Проданная Душа. Отель Хазбин.

Через несколько минут таких издёвок и дразнящих движений его рук, языка и губ Аластор снова приблизился к моим устам, поднимая мои колени. Я сразу обвила ими его поясницу, слегка вздрогнув, когда ощутила его между своих ног.

Я не могла поверить, что это наконец происходит, что спустя немного больше, чем год мы снова вместе, в одной кровати и под одним одеялом. Я позволила себе сдавленно вскрикнуть в его губы, когда Аластор вошёл в меня слишком грубо, и, не дав мне привыкнуть, начал осуществлять небольшие толчки.

Я хотела проскользнуть руками в копну его волос, но он резко перехватил их, вдавливая в матрас с обеих сторон от моей головы. Его губы оторвались от моих и прижались к шее, снова цепляя кожу своими острыми, как бритва, зубами. Я не стала сдерживаться и позволяла негромким звонким стонам слетать с моих губ под тяжёлые низкие вздохи Аластора.

Подняв наши ладони выше, он схватил обе мои кисти и, скрещивая их, сжал одной рукой, а второй стал вырисовывать линии и круги, задерживаясь на груди, талии и бедре. Вскоре Аластор ускорил темп и я двигалась ему навстречу, выгибая спину и только сильнее прижимая его к себе ногами. Мои губы становились податливее, руки напрягались, а кисти болели от его сдавливающих когтей.

Совсем скоро от нежности и ласки совсем ничего не осталось и Аластору приходилось прижиматься к моим губам сильнее, пока мы не разбудили весь отель. Между ног всё горело, по вискам лился пот, а с губ под зубами Аластора текла кровь, капли которой исчезали раньше, чем успели достигнуть подбородка.

— Ал... М...мне больно. — прошипела я, отрываясь от его поцелуя. Однако он, схватив меня за подбородок, снова протолкнул свой язык сквозь мои зубы, так и не замедляя ритма.

— Потерпи чуть-чуть... — еле слышно шепнул он в мои уста и снова завлёк в поцелуй.

Спина тёрлась о постель всё быстрее и вжималась в неё всё яростнее. Когда демон вновь освободил мои губы, мне пришлось прикусить их, чтобы не позволить отголоскам страсти выскальзывать с них. У уха были слышны низкие кроткие стоны и тяжёлое учащённое дыхание. Когда в кожу шеи в очередной раз вонзился ряд острых зубов в одно мгновение с агрессивным его толчком, я наконец позволила себе выкрикнуть его имя, из-за чего мой рот быстро накрыла его ладонь.

— Тише, дорогая. — замедляясь, шепнул Аластор у моего уха, убирая руку — Ты ведь не хочешь, чтобы весь отель услышал, чем мы тут занимаемся?

— Ал... Я почти...

Движения стали медленными и спокойными именно в тот момент, когда мои ноги начинали содрогаться, а удовлетворение подступало всё ближе. Когда они совсем перестали ощущаться, я распахнула глаза и уставилась на Аластора, что возвышался надо мной и демонстрировал нахальную ухмылку с проблеском азарта в горящих глазах.

— Блять, Ал.. — разочарованно произнесла я. — Ты издеваешься?!

— Ты ведь сказала, что тебе больно. — издевательским тоном произнёс он.

— Это не смешно. Хватит!

Тогда он снова опустился, произнеся у моего уха низким и глубоким голосом, вызывающем мурашки по всему телу :

— Ну же, попроси меня.

Казалось, что сердце быстрее биться уже не сможет, но я только что убедилась в обратном. Глухие удары барабанами отдавались в ушах, возбуждение только возросло, грудь вздымалась, касаясь тела Аластора. Он, в ожидании моего голоса, занялся моей шеей, сажая на ней бутоны поцелуев и украшая их следами своих зубов. Простыни под моими плечами стали влажными от количества крови. Если бы не он, пятно стало бы распространяться дальше. Двигаться я не могла — мои кисти вжаты в кровать обеими руками, его тело прижималось к моему. Внезапно я ощутила себя беспомощной, находясь под ним. И мне это понравилось.

— Пожалуйста... — еле слышно произнесла я.

— Что-что? Я не расслышал. — пропел он, вновь сажая очередной цветок на моей шее у самого уха.

— Прошу, Ал... Я хочу этого.

— И чего же ты хочешь? — протянул он, отвлекаясь.

— Чтобы ты продолжил. Пожалуйста... 

— Хорошая девочка... — усмехнулся он.

Мои мольбы были услышаны, просьба выполнялась. Действия его бёдер снова стали грубыми, сильными, глубокими и с каждым толчком вдавливали меня в кровать. Аластор снова накрыл мои губами своими, такими же желанными и горячими, поспешно углубляя поцелуй.

Вскоре по телу снова прошла дрожь, Ал сам начал вести поцелуй, хищно ухмыляясь в губы. Ноги начали трястись и я, спустив последний стон в его властные губы, достигла наслаждения. Приятная волна экстаза накрыла меня, заставляя замереть. Моё тело обмякло, дыхание всё не выравнивалось, а через несколько мгновений Аластор достиг того же, заполнив меня и глубоко и томно выдохнув у моих губ.

Спустя только несколько секунд он приподнялся, опускаясь со мной рядом на кровать. Комнату сначало наполняло дыхание, биение сердец, а потом и тишина.

Я устремила свой взгляд вверх, легко улыбаясь и чувствуя, как Аластор прижимается ближе, накрывая меня одеялом и кладя руку на талию. Его подбородок вновь прильнул к моей голове, а пальцы поглаживали живот.

— Знаешь, — развеял его голос мирную тишину, — было забавно наблюдать, как сама королева Ада выглядела беззащитной и беспомощной перед простым грешником.

— Тогда в таком случае, это был первый и последний раз.

— Это мы ещё посмотрим. — сорвался смешок с его губ.

— В следующий раз умолять меня будешь ты. — заявила я.

— Ни за что. — посмеявшись, процедил Аластор.

— Это мы ещё посмотрим. — повторила я его слова.

— Как скажешь, ma reine...

Я развернулась к нему и, уткнувшись носом в его грудь, задумалась.

Габриэль сказал, что совсем скоро Ева сможет контролировать меня. Вскоре я могу ненароком навредить своим близким и они даже не узнают, что это была не я. Наверное, их нужно предупредить.

Я сделаю им больно, когда они узнают, что мой день близок. Грешники могут почувствовать вину, что всё ещё не очистили свои души. Да и моя смерть не будет им мотивацией.  

Но я всё же возьму пример с Аластора. Я буду надеяться, что, возможно, кто-нибудь одумается и будет готов сменить рога на золотой нимб.

А пока я буду жить. Я буду делать всё, что необходимо. Мы сыграем свадьбу, я надену корону и наконец открою собственный проект, название к которому ещё нужно придумать.

Высшие правы. Пока я не буду ставить на себе крест. Я хочу жить, потому что я только недавно обрела то счастье, которое искала всю жизнь. 

Засыпала я в тёплых объятиях Аластора и под успокаивающие движения его рук на своей спине, что медленно погружали меня в царство ночи и сна.