ИГРА В ПРЯТКИ
Дэймос Кеннинг Блэйд Вива
Терра Арссе. Санторин-Авенир
♫ Onsra - Denis Stelmakh
В Терра Вива снег, скорее всего, начался сразу же после того, как я улетел. Весь вечер, следующую за ним ночь, проведенную в холодном лесу, и новый день, полные снега темно-серые тучи гнались за мной и Вири, настойчиво пытаясь увязаться следом. Ветер подхлестывал их, словно огромных неутомимых лошадей, и они мчались по небу, ни на мгновение не останавливая бег.
К счастью, драконесса могла посоревноваться в скорости с любой лошадью, не оставляя шансов даже къярдам. Поэтому непогода нагнала нас лишь после полудня следующего дня. Где-то в окрестностях Руатана первые снежинки посыпались на плечи, забрались в ворот плаща, предприняли настойчивые попытки забраться в нос и рот, заставив недовольно отплевываться.
— Приземлись на окраине Санторина, там есть таверна, в которой можно переждать непогоду, — ворчливо попросил я, поднимая воротник, чтобы спрятать от ветра успевшее намокнуть лицо.
Драконесса, которой метель была ни по чем, фыркнула:
«Кто бы мог подумать, что драконоборцы такие нежные ссоздания. Ессли посстаратьсся, птенчик, мы можем усспеть в Авенир к ночи».
Я тоже раньше не подозревал о том, что драконы такие ехидные и язвительные. Всё приходит с опытом. Отозвался беззлобно:
— Не стоит строго судить того, у кого нет непробиваемой чешуи за малодушное желание поспать на мягкой кровати и выпить чего-нибудь согревающего.
Это было не единственной причиной желания остановиться и дать самому себе передышку. На самом деле, мне не очень-то нравился план Вири: уговорить незнакомого мага лететь со мной в Лимерию. Я никогда не умел уговаривать, к тому же магов интуитивно терпеть не мог. И где гарантия, что этот Регулус захочет мне помогать?
Однако иного плана не имелось. А морское путешествие в Лимерию без Вири, особенно зимой, слишком затянется. Да и вероятность того, что враги не заметят судно, едва оно появится на горизонте, являлась нулевой. Выбор был: либо лететь в Лимерию на условиях Гхарвириэль, либо отказаться от этой затеи вовсе.
Второй вариант не желал даже рассматривать. До тех пор, пока не узнаю, что задумал Серпент, не смогу спокойно уснуть. И чувствовать себя законным королем Терра Вива не сумею.
Пока где-то под нами мелькали заснеженные арссийские равнины, у меня было время подумать. Но хорошего плана в голове так и не появилось: ветер выдувал мысли из головы, оставляя приятную пустоту и отстраненность. Бездумно глядя вперед на чешуйчатую драконью шею, сравнимую по толщине со стволом векового дуба, я просто наслаждался полетом, хоть и не самым комфортным.
Слишком резко моя жизнь изменилась. Как только я в первый день зимы поднял меч на арссийской площади, а Вири из двух драконоборцев выбрала именно меня, судьба развернулась, как ржавый флюгер на дворцовой крыше. Путь от неугодного правителю бастарда в короли оказался слишком коротким и внезапным, чтобы к этому можно было быстро привыкнуть. Удержать свалившуюся ответственность и власть в королевстве, одновременно с моей коронацией втянутом в войну.
Почему-то Серпент виделся первопричиной всех свалившихся на королевство проблем и бед. Разберись я с его монаршими амбициями - и с Лимерией, возможно, удастся договориться мирно.
«Сслушай, птенчик, — отвлекла драконесса от мрачных мыслей. - Кажетсся сстоянка в таверне отменяетсся».
Сначала я ощутил в ее тоне мрачное удовлетворение, и лишь потом разглядел обгорелый остов таверны на окраине Санторина, в которой только что предвкушал горячий ужин и мягкую постель. Здание выгорело дотла, причем совсем недавно. От развалин всё ещё тянулись вверх ниточки дыма.
Не боясь быть замеченной в снежных сумерках Вири летела низко и ветер донес запах гари даже до меня.
— Их повар всегда мясо пережаривал, — грустно усмехнулся я, понимая, что в другую таверну по улицам города в метель уже не поплетусь. — Из-за него даже название с «Хвоста трески» на «Тлеющие угли» поменяли. Кажется, зря. Повар это воспринял как руководство к действию.
Снег ещё не успел засыпать разрушенный трактир, но к утру он будет представлять собой лишь белый холм, коим останется до самой весны.
«Здаетсся мне, что это не повар, а твоя знакомая магичка осставляет за ссобой такой эксстравагантный сслед».
Она, пожалуй, могла бы. Но не валить же теперь на нее все пожары обеих королевств? Интересно, драконесса умышленно формирует у меня негативное мнение о Пятой Следующей, считая ее непохдодящей партией? Или просто делится соображениями?
— Мне послышалось? Или ты завидуешь, Вири?
«Было бы чему. — Из продолговарых ноздрей при резком выдохе вырвались облачка пара. — Проссто чувсствую огненную магию чуть лучше других. Если ты помнишь, я даже ссумела поглотить ее часстичку при гибели одной чародейки».
Сжал кулаки на наростах, за которые держался, чтобы усидеть на драконьей спине. Огрызнулся, не видя причин скрывать от собеседницы испорченное настроение:
— Разве ты позволишь мне об этом забыть? Ведь именно благодаря этому неприятному случаю ты выбрала не того драконоборца, которого следовало.
Крылатая собеседница слишком многозначительно промолчала в ответ.
Не взглядываясь в темноту с изредка мелькающими внизу деревенскими огоньками, доверил Вири нести меня туда, куда она считала нужным. И всё же не мог не думать о противоречивости давно утвердившегося мнения считать драконов априори добром для Терра Вива. Даже после того, как Гхарвириэль, находясь в дурном расположении духа, едва не разрушила Нарог-Паллас, а не так давно чуть было не уничтожила Сарн Атрад. Слишком часто меня терзали сомнения в том, что наши с Вири интересы лежат в одной плоскости. Что если она вовсе не друг и защитник, а хитрый враг, умело маскирующий своим покровительством заботу о собственных интересах?
«Сснижуссь перед городсскими воротами, — предупредила драконесса, когда огней внизу стало значительно больше. — Незачем пугать месстных попуссту».
Авенир, будучи самым краем арссийских земель, слыл достаточно крупным городом. Здесь можно было встретить представителей любых фермерских промыслов от сладостей и корнеплодов до посуды и тканей.
Я откуда-то знал, что в Авенир славится полями и фермами. Что таверне «Три быка» подавали лучшую в обоих королевствах уху. Что напротив нее почти незаметная дверь в пекарню, где помимо ароматного и горячего хлеба можно купить глазированные орехи. Знал так хорошо, как-будто точно бывал здесь прежде, задерживаясь надолго. Но не помнил, когда именно.
— Давай лучше в город. — Поморщился, оценив собственное нежелание брести к городской стене по сугробам. — Не в том я сейчас настроении, чтобы дискутировать со стражей на тему того, что вивианцы им не враги.
«Мага ссейчас нет в Пятом замке, птенчик, но в городе – ессть. Кажетсся тебе придетсся его поисскать», — деловито заявила драконесса, снижаясь несмотря на мои протесты.
— Вири, ты издеваешься? Мне в такую погоду еще в прятки с ним играть? Давай как-нибудь без этого обойдемся? С чего ты вообще взяла, что он не в замке, а где-то еще?
Разметав в стороны снег взмахами огромных крыльев, драконесса с шелестом приземлилась. К счастью, недалеко от городских ворот.
«Чувсствую».
«Вот сама бы тогда и искала», — подумал я, но спорить не стал, вместо этого спустившись вниз по любезно подставленному кожистому крылу. Выругался, когда в сапоги и брюки забился снег из глубокого сугроба.
Но Вири, не испытывая никаких угрызений совести, снова поднялась в ночное небо, пообещав напоследок, что будет неподалеку. Растворилась в темноте и с каждой минутой усиливающемся снегопаде
Способность не ощущать понижение температуры успела восстановиться с момента освобождения из драконьей башни, но от того, что растаявший снег хлюпал в любимых охотничьих ботинках это никак не спасало, поэтому я старался шагать к городской стене как можно быстрее. Даже пару раз переместился в пространстве на десяток метров. На мое счастье, стражи этого не заметили.
Ворота оказались заперты, а со стены при приближении раскатистым басом прозвучало:
— Стой, кто идет!
В этот момент стало ясно, что я совершенно не продумал тактику собственного общения с авенирской стражей. Королям не пристало путешествовать в одиночку, тем более делать это в землях, не так давно считавшихся вражескими.
То, что теперь между Терра Вива и Терра Арссе союз ни для кого не секрет. Но нелюбовь народа к представителям инобережного королевства не исчезнет по щелчку пальцев и монаршему приказу. Пройдут годы, прежде, чем люди разучатся друг друга ненавидеть.
Стянул потуже капюшон плаща и крикнул, придав голосу праведного гнева:
— Мужики, ну кто так делает? Вы погоду видели? У меня по дороге волки лошадь схарчили, околею скоро от холода!
Довод подействовал. Дозорный крикнул страже что-то зычное и неразборчивое, а через минуту передо мной гостеприимно распахнулись авенирские ворота.
— Вечер добрый, путник, — поприветствовал меня один из хмурых стражей. Судя по ниточкам седины в кустистых бровях и пышных усах – самый старший из караула. — Откуда будешь?
— Из Онодрима, — с готовностью отозвался, успев придумать себе ложную биографию за ту минуту, что потребовалась на открытие ворот. Этот полезный навык я приобрел еще во время прошлого путешествия по арссийским землям. — Гонец я. Онодримский наместник меня к вашему с письмом отправил.
И с целью подтвердить сказанное достал из-за пазухи письмо, не имеющее к ни к одному из наместников никакого отношения. То самое, с воспоминаниями, что я написал самому себе. Отказываясь читать, всё же зачем-то таскал его с собой, потрепанное и мятое.
— А чего не голубем?
— Холодно для них. — пожал плечами и демонстративно поежился. — В метель могут и не долететь, а дело срочное.
Я убрал письмо обратно во внутренний карман, а взгляд стража стал оценивающим и внимательным. Усач не мог не заметить мой добротный дорожный плащ и тяжелый рюкзак из плотной кожи. Промокшие ботинки он, кажется, тоже оценил. К счастью, я оставил меч Вири. Дорогое артефактное оружие окончательно уменьшило бы мою схожесть с гонцом. Хотя, может, и не к счастью:
— Капюшон сними.
Зараза. На такое я не рассчитывал. Но выбора не было, а затягивание времени вызвало бы у гвардейцев лишние подозрения. Поэтому капюшон я все же снял, сделав это так буднично, словно светлые волосы в Терра Арссе давно стали обыденностью.
Почти минуту в помещении караульных стояла тишина. Я не мог не заметить, что пальцы двух стражей неосознанно потянулись к рукоятям мечей, сжав их, но пока не доставая из ножен.
Однако усач лишь недовольно прищурился:
— Вивианец?
— Метис, — отозвался с готовностью и дерзко задрал подбородок. — Это у вас здесь всё еще старые порядки, а ближе к столице нам теперь проще. Скрываться больше не нужно. И работать можно наравне с арссийцами.
Говорил доброжелательно и убедительно, придав тону оптимизма, которого на самом деле не ощущал. Мечи так и остались в ножнах. Возможно, никто из солдат не считал меня серьезным противником, но я справился бы с ними и без оружия. Тем не менее, конфликт был совершенно не нужен. Но, судя по всему, гвардейцы успели заскучать в караульной и не отказались бы от хорошей драки:
— Неужто в столицах метисам больше рожу начистить нельзя? — подал голос другой страж помоложе, один из тех, что все еще держал руку на эфесе. — Так может и хорошо, что мы не в столице...
— Оставь его, Кан, — оборвал его добродушный гвардеец со шрамом на щеке. — У меня племяш метис от таких как ты настрадался.
Они вступили в спор о том, зачем же сестре вступившегося за меня стража было путаться с вивианцем. Почувствовав, что ситуация может принять нехороший оборот, я снова обернулся к собеседнику:
— Мужики, пропустите уже, а? Мне бы наместнику письмо отдать, да в таверну уже, согреться?
— Дык нет наместника-то, — развел страж руками, с надетыми на них огромными меховыми рукавицами. И продолжил, повысив голос, чтобы заглушить спорщиков, дошедших до стадии выяснения того, чем содержимое штанов вивианцев отличается от того же у арссийцев: — Уехал он аккурат сегодня. И замок свой запечатал, чтоб не ходил туда никто.
Значит, Вири оказалась права в том, что в замке наместника нет. Но может она права и в том, что я сумею отыскать Регулуса в городе? Вздохнул с притворным сожалением:
— Жаль, — снова надел капюшон, чтобы меньше нервировать окружающих. — Пойду прямиком в таверну греться, а утром уеду восвояси несолоно хлебавши.
Гвардеец сомневался. Я почти слышал, как с гулом ворочаются мысли в его голове. Как качаются из стороны в сторону чаши весов между «пропустить» и «не пропустить».
— Ладно, Гхара с тобой, бывай! — наконец махнул он рукой, услышав к этому моменту новое «стой, кто идет», донесшееся со стены.
Спорящие успели помириться, сойдясь на том, что бабы дуры и думают не тем, чем нужно, а я торопливо закинул на плечо рюкзак и ушел, пока они не придумали новые вопросы, которые можно было бы мне задать.
Подобное отношение со стороны гвардейцев вызвало улыбку. Отрадно было, что слухи о мире между королевствами уже докатились до окраин. И если теперь светловолосым в Терра Арссе не придется страдать — я на верном пути.
Впереди возвышался над городом Пятый замок, словно огромная гора, пронзая острыми пиками башен чернильно-черное небо. Темные окна подтверждали, что гвардеец не солгал. Регулуса там не было. А искать в городе мага, внешности которого я не помнил, казалось бесполезной и глупой затеей.
Меня никогда не пугали задачи, кажущиеся с первого взгляда невыполнимыми, но для начала не помешало бы поесть, ведь на сытый желудок любые проблемы решаются сами собой, делая мир вокруг и людей в нем простыми и понятными.
Ноги будто бы сами знали дорогу к таверне, ведя меня какими-то утоптанными в снегу тропками, сокращая путь закоулками между домов, уводя к центру города, где несмотря на позднее время и метель еще встречались редкие прохожие. Прячась от холода и ветра, кутаясь в шубы и плащи, они торопились поскорее укрыться от непогоды.
Я уже мысленно прикидывал в голове меню таверны и заказывал что-нибудь мясное и дымящееся, размышлял, есть ли в таверне ванна или, на худой конец, бочка с горячей водой, и думал, согласится ли Вири, наконец, лететь в Лимерию, когда завтра утром я огорчу ее новостью о том, что упустил мага, которого она столь любезно определила мне в попутчики.
Однако в этот момент маг нашел меня сам. Или нам просто суждено было встретиться именно здесь. Его закутанный в темный плащ силуэт возвышался у кованой калитки одного из домов в самом центре города. Регулус, а это вероятнее всего был именно он, ждал кого-то, а снежинки каким-то волшебным образом облетали его, целенаправленно избегая приземления на ткань плаща.
Маг то и дело озирался вокруг и мне пришлось зайти за угол соседнего дома, чтобы удостовериться в том, что не обознался и дать самому себе возможность обдумать план дальнейших действий. Как вообще убедить его лететь со мной, если я сам внутренне противлюсь это затее?
Когда дверь, за которой наблюдал чародей открылась, явив еще один облаченный в плащ силуэт, а я так ничего и не придумал — понял, что медлить нельзя.
— Регулус! — окликнул я мага, делая шаг из-за стены.
Он ожидаемо обернулся на возглас. Чего я абсолютно не ожидал, так это того, что в следующее мгновение меня внезапно отшвырнет обратно к стене.
Очевидно, маг не любил играть в прятки. Или не был рад тому, что его нашли. Успокаивало лишь то, что я все же не обознался, но успокаивало недолго, потому что хватка магической петли сдавливала горло, душила, лишая возможности вдохнуть. С трудом сконцентрировавшись, вывернулся и переместился в пространстве, оказавшись в паре шагов от чародея и новой попытки донести до него причины нашей встречи.
— Кто ты такой? — рявкнул он, а я снова оказался притянут к стене силовой петлей. Невидимой, но вполне осязаемой и дарящей целый спектр не самых приятных ощущений.
Подобное положение меня совершенно не устраивало. Оно заставляло беспомощно барахтаться над землей, ненавидеть магов еще сильней и еще меньше желать того, чтобы один из них сопровождал меня куда бы то ни было.
Прохрипел:
— Я не собираюсь с тобой драться, Регулус!
— Правда, что ли? - притворно изумился чародей и, шагнул ближе. И в тот же миг, пользуясь моей уязвимостью, изо всех сил саданул кулаком в живот. — Зато я с тобой собираюсь!
Гхара! Да что же сегодня за день такой — все кому не лень горят желанием померяться со мной силой. И в отличие от караульных маг не собирался отказывать себе в этом сомнительном удовольствии.
Коротко выдохнул, стараясь не концентрироваться на боли и желании вмазать чародею в ответ. Регулус явно ощущал собственное превосходство. Высокий, темноволосый, как и все коренные арссийцы, с цепким уничижительным взглядом и хищно-заостренным носом. Наша неприязнь оказалась взаимной и огромной, как Драконья башня Нарог Палласа.
Дабы обеспечить себе доступ к кислороду, пнул мага ногой, попав, кажется куда-то в район груди. Он отшатнулся, а фигура у дома взвизгнула очень по-женски, но вмешиваться в потасовку не осмелилась. Иных свидетелей нашей встречи, желающих, к примеру, позвать городскую стражу, не нашлось, благодаря позднему времени, погоде или удачному стечению обстоятельств.
Предотвращая очередную попытку удушения, повалил мага на снег, жестким захватом фиксируя ладонями шею и плечи. Нельзя дать ему возможность сделать пас руками и наколдовать новую силовую петлю.
— Выслушай сначала! — прошипел я сквозь зубы, с трудом удерживая противника.
Регулус оказался достаточно силен. Сколько бы ему в действительности ни было лет, выглядел чародей на уверенные тридцать пять — сорок и сдаваться явно не собирался.
— Я не собираюсь тебя слушать, — возразил он изловчившись и сорвал с моей головы капюшон. Выплюнул с презрением: — вивианец!
Очевидно, если до Авенира и дошли новости о мире между королевствами, маг не придал им должного значения. Недовольство этим фактом вызвало ожидаемую злость, мигом отразившуюся на цвете моих радужек. Отражение желтого отблеска мелькнуло в потемневших от ненависти зрачках противника. Он констатировал с неприкрытой злобой:
— И драконоборец.
— А еще правитель Терра Вива, — добавил я последний аргумент, поскольку понимал, что, не сообщив его, мага точно не уговорю. — Меня зовут Дэймос и я пришел лично поговорить с тобой, чтобы попросить об одолжении. И отпущу, если ты перестанешь пытаться меня убить.
Во взгляде Регулуса мелькнуло любопытство, но спустя мгновение его место снова заняло презрение, граничащее с брезгливостью. Он неприязненно дернул уголком губ, словно это падающие на лицо снежинки вызывали его раздражение. Но я не обольщался, прекрасно понимая, что большей частью негодования Регулус обязан именно мне. Он полюбопытствовал:
— И какого же одолжения ты от меня ждешь, вивианский король?
Слова «одолжение» и «вивианский король», чародей выделил столь красноречиво, что они оказались похожи на ругательства. Не выдержав, поморщился, выдавая то, что мне подобная беседа тоже удовольствия не доставляет.
— Жду не только я, — постарался сформулировать просьбу так, чтобы маг хотя бы задумался о ней, а не отказывал не дослушав. — Ждёт твой король и оба королевства, находящиеся сейчас на грани новой кровопролитной войны. Если сражения начнутся в землях Терры, прольется кровь ее жителей. Она уже обагрила берег Инглота два дня назад. Я готов отправиться в Лимерию, чтобы узнать о планах противника, но, чтобы вернуться оттуда мне нужен маг. Ты.
Видя, что он не собирается нападать, ослабил захват и принял вертикальное положение. Подал чародею руку, чтобы помочь встать, но он сел, а затем и поднялся, проигнорировав этот жест. Отряхнул снежинки с плаща. Насмешливо полюбопытствовал:
— Неужто не нашлось в Терра Арссе иного мага, желающего с тобой отправиться?
— Представь себе, — честно отозвался я. — Остальные оказались так или иначе заняты.
Регулус раздумывал недолго, да и то, скорее всего, не над тем, отказать или согласиться, а над тем, как сделать свой отказ наиболее оскорбительным:
— В таком случае, я еще более занят. И уж точно не желаю никуда тебя сопровождать, сколь благими ни были бы цели этого похода. Пусть мне прикажет мой король — как наместник Авенира я подчинен ему. А тебе, к счастью, нет, Дэймос.
— Хочешь сказать, что через пару дней даже арссийский король тебя не найдет?
Регулус не ответил, но усмехнулся, довольный тем, что мы друг друга поняли. Какое-то время сверлил меня недовольным прищуром, словно желал сказать что-то еще, но вместо этого оглянулся на ожидавшего его спутника.
Женщина, - теперь я был в этом уверен, - встревоженно сцепила замерзшие ладони. Лицо было скрыто под капюшоном, но она точно смотрела прямо на нас, не отводя внимательный взгляд.
— Что ж, как скажешь, — произнес я, не чувствуя особого разочарования по этому поводу. — Прощай.
Вряд ли в полном опасностей путешествии я мог бы положиться на человека, испытывающего ко мне стойкую, концентрированную, едкую, словно кислота, неприязнь. За то что я был вивианцем, драконоборцем или королем Терра Вива — причина не столь важна и я не был уверен в том, что хочу ее знать. Но узнал вопреки желанию.
— Прощай, — выговорил Регулус, и когда я уже готов был развернуться и уйти, он добавил: — И не смей больше приближаться к моей дочери.
Не поняв сути новых претензий, я эхом переспросил:
— От кого?
На самом деле, я прекрасно расслышал сказанное им слово, но надеялся на более вразумительный ответ. Это он о своей спутнице что ли? Сдалась она мне. Но ответ удивил:
— От Тэтрилин.
Несмотря на напряженность ситуации, я рассмеялся, причем искренне. Да это ее нужно просить держаться от меня подальше. И я, кажется, даже просил. Возможно, не один раз.
Новая силовая петля и удар о стену, выбивший воздух из легких, оказались весьма неожиданными. Оборвавшийся смех острым краем оцарапал горло.
— Думаешь я тебя не помню? — прошипел Регулус, перебирая пальцами, чтобы затянуть петлю на моем горле еще сильней. — Я сразу же узнал тебя по ауре, вивианец. Она у тебя запоминающаяся. И я не забыл и не простил ни разбитый запас эликсиров, ни устроенный тобой пожар, ни то, как ты настолько запудрил Тэт мозги своими россказнями, что чуть было не увел из Пятого замка.
— Зато я - забыл, — просипел я, тщетно пытаясь освободиться. И когда после этих слов петля немного ослабла, добавил: — И тебя, и всё что ты описал, и Тэт.
С тех пор, как часть памяти оказалась утраченной, я ни разу не называл Пятую Следующую так. Имя царапнуло не хуже оборванного смеха. Словно раньше я называл ее как-то иначе. По-особенному.
— Это к лучшему для тебя, — выплюнул Регулус напоследок, прежде, чем ослабить магию окончательно и уйти.
Морозный воздух, наконец, проник в легкие и я с удовольствием вдохнул его полной грудью, позволив снежинкам попасть в нос и растаять там. Наблюдал за тем, как два силуэта постепенно удаляются, скрываясь в темноте. Вместо того, чтобы расстраиваться из-за отказа, задумался над тем, что сказал чародей.
Он ведь не врал, а действительно злился за прошлое, о котором я забыл. Разбитый запас эликсиров, пожар и попытка увести Пятую Следующую из замка пока звучали просто абстрактными формулировками, потому что представить причины, по которым я мог бы решиться на подобное никак не получалось.
Огни таверны заманчиво подмигивали с соседней улицы, напоминая об ужине, который наверняка уже приготовлен. Но разговор с магом оставил неприятный горький осадок. Противный и тревожащий. И вместо того, чтобы отдохнуть и поужинать, я прошагал мимо яркой завлекающей таблички.
Ноги снова несли меня одним им знакомой дорогой, не позволяя задуматься о причинах того или иного движения. Почти добравшись до Пятого Замка, я свернул с главной улицы, протиснулся в узкий прогулок меж двух жилых домов, миновал кожевенную мастерскую и, обойдя обувную лавку, взобрался на односкатную крышу по узкой лесенке, приставленной к дому во внутреннем дворе. Так, словно делал это десятки раз и довел действия до автоматизма.
Интуиция откуда-то знала, что с правой стороны прогнила черепица. Что вечером в лавке никого нет и шум с крыши никого не потревожит. Что если пройти вдоль дома и пробраться по соседнему балкону, можно дойти до места, где замковая стена не охраняется магией и спрыгнуть на нее проще простого. И что в оплетенной лозами дикого винограда северной башне меня ждут.
Поднял взгляд на окна той самой башни, разглядев застывшую в них темную фигуру на фоне света в проёме. Зрение не позволяло разглядеть человека с такого расстояния, но подсознание и без того давало подсказку за подсказкой. Непрошеные и ненужные, они вспыхивали одна за одной, яркими факелами в кромешной тьме. Вели за собой.
Шептали, что высохшие виноградные лозы достаточно крепкие, чтобы по ним и уступам в изъеденных временем камням забраться на самый верх башни, к тому самому окну. Убеждали, что там, на рассохшемся подоконнике, я когда-то был по-настоящему счастлив. Вызывали внутри противоречивые эмоции, как при приближении долгожданного праздника или желанного подарка, обернутого яркой тканью и перевязанного алой атласной лентой. Потяни за нее – и ткань развернется, явив что-то сияющее, как драгоценность и хрупкое, как крылья бабочки.
Не сводя взгляда с силуэта в окне и цепляясь за расплывчатые намеки, мысленно брел за ними, словно потерявшийся в тумане корабль плывет на свет маяка. Осторожно цеплялся за каждый, как за тонкую ниточку и тянулся к следующему. Но внезапно огоньки погасли, суетливо разлетелись в разные стороны так, что стало не поймать ни единого. Будто испугались чего-то и затаились тревожно и растерянно.
Увлекшись заманчивой возможностью вспомнить что-то важное, я только теперь заметил, как на верхушку одной из башен спикировала Гхарвириэль. В сознании тут же прозвучало недовольное:
«Или как заблудившийсся в лессу глупый путник бредет за светляками-обманщиками прямиком в погибельное болото. Наваждение еще никого не доводило до добра».
Мгновение острой, вибрирующей в груди досады об упущенной возможности неожиданно сменилось апатией. Только что я не только не боялся, но и всеми силами желал вспомнить о том, что забыл, а мгновение спустя всё это вдруг стало безразлично.
— Мы с Регулусом... — замялся, пытаясь найти подходящее и цензурное определение для результата нашей встречи. — Не договорились.
Вероятно, Вири и сама была уже об этом осведомлена. Слишком вольготно она ощущала себя в моих мыслях и эмоциях.
«Знаю», — охотно подтвердила драконесса мои догадки.
Полюбопытствовал без особой надежды, не сводя с башенного окна внимательного взгляда:
— Значит, ты наконец, согласишься с тем, что в Лимерию мы летим вдвоем?
«Оссталсся еще один маг, которого мы можем взять с ссобой»
Мне не хотелось об этом думать. Нет. Кто угодно, только не она. Кажется, Вири просто нравится подвергать меня подобного рода унижениям. Но с меня довольно.
— Не можем, Вири. Этот вариант исключен. Тэтрилин ненавидит меня в сотню раз сильнее Регулуса. И сожжет вместе с половиной Авенира, если я сейчас приду просить ее о помощи.
Драконесса бархатно усмехнулась. Но у меня от этого смешка мурашки по спине пробежали.
«А разве я ссказала про ссейчасс, птенчик? Она же ходячий иссточник неприятносстей. И когда влипнет в очередную, ты проссто вовремя окажешьсся рядом, чтобы благородно помочь и потребовать помощь взамен».