часть 33
Благодаря даже одному дню нормального лечения и режима питания, Чуя легко уснул ночью. Он предпочитал не думать о том, что лёгким засыпанием обязан Дазаю, что находился в соседней комнате.
Утром юноша проснулся сам, услышав возню на кухне. Дазай собирался.
— Разве, Портовая мафия работает и по воскресеньям? — зевая, спросил Чуя, выходя из комнаты в одной футболке. Он намеренно не надел штаны, рассчитывая побесить Дазая своим видом, но он, зараза, и внимания не обратил, что-то печатая на компьютере и попутно пытаясь завязать галстук.
— У мафии нет выходных, к сожалению, — вздохнул парень. Чуя был удивлён, он решил сделать вид, что ничего не было. Что ж, оно и к лучшему. — Мне нужно срочно уехать.
— А? — опешил Чуя с не подкуренной сигаретой в губах. — Куда? А как же уколы?
— Ну, ты же сам был недоволен тем, что я их делаю.
— Ладно, — вздохнул Чуя, плюхаясь с ним рядом на диван и затягиваясь.
— Признаю, рука у тебя и правда легкая.
— Не волнуйся, — всё же совладав с галстуком и что-то щёлкнув на компьютере, улыбнулся Дазай. — Я оставлю того, кто за тобой присмотрит.
— Нянька?
— В твоём случае, нужна не нянька, а конвой, — хлопая ноутом и забирая его со стола, сказал Осаму. — Поэтому я нашёл человека, который и то, и другое.
— Кто же? — удивился Чуя, наблюдая за тем, как Осаму складывает ноутбук в сумку и накидывает пиджак. Тут в дверь раздался звонок.
— Наверное, это он, — улыбнулся Осаму, подходя к двери.
— Доброе утро, — услышал Чуя.
В квартиру вошёл юноша в чёрном плаще и с угрюмой моськой. Ему было не больше шестнадцати на вид, Накахара был удивлён.
— Это он будет со мной сидеть или я с ним? — уточнил он, растянувшись на диване.
— Вы друг с другом, — снимая с вешалки плащ, усмехнулся Осаму. — Чуя, это Акутагава Рюноске, мой протеже в Портовой мафии. Бестолковый юноша, с большим потенциалом, — Акутагава сжал зубы и сверкнул глазами. — Рюноске, а это Чуя Накахара, заноза в моей заднице с пятнадцати лет.
Чуя фыркнул.
— Наслышан, — пробубнил Акутагава. — Это он дурил тебя два года?
— Желаю вам подружиться, ребятки, — потрепав Акутагаву по голове, проигнорировал его реплику Осаму. — Чуя, завтрак и таблетки. Делать уколы Рюноске обучен.
Накахара закатил глаза и перевернулся на спину, глубоко затягиваясь. Через минуту хлопнула дверь, а в комнату вошёл Акутагава.
— Разве сердечникам можно курить? — хмуро поинтересовался он.
— А разве в твоём возрасте можно строить такую недовольную мину? — парировал Чуя.
— Мне шестнадцать.
— Я о том и говорю, — пожал плечами Накахара. — Ты завтракал?
Перед Дазаем у Рюноске был один неоспоримый плюс — он почти не говорил. А ещё, оказалось, он неплохо готовит. Но вот его угрюмый взгляд сильно нервировал Чую. И почему именно он?
У Дазая чувство юмора отказало?
Выпив таблетки, Чуя сходил в душ и свалился на диван — играть в приставку. А вот Рюноске помыл посуду, убрал кровать, вытряхнул все пепельницы и даже пропылесосил.
— Для чего ты так стараешься? — поинтересовался Чуя, продолжая жать на кнопки джойстика.
— Дазай-сан мой учитель. Находясь в его квартире, я не могу себе позволить намусорить тут.
— Он тебя за это убьёт?
— Вполне возможно.
Чуя вскинул брови и откинулся на спинку, поставив игру на паузу.
— Расскажи мне о нём, — попросил он.
— Ты знаешь его дольше меня, — напомнил Рюноске и сел рядом. Чуя предложил ему сигарету, но тот отказался. Тогда юноша сам закурил.
— Дольше. Но это теперь ничего не значит. Думаю, я не знал его с самого начала. А ты, судя по всему, часто видишь его тёмную сторону.
— Чаще, чем хотелось бы, — согласился Акутагава.
Повисла пауза. Чуя ненавидел подобные паузы, они его нервировали. Его начинала нервировать каждая мелочь, из-за того, что он находился взаперти. За два года он отвык, что не может выйти куда-то, когда ему надо. И теперь любое длительное ограничение его передвижений сильно нервировало Чую.
— Давай сыграем в двадцать вопросов, — предложил парень. — Я же вижу, тебе тоже интересно, откуда я такой нарисовался.
— Ну, давай, — согласился Акутагава.
Чуя ухмыльнулся и поднялся с дивана. Он залез в алкогольный запас Дазая, достал оттуда бутылку белого Совиньон Блан и разлил по бокалам.
— Вино? — удивился Акутагава, когда понюхал врученный ему стакан.
— Белое вино. Днём лучше пить его, — перекатывая жидкость в бокале, проинформировал Чуя.
За последние пару лет он несколько лучше начал разбираться в алкоголе, а вкус дорогих вин ему искренне полюбился. Вот только, денег на них у него не было. Зато у Дазая был прекрасный бар.
— Ладно, начнём, — сделав глоток, сказал парень. — Чему тебя учит Дазай?
Акутагава тоже отпил и слегка поморщился, не ожидая такой крепости.
— В основном использовать мою способность и слушаться его приказов.
— Какая у тебя способность?
— Сейчас моя очередь спрашивать.
Чуя закатил глаза, но махнул рукой, делая приглашающий жест.
— Кто ты Дазаю?
— Мне бы кто ответил на этот вопрос, — развёл руками Накахара. — Но если судить из того, что есть сейчас, то как он и сказал — заноза в его заднице.
— Как ты попал в его квартиру?
— Это второй вопрос, — напомнил Чуя.
— Сначала ты.
— Моя способность — это тяжело управляемый зверь, прожорливый настолько, что способен пожирать пространство.
Накахара, услышав это, покосился на бокал в его руках. В шестнадцать он, конечно, сам уже умел контролировать способность будучи пьяным, но не идеально. А если Дазай только учит его с нею обращаться...
— Не волнуйся, я достаточно его контролирую, чтобы случайно не убить тебя, — усмехнулся Рюноске и сделал ещё глоток.
— Ты не убьёшь меня, — усмехнулся Чуя. — Только Дазай может справиться со мной.
— Хочешь проверить?
— Сначала мы доиграем.
— Тогда отвечай.
— Я попал в эту квартиру после того, как спалился перед одним из пешек мафии.
Он рассказал обо мне Огаю и Дазаю, те открыли охоту. Я пытался подзаработать, но Дазай, расчётливая сволочь, смог купить моего работодателя.
Таким образом он поймал меня.
— Это не ответ на вопрос, — заметил Акутагава и снова пригубил бокал.
— Ну, сначала меня, вроде, как пытали. А потом, вроде как, собрались убить. Но Огай передумал. Он знает меня с десяти лет. Может, отцовский инстинкт? В общем, пожалели они
сиротку-сердечника. А так как я принадлежу Дазаю, то и распоряжаться моим благополучием ему.
— Почему ты принадлежишь Дазаю?
— Сначала мой вопрос, — отрезал Накахара. — Какой Дазай на работе?
— Ну, — Рюноске задумался. — У врагов Дазая только одна проблема. А именно то, что
Дазай — их враг.
— Лаконично, — изогнул бровь Чуя. — Он настолько грозен?
— Скорее он обманчиво безобиден. Но внутри у него зверь, который сожрёт тебя и не заметит.
— Окей, — пожал плечами Накахара. — Я принадлежу Дазаю, потому что он меня вырастил. Ну, если это можно так назвать.
И я согласен ему принадлежать.
— Из благодарности?
— Наверное, — пожал плечами Чуя. — Всё-таки, если бы не он — меня бы забили. Или я бы
кого-нибудь убил. Но, с другой стороны, если бы не он, то я не потерял бы столько времени зря.
В итоге, они выпили на двоих целую бутылку вина и поговорили обо всём, о чём могли. Двадцать вопросов превратились в тридцать, а потом и вовсе перетекли в спокойный разговор. Акутагава рассказывал Чуе детали работы на мафию, а Накахара делился с ним своим опытом взаимодействия с Дазаем. Правда, опыт этот для Рюноске был бесполезен, потому что то, какой Осаму был с Чуей, парень даже представить себе не мог. В мафии он был совсем другим.
Но к сведению информацию о своём сенсее юноша принял.
— Так у него есть девушка? — спросил в итоге Накахара, закуривая, когда они опорожнили бутылку. Он развалился на диване и положил ноги на колени Рюноске, пока тот сидел ровно, но уже явно был пьян.
— Не думаю, что у меня есть право это говорить.
— Есть, есть, — закивал Чуя. — Давай, рассказывай.
— Ну, я видел его пару раз в баре в компании разных девушек, — задумался подросток. — Они выпивали, он флиртовал с ними. Но я не знаю, было ли что-то между ними. Дазай флиртует со всеми девушками, поэтому мне сложно судить. Чуя, слыша это, внутренне закипал. И судя по тому, что пространство вокруг него начало потихоньку искривляться, это было заметно.
— Ого, — удивился Рюноске. — Так у тебя тоже сильная способность.
— Ну, что-то вроде, — пытаясь успокоиться, отозвался Накахара. — Она меня и убивает.
— Расёмон тоже убивает меня, — кивнул Акутагава.
Чуя усмехнулся. Он начинал понимать, почему Дазай взял такого юношу к себе в ученики. Более того, он точно знал, почему тот обращается с ним так жестоко — боится наступить на те же грабли, на которые когда-то наступил с Чуей. Как и говорил Накахара, с Дазаем не бывает «немного». С ним либо «полностью», либо «никак». Вот и с Чуей он — воплощение любви и нежности, а с Рюноске, пытаясь быть несколько строже, стал конченным садистом и психом.
— Ой, обед, — опомнился юноша. — Надо сделать укол.
Чуя лишь закатил глаза, наблюдая за тем, как подорвался Рюноске. И как он его так вышколил?
Спать Рюноске лёг на диване, а Чуя в спальне. Правда, уснуть ему удалось только под утро. Потому, встал Накахара не в настроении.
Он постоянно был чем-то недоволен, возмущался, много курил, а на утренний укол Рюноске его уговорил только к обеду.
Накахара умел включать суку, но когда он это делал, сладить с ним могли единицы.
Ближе к вечеру Чуя заявил, что хочет гулять.
— Нам запрещено отсюда выходить, — отмывая тарелки, сказал Рюноске. Его уже порядком достал этот парень.
— Больным полезны прогулки.
— Сердечникам гулять под солнцем — противопоказанно.
— Оно уже почти село.
Акутагава вздохнул, вытер руки полотенцем и развернулся к Чуе.
— Ну пойми ты, что здесь не курорт, а клетка.
— Я-то прекрасно это понимаю, — хмыкнул Чуя. — Но если ты меня не сводишь погулять — я сбегу. И тогда Дазай вызверится на тебе, как в последний раз.
— Ты не сможешь отсюда сбежать, — уверенно отрезал Рюноске.
— Хочешь проверить? — вскинул брови Чуя. — Мне ничего не стоит выйти в окно и спокойно спуститься.
— Тогда чего же ты раньше этого не сделал?
Чуя положил руку на грудь.
— Мой орган начал меня подводить, но за последние три дня ему, кажется, полегчало. Поэтому я и прошусь гулять. Тут даже балкона нет! Мне нужен свежий воздух.
— Прекрати курить и открой окно — будет тебе свежий воздух.
— Ну Рюноске, — заканючил Чуя, проходя за ним из кухни в зал. И он так за ним таскался уже полчаса. — А я скажу Дазаю, какой ты талантливый протеже. Он меня послушает.
— Очень сомневаюсь, — фыркнул юноша.
— Ладно, — сложил лапки на груди Чуя. — Если ты не сводишь меня погулять, то я скажу Дазаю, что водил.
Акутагава вскипел.
— Даже если бы я и согласился, ты понимаешь, что за домом следят?! Тут охраны больше, чем в офисе Огая.
— Ну ты же можешь им приказать, разве нет? — удивился Накахара. — Давай, — схватив его за руку, начал дёргаться он. — Я буду хорошо себя вести. Куплю мороженое, посижу в парке и вернусь.
Рюноске, сжимая зубы изо всех сил, внутреннее взмолился. И как Осаму его ещё не прихлопнул?
— Хрен с тобой, но если Дазай узнает...
— Не узнает, — просиял Чуя. — Я быстро.
Его одежда уже была постирана и высушена, поэтому Чуя с удовольствием влез в чистые джинсовые шорты своего размера, футболку и повязал на пояс толстовку. Рюноске ждал его в прихожей, шнуруя ботинки. Чуя же молниеносно влетел в свои слипоны и принялся дёргаться у входа, ему не терпелось выйти. Но едва Акутагава отпер дверь, а Чуя вылетел из квартиры, то впечатался носом в нечто твёрдое, высокое и знакомое.
— И куда собрались? — поинтересовался Осаму.
Акутагава побледнел ещё сильнее, а Чуя недовольно потёр нос.
— Гулять, — невозмутимо ответил он.
Дазай спокойно развернул Чую обратно за плечи и завёл в квартиру.
— И ты дал ему себя провести? — поинтересовался Дазай у Рюноске. Тот опустил глаза. — Ты же едва на ноги встал, Чуя. А всё туда же. Не выживешь ты без меня.
Накахара закатил глаза, прошёл обратно в квартиру и свалился на диван.
— К твоему сведению, мы действительно собирались погулять, — сообщил он, закуривая. — Даже Рюноске понимает, что мне нужен свежий воздух.
— Рюноске не должен понимать, — отрезал Дазай, стаскивая пальто. — Он должен точно следовать указаниям.
— Не ругай его, — начинал закипать парень. — Он хотел, как лучше.
— А получилось, как всегда, — рыкнул Осаму. Бедный Акутагава, стоя всё ещё у порога, уже почти со стенкой слился, лишь бы избежать гнева сенсея. — Мы поговорим с тобой завтра, Рюноске. Спасибо, что посидел. Увидимся.
Парень быстро что-то сказал и вылетел из квартиры.
— Зачем ты с ним так? — не понял Чуя. — Он же действительно хотел, как лучше.
— А как хотел ты? — спросил Дазай, закуривая. — Сбежал бы и оставил его отдуваться?
— Да я правда погулять хотел, — пожал плечами Чуя. — Ну своди ты меня на улицу, я не могу тут сидеть, — взвыл он.
— Если тебя увидят в городе...
— А кто говорит о городе? — всплеснул руками Накахара. — Тут парк под окнами. Всего-то, на лавочке посидеть.
— И какой тогда в этом смысл? — не понимал Дазай.
— Подышать свежим воздухом, — продолжал объяснять на пальцах Чуя. — Ну, пошли. От тебя я всё равно не сбегу.
Дазай потёр глаза пальцами.
— Не сегодня. Я устал.
Накахара фыркнул и, свесив ноги с подлокотника, принялся таращиться в потолок. На улице, блин, лето, а он застрял в ебучей квартире с кучей таблеток и уколов. Если так продолжится, то он точно с ума сойдёт и
что-нибудь тут разнесёт. Стену, например.
Зато как будет свежо!
Дазай, как вернулся, почему-то начал игнорировать Чую. Он постоянно был чем- то занят, сидел за компьютером, а про Накахару вспоминал только когда его надо было покормить или поставить укол.
Чуя сидел рядом с ним на диване, облизывая фруктовый лёд, и размышлял, а чем они занимались раньше? По факту, в приюте вообще никаких развлечений не было, но им никогда не было скучно вместе. Кажется, Дазай что-то делал, а Чуя сидел рядом и наслаждался его обществом, тёрся щекой об него. Либо же Чуя делал уроки, пока Дазай сидел сзади и обнимал его за живот. Но теперь обнимашек точно не предвидится. Мы же гордые.
— Прекрати на меня таращиться, — не отрываясь от ноутбука, попросил Осаму. Чуя закатил глаза и сунул фруктовый лёд за щеку. Он даже рубашку не снял, как пришёл, не переоделся, не сходил в душ. Уселся за свой компьютер и уже часа два не вставал, а Накахара намеренно сидел рядом, не теряя надежды сходить погулять.
— Чем ты занимаешься? — от скуки спросил Чуя.
— Работаю.
Накахара недовольно вытащил фруктовый лёд изо рта, ощущая, как занемела щека. Он всё думал, чем бы пронять Дазая. С одной стороны, ему реально больше хотелось с ним взаимодействовать, а с другой...тупо из вредности.
— Хочешь? — ткнув полуслизанным мороженым прямо ему в щёку, спросил Чуя. Он надеялся, что Дазай как-то отреагирует, но он спокойно повернул голову, не отрывая взгляда от экрана, и открыл губы. Чуя недовольно сунул ему мороженку, наблюдая за тем, как Осаму зажал её зубами и, в общем-то забыл. — Ты никуда не ходишь, кроме работы? — поинтересовался Накахара, когда лёд подтаял и почти закапал Дазаю штаны, но тот вовремя про него вспомнил, вытащил изо рта и начал слизывать сладость с руки.
— Иногда, — пожал плечами он, полностью заглатывая остатки льда и снимая его с палочки. — А что?
— А девушка у тебя есть?
Дазай, наконец, оторвался от компа и как-то непонятно на него посмотрел. — С чего бы ей у меня быть?
— А почему нет? — удивился Чуя. — Разве в твоём возрасте не начинают задумываться о свадьбе, семье, детях?
— У меня есть ребёнок, хватит на всю жизнь, — с трудом проглотив фруктовый лёд, сказал Осаму. — И я тебе обещал, что буду ждать тебя.
— То есть, ты ни с кем не спал последние шесть лет? — удивился Чуя.
Дазай вздохнул.
— Это не совсем так.
— А как?
Осаму плюнул что-то напечатать и хлопнул крышкой ноутбука. Чуя же, боролся с желанием присосаться к его влажным ото льда губам и вылизать его холодный рот, потому что его собственный уже снова нагрелся.
— Когда я думал, что ты умер, я почти переспал кое с кем, — сказал Дазай, беря сигареты.
— Почти? — вскинул брови Чуя.
— Ну, до конца так и не дошло.
— Почему?
— У меня не встал, — пожал плечами Дазай.
Чуя аж воздухом подавился.
— Серьёзно? А ты не думал, что у тебя могут быть проблемы, ну...
— Ну в другое же время он встаёт, — ухмыльнулся Осаму, глядя на Чую.
Парень вздохнул, а Дазай затянулся.
— А вот у меня вставал.
— Ты спал с кем-то? — спокойно поинтересовался Дазай. На самом деле, он действительно спокойно бы отнёсся к этому. После того, что он пережил за последние два года, ему было бы плевать, найди он Чую в луже чужой спермы. Он всё равно для него останется самым дорогим.
— Не совсем, — поморщился Накахара и отвёл глаза. — Дрочка, минет.
— Ты тоже делал?
— Неа, — потянулся парень. — Я эксплуатировал своего соседа-наркомана за то, что эта сука не хотел работать.
— Тачихара Мичизу? — уточнил Осаму.
— Вы знакомы? — удивился парень.
— Я наведывался к вам в квартиру. Он любезно меня пустил.
— Ему всегда немного не доставало инстинкта самосохранения, — изогнул бровь Накахара.
— А мне он понравился, — задумался Дазай.
— Присмотрись, сосёт классно, — отозвался Чуя, вставая.
Его аж трясло всего от того, что Осаму никак не отреагировал на его слова. А Дазай только ухмылялся. Когда Чуя пропал, единственное, в чём он был уверен, так это в том, что он не пойдёт по рукам. Накахара слишком высокого о себе мнения, и не без оснований. Он просто не позволил бы себе так опуститься.
Ночью Чуя так и не смог уснуть, а Дазай продолжал сидеть в гостиной за своим ебучим компьютером. Он сделал Чуе укол, сходил в душ и снова засел за работу. Накахара толком и не понимал, почему ему не похер. Ну, с другой стороны, ему никогда не было плевать на Дазая, и всё же. Сейчас они находились в состоянии холодной войны, которую Чуя не хотел заканчивать просто из принципа.
В итоге, часам к трём ночи, парень созрел для перемирия. Он, потирая глаз, вышел из комнаты в одной растянутой футболке Дазая и, шлёпая босыми ногами по паркету, прошёл к нему.
— Ты долго собираешься возиться? — поинтересовался он.
— Я не планировал ложиться, — не поворачиваясь, отозвался Осаму. — А ты чего не спишь?
— Не спится, — сознался Чуя.
Дазай не ответил, продолжая печатать, а Чуя продолжал стоять.
— Иди ляг, замёрзнешь.
Парень внутренне взвыл. Он не привык перешагивать через свою гордость. Но на кону был его сон, а сон синоним здоровья. И Чуя потратил ещё минут пять на то, чтобы убедить себя в том, что делает это только ради собственного здорового сна.
— А ты...не ляжешь со мной? — едва слышно, пробубнил он.
Пальцы, клацающие по клавишам, застыли в воздухе. Дазай развернулся и внимательно посмотрел на юношу.
— У меня ещё куча работы, — фальшиво улыбнулся он. Работы и правда было много, но это не основная причина, почему он не хотел ложиться спать с Чуей в одну кровать.
— Ну, пожалуйста, — начинал беситься Накахара. — Я же прошу тебя.
— И я должен согласиться только потому, что ты просишь? — вскинул брови Дазай.
— Ты прекрасно знаешь, чего мне это стоит.
— Нет, не знаю, — отрезал он, включив суку. — Ты мне не говоришь.
Чуя закатил глаза.
— Вот ляжешь — расскажу.
Дазай размышлял над предложением с минуту,
а потом плюнул, поднялся и пошёл за чуть ли не подскакивающим от радости Чуей в спальню.
Он разделся и лёг к нему под одеяло, пока Накахара лежал на кровати и недовольно сверкал в темноте глазами.
Дазай сначала не хотел его обнимать, но Чуя быстренько подполз к нему и прижался всем телом, довольно устраиваясь носом у него в ключицах.
— Теперь рассказывай, — прижимая замёрзшее тельце сильнее, а пальцами зарываясь в рыжие локоны, потребовал Осаму.
— Я обижен на тебя, — сказал Чуя.
— Это я уже понял.
— И я не буду мириться просто так.
— Тогда почему позвал меня?
Накахара что-то проскулил ему в ключицы и закинул на него ногу.
— Ладно, я понял, — вздохнул Осаму. — А тебя интересует, почему я не хочу спать с тобой в одной кровати?
— Потому что меня трогал другой парень? — предположил юноша.
— Нет, — сказал Дазай. — Потому что тебя могу начать трогать я.
— И? В этом есть проблема?
— Ты, кажется, обижен.
— Можешь потрогать, если хочешь, — зевнул Чуя. — Я готов тебе уступить, если будешь спать со мной.
Осаму просто нечеловеческих усилий стоило не спустить руку с его спины пониже и не воспользоваться предложением. Неладный Чуя намеренно, Дазай был уверен, издевался над ним, постоянно щеголяя в одной футболке.
Он специально его дразнил своими ахуенными ногами. И не поддаться стоило просто неимоверных усилий.
— Пожалуй, воздержусь, — вздохнул Дазай, вспоминая их последний разговор в этой постели. — Спи.
— Если ты уйдёшь, когда я усну, я почувствую.
И припомню тебе это, — устраиваясь удобнее в его руках, сообщил Накахара.
— Я не уйду, — прошептал Дазай в его волосы.
— Вот и здорово, — уже в полусне, отозвался Чуя.
С момента переселения Чуи к Дазаю прошло две недели. Осаму постоянно где- то пропадал, а Чуя сходил с ума дома в одиночестве. Он только и делал, что резался в приставку и читал. На улицу ему выходить не позволялось ни под каким предлогом. Как бы Накахара не старался, Дазай упёрся и не пускал его. Зато спать приходил в кровать каждую ночь. А утром, едва просыпался, вскакивал и уходил в душ. Чуя пару раз просыпался раньше него, наблюдал за спящим юношей. Моська у него была точь-в-точь, как раньше. Особенно во сне. Повязку с глаза он снял, оказалось, что опять конъюнктивит из-за удара обо что- то. Накахара был разочарован.
Что находилось под бинтами он до сих пор не знал. Как-то раз он попытался их снять, пока Дазай спал, но тот проснулся и начал орать, на что Чуя тоже начал орать, а потом закрылся в ванной и не выходил, пока Осаму не свалил.
За всё это время Чуя выяснил, что Дазай действительно много пашет на организацию.
А ещё он выяснил, что Дазай крайне редко
куда-то выбирается или где-то задерживается после работы. Помимо прочего, Накахара знал, что по четвергам он тренирует Акутагаву.
К слову, Рюноске разок заходил, приносил какие-то документы Дазаю. На самом деле, Осаму столько времени проводил за компьютером и бумагами, что Чуя ужасался работе мафиози.
Он это дело представлял себе иначе.
— Меня не грузят оперативной работой сейчас, — пояснил Дазай, опрокидывая в кофе ликёр.
— Почему?
— Ну, сейчас нужнее помощь с бумажками.
Анго в больнице, заниматься этим некому.
Да и за тобой надо смотреть. Кто этим займётся, если меня ранят? — спросил Дазай.
Чуя сглотнул, представив, что Дазая могут ранить. Он закинул в рот горсть таблеток и запил их соком.
— Ты стал лучше выглядеть, — задумчиво проведя по его щеке ладонью, сказал парень. — Надо показать тебя Огаю.
— Хороший вид — это тревожный знак? — удивился Чуя.
— Напротив, — усмехнулся Дазай. — Он назначил тебе довольно агрессивное лечение, так как не был уверен, что привычное тебе поможет. Надо провести анализы и поменять лекарства, если необходимости в сильных препаратах больше нет.
Глазки Чуи загорелись.
— То есть, я выйду отсюда?
— Возможно, — пожал плечами Осаму.
— Послушай, — сжимая в руках бокал, начал Чуя. — Ты же не можешь всю жизнь со мной тут просидеть. Когда я смогу выйти?
— Даже не начинай, — попросил Дазай. — Я могу тебя закрыть здесь хоть до старости. И меня это устроит, если это будет гарантировать твою безопасность.
— Ну Дазай, — проскулил Чуя, растекаясь по столу. — Я же могу быть тебе полезен.
— Каким образом?
— Эм...как подчинённый?
— А ничего, что тебя убили полмесяца назад? — вскинул брови парень.
— Акутагава сказал, тебя боятся настолько, что если ты скажешь, что две недели назад пуля прошла мимо меня с выстрела в упор, то все поверят.
Дазай закатил глаза.
— Моего слова недостаточно. В мафии очень важен авторитет, а твоё неожиданное воскрешение может подорвать и мой, и Огая, — пояснил парень. — Тем более, на нас работают люди из приюта.
— К слову, о людях из приюта, — вспомнил Чуя. — Как Акико к вам попал?
— Ну, по окончании приюта всем мало-мальски способным эсперам предлагают работу на организацию. Кому-то получше, кому-то похуже. Акико согласился. Но недавно он был понижен.
— А Кёта? — спросил Чуя. Глаза Осаму опасно сверкнули.
— Он отказался, — смотря в сторону, отозвался парень. — Сказал, что не будет работать на человека, который свёл тебя в могилу.
— Он блефовал, — рассмеялся Накахара. — Кёта больше всех в меня верил, когда я уходил.
— Да нет. К тому моменту он верил в то, что ты умер, — сказал Осаму.
— То есть, работать ты мне не дашь.
— Не дам, — улыбнулся Дазай и отпил из чашки.