48. Прощай
Было уже полдвенадцатого ночи, но на вилле семьи Вэнь все еще горел свет.
В доме не было слышно ни звука. Вэнь Лоцзян и Цяо Шань сидели на диване, и каждое малейшее движение снаружи улавливалось их ушами. Время от времени они вставали и выглядывали наружу.
На лицах обоих было выражение тревоги и беспомощности, они утешали друг друга, ободряюще сцепив руки.
Наконец, в тишине ночи дверь внутреннего двора тихонько скрипнула.
Цяо Шань и Вэнь Лоцзян заглянули в окно и увидели высокую фигуру, несущую Вэнь Яня внутрь. Через несколько секунд открылась и главная дверь виллы.
Цяо Шань и Вэнь Лоцзян встали вместе, их взгляды были прикованы к объятиям Жун Сяо, державшей на руках мирно спящего Вэнь Яня.
Они хотели что-то сказать, но не знали, что именно.
Жун Сяо тоже не испытывал желания с ними разговаривать, он лишь слегка кивнул и сказал: "Сначала я отнесу Вэнь Янь наверх".
Он понес Вэнь Яня наверх, а Цяо Шань и Вэнь Лоцзян всю дорогу наблюдали за ними.
Гостиная оставалась безмолвной, но приглушенный звук всхлипывания нарушил тишину.
Глаза Вэнь Лоцзян тоже покраснели, но он боролся со слезами, похлопывая жену по плечу.
Внутри комнаты Вэнь Яня.
Жун Сяо аккуратно положил Вэнь Яня на мягкую кровать, помог ему выбраться из костюма и брюк и переодел в легкую пижаму.
Жун Сяо не стал переодеваться, он просто сел на стул с высокой спинкой у кровати Вэнь Яня и молча наблюдал за ним.
В комнате было приятно тепло, свет не горел. Только слабый свет луны и несколько нитей света пробивались сквозь окно. Тиканье часов свидетельствовало о том, что полночь уже миновала.
Жун Сяо посидел немного, понимая, что в комнате слишком тихо. Когда он ночевал здесь с Вэнь Янем, то ли пробираясь сюда без ведома семьи Вэнь, то ли открыто, как гость, Вэнь Янь болтал, как маленький птенчик. Он не переставал болтать до тех пор, пока не хотел спать.
Но сейчас Вэнь Янь был необычайно тих.
И в ближайшие несколько дней он не услышит, как Вэнь Янь вышагивает вокруг него, бесконечно болтая.
Подумав об этом, Жун Сяо почувствовал, как боль в его ране разгорается вновь. Однако это была не боль в животе, а ощущение, будто острый нож пронзил его насквозь, до самого сердца, разбив его вдребезги.
Он смотрел на лунный свет, разглядывая изумрудное кольцо на пальце.
Только что, под звездным светом, при свидетелях неба и земли, Вэнь Янь сделал ему предложение, пообещав навсегда оставить в своем сердце только его, поклявшись вечно любить и никогда не покидать.
Он чувствовал себя искренне счастливым, слыша эти слова.
Прожив тысячи лет, бесчисленные люди и демоны восхищались и любили его, их сладких слов хватало, чтобы заполнить библиотеку. Однако его это никогда не волновало. Однако с Вэнь Янем несколько простых обещаний могли затронуть его сердечные струны.
Но он знал, что этим обещаниям не суждено сбыться.
Как только Вэнь Яню исполнится восемнадцать, у него больше не будет оправданий, чтобы откладывать свадьбу. Он не мог объяснить Вэнь Яню, что ему осталось жить всего два-три года. И если он хотел жить, то Вэнь Янь должен был стать жертвой.
Возможно, Вэнь Янь из любви пожертвует своей жизнью ради него.
Но он не мог позволить Вэнь Яню сделать такой выбор.
Вэнь Янь был еще слишком молод и не понимал, что на самом деле означает жертва.
Но он, прожив тысячи лет, не мог позволить себе быть таким же запутавшимся, как Вэнь Янь.
Итак, после фейерверка в двенадцать часов, когда отголоски предложения были еще свежи, на той дрейфующей лодке Жун Сяо лично изменил воспоминания Вэнь Яня.
Бесчисленные воспоминания нахлынули на него, тяжелые настолько, что у него перехватило дыхание, каждая страница несла на себе его следы.
Пока он наблюдал, как бесстрастный зритель, он стирал все, что касалось его, все, что происходило в цветочном особняке, о Ю Бу Вэне, Теневой горе и многом другом. Все становилось символами, что расплылись на мокрой бумаге до нечитаемого состояния. Между ними все исчезало с сегодняшнего дня.
После сегодняшнего дня Вэнь Янь больше не вспомнит, что демон по имени Жун Сяо когда-либо существовал в его жизни. Он не вспомнит ни помолвку, ни искреннее желание состариться вместе, ни то, как он искренне хотел провести свою жизнь с этим демоном.
Вэнь Янь превращался в обычного человека — посещал занятия, ходил на свидания, был обеспокоен экзаменами и работой, но в конце концов он возьмет за руку любимого человека и вступит в брак.
А ему оставалось только молча наблюдать, зная, что Вэнь Янь прекрасно справится и без него.
Жун Сяо покрутил изумрудное кольцо на пальце и находил себя несколько нелепым.
Если бы кто-то сказал ему в прошлом, что он добровольно отдаст себя ради другого человека, пожертвует собственными чувствами и похоронит свои желания только ради того, чтобы дать кому-то другому спокойно жить, он бы высмеял эту идею.
Но кто мог знать, что судьба так непредсказуема? После того как он сохранил твердое, как камень, сердце на протяжении тысяч лет, именно тогда, когда он собирался раствориться в мире, судьба подарила ему возлюбленного, который разобьет ему сердце.
"Как ты думаешь, смогу ли я стать свидетелем того, как ты женишься на ком-то другом при моей жизни?" - пробормотал Жун Сяо, обращаясь к спящему Вэнь Яню.
Возможно, это действительно может случиться.
Вэнь Янь, родившийся таким симпатичным, с таким семейным прошлым и красотой, привлек бы многих молодых и выдающихся личностей. Они использовали бы всевозможные средства, чтобы завоевать его благосклонность, добиваясь его расположения и получая его благосклонность.
Однако все, что он мог делать — это смотреть, как другие целуют Вэнь Яня, дают ему обещания и клянутся оставаться рядом с ним.
От одной мысли об этом Жун Сяо чувствовал себя так, словно во внутренних органах полыхало пламя, и ему было трудно дышать.
"Возможно, нет", — мягко сказал он Вэнь Яню. "Пока я жив, не влюбляйся в кого-то другого".
Это казалось ему слишком жестоким.
Он боялся, что не сможет себя контролировать и может забрать Вэнь Яня обратно.
Опустив голову, он поцеловал кончики пальцев Вэнь Яня.
За окном снова начал падать снег, совсем как в тот день, когда они вместе смотрели фильм. Снег окрасил мир в белый цвет.
Теперь даже снеговик, которого слепил Вэнь Янь, все еще стоял на подоконнике, не растаяв благодаря магии, и все же он собирался потерять Вэнь Яня.
Жун Сяо не мог отделаться от мысли, что время проходит слишком быстро.
Он не знал, сколько времени пробыл в комнате Вэнь Яня. Казалось, прошла половина ночи, прежде чем дверь снова открылась.
Он медленно спустился с лестницы, вошел в гостиную и сел напротив Вэнь Лоцзяна и Цяо Шань.
Когда Вэнь Янь думал, что он тайно планирует предложение, Жун Сяо тоже многое скрыл от партнера, сделав другие приготовления.
Он раскрыл правду о своей помолвке с Вэнь Янем и своих планах Вэнь Лоцзяну и Цяо Шань.
В эти дни о развязке между ним и Вэнь Янем знали все, кроме самого Вэнь Яня, который оставался в блаженном неведении.
Столкнувшись с Вэнь Лоцзян и Цяо Шань, Жун Сяо вновь обрел свое обычное самообладание и спокойствие.
Он объяснил двум сидящим напротив него людям свои приготовления: "О воспоминаниях Вэнь Яня уже позаботились. Он будет думать, что все это время посещал академию, а вопросом духовной кости займется ваша семья".
"Хотя многие демоны в царстве демонов знают, что я женюсь на человеке, очень немногие видели Вэнь Яня. Я позабочусь об этих вопросах. Кроме того, даже если меня не будет рядом с Вэнь Янем, я договорился с элитными демонами из Бюро по контролю над демонами, чтобы они обеспечили его безопасность. После моей смерти Вэнь Янь унаследует мое демоническое ядро и активы. Вам не нужно беспокоиться о его безопасности".
К тому времени ни один демон не будет представлять для него угрозы.
Он продумал все эти детали.
Услышав последнее предложение, Цяо Шань крепко стиснула зубы, едва сдерживая слезы. Ей приходилось сталкиваться со многими сложными ситуациями в мире бизнеса, но сегодня она чувствовала такой сильный кризис, как никогда.
Она почти болезненно посмотрела на Жун Сяо и покачала головой. "Господин Жун, мы не можем принять такой подарок. Как родители, эгоистично, мы надеемся, что наш ребенок сможет жить хорошо. Но мы с мужем найдем выход на предстоящем пути..."
Они с Вэнь Лоцзяном чувствовали себя виноватыми.
Однако Жун Сяо покачал головой.
Он пришел не для того, чтобы обсуждать с ними, он просто информировал их.
Он сказал: "Вэнь Янь просто сделал мне предложение, и я согласился. Так что с этого момента он мой партнер, независимо от того, помнит он об этом или нет. Как его партнер, он должен получить все после моей смерти".
Сделав паузу, он легонько коснулся изумрудного кольца и сказал: "Итак, у меня есть еще одна просьба. Это кольцо, Вэнь Янь сказал, что это семейная реликвия для невестки. Но я хочу оставить его себе. Это нормально?"
Вэнь Лоцзян и Цяо Шань не могли отказать.
Они еще никогда не чувствовали себя такими беспомощными из-за слов, как сейчас. Им ничего не оставалось делать, как стоять и смотреть, как Жун Сяо уходит.
Когда Жун Сяо покидал двор, он напомнил им: "Если вам что-то понадобится, не стесняйтесь спрашивать меня".
Когда он вышел, Ю Бу Вэнь ждал его на улице. Было непонятно, как долго Ю Бу Вэнь стоял там, с небольшой кучей снега на плечах.
Как и велел Жун Сяо, Ю Бу Вэнь уже нашел Ли Чжэна и Цзинь Юэцзе.
Жун Сяо категорически запретил кому-либо поднимать этот вопрос и даже окольным образом делать какой-то намек забывшему все Вэнь Яню. Независимо от метода, эти люди и демоны не должны ничего раскрывать Вэнь Яню.
Теперь, когда Ю Бу Вэнь ждал здесь, это указывало на то, что все было улажено правильно.
Жун Сяо почувствовал облегчение. Ю Бу Вэнь открыл для него машину, и он сел внутрь.
Машина медленно поехала на север, но на этот раз она не возвращалась в "дом", где он прожил с Вэнь Янем полгода.
Потому что в том пустом особняке его больше никто не ждал.
Потому что этот дом был наполнен следами Вэнь Яня повсюду.
Он не мог этого вынести.
Поэтому вчера Ю Бу Вэнь уже собрал вещи. Они переехали на виллу за сотни километров, расценив это как долгожданный отпуск.
Жун Сяо безмолвно смотрел на тускло освещенный город за окном. Фестиваль фонарей только что прошел, и город уже затих.
Он прекрасно понимал, что все дальше отдаляется от Вэнь Яня.
Но ему казалось, что, по крайней мере, в последние мгновения своей жизни он был любим Вэнь Янем.
Одного этого было достаточно, чтобы утешиться на всю оставшуюся жизнь.