ГЛАВА 33. Шепот правды
После того разговора с Аленой мир для меня перестал существовать. Заперевшись в своей комнате, я не хотела никого видеть, ни с кем разговаривать. Каждое утро я просыпалась с тяжелым сердцем и тоской в душе. Каждая ночь заканчивалась слезами и болью.
Бабушка пыталась меня утешить, но я не слушала ее слов. И не верила больше никому. Мне казалось, что весь мир обманывает меня, что любовь — это всего лишь ложь, а счастье — иллюзия.
Дни тянулись медленно и мучительно. Я не выходила из дома, не отвечала на звонки, не читала книги. Просто лежала в кровати, глядя в потолок, вспоминая все те счастливые моменты, которые мы провели с Димой. И каждое воспоминание причиняло мне невыносимую боль.
Ночами я плакала в подушку, пытаясь заглушить рыдания, чтобы бабушка не услышала. Я ненавидела себя за то, что так слепо поверила ему, за то, что открыла ему свое сердце, за то, что позволила ему разрушить свою жизнь.
В один из таких тоскливых вечеров, когда слезы уже почти высохли на моих щеках, я услышала тихий стук в окно. Сначала я не обратила на него внимания, думая, что мне показалось. Но стук повторился, настойчивее и громче.
С неохотой поднявшись с кровати, я подошла к окну и выглянула на улицу. Там стояла Катя.
Я открыла окно и впустила ее в комнату. Она посмотрела на меня с сочувствием и обняла.
— Насть, я знаю, что тебе сейчас плохо, — сказала она. — Но ты должна меня выслушать.
Я молча кивнула, не зная, чего ожидать.Катя села на край моей кровати и начала рассказывать.
— Я случайно слышала разговор между Димой и Аленой, — произнесла она. — Я знаю, что ты сейчас в замешательстве, но я уверена, что он действительно тебя любит.
— Не говори ерунды, Кать. Алена сказала, что это был спор. Он играл со мной!
— Нет, Насть. Я своими ушами слышала, как Дима кричал на Алену. Он говорил, что по-настоящему влюбился в тебя. Он был в ярости, он был готов ее убить. Я никогда не видела его таким.
Я молчала, пытаясь переварить ее слова. Часть меня хотела поверить ей, но другая часть боялась снова обмануться.
— Алена призналась ему в любви, пыталась его поцеловать, но он оттолкнул ее и сказал, что никогда ее не любил, — продолжала Катя. — Он сказал, что возненавидит ее навеки, если она еще раз приблизится к нему или к тебе. Он вычеркнул ее из своей жизни.
— Но зачем тогда этот спор? спросила я, чувствуя, как во мне зарождается слабая надежда.
— Я не знаю, Насть, — ответила Катя. — Но я уверена, что Дима сожалеет об этом. Он очень сильно тебя любит. Я вижу это в его глазах, когда он смотрит на тебя.
Она взяла меня за руку.
— Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы все обдумать. Но не отвергай его сразу. Дай ему шанс объяснить тебе все. Выслушай его. И тогда прими решение.
Я посмотрела на Катю. В ее глазах я увидела искренность и сочувствие. Я знала, что она говорит правду.
— Спасибо, Катя, — прошептала я. — Спасибо, что пришла. Я подумаю над твоими словами.
Она обняла меня еще раз.
— Все будет хорошо, Настенька. Ты сильная. Ты справишься.
Катя ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. Ее слова посеяли в моей душе семена сомнения. Может быть, все не так, как я думала? Может быть, Дима действительно меня любит? Может быть, я поторопилась с выводами?
Я не знала, что делать. Я все еще чувствовала боль и обиду, но теперь к ним добавилась и надежда. Надежда на то, что все можно исправить.
Я решила, что мне нужно время, чтобы все обдумать, чтобы разобраться в своих чувствах. И мне нужно время, чтобы решить, что делать дальше.
Я легла в кровать и закрыла глаза. Впервые за последние несколько дней я заснула без слез. В моей душе появилась слабая надежда, что все еще может наладиться. Но для этого мне нужно было время. Время подумать, решить, простить. Или забыть.