Бархатные грехи.

Мелани Бронте

Я сама не поняла, как кудрявый айтишник стал для меня родным домом.

Сначала он меня бесил, при чём настолько, что зубы скрипели, стоило этому кудрявому безобразию появиться рядом.

Поначалу Кристиан не давил, не докучал в открытую, но со временем накал между нами стал нарастать.

Его сестра меня возненавидела, а отец стал спонсором университета. Мы стали видеться ежедневно.

Меня никто не спрашивал - хочу я видеть его улыбчивую рожу или нет. Он просто появился. Был рядом, как тень.

Самое ужасное, что моя сестра и её благоверный всеми силами старались нас свести.

Ну что за откровенный бред? Я и Крис? Да где такое видано, чтобы такая, как я, влюбилась в такого, как он?

В какого? Да в такого!

В тупого, упрямого барана, который не видит преград, даже если упирается в них носом! Лезет, куда не просят и вечно маячит перед глазами, как сраный сталкер.

Бесит. Сумасшедше бесит.

Этот падла ещё и до жути рассчётлив и умён. Ещё бы, наследник крутого информационного бизнеса и всё такое.

Одни понты, в общем-то.

Слово за слово, Крис меня убалтывал до состояния ничего не отрицающей маленькой девчонки.
И, честно говоря, в этом «убаюкивающем трансе» хотелось находиться всё дольше.

Хлоя вечно пропадала с Винсентом. Я не обижалась и не говорила слова поперёк, ведь знала, как для них важны эти отношения.
По словам Криса, Винсент вообще планировал отказаться от наследства, лишь бы его отец не обидел Хлою.

Это ж надо так втюхаться.

А Хлоя... А что Хлоя? Моей наивной сестрёнке рн и так нравился. Едва мы познакомились с парнями, как её зелёные глазки засверкали.

Мне казалось, это банальный интерес.
Я думала, ей хотелось прикоснуится к миру «извне». Ощутить другую вселённую, в которой жили представители верхов, наделать шуму, но чем больше Хлоя говорила о Винсенте, тем дальше я отодвигала эту теорию.

Мне не страшно доверить сестру такому парню, как Винсент. Он успел показать себя во всей красе.

Я верила, что она будет счастлива с ним.

— Мел, ты собралась?

В дверном проёме показалась кучерявая макушка. Его локоны забавно дёргались даже при самом лёгком движении. Они то вздымались, то скакали пружинкой.

В недавних пор они начали мне нравиться. Как и их владелец.

Болван по имени Кристиан почему-то стал казаться не тупым и надоедливым, а очень даже... Неплохим парнем. Как и говорила о нём моя сестра.

Но судя по тому, как много времени он уделял своим волосам, я была в шаге от того, чтобы возненавидеть его каштановые кудри.

— Я занята, подожди за дверью.

Кристиан состроил грустную мордашку и вопреки моим словам шагнул в комнату.

— Мел, я жду тебя целый час, — тёплые руки коснулись моей талии. — Поторопись, иначе молодожёны будут ругаться.

— Подождут голубки! Мы ведь ждали, пока у них всё наладится.

Подбородок Крис уложил на моё плечо, пока я расчёсывала тёмные волосы. Он смотрел в зеркало и следил взглядом за плавными взмахами расчёски.

Краем глаза я заметила выглядывающий короткий рукав тёмно-зелёной футболки, и краешек моих губ пополз вверх.

— Эта футболка идёт тебе гораздо больше, чем прокажённая рубаха. — Гордо отвесила я комплимент недавно купленной для него вещи, которую парень надел для встречи с друзьями. — И вообще, твой стиль ужасный.

— Вы с Катрин теперь обе будете убеждать меня в этом?

— О, непременно. — Я улыбнулась, и в ответ получила не менее приятную улыбку. Он не обижался.

Именно Катрин и подтолкнула меня к миру моды.

Месяц назад она передавала мне журналы, купленные в другом штате. Как приятно и зазывающе поблёскивали глянцевый страницы, на которых разодетые в бренды модели принимали разные позы.

Катрин знала толк в вещах, потому каждый совместный шоппинг превращался в сеанс со стилистом.

Спортивные костюмы пришлось безвозмездно отнести на мусорку по совету, или даже приказу, Катрин.

Она посоветовала мне более раскованный стиль. Женственный.

Такой, что от светской дамы меня теперь не отличить.

На одной из прогулок я открыла в себе неожиданное — строгие юбки тёмных цветов привлекали меня всё сильнее. Они манили меня с витрин, и я бежала к ним, как был к красной тряпке.

Само собой, я решила, что если уж и меняться, то страдать не только моему стилю.

Кристиан не спорил, доверился мне без колебаний и теперь в его шкафу висели вещи, выбранные мною лично для него. В основном это были футболки свободного края с разными забавными принтами, либо однотонные.
Ему безумно шли приглушённые тона.

— Я готова, можно выходить, — поправив тёмно-зелёный, в цвет футболки Криса, бант на волосах, я взяла с кровати небольшую сумочку.

— Чудесно выглядишь. Вин и Хлоя уже на месте. — Крис отправил телефон в карман джинс.

— Тогда поспешим.

Зелёная футболка Криса отлично смотрелась с моей юбкой и бантом схожего цвета. Наши образы дополняли друг друга, как и мы сами.

Скажи мне кто-нибудь пару месяцев назад, что я вдруг поеду на встречу со своей сестрой и её мужем вместе с Крисом — расхохоталась бы в голос!

Всё происходящее казалось сном, от которого не хотелось пробуждаться.

Хлоя замужняя девушка, а рядом со мной раздражающий ранее Кристиан, к которому я небезразлична.

Сколько же бед пережил этот парень. Большинство из них произошли как раз таки по моей вине, но вслух об этом говорить не стоит. Это и так очевидно.

Несмотря на моё недоверие и открытую неприязнь, Крис упирался рогами в мою выстроенную годами кирпичную стену. Постепенно заполняя мою обыденность, он стал её непосредственной частью.
Той, что не так заметна, но той, что создаст хаос, если пропадёт.

Дорога до ресторана занимала каких-то десять минут.

За окном обрывками мелькали крыши домов, а вскоре мы выехали из частного сектора.
Улицы Роялхелвена всегда оживлённые. Город не спит, он шумит всегда. Здесь время течёт быстрее, оттого и люди торопливее. Но эта торопливость не связана с боязнью опоздать. Скорее, люди не могли насытиться событиями.

После свадьбы Хлои и Винсента, она взяла его фамилию и вместе они переехали в родовое поместье Вандербильтов в самом центре Роялхелвена.
Отец Винсента долго упрямился, но они с женой также решили занять жилую площадь, как того и требовали их традиции.
Родители совсем не докучали молодым, ведь Рид практически постоянно был в отъездах, а оставлять жену одну неправильно. Так и летали вместе в командировки.
Так и получилось, что семейка Вандербильт теперь живут вместе, а наша мама часто их навещает.
Как же она ругалась, узнав, что и вторая дочь выбрала себе в парни мажора. Но Кристиана ей пришлось принять, я этому поспособствовала. Закатила огромный скандал и выставила условия, маме ничего больше не оставалось. Но в итоге она приняла Криса как родного и даже обращается к нему ласковым словом — «сына».

Даже отчим, холодный человек с холодным сердцем, с горем пополам иногда общался с нами, но особенно недолюбливал меня за пылкий нрав.

— Ты знаешь, Мел, в последний визит мамы, он как с катушек слетел! Представляешь, сказал Винсенту, что у в нашем доме якобы «неправильно установлены двери, и они скоро совсем слетят, если не исправить». — Хлоя спародировала унылый голос отчима, который будто всегда был чем-то недоволен. — Ага, неправильно, зато стоят так уже сорок... Сорок ведь?

— Сорок восемь.

— Точно. — Она кивнула мужу. — Сорок восемь лет! И всё с ними замечательно, не жалуемся.

Винсент смотрел на неё с улыбкой, которая говорила обо всём. Они женаты, а он любуется ею, словно впервые видит.
Как бы сердечки над головой не начали летать.

— А у вас что, Мел? — Сестра хихикнула, обводя нас с Крисом хитреньким взглядом. — Уже и съехаться успели. Быстрые вы!

— Кто бы говорил, жёнушка, — передразнила я. — Я хотя-бы замуж ещё не выскочила.

— «Ещё»? Значит, планируешь? О, Кристиану точно понадобится психотерапевт после этой новости.

Вандербильт слишком много позволяет своей жене. Избаловал, гад такой! И сидит довольный.

— Я предлагал съехаться ещё месяц назад, но Мелани не решалась, — Винсент вмешался в наш бурный разговор. А вместе с тем его рука привычно скользнула по моей талии. Я почти закатила глаза. — Несмотря на свой дивный характер, она весьма... Консервативна.

— Кто консервативна? Я консервативна? — Я вскинула брови и тут же шлепнула парня по плечу. — Извинись! Быстро!

— Крис, бедняга, тебе стоит попросить прощения, пока она весь ресторан не сожгла. — Рассмеялся Винсент и был абсолютно прав. Я способна.

Мы расспрашивали молодожёнов о жизни после бракосочетания, о планах на будущее. Выяснилось, что совсем скоро они улетают на отдых. Будут отмечать свою свадьбу.

Про учёбу здесь никто никогда не думает, это нормально!

А что уж и думать о ней... Всё равно после грандиозной свадьбы Вандербильтов в универе разразился настоящий бардак. Все те, кто шептался за нашими спинами, обзывал продажными и ещё бог знает кем, неожиданно поставили сестёр Бронте на пьедистал. На нас, а конкретно на Хлою, едва ли не молились.

Даже декан выдёргивал нас посреди пары в коридор, лишь для того, чтобы мы благословили его семейную поездку во Францию.
Мы благословили. Поездка прошла отлично, декана даже арестовали за шум в ночное время. Напился и пошёл гулять по ночному Парижу, бегал вокруг ножки Эйфелевой башни и голосил матерные песни.

В общем, наше благословение открыло ему  мир новых возможностей, теперь открывает новые горизонты вместе с клубом анонимных «потребителей горячего напитка», как они себя называют.

Хлоя и Винсент поделились тем, что планируют поездку в Италию на зимних каникулах. А мы с Крисом собирались отмечать праздник в маленькой квартирке в Спринквуде.
В той, где всё началось.

Сейчас она довольно часто пустует. Пару раз на неделе я могла заехать туда, но теперь это место асоциировалось с хорошим концом.
Моя кровать осталась такой же, но спальное место сестры выглядело так, словно на нём никто никогда не ночевал.
Шкафы больше не трещали по швам от одежды, за место перед зеркалом никто не боролся. И чайник на кухне больше не издавал противный свист, когда кипел.

Потому что им больше не пользовались.