О Тоске
Сны все ещё пугают. Издеваются, смеются надо мной, изводят душу и мучат тело. Но не тем, чем раньше: не холодом сырых подземелий, не горящими во тьме глазами свирепых чудовищ, не бесконечными смертями, и даже не ужасами пыток, боль от которых преследует меня и после пробуждения - все это причиняет дискомфорт не более, чем одну ночь и один день. О нет, пытка сном у Морфея стала изощрённее. Тянущееся теперь по неделям послевкусие очередного кошмара высасывает силы будто незаметно. Подменяет реальность. Переплетение реальности и вымысла заставляет порой сердце пропустить удар. И ещё. И снова болезненно восстановить ритм, угнетая дыхание. Колени перестанут держать, а потревоженное сердце защемит злая Тоска и не отпустит до самой ночи.
***
Я и забыла, что так любила вплетать вымыслы в реальную жизнь. Забыла, что желания свои воплощала сиюминутно. Никогда не умела терпеть и добиваться, и если мне хотелось стать королевой, я была ей, пока не наскучит. Могла отрастить себе хвост и плавать, где вздумается. Хотела воевать - воевала. Хотела нежности и искренней любви - звала с небес своего героя. Своими охранниками делала монстров, притаившихся во тьме пугающими тенями. Лишь летать не могла.
Мне не нужно было общество живых людей. Книги, чаты и сериалы давали достаточно материала для расширения моей воображаемой Империи. Я не сбегала туда от боли и одиночества. Я там жила. Редких школьных друзей я приводила в свой мир, выделяла отдельный уголок. Наделяла их властью в моем мире.
Как все изменилось. Больше года я держала ворота Империи закрытыми, разрешая себе лишь иногда встретиться со старыми друзьями, подышать прохладой воображаемого мира да подсмотреть через щёлочку в стене на бывшую когда-то моей жизнь.
За это время я потеряла ключ от ворот, забыла об охране, о верных спутниках, о вечной любви, о свежести ветров и бескрайности собственных владений, отвыкла от безнаказанности и безграничной власти.
Видимо, именно там я заперла свое сердце. Чтобы сберечь. Там безопаснее. Или же я надеялась вернуться за ним... Когда-нибудь.
И не было до него никому никакого дела. И мне тоже.
***
Извне до сердца не добраться. Мне и самой путь к нему закрыт.
Четыре года прошло.
Кто знал, что удар придет изнутри? Кто знал, что неприступные чертоги - чехол для сердца - могут развалиться от землетрясения, вызванного учащенным биением своего же содержимого?
Через щели в воротах, через повреждения в стене хлынули в реальную жизнь призраки детских надежд и мечтаний, неизбежно столкнувшись со вбитыми в меня кольями обстоятельств, собственной слабости и нежелания.
Что могут эти призраки сделать с глазами, разучившимися видеть чудеса? Как им заявить о себе?
Когда зрение становится бесполезным, когда глаза смыкаются в надежде на отдых для кипящего мозга, когда остаются лишь чувства - вот тогда поток бессильных в дневное время привидений врывается в сознание, потревоженное сердцем. И понять бы днём, что именно не так с дыханием и сердцебиением при взгляде на все более желанные очертания, но не до того. И лишь ночь открывает правду. Под тяжёлые стуки сердца, как под единовременные удары тысячи барабанов, вооруженные обостренными нервными окончаниями, обутые в берцы с колючей проволокой на подошве, наполненные едким желанием заставить вспомнить все, вышагивают мои призраки. От сердца идут, расползаются во все стороны. Вот сдавили горло, перекрыли ток воздуха. Вот набились в живот и ноги, выпуская маленьких ежей кататься по всему телу. Вот обрубили нити нервов, лишив пальцы на руках и ногах чувствительности. И от самого сердца, переполненного лавой до такой степени, что кажется - вот-вот порвётся, распространяется пожар.
Все больнее ему биться, все тяжелее. Пульс мучительно сжимает конечности, постепенно превращая меня саму в одно большое сердце.
А глаза помнят день. И те самые черты, тот взгляд, та манера причинять боль - все это становится будто частью тяжёлой пульсации. Выжигает в сознании лживые воспоминания. Подменяет реальность.
***
А я и не помню толком ничего, просыпаясь на пике боли. Ощущаю ещё долго ту пульсацию.
Лишь днём приходится раз за разом себе напоминать, что все - лишь сон. Что нужно быть как прежде. Что ничего не изменилось. Такие милые черты не стали ближе.
После - ночь без сна. Уснуть страшно.
Нужно. Иначе не выжить днём. Сознание нужно погасить. Тянешь до последнего, до невыносимости ожидания - и пускаешь в небытие, будто пулю в висок.
И так неделю.
Днём ни на секунду, пока Он рядом, не давать себе расслабиться. Ночью лежать и сотрясаться от ужаса ожидания неминуемой бури.
И вот... Сил нет. Усталая тьма наваливается на сознание. Даёт долгожданный покой.
***
Все проходит. Армии призраков все так же совершают набеги, но как-то лениво.
Лишь тянет где-то в груди, веет холодом.
Утром Его нет рядом. Ноет сердце.
"Я соскучился по тебе уже.." - ох... Он явно заодно с призраками. Кто пишет такие сообщения тем, кого не любит? Не важно.
" Я тоже скучаю. Никита как причина тоски по утрам и грусти в течение дня".
***
Ну и дура.