Хрустальная грань

Остаток ночи пролетел стремительно, за оставшиеся четыре часа Гермиона не смогла сомкнуть глаз, раздумывая над словами Драко и его поведением. И в конечном итоге, просидела у окна до рассвета, голова нещадно болела от мыслей и нехватки отдыха, но девушка упрямо игнорировала это, приняв решение, пойти сегодня с друзьями в три метлы, чтобы хотя бы немного расслабиться и отвлечься.

Приведя себя в порядок, девушка надела маггловскую одежду: черные джинсы, бежевый свитер и сверху накинула джинсовку, потому что в замке было холодно, соответственно на улице должно быть ещё холоднее. Заглянув в зеркало, Гермиона шумно выдохнула, беря в руки расческу и начиная проводить длинными зубцами по волнистым каштановым волосам. Взгляд зацепился за кольцо на руке про которое девушка уже и забыла, она знала, что оно значит для Малфоя, поэтому его и не снимала, всё чаще замечая, как он смотрит на её руки, ища кольцо, будто боясь, что гриффиндорка сняла его, с чем это было связано она не знала.

Изумруд красиво переливался на первых лучах солнца, привлекая к себе внимание людей. Проведя по камню пальцем, Грейнджер вспомнила прошлый год и по коже пробежали мурашки от осознания того через что они с Драко прошли и сейчас ссорятся из-за какой-то левой девушки, причем Гермиона начала это первая. 

"Какая же я всё-таки глупая", - пронеслось в голове, тем временем девушка собирала волосы в низкий хвост, оставляя несколько прядей впереди спадать на лицо.

"Мне и правда стоит больше доверять Драко" - она ещё раз взглянула на себя в зеркало, улыбнувшись себе уголками губы и приняла решение поговорить с Драко, как только они вернуться из трех метл.

***

Ближе к обеду, когда они собираются уходить и пройтись по магазинам,  на улице начинается дождь и друзья решают остаться в трех метлах до тех пор, Пока он не закончится. Панси с Блейзом о чем-то увлеченно разговаривают, Рон изредка кидает и вставляет свои комментарии, а остальное время уделяет пирогу с тыквой и сливочному пиву, Гарри наблюдает за Гермионой, не решаясь на разговор по душам, чтобы не сделать ещё хуже.

- Гермиона, ты согласна с Блейзом? - Панси обращается к гриффиндорке, вырывая её из мыслей. В её глазах недоумение, она непонимающе смотрит на Паркинсон, но в итоге Герми сдавленно кивает, так и не поняв, какой ответ хочет услышать от неё слизеринка.

Забини смеётся, но брюнетка толкает его локтем в ребра, кинув на него злой взгляд.

- Ты в порядке? - спрашивает она у гриффиндорки, ища в карих грустных глазах ответ на свой вопрос.

Грейнджер не знает соврать ей или сказать правду, потому что не хочет портить выходной друзьям. А в чем же причина её грусти? Она и сама не может понять, потому что вроде как решила больше доверят Драко и нормально поговорить с ним. 

- Да, все хорошо, помимо моей головной боли. Думаю сегодня зайти к мадам Помфри за зельем, - соврала, улыбнувшись уголками сухих губ, так и решившись рассказать правду друзьям

- У меня в прошлом году было также, оказалось, что стоило спать чуть больше 3 часов за ночь, - пожала плечами Панси, легко поверив словам гриффиндорки, Блейз промолчал,, да и в общем, Гермиона редко с ним общалась, но он всегда был рядом и был готов помочь, а Гарри смотрел на неё с подозрением и непониманием, Рон же даже не удосужился отвлечься от поедания последнего куска пирога.

– Извините, но, я наверно, пойду, нужно дописать доклад по защите от темных искусств и сходить к мадам Помфри, – встав из-за стола, устало произнесла девушка, надевая джинсовую куртку и окутывая бордово-золотой шарф с эмблемой Хогвартса вокруг шеи.

– Мы же собирались отдохнуть сегодня, – проныла Панси у которой на этот день были огромные планы, глядя на гриффиндорку с обидой в глазах и надутыми губами.

– Подожди, когда хотя бы закончиться дождь, Герм, – вмешался Гарри, переживая за девушку больше, чем она за себя.

– Всё нормально, правда, извините, что так вышло. – ответила виновато. Честно сказать она не помнила, когда они нормально проводили время все вместе и это заставляло грустить. Гермиона отдалилась от друзей за это лето, да и письма писала им изредко, пока они тем временем заваливали её ими, делясь тем, что происходит в их жизни и внутри Гермионы всё трепетали, когда она, сидя на берегу моря вечером, читала письма, пропитанные искренними чувствами и эмоциями. Они доверяли ей всё, пока она писала им сухие слова без каких-либо подробностей, потому что даже их с Драко отдых был странным, они ссорились, мирились, дурачились, проводили ночи друг с другом, разговаривая обо всём на свете, но стоило им вернуться в Хогвартс – Драко стал таким же отстранённым и закрытым. – Хорошо вам отдохнуть, – добавила, коротко обняв Панси и Гарри и махнув рукой Рону и Блейзу, который сейчас о чём-то думал, нахмурив темные брови и сосредоточив взгляд в одной точке.

– Не волнуйтесь, я воспользуюсь заклинанием, чтобы не промокнуть и не заболеть, – добавила она уже у входа, обращаясь скорее к Гарри, который прожигал её взглядом, нежели ко всем.

Едва девушка вышла на улицу произнесла согревающее и непромокаемое заклинания, направляясь в Хогвартс.

***
Пока гриффиндорка добиралась до школы, думала о том, как начать разговор с Драко и как не сделать всё хуже, но она и предположить не могла, что увидит, найдя Малфоя.

Войдя в Хогвартс, девушка шумно выдохнула, идя по пустому коридору, но как только она завернула вправо, направляясь в гостиную старост, наткнулась взглядом на парня, который сидел на подоконнике, глядя в огромное окно.

– Привет, – на миг ей стало жаль парня, которым она вчера столкнулась около библиотеке, потому что ей сначала показалось, что у него явно не мало друзей, но глядя на него сейчас: грустного и одинокого, она поняла, что скорее всего его широкая улыбка – защита от всего мира, чтобы никто не узнал его истинные чувства и эмоции.

Парень обернулся на её голос, удивлённо вскидывая брови.

– Здравствуй, Миона, – ответил хрипло. То, как он назвал её заставило напрячься, потому что так её называли только родители и сердце больно кольнуло от этого, но ей понравилось, как это звучало из его уст.

– Я Гермиона, – всё-таки подправила она его.

– Мне больше нравится Миона, – пожал он плечами, – Думаю ты сложила два и два и поняла, что моя улыбка и дружелюбия – маска, но даже она не помогает мне. Никто не желает иметь ничего общего с человеком, чьи родители осуждены на пожизненное в Азкабане. – усмехнулся грустно и девушка увидела в его глазах уже нескрываемую боль.

– Зачем ты рассказываешь это мне? – спросила девушка, искренне не понимая, чего хочет от неё парень.

– Разве непонятно? Я сижу один в коридоре, пока все развлекаются в этот выходной, меня все остерегаются, думают, что я пойду по стопам родителей. Думаю, ты скоро будешь на их стороне, – ответил он, заглядывая ей в глаза, но почему-то девушке показалось, будто он заглянул ей в душу, вышибая воздух из лёгких.

– Я не сужу людей по поступкам их родителей, даже не узнав их, – слова прозвучали резко и даже грубо.

– Ох, боюсь, ты лично убьешь меня, когда узнаешь правду.

Гермиона нахмурила брови, слова парня настораживали, теперь он казался ей ещё более странным, чем когда улыбался и светился от счастья.

– Извини, мне пора. – сказала поспешно, вспомнив цель за которой свернула в сторону гостиной старост, где не была с прошлого учебного года. Это место хранило слишком много воспоминаний, боли, обид, ненависти и страсти.

– До встречи, вечно спешащая девушка.

И Гермиона быстро удалилась из коридора, чувствуя на своей спине пронзительный взгляд голубых глаз.

Почти поднявшись наверх, девушка услышала голоса и замерла на ступенях.

– Ты пожалеешь о своих словах, щенок. – раздался грубый голос, от которого мурашки побежали по коже.

– Я больше не твоя шавка, отец, я буду бороться за то, что люблю, – холодный спокойный голос, в котором Герм сразу же узнала Малфоя и затаила дыхание, а в голове раз за разом прокручивались его слова.

– Ты выбрал не ту сторону, сын и скоро поймёшь, почему, – Люциус хмыкнул и Гермиона, даже не видя его лица представила гадкую ухмылку на аристократическом лице.

Мгновение и окно с грохотом отворилось и Люциус черной тенью вылетел из него, оставляя после себя порыв ледяного ветра и метку пожирателей смерти в виде дымки, и окно также с грохотом захлопнулось.

Грейнджер вдохнула полной грудью, обретая возможность дышать и сделала последние шаги, выходя из своего укрытия.

– Гермиона?  – вскинул брови Малфой, который выглядел даже хуже, чем вчера, но это мог заметить только тот, кто знает его, как самого себя.

Пусть на нем официальный костюм с изумрудными каемками, серая рубашка и в целом безупречный внешний вид, но глаза выдают усталость, измотанность и внутреннюю борьбу.

– Прости меня за эти глупые ссоры на пустом месте, не понимаю, что на меня нашло. – начала Гермиона, встав напротив слизеринца на расстоянии вытянутой руки.  – Я верю тебе. – она прильнула к его телу,  крепко обнимая  и вдыхая запах дорогого одеколона, кофе и сигаретного дыма.

Драко устало выдохнул, обнимая девушку в ответ и зарываясь носом в каштановые волосы и вдыхая запах старых книг и выпечки, который заставлял чувствовать тепло, уют  и спокойствие, а за окном тем временем стучал дождь, а порывистый ветер срывал пожелтевшие листья с деревьев.