Один на один.
Я вздрогнула, когда Эрбос лениво поднялся со своего места и, подойдя ближе, взял мою руку, рассматривая на ней кольцо подаренное Дорном. В его глазах сверкнула какая-то неприятная эмоция, которую я не успела разобрать, а затем феец обратился к моему опекуну.
— Оставь нас.
Эндрюс хоть и оторопел на секунду от такой просьбы, но перечить не стал, даже не смотря на мой умоляющий взгляд, адресованный ему, братец встал и направился к выходу. Больше всего на свете мне не хотелось оставаться наедине с Эрбосом. С Самюэлем… Напомнила я себе, от чего дышать стало ещё тяжелее.
— Если захотите побеседовать и обсудить детали предстоящей свадьбы, я буду ждать в своем кабинете, наверху, — сказал он быстро и так же незамедлительно удалился.
Эрбос все ещё держал моё запястье, крепко обхватив его своей большой мужской рукой и проводив взглядом нерадивого братца, снова вернул свое внимание ко мне. Как только дверь закрылась, я сразу дернулась в попытке забрать руку из его хватки. Но не тут-то было, феец лишь ухмыльнулся на мою реакцию, а затем, обхватив кольцо пальцами, снял его и бросил в пустую декоративную вазу, что стояла на соседнем столике между креслами. Оно со звоном, ударяясь о стенки хрустальной поверхности, упало на дно сосуда, в принципе, как и моя жизнь. Потом он, все ещё молча, достал из кармана брюк другое кольцо и надел его на мой, все тот же значимый палец.
— Дорн вскоре должен явиться. Будет скандал, — предупредила, опустив глаза, не в силах даже поднять их на стоящего передо мной мужчину.
— Не волнуйся, мотылёк, не явится, — проговорил он, наконец, выпуская мою руку, от чего я сразу спрятала ее, прижав к себе, даже не рассмотрев кольца.
С удивлением и страхом я резко посмотрела на Эрбоса. Не мог же он ему навредить? Откуда он вообще мог узнать, кто тот самый мужчина, который уже сделал мне предложение?
— Я встретил твоего бывшего жениха по пути сюда и сразу догадался, для чего этот молодой человек направляется к твоему опекуну. Приказал ему больше не приближаться ни к тебе, ни к поместью твоего брата. Ты должна знать, что ослушаться меня он не имеет никакого права, — ответил Эрбос на мой мысленный вопрос, будто знал, о чем думаю в этот момент.
Я не стала спрашивать, какова была реакция друга, ее практически увидела в мыслях словно наяву. От этого в сердце больно кольнуло. Наверняка Дорн в полном недоумении и очень расстроился. Феец, тем временем, сел обратно в кресло и стал рассматривать меня без тени смущения. В пространстве повисла тишина, разбавляемая лишь тихим тиканьем больших напольных часов.
— Зачем вам это, Эрбос? – уже более дружелюбно, даже с надеждой, спросила, в попытке понять мотивы мужчины. Возможно, есть ещё шанс с ним договориться.
— Если это задетая гордость, то уверяю, я усвоила урок сполна, не стоит ради этого наказывать и себя. Ведь судя по вашему первому предложению, женитьба – это не то, чего вы желаете от меня получить. Более того, уверена в том, что даже избегаете ее в целом.
Инквизитор сидел расслаблено и с игривым интересом наблюдал за моими очевидными попытками отговорить его от намерения жениться на мне.
— Какая же вы интересная девушка, мисс Аддерли. Другая девушка на вашем месте прыгала бы от счастья, получив такое выгодное предложение. Но не вы. Склоняюсь к тому, что поэтому я и захотел получить именно вас в жёны. Ведь вы и сами говорили: «запретный плод сладок».
Я осуждающе покачала головой. Меня не желали слышать.
— Я не люблю властных мужчин, не люблю, когда на меня давят и указывают. Вы же олицетворение власти и управления. Уверяю, наш брак не подарит нам ни капли счастья. Я та, кто всегда выскажет мнение дерзко, неподобающе, да ещё и всегда поступаю прямо противоположно тому, чего от меня требуют. Вы совершаете большую ошибку и обязательно о ней пожалеете, — продолжила убеждать упрямого фейца, ведь это был единственный вариант избежать брака с ним.
Эрбос даже тихо засмеялся от моего потока слов, которым пыталась очернить саму себя. Затем он поднялся и прошел к моему креслу, становясь ровно позади. Казалось, за спиной был не мужчина, а хищник, который только и ждёт удачного момента, чтобы наброситься. Спина распрямилась ещё сильнее, будто незримые струны в ней натянулись до предела. Внезапно, на своих плечах, я ощутила руки моего лесного незнакомца. Ныне – будущего мужа. Прикосновение было аккуратным и нежным, совсем непохожим на характер Эрбоса. Он склонился и прошептал мне на самое ухо.
— Не для разговоров я решил жениться на тебе, Миллиора, хоть в них ты тоже призабавнейшее и милое создание. Но что поделать, нужно держать свое слово. Не вышло догнать и сделать тебя своей любовницей, так тому и быть, будешь моей женой. Это даже лучше, не нужно будет скрываться.
Руки Эрбоса стали спускаться ниже, медленно поглаживая плечи, затем ключицы. Среагировав мгновенно, пока длинные пальцы ещё не коснулись оголенной части моей груди, я резко дернулась, чтобы встать. Но этому не суждено было случиться, мужчина резко усадил меня на прежнее место, обхватывая снова за плечи. Страх мгновенно разлился по моему телу, порождая мелкую дрожь.
— А по поводу непокорного характера…— вкрадчиво проговорил инквизитор, — Поверь, лучше тебе не переходить границ. Если сейчас меня забавляет твоя некоторая строптивость, то позже, если ты решишь сделать нечто, что меня сильно разозлит, я могу прибегнуть к мерам воспитания.
Волна возмущения, даже, несмотря на страх, заставила задать интересующий вопрос.
— Любишь бить маленьких, хрупких девушек, Эрбос?
Кажется, голос мой дрогнул, страх перед полукровным фейри усилился вдвое, хоть и старалась этого не показывать. Вдруг Эрбос являлся одним из тех жестоких мужчин, которые ради забавы избивают своих жён? Об этом я сразу не подумала, но теперь стало совсем нерадостно. Среди фейцев действительно было частым случаем даже до смерти забить человеческую жену. Такие эксцессы всегда тщательно заминались законниками, но все знали, что они есть и их много. Где нет наказания, там всегда процветает вседозволенность, а фейри редко подвергались справедливому суду. Их выгораживали, покрывали и даже при доказательстве полной виновности быстро отпускали. Мужские руки сжались на моих плечах и замерли, словно окаменев.
— Есть и другие способы наказаний, гораздо более болезненные, чем физическое истязание. Но ни того, ни другого я не планирую применять в отношении тебя, — серьезно сказал Эрбос, настроение его резко изменилось при этом. – Пойдем, прогуляемся, моя милая невеста, похоже, тебе станет лучше на свежем воздухе. Даже не видя твоего лица, могу сказать, что этот наряд медленно лишает тебя жизни.
Я слышала о том, что фейри способны распознавать изменения в состоянии всех живых существ, даже забирать жизнь, чтобы продлить ее себе или кому-то другому, но всегда сомневалась в этом. Теперь же понимала, слухи возможно не так и лживы. Эрбос обошёл кресло и подал мне руку, приняв помощь, я встала и пошла за ним. Выйти на свежий воздух и правда представлялось спасением, тем более, что в отцовском поместье был шикарный сад, в нем мне непременно станет лучше, как физически, так и морально.
— Почему ты так противишься мне, Миллиора? – вдруг спросил мой спутник, в голосе его звучал искренний интерес.
Я вдохнула приятный свежий воздух, наполненный ароматом цветущего сада. Корсет всё ещё слишком сковывал мою грудную клетку и талию, но на улице мне стало действительно лучше.
— Боюсь, если я отвечу правдиво, то уже к вечеру меня могут повесить, особенно если учесть, кому я это скажу.
Эрбос улыбнулся и, перехватив мою руку, уложил ее на сгиб своего локтя. Мы медленно двинулись по каменной дорожке в недры большого сада моего покойного отца.
— Я никому не скажу о том, что услышал, обещаю.
Теперь пришла пора улыбаться мне, но я даже тихо засмеялась. Было смешно слышать такие слова от самого представителя закона. Да и в целом меня, кажется, накрывала истерика от нервного перенапряжения пережитого недавно, внутри по-прежнему жил страх и печаль. Ведь если бы не этот упертый феец, то все для меня сложилось бы в этот день максимально благоприятно. С Дорном меня не ожидало полного раскрытия, подозреваю, что даже если бы он стал свидетелем моих способностей, то принял бы и это.
— Ну, если обещаешь, дорогой мой жених, — выделила я последнее слово особенно сильно, — тогда постараюсь ответить тактично. Я не могу принять твое происхождение, не говоря уже о том, что ты бывший инквизитор. Даже более того, королевский исполнитель множественных казней ни в чем не повинных людей… Я вообще должна тебя ненавидеть.
Слова слетели с языка, и я сама кое-что осознала. Ведь я и, правда, странным образом не испытывала ненависти к Эрбосу. Страх – да, опасение, иногда раздражение, но никак не ненависть.
— Серьезная проблема, согласен. Но думаю, что я никак не хочу отступать от своего намерения жениться на тебе, — улыбнулся он, словно мои доводы не прозвучали для него новостью.
Мы прошли по каменной тропе до самого пруда, который окружали ивы, склонившиеся своими длинными гибкими ветвями над поверхностью воды и даже частично погружаясь в нее. Эрбос остановился и встал сразу напротив меня, похоже, по моему лицу ясно читалась та мука, что вызвали его слова, ведь я все ещё надеялась с ним договориться. Сейчас он был особенно мягок и обходителен, этим непременно нужно было воспользоваться. Я сделала шаг навстречу мужчине, сокращая нашу дистанцию.
— Эрбос, а что если возобновить условия нашего прежнего договора? Что если я согласилась бы? Ведь уверена, получив свое, скоро тебе наскучит со мной возиться. Во мне сошлись воедино все недостатки, какими только может обладать девушка… Я дерзкая, остра на язык и совершенно не умею слушаться. Наш брак не сделает вас счастливым. Одумайтесь, Эрбос.
Он склонился низко к моему лицу, казалось, скоро поцелует. Но неожиданно сместился правее и прошептал на ухо слова, которые током пронеслись по телу:
— Ещё как сделает, мотылёк. Я тебе это докажу...
Реакция была мгновенной. Я резко отступила на два шага, злясь на свою же слабость перед могуществом этого человека. Хотела было возразить, но слова эти превратились в пепел ещё прежде, чем коснулись кончика языка.
— Достаточно, — строго сказал феец, перебивая меня и вновь возвращая себе былую суровость, — Уверен, ты сможешь смириться. Сейчас мы с твоим опекуном обсудим, где и когда состоится свадьба, предпочту тихую церемонию, тем более что уверен — ты способна подкинуть мне ещё не один сюрприз.
На этих словах я замерла, наверняка Эрбос имел в виду, что ожидает от меня новых попыток избежать брака, тем более, замечая как я дико от него шарахаюсь при малейшей попытке сближения, но я знала о своих так называемых настоящих «сюрпризах» и поэтому насторожилась от страха.
— На время ты переедешь назад к своему сводному брату и мачехе, они присмотрят за тобой до свадьбы.
— Нет! Нет! Эрбос, только не это! – вцепилась в его руку с таким животным ужасом, какого не ожидала даже сама от себя, — Я буду очень ждать нашей свадьбы, ты можешь проведывать меня хоть каждый день. Только прошу, не проси жить с Эндрюсом. Я готова на любые твои условия и буду примером покладистости.
Мужчина сразу среагировал, обхватив мои руки своими, а затем взглянул с подозрением на окна дома.
— Мы с моими родственниками, мягко говоря, недолюбливаем друг друга, не обрекай меня на такие мучения, — проговорила быстро, пытаясь скрыть постыдное прошлое.
Вспоминать о поползновениях сводного брата, было невыносимо даже сейчас. А представить себя живущей с ним под одной крышей, так и подавно. Я до ужаса боялась, что однажды у Эндрюса окончательно развяжутся руки, ведь в случае чего, я даже не смогу ничего поделать, у него на меня был надёжный компромат. Да и обратиться к закону после изнасилования я бы не смогла, всплыл бы тот самый факт моего обмана, а за ним и моя же вина. Благо жестокий братец пока до этого не додумался.