависшем молчании мы вдвоем не переставали смотреть наружу.
Спокойствие. Яркость дня. Такое же утро, как во время переворота.
Удивительно, насколько разным по содержанию может быть день, не смотря на его однотипность.
- Кстати, Ваше Величество. Вы казнили всех солдат-мятежников?
- Я так понимаю, тебе интересна судьба Филипа?
- Самую малость. Этому человеку выпала немалая доля доверия Прим.
- Что ж, в ходе выяснений обстоятельств, я решил бросить его в темницу на куда больший срок.
Значит, Теген не убивал его.
Филип был пешкой, принятой в игру чисто для массовки. На самом деле для него игра не стоила свечей. Кажется, ему хорошо промыли уши. Самое неприятное для меня было то, что я догадываюсь, как именно его мотивировали участвовать во всем этом. Ну да ладно.
- Прим не знает о том, что Филип участвовал в восстании. Осведомлять ее или нет, решать тебе, но я бы хотел, чтобы Прим не омрачала себя этим предательством.
- Я в любом случае придержу эту информацию.
Нет смысла утяжелять состояние Прим этим фактом. Даже тогда, когда она полностью восстановится, я оставлю эту тему до подходящего момента. Скажем, до очередного посещения Розвуда? Тогда Прим разумно сможет решить, что делать с Филипом.
На мой ответ Теген благодарно кивнул.
Воссоздавшаяся тишина между нами не продлилась долго.
Скорее всего, Его Величество решило перейти к главной теме.
- Как долго ты собираешься быть здесь?
«Как долго Прим еще будет дома, » - вот какой смысл несет в себе этот вопрос.
- Сложный вопрос, Ваше Величество. Думаю, до тех пор, пока Прим не найдет в себе решимость двигаться дальше. Вас устроит такой ответ?
- Вполне. Я рад, что ты думаешь о моей дочери. Фамильяр моей жены в свое время казался мне точно таким же надежным. Жаль, что я с ним почти не был знаком.
- Клянусь, что буду оберегать вашу дочь ценой своей жизни.
Впервые за прошедшие дни с момента смерти Тристаны Теген смог улыбнуться.
Это была слабая снисходительная улыбка, но в ней чувствовалась сила.
- Рассчитывая на тебя.
Мы пожали друг другу руки, после чего расстались.
Последнее, что сказал мне Теген перед уходом:
- Моя дочь просила тебя навестить ее. Загляни к ней до церемонии.
Поклонившись, я проводил Его Величество.
...
Мой путь неизменно шел через широкие коридоры, большие залы, до тех пор, пока я не остановился перед комнатой, в которой меня ждала Прим. Это была специальная комната, в которой она должна была подготовить себя к церемонии совершеннолетия.
Когда я постучал, то получил немедленное разрешения на вход.
С извинением я прошел внутрь, прикрывая за собой дверь.
Обычно, когда я входил в комнаты этого дворца, меня всегда слепили лучи солнца.
Здесь очень любили естественный свет, однако там, где Прим совершала приготовления, было в меру светло. Окошко помещения было небольшим и у самого потолка. Оттуда видимым потоком струились солнечные лучи. Именно в них купалась небольшая фигурка девочки-лисички, стоящей посреди желтого круга на полу.
Я не сразу заметил, но на Прим было не так много одежды.
Она сняла повседневный наряд и сложила его на столешницу.
Дальняя от входа стена покрывалась большим зеркалом. Перед ним был столик с косметикой. Справа стоял распахнутый огромный шкаф, переполненный однотипной одеждой. Столешница была слева и растягивалась чуть ли не на длину стены.
Я стоял в узком проходе комнаты, созерцая вид своей хозяйки не только сзади, но и спереди, так как видел ее отражение в зеркале.
Поворачивая голову, Прим посмотрела на меня через плечо, пошевелив милыми ушками.
Стоическое выражение лица девочки никак не состыковывалось с ее видом перед мужчиной. Впрочем, я давно смирился, что этический взгляд Прим полностью игнорировался по отношению ко мне.
Единственное, что сейчас было на ней, это полупрозрачная маечка, прикрывающая ее от груди до бедер. Хрупкие плечи устланы прямыми рыжими волосами, как и спина до поясницы. У ног вяло свисал лисий хвост, однако, как только Прим посмотрела на меня, он качнулся из стороны в сторону и приподнялся.
- Виновница торжества предстала передо мной во всей красе, но не стоит ли ей задуматься о том, чтобы быть аккуратнее, ведь она теперь совершеннолетняя, а не ребенок? – Моя полушуточная фраза сопровождалась неловкой улыбкой.
- Нет никакой разницы, если на меня смотришь ты.
- Это мне льстит, наверное.
Я не решался проходить в комнату глубже, но Прим сама приманила меня, помахав ручкой.
- Я хочу, чтобы ты мне помог определиться с цветом наряда.
Мои глаза посмотрели на указанный раскрытый шкаф. Около него уже валялась одежда, напоминающая длинный халат. Рукава также казались весьма длинными.
- Цвет, да? Тогда желтый.
- Почему... - Не закончив срывающийся с губ вопрос, девочка посмотрела на виляющий у ее ног хвост, затем ее глазки вновь поднялись на меня.
- По-моему замечательный вариант. Странно, что ты сама не определилась с этим.
- Ну, не то чтобы мне было сложно выбрать... - Малышка понурила голову, вместе с чем свесила ушки.
Я снисходительно хмыкнул, касаясь ладонью ее затылка.
Понятно, что просьба в помощи выбора наряда была лишь предлогом для того, чтобы встретиться со мной.
- Как ты себя чувствуешь?
Банальный вопрос, но больше мне в голову ничего не приходило.
- Вполне сносно, наверное...
Прим явно не пропитана радостью от долгожданного дня рождения.
Я присел, чтобы поравняться с Прим и заглянуть в ее личико. Приподнимая подбородок, я перевел ее взгляд обратно на себя. Прим не сопротивлялась. Наоборот, она охотно заглянула мне в глаза.
Кажется, она готова жадно впитать все, что бы я ей не сказал.
Мог ли я подумать, что когда-нибудь буду утешать ребенка, потерявшего маму? Честно, у меня совершенно нет вариантов того, что нужно говорить в такие моменты. Моя связь с семьей гораздо хуже примитивной. Умерла бы моя мать, что бы я чувствовал?
Сочувствие по этому поводу ничем не поможет. Скорбью не вернуть усопших.
Пытаться приободрить человека, значит навлечь на себя его раздражение.
Просить кого-то не унывать тогда, когда этот кто-то лишен близкого человека, жестоко.
Поэтому люди всегда дают человеку время для смирения. Он должен сам свыкнуться с мыслью об утере. То, что следовало бы сделать после...
Я коснулся плеча Прим и притянул ее к себе. Заключив девочку в объятья, я крепко прижал ее к себе и коснулся губами лба.
Слегка ошеломленная, Прим не шевелилась, но через пару секунд охотно прижалась ко мне и прильнула щекой к моей шее.
То, что следовало бы мне сделать, это утешить горюющее дитя.
Слова излишни. Они предназначены влиять на человека, побуждать к действию, но в данном случае это будет лишней рябью на душевной глади.
Достаточно просто быть рядом. Разделять те же чувства, показать, что Прим не одна.
Я готов разделять с ней любую эмоцию или намерение.
Девочка обняла меня. Пока я гладил ее рыжие волосы, она нежно скользила по моей спине. Это продолжалось минуту, а может больше? Вплоть до того момента, пока Прим не хихикнула. Ее мелодичный голосок звучал гораздо свободнее.
Немного отстранившись, Прим посмотрела мне в глаза с толикой интереса.
- Скажи, Джек, ты когда-нибудь плакал?
- ...
Какой сложный вопрос.
Я задумчиво поднял глаза вверх.
Ну, я наверняка плакал, когда был младенцем? Когда был совсем ребенком, тоже наверняка лил слезы из-за пустяков. Но вряд ли меня спрашивают об этом?
Если речь идет о настоящей скорби, душевных терзаниях, слезах от печали...
Я слабо улыбнулся, вновь пробегая ладонью по головке Прим. Взявшись за ушко, я нежно помассировал его пальцами, от чего малышка прищурилась от удовольствия. Ее пышный хвост завилял активнее. Как очаровательно. Улыбка на ее лице становилась явственнее.
- Боюсь, что с такой опечаленной хозяйкой вскоре начну лить реки слез.
- Тогда мы оба будем опечалены?
- Да. Не самая радушная перспектива, но с тобой я готов к чему угодно.
- Хе-хе. Тогда я постараюсь быть такой же сильной, как ты.
О, я совсем не сильный...
- Хочу быть больше похожей на тебя, Джек.
- Это может вызвать массу... проблем?
- Так ты это собираешься называть, да? – Девочка недовольно надула губки, но ее недовольство быстро перешло в томное наслаждение, стоило мне усилить давление на ее чувствительное ушко.
Я довольно улыбнулся, после чего еще раз поцеловал Прим.
Когда я выпрямился, Прим прошла к шкафу и вытянула наряд желтого цвета.
- Поможешь одеться?
- Если в этом есть необходимость.
- Конечно. Вот, подержи.
Отдав мне халат с длинными рукавами, малышка не отворачиваясь начала стягивать с себя маечку, полностью себя оголяя... Почему на ней не было трусиков?..
Я смотрел на Прим со странным лицом, переполненным сомнений.
Как бы жестоко это ни было, а взгляд Прим был отчасти издевательский.
Ну, если уж говорить об этом, то ее грудь уже начала расти. Какой она будет через три года?
Пока я думал о чем-то неподобающем, а моя хозяйка занималась неподобающим, она все же взялась за халат и начала одевать его на себя. Я помог ей с длинными рукавами, а также завязал халат сзади.
Выглядело неплохо. По-взрослому.
Прим попросила меня расчесать ей хвост, пока сама будет заниматься прической.
По ходу дела я поинтересовался, почему ей в этом не помогают служанки. Оказалось, что это что-то вроде небольшой традиции. Девочка в свое совершеннолетие должна сама себя подготовить к церемонии. Такие вещи, как расчесывание хвоста или надевание одежды ей так и так по силам, поэтому моя помощь нисколько не противоречит традиции.
Я просто ускоряю процесс подготовки.
Когда мы со всем закончили, Прим покрутилась передо мной, демонстрируя свое очарование и дюжинную красоту. Сейчас она еще больше напоминала свою мать, только ростом поменьше и в области груди тоже...
- Ты прекрасна. Впрочем, судить об уровне твоей красоты крайне сложно, ведь по умолчанию ты являешься красавицей из красавиц. Поэтому могу ошибаться в том, красивее ли ты, чем обычно. Или ты так прекрасна каждый день?
- Ты слишком увлекся... - Покрасневшая Прим робко следила за моим рассуждением.
- Еще плюс десять очков к очарованию.
Я действительно умилялся. Это было так мило, что я не против вырвать радугой.
- Спасибо, что помог. Теперь мы увидимся только во время церемонии...
- Я буду неотрывно наблюдать за тобой, желая до конца жизни запечатлеть момент твоего совершеннолетия.
- Так говоришь, будто мой отец. – И вновь малышка надулась. Только теперь надувались ее румяные щечки.
- Ладно-ладно. В любом случае... С днем рождения, Прим.
Мы обменялись искренними улыбками, предназначавшимися лишь друг для друга.
Помахав рукой на прощание, я вышел из комнаты, оставив девочку наедине с собой.
...
Оставшаяся одна, девочка расслабленно вздохнула.
Она собралась с мыслями и повернулась к столику у зеркала. Рядом с ним был еще один стол. На нем лежал сундучок, похожий на огромную шкатулку. Ключик от него лежал рядом с ним.
Прим подошла к последнему подарку матери и без колебаний открыла его.
До этого она уже пыталась сделать это, но безуспешно. Мысли о матери отбирали все силы и желание узнать что внутри. Тем, кто развеял навеянную слабость, был Джек.
Сейчас она знала, что должна посмотреть внутрь и благодарно принять сохраненный подарок. Более того. Скорее всего, Прим решит сохранить его до конца жизни.
Когда крышка сундучка открылась, девочка заглянула внутрь.
Там лежал небольшой, слегка потрепанный гримуар. Твердый переплет пестрил двумя цветами: красным и черным. В вихре пламени они переплетались между собой, образуя водоворот, кончающийся прямо посередине обложки.
Прим знала об этой книжке. Волшебный гримуар ее матери, частично переписанный, частично написанный ею лично.
Дело в том, что гримуары – это кладезь знаний об определенных заклинаниях. С их помощью можно не только использовать определенные приемы, но и усилять их. В этом гримуаре хранится мудрость лисицы, чьи запасы маны считались бесконечными. У нее, как и у дочери, был общий магический атрибут – огонь. Это значит, что все заклинания, хранимые здесь, точно подойдут Прим. Тристана передала ей весь накопленный потенциал, убедившись, что она желает двигаться вперед.
Это та часть, написанная Тристаной лично. То, что переписано, относится к черной половине гримуара. С ней девочка была не знакома. Единственное, что ей известно из этого, это пентаграмма призыва фамильяра-человека. Другими словами, половина страниц волшебной книги посвящена утерянным тайным знаниям, переданным ее роду в древности неизвестным.
Прим отголосками памяти припоминала комментарии матери об этом. Она говорила, что не способна была к использованию большей части написанного. Как если бы ей чего-то не хватало.
Пролистав несколько страниц из второй половины, девочка отметила, что в строках часто фигурирует одно слово:
«небытие».
Ознакомление с волшебным гримуаром было прервано, так как Прим заметила, что на днище сундучка лежал лист бумаги.
Когда малышка взяла его, на ее лице проступила грустная улыбка. Глаза переполнялись чувством радости, но по щеке все равно пробежала одинокая слезинка.
На бумаге написано: «С Днем Рождения, доченька. Будь сильной ♥».
Буквы скакали и написаны косо. Видимо, Тристана второпях написала это перед тем, как передать Прим сундучок. Знала ли эта мудрая лисица, чем все могло кончиться?
- Я буду сильной, мамочка. Спасибо тебе.
Девочка поцеловала письмо и оставила его вместе с гримуаром внутри сундука.
После церемонии она обязательно вернется, чтобы забрать подарок.
...
Я шел по коридорам дворца, пребывая в глубоких раздумьях.
Настолько глубоких, что совсем не замечал проходящих мимо служанок и дворецких.
Если бы они сами не замечали меня вовремя, мы бы наверняка столкнулись не один раз.
Мысли, заполоняющие мою голову, двигались в основном в одном направлении.
Апоста Аназема.
Название по факту неизвестного мне клана, которое я до недавних трагических событий благополучно забыл. Встреча с представителями Апосты Аназема никак не входила в мои планы. Что немало важно, пересекшись с ними раз, я обрек себя на неминуемый повторный контакт. В этом меня убедили наверняка.
Когда это случится неизвестно, но это точно произойдет.
Встреча вряд ли будет мирной. Хотя бы потому, что я поклялся убить одного из них.
Проблема в том, что некоторые представители этого клана чертовски сильны.
Тот эльф и маленькая девочка... Дворецкий тоже показался мне гораздо опаснее молокососа. С нынешними силами я могу лишь содрогаться при мысли об очередной встрече с ними. У меня нет ни капли желания проигрывать им снова, тем более, что это чревато поистине плохим итогам.
Если у них нашлась причина убить Тристану, значит, найдется причина убить Прим.
Или уже нашлась? Ее и без того не раз пытались убить, но, видимо, в основном это была инициатива мелкого ублюдка. Пока что.
И нельзя забывать о первопричине самой идеи переворота.
Отбрасывая случай со смертью Тристаны, кое-кому требовалась полная ликвидация семьи нынешних правителей Розвуда. Я не забыл об этом.
Внезапно моих губ коснулось что-то мягкое. Я не заметил чего-то прямо перед глазами?
- Ммм...
Довольное мычание, произнесенное девичьим голосом.
Когда я сфокусировался на источнике, то понял, что меня целовала Викторика.
Заметив, что я обратил на нее внимание, юная леди неохотно отлипла от меня, облизывая розовые губки.
- Доброе утро, господин. Я звала вас, но вы настолько ушли в себя, что даже не заметили, когда я встала перед вами.
- Прости. В мою голову не часто приходят серьезные мысли, поэтому я увлекся.
- И что за мысли такие грандиозные? Ты обязан поделиться с нами.
Я перевел взгляд ко второму источнику женского голоса.
К нам неторопливо подошла девушка-рыцарь с серьезным выражением лица.
- Я не против поделиться, но прежде... Тебе ведь тоже хочется поцелуя на утро?
- Э? Н-ну... Кхм. Вижу, недолго в твоей голове пробыли серьезные мысли...
Стоическая маска была вдребезги разбита одной моей фразой. Осекшись, Белла смущенно отвела глаза в сторону, не решаясь быть честной.
Я отчетливо ощутил, насколько сильно соскучился по такой реакции Беллы.
Притянув к себе за руку белокурую девушку, я мягко поцеловал ее, а она, не сопротивляясь, приняла меня, после чего сильнее покраснела.
- Кажется, даже лишение девственности не сильно изменило нашу принцессу. – Ехидно подметила Викторика с кривой улыбкой.
- ... - Белла широко раскрыла рот, готовая что-нибудь выпалить, но не могла подобрать нужных слов в ответ, а потому беспомощно продолжала пялиться на подругу.
Я подумал, что так не пойдет, поэтому постарался помочь Белле.
- Ну, одного раза будет мало, верно?
От моего короткого замечания с невинным лицом девушка-рыцарь совсем выпала и начала вариться как рак в собственном соку.
- Хе-хе... Так о чем вы думали, господин? – Викторика вернула разговор в прежнее русло, продолжая с удовольствием наблюдать за поведением подруги.
- О незваных гостях.
- О... Тех самых?
Как только златовласая девушка поняла меня, она сильно нахмурилась.
Ее переполняла досада от того, насколько просто с ней разобрались в критический момент.
- Тот старик... Когда я подошла к нему ближе, кровь попросту перестала меня слушаться.
- ...Есть ли шанс, что существует синрит, деактивирующий способности другого синрита?
- Немыслимый дар.
Согласен. Это очень круто. Если синрит полагается только на свою способность, то он уже считается побежденным против врага, умеющего отключать его силу.
- Мне обязательно нужно найти альтернативу... Почти уверена, что, будь со мной змеиный меч, итог был бы тем же. Тот старик двигался как человек, проживший всю свою жизнь в битвах. – От переполняемых эмоций Викторика закусила нижнюю губу.
Чтобы она слегка расслабилась, я погладил ее по голове, успокаивая.
- Нам всем нужна альтернатива. – Прокручивая в голове момент битвы, мне вспомнилась одна деталь. – Белла, тот эльф говорил о твоем мече. Ты знаешь его?
- Ммм... Лично не встречала, но по внешности, вероятно, могу предположить кто он. Ты не слышал его имени? – Девушка-рыцарь не поднималась с пола, смотря на меня снизу-вверх.
- Настоящее имя это или нет, но пацан назвал его Зефиром.
- Эээээ?! – Белла с ошалевшими глазами уставилась на меня, не в силах прикрыть рот.
Такая реакция мне совсем не нравится...
- Один из самых выдающихся мечников за всю историю расы эльфов... Благословленный самой богиней сильфов... Его прозвали Зефиром, но настоящее имя другое... Я не помню. К тому же, я слышала, что этот легендарный мечник давно оставил битвы и спокойно живет где-то в глуши эльфийской страны. Так это он был?
- ...
Дерьмо. Какого черта я должен был встретиться с кем-то настолько выдающимся?..
Я устало вздохнул.
- Есть ли у нас в будущем шанс противостоять кому-то настолько сильному?
- ...Ну, каким бы могущественным он ни был, он остается эльфов. Однако его магия ветра и владение мечом колоссальны.
- И еще странная сила синрита...
Слишком круто...
- Ммм. Интересно, какой может быть фамильяр у такого человека?
Произвольный вопрос Викторики вогнал меня в еще большую депрессию.
- Фамильяра я у него не видел...
Ну, это не значит, что у него его нет.
Очередной усталый вздох.
- Ладно. Кажется, я знаю, с чего нам всем стоит начать.
Я помог Белле подняться, после чего мы втроем пошли в церемониальный зал во дворце, где вскоре должно начаться событие дня.
Всем нам нужно совершенствоваться. Учитывая потенциальную опасность от Апосты Аназема, следует разносторонне улучшать свои способности.
Фехтование, магия, призыв фамильяра и много другое.
Если оставить все на самотек, настанет день, когда я очень сильно об этом пожалею.
...
Полдень.
Зал, в котором проходила церемония, был в меру большим.
Большие окна справа освещали пространство. Красная дорожка в середине зала утопала в солнечных лучах. Именно по ней неторопливо шла фигурка девочки-лисички. По обе стороны от нее стояла стража, а за ней все представители верхов деревни. Это было знаменательное событие для всего двора замка.
Я был одним из тех, кому досталось лучшее место для созерцания красоты Прим.
Дойдя до ступеней, девочка поднялась наверх, где ее ждал мужчина с седыми волосами.
Его Величество Теген дождался, когда его дочь встанет перед ним, величественно подняв голову. Встретив целеустремленный взгляд, мужчина на краткий миг удивился, после чего сразу принялся за проведение церемонии.
Он взял у священнослужителя бусы, предоставленные на церемониальном полотне.
Эти бусы были отданы в руки Прим. Затем Теген коснулся правой рукой левого и правого плеча дочери, закончив касанием к макушке. Во время этих движений он проговаривал церемониальную речь в знак посвящения дитя правителя во взрослую жизнь.
В будущем, скорее всего, Прим станет правительницей Розвуда, а значит поведет за собой весь чистокровный род полулюдей.
Когда речь Его Величества была закончена, Прим поклонилась ему и повернулась к залу.
Она протягивала руки с бусами. Через пару секунд застоя она резко повела руки в стороны, тем самым разрывая бусы. Бусины с шумом покатились в разные стороны.
Проявление достаточной силы, чтобы вступить во взрослую жизнь. Таково было значение подобного действия.
В ответ все присутствующие в зале поклонились совершеннолетней принцессе.
...
Как полагается, в день рождения принцессы был проведен бал, на котором присутствовала вся знать деревни.
Конечно, меня тоже пригласили вместе с Беллой и Викторикой.
Мы хорошо проводили время, чаще всего предпочитая общество друг друга.
Я потанцевал со своими спутницами.
Прим должна была отдать первый танец своему отцу.
Наблюдая за ними, я видел, как они улыбаются друг другу.
Я рад, что они способны на этом.
Глядя в свой бокал вина, я стал размышлять о будущем.
Оно было неизвестно мне, но однозначно таило в себе множество опасностей.
Что же мне делать дальше, чтобы стать достаточно сильным для защиты своей хозяйки?
Внезапно в бальный зал ворвался солдат.
Одетый в традиционную одежду стража, видимо он примчался сюда с самой внешней крепости деревни. Судя по его тяжелому дыханию, мужчина сильно торопился.
В его руках было письмо.
Оглядев всех в зале и найдя правителя Тегена, он с волнением доложил.
- Ваше Величество! С западных земель пришла весть о резком наступлении войск Орды! Армии орков, огров, гоблинов и двергов захватывают города и деревни на окраине равнин!
В зале начали активно переговариваться с тревожными лицами.
Почти все испытывали страх перед вестью о наступлении.
Однако на моем лице воссияла довольная улыбка.
Я не пытался скрыть свои чувства. Разве это не чудесно?
- Всем успокоиться! – Властным тоном вещал правитель.
Лицо Тегена стало серьезным или даже хмурым. Он приказал солдату позже явиться в его покои. После небольшой заминки бал продолжился. Казалось, будто праздник испорчен? Нет. Совсем нет. Разговоры между аристократами стали лишь оживленнее.
- Джек.
Я все еще улыбался не самой приятной улыбкой.
Когда моих ушей достиг голосок дражайшей хозяйки, я было подумал, что стоит вернуть самообладание, но когда мои глаза посмотрели на ее лицо...
Я не сдержал ядовитый оскал.
Девочка, ставшая сегодня совершеннолетней, имела право самой выбирать жизненный путь. Сейчас Прим смотрела на меня беспристрастно, как если бы она хотела передать серьезность своих намерений. Однако ее светло-зеленые глаза горели огнем.
Это был чарующий взгляд девушки, которая видит свою цель.
Я, как ее покорный слуга, мог лишь наслаждаться подобным видом.
- Да, моя дражайшая хозяйка? – Я встал на одно колено, чтобы сравняться с лицом Прим.
- Ты пойдешь со мной куда угодно? – В вопросе чувствовалась кокетливость. Она словно поддразнивала меня.
- Даже если вы потребуете отправиться в ад, я сделаю это. Кем бы ни был ваш враг, я клянусь уничтожить его. Если недостаточно сил, я обрету большее могущество. – Я склонил голову, выказывая покорность. Передо мной стояла больше не девочка, которую нужно опекать, а девушка, за которую необходимо следовать. – Если весь мир окажется вашим врагом, я обрету достаточно могущества, чтобы превратить его в преисподнюю, как он и заслуживает.
Верно.
Мир, полный жестоких реалий. Не щадящий слабых. Он ничто иное, как ад.
Война, это совсем неплохое средство, чтобы доказать это. Если весь мир станет преисподней, то мне не потребуется далеко отправляться, если такова будет воля хозяйки.
- Тогда мы уходим, Джек.
- Слушаюсь и повинуюсь.
Я говорил, что покину деревню тогда, когда Прим найдет в себе решимость идти дальше.
Ха-ха. Кто бы мог подумать, что этот момент наступит так скоро?
Что же. Прекрасно. Замечательно. Прелестно.
Потому что наше приключение продолжается.
Фэнтезийный мир оказался поистине увлекательным местом для заблудшей души из небытия.
Интересно, что же будет дальше?..
Я в предвкушении.
[Конец I Арки]