./не могу поверить
Марк выскочил вперед, обнял меня и пропел с южным акцентом: «Чув- а-а-к, ты все неправильно п-о-о-н-я-я-л!».
Отстранившись от его объятий, я сказал:
– Ок, тогда объясни, чтобы правильно понял.
– Хью разработал алгоритмы релевантных поисков, используя метаинформацию файлов, паттерны поведения пользователя и его интересы. Самый простой пример: если ты ищешь «Отель Калифорния», то тебе предлагают также и «Десперадо», так как это песня той же группы, и «Лестницу в небо», так как эта песня тоже относится к классике рока.
– То есть у нас все в силе? Вернее, мы тебе интересны?
– Да, конечно, я просто хотел переговорить с Хью перед разговором с вами.
Я смотрел на него с недоверием.
– Да ладно, прекрати эту ерунду. Я ждал работы именно с тобой и с твоим проектом.
– Так ты хочешь увидеть, что мы уже сделали? – спросил я.
– Конечно! За тем и приехал!
Мы показали Марку процесс заливки видео и ответили на все его технические вопросы. Он обвел нас взглядом и сказал:
– Каждый в этой комнате станет мульти. Хью уточнил:
– Мульти?
– Да, мультимиллионером.
Шмаги, глядя на Марка с нескрываемой враждебностью, заявил:
– Все это ерунда, мы уже слышали эти обещания. Если хочешь инвестировать, то давай по существу, с цифрами, и чтобы все потом было на бумаге! Или мы будем говорить с другими людьми. О нас в Долине уже знают.
О нас в Долине никто не знал, кроме подружек Джессики из стрип-клуба. Но Шмаги сказал это так убедительно, что поверил даже я.
Марк заговорил даже убедительнее:
– Да! Все будет на бумаге. Мы просто должны поделить доли и договориться об оценке компании. Свою долю я оплачу деньгами. Хью тоже будет в деле.
Шмаги аж подпрыгнул:
– С какого фига Хью? Это мы все сделали. Хью нам не нужен.
– Нужен, нужен! Ты не понимаешь! Интернет развивается такими темпами, что мы тонем в данных. С другой стороны, сейчас наступило время персонализации. Поэтому персонализированный релевантный поиск по большим объемам данных – это одна из самых приоритетных вещей. А Хью написал алгоритмы именно для этого, и у него уже есть весь код. Осталось подкрутить код под видео сервис – и вуаля! Кроме того, Хью много лет проработал архитектором в самых известных компаниях Долины.
Я сказал:
– Мы должны подумать. У нас больших данных пока нет. Мы даже еще не знаем, что будем дальше делать с проектом. Я ничего против Хью не имею, но мы должны понимать, зачем он нам нужен и какую долю ему дать.
– Дайте ему пять процентов. Себе со Шмаги возьмите по пятнадцать, Игорю – пять, еще тридцать для будущих работников. Следовательно, мои – тридцать процентов. Я даю тридцать тысяч долларов при оценке компании в сто тысяч.
Марк вдруг хлопнул себя по лбу:
– Совсем забыл, мы же еду привезли. Роман, помоги мне!
Только мы вышли за дверь, Марк остановил меня и сказал:
– Хью будет моим человеком в этой компании. Иначе никакого финансирования не будет. Все понятно?
Этот тон взбесил меня:
– Марк, не знаю, в какую игру ты играешь, но я как бы потерял к тебе доверие.
– Роман, ты сейчас делаешь полную фигню со своей жизнью. – Даже так?
– Даже так. Весь мир – театр, а люди в нем актеры.
– И что?
– А то, что я приготовил для тебя отличную пьесу. Ее сюжет выглядит так: Хью работает в Дот Лав, я обеспечиваю финансирование, мы поднимаем бизнес, и ты становишься богатым. Так ок или?
– Давай посмотрим на контракт.
Мы вернулись в дом.
Шмаги, красный как рак, ходил по кухне из угла в угол, и я почувствовал, что сейчас или Марк, или Хью получат тяжкие телесные. Я вывел Шмаги на улицу.
– Если сорвешься, то, во-первых, сядешь, а, во-вторых, нам больше никто никогда не даст денег. Сам решай.
Тут лицо его расцвело и замаслилось:
– Нужно у Соньки телефончик взять. Такие жопки на дороге не валяются!
– Какой же ты мудак, Шмаги!
Мы обнялись.